Часть 1

Первый матч по квиддичу в этом году закончился для команды Гриффиндора победой. По дороге в башню своего факультета, Гарри как капитана команды, поздравили не один десяток раз. Он отвечал всем довольно приветливо, но на душе у него всё было далеко не так гладко. Во-первых, новый вратарь — Кормак МакЛагген был просто отвратительным человеком, и всю игру норовил раздавать команды. А, во-вторых, что было куда более печальным, рядом с Гарри не было его лучшего друга Рона. Гарри всё ещё не мог до конца осознать это, хотя Рон погиб несколько месяцев назад, когда члены О.Д. сражались в Министерстве с Пожирателями смерти. И ладно бы его поразило чьё-то заклинание, так нет — Рон погиб в странной комнате мыслей, задушенный живым волшебным мозгом, который там хранился. Гарри сам не заметил, как оказался перед портретом Полной дамы. Назвав ей пароль, он скользнул внутрь, где тут же оказался в самом центре шумящей и такой радостной толпы. Его подхватили под руки и повели к импровизированному столу, где тут же принялись угощать всевозможными сладостями. Гарри почти ничего не ел. Он искал взглядом Гермиону, но когда всё же нашёл, то было уже поздно. Входная дверь распахнулась и тут же закрылась. В последнюю секунду мелькнула копна густых каштановых волос. Гарри кое-как высвободился из «тисков» надоедливой Ромильды Вейн и тоже поспешил к выходу. — Сколько можно меня беспокоить?! — возмутилась Полная дама. — А, это ты, Гарри… Тогда ладно, ты сегодня герой. — Вы не видели, куда пошла Гермиона Грейнджер? — Видела. Она быстро побежала по коридору, а потом свернула направо. Мне, конечно же, могло показаться, ведь слух мой уже не тот, что в молодости… Но я как будто бы услышала стук закрываемой двери одного из классов. Кстати… девушка кажется, плакала… Гарри бросился по коридору в указанном направлении. У него ушло не больше минуты на то, чтобы определить в каком классе спряталась Гермиона. Она вздрогнула и подняла голову, когда Гарри зашёл в класс, а когда поняла, кто здесь, поспешила отвернуться. Он какое-то время стоял у порога, потом медленно подошёл к ней и сел рядом на подоконник. — Там… В гостиной слишком шумно, — очень тихо сказала Гермиона, при этом, она всё ещё старательно смотрела куда-то в сторону. — Ну, да… — Гарри не знал, что ему делать, хотя всё внутри него буквально кричало о том, что нельзя просто так сидеть и бездействовать. — Ты из-за него, да? Гермиона всхлипнула и, наконец, повернулась. В её глазах блестели слёзы. Сейчас она не была той самой строгой старостой и лучшей ученицей курса, какой её привыкли видеть все. Перед ним сидела простая, измученная переживаниями девушка, которая очень нуждалась в его поддержке. Рука Гарри сама обхватила плечи Гермионы. Он чувствовал, как она дрожит, и лихорадочно пытался сообразить, что бы такого сказать… Однако Гермиона опередила его. — Я… просто вспомнила, как мы в прошлом году тоже радовались победе. Все вместе, понимаешь? Гарри кивнул. Внутри него сейчас словно бы непрерывно извивался клубок змей, которые со всей силы давили на его рёбра. Он ведь знал, что те его мысли не могут закончиться ничем хорошим… Знал, и всё равно продолжал об этом думать. — Ты его любила? — Гарри сам не заметил, как задал этот вопрос, и тут же пожалел об этом, но сказанных слов назад было уже не вернуть. Гермиона на миг даже перестала плакать и подняла на Гарри покрасневшие глаза. — Я… я не знаю… — она всхлипнула, и он крепче обнял её. — Прости, я не должен был… — Нет. Ничего… — Гермиона судорожно вздохнула. — Когда-нибудь мне всё равно пришлось бы об этом подумать. И ты, Гарри, единственный человек, с кем бы я могла поговорить даже о таком… Рон… он мне нравился, да. Как тебе Чжоу… Гарри молчал. Его чувства к Чжоу Чанг давно прошли. Теперь, когда он порой вспоминал о них, то не мог ответить, почему она ему нравилась. — Тебе сложнее, чем мне, — честно сказал он. — Рон ведь умер, и ты испытала столько сильных чувств разом… Немудрено запутаться. Гермиона благодарно кивнула, и даже попыталась изобразить на лице что-то похожее на улыбку, но получилось у неё не очень. — Дело не только в этом, Гарри… Всё намного хуже… — В чём дело? — он замер, чувствуя, как напряглась Гермиона. Какое-то время она молчала, и Гарри уже подумал, что так и не дождётся ответа, однако он ошибся. — Кажется… я кое-что чувствую к тебе, Гарри… Теперь они смотрели друг другу прямо в глаза. Гарри вдохнул воздух, но так и не смог его выдохнуть. Его словно только что со всех сторон сжало тисками. Нужно было что-то сказать, но он опять не успел, и Гермиона отвела взгляд. — Теперь ты понимаешь, почему всё настолько плохо. Я чувствую, что предала его… — Перестань! — Гарри, к которому, наконец, вернулся дар речи, осторожно повернул лицо Гермионы к себе. — Ты никого не предавала, просто не могла этого сделать. Людям… нам свойственно многое чувствовать… — на мгновение он умолк, пытаясь подобрать нужные слова, и понял, что сможет добиться успеха лишь, говоря то, что думает, как бы это ни прозвучало. — Вы не были вместе. Ты не говорила ему, что он тебе нравится. И… в общем, я не думаю, что это была именно любовь. — Теперь уже ты учишь меня чувствам, — печально сказала Гермиона, но в её глазах Гарри различил благодарность. — Даже, если так… я не должна была сейчас всё это на тебя вываливать. Прости… тебе и так сейчас нелегко, я знаю. — Гермиона! — Гарри удивился тому, как громко и твёрдо прозвучал его голос. — Ты — самая умная волшебница из всех, что я знаю, но иногда ты говоришь такие вещи… — Ты просто хочешь меня успокоить… — упрямо заявила она. — С тобой бы, например, такого никогда бы не могло случиться! — А, если уже случилось? Их взгляды снова встретились. В голову Гарри одна за другой стали проникать мысли, из-за которых он ощутил жгучее чувство вины. Нет, так нельзя… Но его тело словно бы жило своей жизнью. Он сам не заметил, как дистанция между ним и Гермионой начала сокращаться. Сердце стучало, словно барабан. В самый последний момент, Гермиона опомнилась, высвободилась из его объятий и вскочила на ноги. — Прости… Мне… Мне нужно бежать!.. Прости! — и она действительно убежала. Дверь с негромким хлопком закрылась, и вскоре утихли быстрые шаги Гермионы. Гарри так и остался сидеть на подоконнике в пустом классе, гадая, что же они со всем этим будут делать завтра…