имя и образ

      — Ты, должно быть, шутишь, — сказал Чанбин, сидя на кровати Феликса. — Призрак не может коснуться тебя.       Вернувшись прошлым вечером в шоке домой, Джисон провел большую часть ночи, крутясь на кровати, думая о своей встрече с призраком. Он едва осознал, что уже наступило утро, когда Феликс встал и громко ахнул, глядя на мешки под глазами Джисона. Его друг быстро начал задавать много вопросов о его маленьком приключении, но Джисон сказал, что предпочитает поговорить об этом со всей группой.       Вот так все семеро оказались здесь в свой первый день летних каникул, слушая историю Джисона, едва помещаясь в его с Феликсом комнате.       — Клянусь, Бинни. — Джисон сидел на своей кровати, Чан сидел слева от него, а Чонин справа, положив голову Джисону на колени. — Я почувствовал, насколько он холоден, когда он коснулся моего плеча.       — Он? — на этот раз заговорил Сынмин, обнимавший Чанбина сзади на кровати. — Откуда ты знаешь, что это «он»?       — Ну, — ответил Джисон, слегка коснувшись своей нижней губы, думая о голосе призрака. — Звук его голоса определенно был мужским, поэтому я почти на 100% уверен, что это парень. Он не звучал очень старо.       Разговор о призраке Джисона (как любил его называть Хёнджин) продолжался несколько часов, пока он подробно объяснял каждый шум, прикосновение и эмоции, которые он чувствовал при встрече с ним. Однако не все в группе согласились с существованием призраков. Хёнджин был тем, кто поверил Джисону больше всех, поскольку он утверждал, что разговаривал со своей покойной бабушкой, когда ему было всего шесть лет. С другой стороны, Феликс сопротивлялся этому, поскольку на протяжении многих лет он был свидетелем того, как Джисон отправлялся в походы и возвращался только с размытыми фотографиями и разбитым сердцем. Чанбин, Чан, Сынмин и Чонин находились в лодке «не могу сказать, что они существуют, но и отрицать этого тоже не могут», просто пытаясь обезопасить себя в этом вопросе.       — Я думаю, тебе стоит вернуться еще раз. — сказал Хёнджин после некоторого молчания, заплетая светлые волосы Феликса. — Наверное, очень одиноко быть призраком, не имея возможности ни с кем поговорить в течение многих, многих лет.       Джисон поморщился, вспомнив слова призрака.       — Однако он несколько раз говорил мне, чтобы я ушел и оставил его и его кошек одних. Вероятно, он просто хочет, чтобы его оставили в покое.       — Да, это может быть правдой, — продолжил Хёнджин, теперь украшая волосы своего парня бусинами. — Но ты также оставил там свою плюшевую игрушку. Разве ты не должен хотя бы пойти и забрать ее?       «Это правда», — подумал Джисон. Он не мог жить без своей плюшевой эмоциональной поддержки, поскольку она стала одной из его основных опор во время охоты на привидений.       — Да, тебе следует вернуться, Джи. — сказал на этот раз Феликс, пытаясь скрыть, насколько странно он себя чувствовал по поводу этой ситуации. — Плюс, разве ты не мечтал поговорить с одним из них? Не стоит так скоро отказываться от этого.       — Наверное, ты прав. Возможно, я мог бы попытаться убедить его завязать со мной небольшой разговор. — сказал Джисон, вставая со своей кровати, заставляя Чонина немного кряхтеть без подушки из коленей. — А сейчас, я думаю, нам стоит сходить куда-нибудь поесть.                     

🕯️🕯️🕯️

      

      

      Джисон не был уверен, когда ему вернуться в тот дом за своей плюшевой игрушкой. Что ж, ему также очень хотелось снова поговорить с призраком, даже если это был ужасающий опыт, но Феликс был прав. Это была его мечта.       Можно подумать, что Джисон ведет себя немного по-ребячески, так сильно желая поговорить с призраком, но это выходило далеко за рамки простого хобби. Поскольку его мать умерла, когда ему едва исполнилось 11, он просто хотел понять, почему умирают люди, куда они уходят и можно ли когда-нибудь увидеть их снова. Пытаясь найти ответы, Джисон наткнулся на старую книгу легенд о привидениях, в которых рассказывается о встречах с близкими людьми и о новом воссоединении семей. Благодаря этому у него родилась надежда, что однажды он встретит свою мать в виде призрака. Несмотря на его отчаянные попытки связаться с ней в течение целого года, он отказался от попыток спросить мать, почему ей пришлось оставить его, и вместо этого нашел новое увлечение оккультизмом и неизведанным. Вот как двенадцатилетний Джисон стал охотником за призраками.       А Джисон, охотник за привидениями, не мог бояться шепчущего и холодного создания, поэтому он смело решил вернуться в дом всего через пару ночей после первого инцидента.              Ночь снова выдалась прохладной, но на этот раз Джисон был более подготовлен и надел джинсы вместо шорт. В доме было то же жуткое ощущение, что и той ночью, но теперь Джисон знал, чего ожидать.       С фонариком в правой руке, а другой просто дергая за куртку (боже, как же он скучал по своей плюшевой квокке), он снова вошел в дом, надеясь, что на этот раз призрак примет его просьбу.       — Привет? — сказал Джисон, немного прочистив горло, чтобы успокоить свой дрожащий голос. — Ты здесь?       — Мне казалось, я сказал тебе уйти и никогда не возвращаться. — на этот раз голос был громче, и он чувствовал его не ухом, а прямо перед собой.       — Ну да, — Джисон направил фонарик на главную комнату, откуда он сбежал всего пару ночей назад. — Но я оставил здесь свою плюшевую игрушку, так что мне пришлось вернуться и забрать ее.       — Прекрати направлять на меня этот свет. — сказал призрак, по-видимому, находясь теперь ближе к Джисону.       — Ой, мне очень жаль. — Джисон быстро выключил фонарик, понимая, что света луны снаружи было более чем достаточно, чтобы осветить дом изнутри. — Я не могу видеть, где ты.       — Да, смертные не могут видеть меня, и это, кажется, их завораживает. — Джисон почувствовал холодное слабое давление на свою левую руку, как будто призрак провел по ней пальцем. Оно прекратилось, как только призрак заговорил снова. — А что касается твоей куклы, она понравилась моим котам, поэтому я не верну ее тебе.       Джисон перевел взгляд на самый дальний угол комнаты и увидел там свою плюшевого квокку. Только ее что-то осторожно толкало, чего он тоже не мог видеть, и он не мог не почувствовать головокружение при виде этого. Значит, коты тоже были призраками.       — Однако эта плюшевая игрушка очень важна для меня, — сказал Джисон, стараясь сохранить голос спокойным. — Но если ты поговоришь со мной немного, я позволю тебе оставить ее себе.       — И почему я должен соглашаться на это? Теперь кукла принадлежит мне.       Джисон почесал подбородок, не зная, как убедить призрака поговорить с ним подольше.       — Ну, потому что я очень хочу тебя узнать, очень прошу, пожалуйста!       На секунду в воздухе воцарилась тишина, а затем он услышал смех. Он был слегка высоким и игристым, и Джисон не знал, как назвать то, что он чувствовал у себя в груди.       — Ты такой же, как другие. Я не хочу участвовать ни в каких развлечениях, которые вы, смертные, ищете, когда вторгаетесь в мой дом.       — Мне очень жаль, что я вошел в твой дом без твоего разрешения, — ответил Джисон, пытаясь достучаться до доброй стороны призрака. — Но мне не нужно ничего другого, кроме как поговорить с тобой, и тогда я уйду.       Снова воцарилась тишина, словно призрак решал, принять предложение Джисона или нет.       — Ты не хочешь двигать странные предметы по моему дому, чтобы развлечь себя и других людей?       — Абсолютно нет! — сказал Джисон, размахивая руками перед собой, не зная, куда смотреть. Он догадался, что призрак на самом деле говорил о людях, снимающих его дом, но не был в этом уверен. — Я всего лишь студент колледжа, и меня очень интересуют призраки. Вот и все.       — Что ж, если это так, — голос теперь казался более отдалённым. — Пройди и сядь за стол.       Джисон сел за низкий столик возле окна, вместо сидений были две старинные подушки. Скрестив ноги, он почувствовал, как что-то холодное царапает ногу взад и вперед.       — Ты, кажется, понравился одному из моих котов, — сказал призрак, очевидно садясь перед ним. — Это определенно впервые.       — У вас раньше было много посетителей? — спросил Джисон, воспользовавшись тем фактом, что призрак каким-то образом завел с ним разговор.       — Не так много, как ты думаешь, хотя за последнее десятилетие их число значительно возросло.       — Десятилетие? — сказал он, очень удивившись. — Как давно ты… э-э…       —Призрак? —закончил другой, слегка посмеиваясь. — Если быть совсем честным, то я уже давно перестал считать. Я бы сказал, примерно пятьсот лет.       — Пятьсот лет?! — Джисон теперь стоял, опираясь на стол, с широко открытыми глазами.       — Почему ты так этому удивляешься?       — Ну, — Джисон теперь подпер подбородок рукой, возможно, слишком удобно для того, кто на самом деле разговаривал с призраком. — Я думал, что, может быть, ты умер гораздо позже, я не понимаю, почему пятисотлетний призрак остался в таком доме.       — Что ж, ответ на этот вопрос заключается в том, что я не могу покинуть этот дом. Я могу отойти лишь на несколько шагов, но не дальше.       — Почему ты не можешь выйти из дома?       На этот раз призрак фыркнул, и легкий холодный ветерок коснулся лица Джисона. Было ли его дыхание таким же холодным, как и его фигура?       — Мне кажется, ты задаешь слишком много …       Прежде чем призрак успел договорить, из рюкзака Джисона донеслась музыка. Это была одна из тех запоминающихся мелодий, которые можно услышать повсюду в социальных сетях. Джисон потянулся за телефоном, лежащим в сумке рядом с ним, и вздохнул, глядя на имя звонившего.       — Привет?       — Джисон? С тобой все в порядке? — спросил голос с другой стороны, в тоне было заметно беспокойство.       — Да, Феликс, я в порядке. Я же говорил тебе, что мне не обязательно звонить.       — Конечно, это необходимо! Тебе удалось поговорить с призраком?       — Да, но мы поговорим об этом, когда я вернусь. Увидимся позже, Ликс. — сказал Джисон и поспешно повесил трубку, оставив ее на столе. — Мне очень жаль, это был мой друг, который…       — Ты можешь общаться через этот кусок металла? — сказал голос призрака, в тоне которого не было ничего, кроме любопытства.       — Ну, — сказал Джисон, глядя на свой телефон. — Во-первых, я не думаю, что в нем много металла, а во-вторых, да. С его помощью я могу разговаривать с людьми, даже если они находятся очень далеко от меня.       —Это… захватывающе.       При этих словах Джисон не смог сдержать улыбку. Было совершенно очевидно, что призраку действительно было пятьсот лет, и что он ни разу в жизни не видел телефона.       — Неважно, — продолжил голос, отвлекая Джисона от его мыслей. — Я думаю, тебе пора идти. Я уверен, что на сегодняшний вечер я ответил на более чем достаточно вопросов.       Джисон, на самом деле не хотел заставлять призрака продолжать разговор (черт возьми, он действительно был очень удивлен, что призрак ответил на его вопросы, а не проклял его), он сделал попытку встать, забирая телефон. Однако этим движением он увидел на своем телефоне слабое отражение чьей-то фигуры и с криком выронил его.       — Боже мой!       — Почему ты так закричал? Ты напугаешь моих котов! — Джисон услышал слова призрака, и в то же время холодный удар пришелся по одной из его рук.       — Я увидел чье-то отражение на экране моего телефона! — ответил он, хватая телефон. Он попытался снова получить тот же угол, и да, отражение все еще было там, пока телефон не наклонился вперед, как будто он был сам по себе.       — Вообще-то, это может быть мое отражение.       Джисон был этим удивлён. Он действительно мог видеть призрака? Он взял телефон обеими руками, поворачивая экраном к себе, лицом разворачиваясь к другой стороне стола. И там, помимо его собственного отражения, было отражение молодого человека, смотрящего на него.       — Я действительно вижу тебя! — Джисон встал, затанцевав от счастья. — Не могу поверить, что я только что тебя увидел!       — Почему ты так этому рад? Это просто моё отражение, вот и всё.       — Ты не понимаешь, призрак! — Джисон снова положил телефон, чтобы видеть его. — Это одно из моих самых больших желаний, которое сбылось.       Когда он пытался собрать больше информации о лице призрака, на его экране появилось сообщение от Феликса («Тебе следует вернуться домой»), и его улыбка немного потускнела.       — Мне пора идти. — сказал Джисон, поворачиваясь лицом к тому, кто был там, но в то же время не был. — Но сначала, — продолжил он, протягивая руку вперед. — Меня зовут Джисон, Хан Джисон. Приятно познакомиться.       Сначала он не ожидал, что почувствует что-либо на своей руке, но отчетливо различил холодную руку, сжимающую его собственную. Это сильно отличалось от того холодного пятна, которое было в тот день.       — Я Ли Минхо, сын Ли Минсо. Мне тоже очень приятно с тобой познакомиться.       При этих словах Джисон широко улыбнулся. Ли Минхо, такое красивое имя.       Джисон, наконец, встал и подошел к двери со своим рюкзаком, повернувшись лицом к тому месту, где, как ему казалось, стоял призрак, нет, Минхо.       —Я пойду сейчас, а то уже довольно поздно, — сказал младший, улыбаясь. — Но я бы хотел вернуться, ты не против?       Как обычно в ту ночь, между ними воцарилось молчание, пока Минхо не заговорил снова:       —Делай, что хочешь.       Услышав этот ответ, Джисон ухмыльнулся, счастливо хлопая в ладоши.       —Тогда я обещаю! Я еще возьму с собой зеркало, чтобы лучше видеть тебя.       Поскольку ответа на это не было, Джисон воспринял это как знак уйти. Он сохранял эту улыбку, пока не добрался до дома.                     

🕯️🕯️🕯️

                    — Итак, есть не только пятисотлетний призрак по имени Ли Минхо, но и три кота, которые любят твою плюшевую квокку. — на этот раз говорил Сынмин, зажатый между Чанбином и Хёнджином на заднем сиденье машины Феликса. — Ты уверен, что пирожные, которые готовит Феликс, на самом деле не что-то другое?       — Эй! Мои пирожные без наркотиков! — сказал Феликс, глядя на Сынмина через зеркало заднего вида.       Это был день после второй встречи, и Джисон попросил своих друзей помочь ему достать самое большое зеркало, которое они смогут найти. Только у Феликса была машина, и, поскольку вся группа из семи человек в нее не поместилась, решили поехать только пятеро.       Чанбин, просматривавший какое-то приложение подержанной мебели, смеялся над этим разговором.       — Если бы Джисон съел пирожные с добавками, это был бы конец для всех нас. Вероятно, у него были бы самые странные приходы на свете.       При этом все засмеялись, кроме Джисона, который просто скрестил руки на груди и надулся.       — И зачем тебе такое большое зеркало? — спросил Хёнджин, заглядывая в телефон Чанбина.       — Потому что я вижу его в отражении, — начал Джисон, меняя радиостанцию и пытаясь найти хорошую песню. — Мне нужно одно достаточно большое, чтобы с ним можно было комфортно разговаривать, и, надеюсь, также увидеть его котов.       — А нам удастся встретиться с ним? —заговорил Феликс, все еще ищущий место, где можно припарковать машину. — Я не думаю, что смогу поверить в его существование, пока не увижу его своими глазами.       — Ну, я хочу сначала завязать с ним какую-то дружбу, понимаешь? — Джисон вздохнул, отказываясь от радио. — Кажется, он настроен немного враждебно по отношению к людям, приходящим на его территорию.       — Хотя, похоже, он принял тебя достаточно хорошо. — насмешливо сказал Сынмин.       — Если бы! В первый раз я чуть не умер от сердечного приступа...       — Ну, независимо от того, насколько он тебя принимает, — перебил Чанбин. — как вам зеркало из танцевальной студии?              Вырвать зеркало из рук инструктора по танцам удалось быстро, но, подойдя к машине, они столкнулись с проблемой, о которой следовало подумать раньше.       — Как, черт возьми, мы собираемся поместить этого монстра в машину? — спросил Феликс, почесывая затылок. Не то чтобы его машина была такой маленькой, но зеркало не поместилось бы, если бы они все были внутри.       — Почему бы тебе не отвезти Джисона с зеркалом в тот дом, а потом вернуться и забрать нас? — предложил Чанбин.       — Я мог бы это сделать, но тогда я потрачу много бензина.       — Ничего страшного, я заплачу за него. — сказал Джисон, приближаясь к багажнику машины, неся зеркало с помощью Хёнджина. — Уже достаточно того, что вы все мне в этом помогли.       — Нет, Джисон, не беспокойся об этом, — сказал Феликс, открывая заднюю дверь машины и опуская сиденья. — Ты уже потратил кучу денег на это зеркало. Мы все можем разделить расходы на бензин.       — И не беспокойся об этом, Джисон, — продолжил Сынмин, также помогая им разместить зеркало в машине. — Мы тебя очень любим и всегда будем здесь, чтобы помочь тебе во всем, ты это знаешь.       При этих словах Джисон немного прослезился, но попытался быстро это скрыть. Многие годы своей жизни он провел в одиночестве, пока в его жизни не появился Феликс, а вместе с ним и остальная группа. Как ему так повезло?       — Тогда подождите меня здесь, ребята, — Феликс теперь открывал дверцу водительского сиденья, Джисон уже был внутри машины. — Я вернусь, как только отвезу Джисона.              Дорога до дома прошла довольно тихо, отчасти потому, что Джисон был немного взволнован, а отчасти потому, что Феликс чувствовал себя неловко по поводу места назначения. Не каждый день вы отвозите своего лучшего друга в дом с привидениями с огромным зеркалом на заднем сиденье машины, которое может разбиться и принести вам 7 лет неудач. Джисон заметил это и попытался унять беспокойство своего друга.       — Эй, спасибо тебе огромное, что отвез меня и помог с зеркалом. Для меня это действительно много значит.       — Конечно, Джи, — тихо сказал Феликс, все еще сосредоточенный на дороге. — Ты мой лучший друг, и если ты хочешь этим заниматься, то я буду рядом каждую секунду.       Джисон сейчас изо всех сил старался не расплакаться, он просто очень любил Феликса.              Они проехали на машине как можно дальше, до дома оставалась лишь короткая каменная дорожка. Чтобы Джисон не разбил зеркало и не упал, неся его, Феликс помогал ему, пока они не дошли до входа в дом. Там Джисон заверил Феликса, что с ним всё будет в порядке, и, попрощавшись, вошел с зеркалом в дом.       — Опять ты. — голос Минхо эхом разнесся из главной комнаты.       Джисон быстро вошел в комнату, стараясь не споткнуться и не разбить зеркало тем, что осталось от мебели в доме. Ему пришлось разместить его на правой стене от двери, где для него было больше места.       — Ага, я обещал вернуться, не так ли? — сказал Джисон дразнящим голосом с легкой ухмылкой на лице. — И еще я пришел с зеркалом.       Теперь он смотрел в зеркало, пытаясь найти Минхо. Он немного подвинулся, чтобы увидеть его, но нигде не смог его найти.       — Эй, Минхо, я тебя не вижу.       После этого заявления последовала лишь тишина, и Джисон немного забеспокоился.       — Ты еще здесь?       В качестве ответа нечто, похожее на чашку чая, подлетело к нему от двери и приземлилось ему в руки.       — Что это? — удивленно спросил Джисон.       — Чашка чая. — ответил Минхо.       — Да, я это вижу, — засмеялся Джисон, чувствуя запах чая из чашки. — Но почему?       — Когда приходят гости, это акт радушия.       — Что ж, большое спасибо, Минхо. — ответил Джисон, сделав небольшой глоток. — Но как тебе удалось это сделать?       — У дома есть колодец на заднем дворе, а также, среди прочего, несколько небольших чайных плантаций.       Джисон был так поражен чаем, что едва осознал, что теперь видит в зеркале силуэт человека рядом с собой. Это был молодой парень, примерно того же возраста, что и Джисон, в темно-синем ханбоке. Волосы у него были короткие и черные, как и глаза. Он выглядел бледным, как привидение (серьезно Джисон?), но черты его лица были красивыми и острыми, как будто они были искусно вылеплены. Даже если он и был призраком, это был, вероятно, самый красивый мужчина, которого Джисон видел.       — Вау… — наконец сказал Джисон после, казалось, нескольких минут принятия облика Минхо. Что-то странное чувствовалось в его груди, вероятно, из-за волнения от того, что он наконец смог увидеть призрака своими глазами. Да, так и есть.       — Что такое, Джисон? — сказал Минхо, глядя на Джисона сквозь отражение в зеркале.       — Просто… ничего. Я просто не могу поверить, что действительно могу видеть призрака.       — Неужели встреча с призраком тебя так будоражит? — Джисон мог видеть, что Минхо сейчас смотрит прямо на него, его лицо было бесстрастным, но взгляд мягким.       — Мне всегда было интересно, что будет после смерти, — начал Джисон, снова отпивая из чашки. — Если бы мы могли больше наслаждаться временем после ухода, или все это было просто бессмысленным путем, который в конечном итоге будет забыт. — он развернулся и подошел к месту, где все еще мог смотреть в зеркало. — Когда я узнал о призраках, я подумал, что, возможно, после смерти существует что-то еще. И возможно, только возможно, всё это не было просто незначительной жизнью. Зная это, я пытался связаться с мамой, которая скончалась из-за болезни, но это было бесполезно. Однако я все еще зациклен на призраках.       Джисон увидел, что Минхо сидит перед ним, лицом к нему, а не к отражению в зеркале.       — Я не могу сказать тебе, есть ли что-нибудь еще за пределами смерти, поскольку я никогда не испытывал ничего другого, кроме как быть призраком. — сказал Минхо, скрестив ноги под столом. — Если это то, что ты хотел знать, то знание даровано тебе сейчас. Однако я могу тебе сказать, что не каждый, кто умирает, становится призраком. Однако я не знаю причины, почему некоторые так делают, а некоторые нет.       Джисон нахмурился, все еще думая о маме.       —Так ты говоришь, что, возможно, моя мама никогда не становилась призраком, и именно поэтому я вообще не смог с ней связаться?       — Можно сказать и так, да. — сказал Минхо.       — Хм… — Джисон почти потерялся в своих мыслях, но ему не хотелось просто хандрить вместо того, чтобы познакомиться с Минхо. Он собирался что-то спросить, но Минхо открыл рот быстрее.       — Кто это был?       — Кого ты имеешь в виду? — ответил Джисон, не совсем понимая, о ком он говорит.       — Человек, который пришел с тобой, чтобы принести зеркало, кто он?       — Ах! Это был мой лучший друг Феликс, он помог мне купить и привезти сюда зеркало. — сказал Джисон, указывая на упомянутый объект.       — Феликс? Это такое странное имя. Он из далекой страны?       Джисон захихикал, ведь разговаривать с кем-то, кто жил давным-давно, было забавно.       —Да, он родом из страны, которая называется Австралия. Можно сказать, это за морями. Я понятия не имею, как много ты знаешь о мире.       — Честно говоря, я не знаю, что находится за пределами Ханьяна. У меня никогда не было возможности получить образование в таких вопросах.       — Ханьян? Ты имеешь в виду Сеул?       — Сеул? — Он не мог видеть лица Минхо в зеркале, но, вероятно, в тот момент он выглядел очень растерянным.       — Да, Сеул — это нынешнее название того, что ты знал как Ханьян.       Джисон рассказал немного больше о том, каким сейчас является Сеул, с высокими зданиями и таким количеством людей, что иногда едва можно пройти по улицам. Он также немного рассказал об Австралии и о том, как можно путешествовать из одного места в другое на самолетах (скажу вам, Минхо был ошеломлен этим). В какой-то момент Минхо обернулся, чтобы Джисон мог видеть его лицо в зеркале, и они часами говорили о современной эпохе, о которой Минхо ничего не знал.       — Значит, ты можешь получить образование обо всем, что пожелаешь? — сказал Минхо, луна уже просачивалась в окно и делала его кожу ещё более неземной, пока он говорил.       — Можно сказать и так, да. Например, я изучаю музыкальное производство вместе с двумя моими друзьями. Некоторые из моих друзей изучают танцы или пение, но это выходит далеко за рамки этого.       — Я всегда хотел стать ученым, — сказал Минхо с грустью в голосе. — но мой социальный статус не позволял мне сдать экзамен, поэтому мне пришлось перенять дело отца.       — Чем он зарабатывал на жизнь? — спросил Джисон, подпирая подбородок руками.       — Он был купцом. Он отправлялся в дальние поездки за ценными предметами и возвращался, чтобы продать их за большую цену.       Пока Минхо объяснял еще кое-что о маленьких сокровищах, которые привозил его отец, Джисон услышал слабое мяуканье, доносившееся от входной двери. Он повернулся к источнику звука и вскоре увидел пару листьев, плывущих к нему, и, наконец, они приземлились между ним и Минхо. Джисон посмотрел в зеркало и увидел, как три кошки смотрят на него, будто ожидая, что он их погладит.       — Они принесли для тебя подарок. — сказал Минхо, собирая листья. Джисон увидел, как они плыли к нему на колени.       — Мне бы очень хотелось погладить их прямо сейчас, они такие милые!       — Можно попытаться прикоснуться к ним. Если я могу прикасаться к тебе, ты, вероятно, сможешь прикоснуться к нам в ответ.       Джисон положил листья рядом с собой, протянул руку вперед и посмотрел на кошек в зеркало. Двое из них были рыжими с белым, а третий был полосатым. Сначала он потянулся к рыжему, лежащему слева, пока не почувствовал холодную круглую твердость на ладони. С широкой улыбкой на лице он потянулся, чтобы коснуться второго, а затем третьего. Они были холодными, но их все равно было приятно гладить.       — Я могу их потрогать, Минхо! — сказал Джисон, хихикая. — Они самые милые коты-призраки на свете.       После этого Джисон еще немного поиграл с ними, а Минхо просто с удовольствием смотрел на них. Он остановился только тогда, когда услышал сигнал своего телефона, вероятно, это было сообщение от Феликса. Когда он проверил телефон, на экране блокировки было написано «2 часа ночи».       — О Боже! Уже очень поздно! — сказал Джисон, быстро вставая со своего места. — Мне нужно идти, Минхо.       — Все в порядке, Джисон, пожалуйста, уходи, когда понадобится.       — Знаешь, мне было очень приятно с тобой побеседовать. — Джисон теперь смотрел на Минхо в зеркало, на его губах играла застенчивая улыбка.       — Было ли? Действительно? — спросил Минхо, приподняв бровь.       — Абсолютно! Хотя ты говоришь так, ну, как будто ты родился 500 лет назад…       — Так и есть, Джисон.       — Знаю, знаю. В любом случае, даже если ты говоришь красиво и вежливо, с тобой действительно приятно общаться. Ты очень интересный, Минхо.       Минхо теперь поднял обе брови, и если бы он был жив, его уши, вероятно, были бы окрашены в красный цвет.       — Что ж, спасибо, Джисон. Твои рассказы об окружающем мире тоже очень интересны. Если хочешь, ты можешь прийти в любое время и рассказать больше.       При этих словах Джисон подарил ему одну из своих фирменных улыбок в форме сердечка, заставив Минхо тоже немного улыбнуться в ответ.       — Я обязательно так и сделаю.                     

🕯️🕯️🕯️

                    Джисон определенно сдержал свое обещание. Почти каждый день он ходил к Минхо, рассказывая и объясняя, как устроен его мир. Взамен Минхо рассказал ему истории о себе в юности, когда он просто небрежно относился к окружающему его миру. Он объяснил ему, как нашел трех своих котов и как его мать умерла от болезни, как и у Джисона.       Джисон поделился своей страстью к музыке, иногда принося с собой ноутбук, чтобы показать Минхо некоторые из своих новых треков. Минхо, даже если он никогда раньше не слышал таких звуков, всегда говорил, что они ему нравятся.       Взамен Минхо показал ему свои рисунки. Джисон с облегчением узнал, что они были выкрашены не кровью, а измельченными цветами из леса за домом. Минхо сказал, что больше всего на свете ему нравится рисовать животных, потому что они кажутся более свободными, чем он. Пусть это и не были лучшие рисунки в мире, Джисон любил каждый из них.       Он также узнал, что Минхо умер, когда ему было 22 года, что его любимым блюдом была тушеная курица, а любимым временем года была осень. Взамен Минхо узнал, что Джисон любит говядину, что его любимый цвет тоже красный и что его любимый цветок — ромашка.       Однажды Джисон спросил, может ли он попытаться сфотографировать Минхо. Он пообещал, что не покажет это никому, даже своим друзьям, ему просто хотелось знать, работают ли снимки так же, как зеркало. Минхо, согласившись, что они будут храниться только у младшего до тех пор, пока он не будет готов познакомиться с большим количеством людей, решил, что лучше начать со своих котов.       Джисон взял телефон и открыл приложение камеры. Минхо попытался собрать котов в одном месте, заставляя их смотреть на него, а Джисон направил на них объектив. Как и предсказывал Джисон, он мог видеть котов через камеру, и они также были на фотографии. Минхо был очарован этим, задаваясь вопросом, как можно было затащить туда своих кошек и в то же время быть снаружи телефона. Джисон, хоть и немного посмеялся над этим, объяснил, как работают фотографии, а Минхо вслушивался в каждое его слово. Призрак, теперь очень желавший попробовать это на себя, попросил Джисона сфотографировать его. Вместо этого Джисон включил фронтальную камеру и сделал селфи. Минхо сказал, что ему понравилась фотография, и Джисон пообещал распечатать ее, чтобы он мог оставить ее себе.       Вскоре они начали считать друг друга настоящими друзьями. Иногда они просто проводили время в тишине, просто глядя через зеркало, как коты играют с его все еще украденной плюшевой квоккой. Иногда Джисон приносил свой ноутбук со скачанными фильмами, чтобы показать Минхо. Сказать, что Минхо чрезвычайно быстро адаптировался к современному миру, — ничего не сказать. Он очень быстро понял концепцию фильмов, до такой степени, что наслаждался ими, не испытывая при этом странностей. Для него это также был способ увидеть больше современного мира, а иногда и просто мира за пределами его дома. Им даже удалось посмотреть некоторые исторические драмы, где Минхо отметил, что половина изображенных вещей была чушью.       Джисон очень дорожил временем, проведенным с Минхо, видя, как Минхо забавляется, узнавая что-то новое. Как он играл со своими кошками, глядя на него в зеркало. Как он всегда готовил для него чашку теплого чая, когда он приходил. Как в его глазах всегда горела эта искра, когда он говорил о вещах, которые так любил. И, возможно, просто возможно, Джисон начал слишком дорожить Минхо.                     

🕯️🕯️🕯️

                    Когда до окончания летних каникул оставалось меньше месяца, Джисон купил новые игрушки для кошек Минхо. Он знал, что им понравилась плюшевая квокка, но не хотел, чтобы она испортилась, поэтому зашел в местный зоомагазин, чтобы купить для них несколько милых вещей, прежде чем отправиться в дом Минхо.       — Я здесь, Минхо! — крикнул Джисон, снимая обувь у входа. Последние две недели Джисон помогал Минхо наводить порядок в доме, а также пытался починить некоторые сломанные вещи. Даже если некоторые двери все еще были сломаны, а большая часть мебели отсутствовала, по крайней мере, теперь было достаточно чисто, чтобы можно было ходить по дому без обуви.       Когда Джисон вошел в главную комнату, его встретили обычные мяукающие звуки, и на этот раз плавающая кисть что-то рисовала на современной бумаге, которую Джисон дал Минхо.       — Привет, Джисони. — кисть теперь лежала на столе, и бумага плыла к нему, на ней было изображено какое-то лицо. — Я попробовал нарисовать человеческое лицо, что думаешь?       Джисон подошел к бумаге и взглянул на Минхо в зеркале, который смотрел на Джисона с широкой улыбкой. Он взял листок, глядя на круг с линиями в виде глаз, странный нос и рот с морщинами и волны в виде щек.       — Ну… — начал Джисон, не пытаясь посмеяться над рисунком Минхо. — Это определенно лицо, я вижу.       — Эй, не смейся над моим рисунком, он уникален и это делает его идеальным.       — Как скажешь, Мин. — Джисон рассмеялся над этим.       — Что у тебя в этой сумке? — Джисон услышал это, когда почувствовал, как сумку взяли из его рук.       — На самом деле это небольшой сюрприз для Суни, Дуни и Дори, — ответил он, сидя рядом с Минхо, лицом к зеркалу. — потому что я хочу, чтобы моя квокка действительно пережила их.       Он видел, как из сумки вынимали игрушки, и слышал, как из-за двери комнаты доносилось несколько разных мяуканий.       — Джисони, — начал Минхо, используя прозвище, которое придумал для него и которое ему так нравилось. — Тебе не нужно было им ничего покупать. Мы все призраки, нам не нужны материальные вещи.       — Ерунда! — сказал Джисон, хватая одну из игрушек, чтобы начать играть с кошками, которые, казалось, сейчас приближались к нему. — Ты все еще мой друг, и я люблю твоих котов, независимо от того, призраки вы или нет.       Джисон ждал ответа Минхо, но его так и не последовало. Обеспокоенный тем, что он действительно ушел, он инстинктивно посмотрел, откуда доносился голос раньше. Он ожидал увидеть только окно, но явно не был готов к тому, что увидел на самом деле.       — О боже, Минхо. — сказал Джисон, выронив игрушку из рук. — Ты…       — А? — голос Минхо прозвучал тихо, почти шепотом. — Ой, прошу прощения, я просто задумался...       — Нет, Минхо, подожди. — Джисон полностью повернулся туда, куда смотрел, его глаза были такими же широкими, как и полная луна.       — Что случилось, Джисон? Что происходит?       — Я могу видеть тебя без зеркала, Минхо. — при этих словах Джисон широко улыбнулся.