***

Страх. Это то единственное, что сейчас завладело человечеством. Мир вот-вот рухнет, разобьется на тысячи осколков, перестанет существовать. И, как только это началось, людей охватила невероятная паника, однако в последний день было многим тише. Все смирились с концом и уже не пытались бороться. Все предрешено, ничего не изменить. — А что ты мечтала сделать в жизни? Армин посмотрел на свою собеседницу, сидящую напротив. Они не были знакомы от слова совсем. Девушка, в квартире которой сейчас находился парень, жила на шестом этаже того же дома, что и Армин. Его двадцатый уже обрушился, но каким-то чудом он попал к своей молчаливой соседке. Хоть погибнет не в одиночестве… — Ничего, — скупо ответила ему девушка. — Ты врешь. Девушка тяжело вздохнула и устроилась поудобнее на полу. Парень сидел напротив, в другой стороне комнаты, смотрел пристально, но по-доброму. Почему она вообще пустила его к себе? Захотела хотя бы свой конец встретить в компании? Да какой смысл уже? Жизнь вся проведена в одиночестве, а сейчас она пытается наверстать упущенное? Какой же бред… — А тебе то что с того? Вру и вру. Все равно мы видимся первый и последний раз в жизни. — И тебе хочется провести свои последние часы сидя на полу напротив незнакомца и дрожа от страха? — Кто знает?.. Мне вообще как-то все равно. Мертвая тишина в комнате резко разорвалась на части от громыханий за окнами. Соседняя многоэтажка рухнула. Крики, стоны, истошные вопли… Ко всему привыкаешь, хоть к такому и до безумия страшно привыкать. Каждый миг для тебя самого может стать последним. Армин прикрыл глаза и сглотнул ком, подступивший к горлу. Нужно себя отвлечь, не думать о скорой смерти. — Я, кстати, Армин, — неловко проговорил парень. — Энни. На контакт девушка явно идти не хотела, но сейчас вместо холодной мины, которую он наблюдал все время ранее, на лице девушки проявились какие-то признаки эмоций. Брови слегка нахмурены, уголки губ подрагивают. — Энни, а почему тебе так плевать на жизнь? — решил разрушить тишину Армин. — А почему вдруг должно быть иначе? Чего в ней хорошего? — нотка нервного смеха прозвучала в спокойном голосе. — То есть? Жить — это прекрасно! Можно ведь столько всего сделать… было… — он заметил, как Энни скосила на него свой взгляд. — А я так много не успел… Даже ни с кем никогда не целовался… Обидно до ужаса. Думал, вот закончу университет, девушку найду, работу хорошую, семью создам… Но вот умру с минуты на минуту… Хотел море увидеть, на гору забраться, исследовать мир. — А ты романтик… — Ну, если только совсем чуть-чуть, — смущенно пролепетал Армин. Энни смотрела на него и недоумевала, как вообще этот цветочек умудрился никого себе не найти. Хотя, сейчас это уже так не важно. Но за него стало до боли обидно. Планы, мечты… И так глупо, так неожиданно, так незаслуженно все это оборвать. А она и так не хотела жить, ей не важно. Необъяснимая тоска охватила ее мысли, захотелось вновь стать ребенком и спрятаться в шкаф от всех проблем… За окном снова крик. Последний вопль, который отразитлся от бетонных стен еще целых домов и ударил в голову. Интересно, тот человек, который кричал, был как Армин: с огромными планами и амбициями, верой в свет, — или как Энни: мрачный, не видящий никакого оптимизма в жизни и не особо цепляющийся за нее. Никто этого никогда не узнает уже. Да и некому скоро будет узнавать. С уст Энни неожиданно сорвался нервный смешок. Армин резко вскинул голову и внимательно смотрел на нее. Одним смешком все не ограничилось: стальные нервы сдали, и девушка залилась истерическим хохотом. Громкий смех не прерывался до тех пор, пока девушка не почувствовала, что находится в кольце чужих рук. Сразу по телу разлилось спокойствие, но на глаза навернулись непрошенные слезы. Энни вдруг громко заплакала, уткнувшись в плечо парня. — Что случилось? — тихо прошептал он. — Не знаю… Почему-то умирать очень не хочется, — девушка отвернула голову, тяжело вздохнув. — Кажется, я поняла, чего бы мне хотелось от жизни. — И чего же? — чужой шепот проникал в самые сокровенные места души, доводил до дрожи, хотя слова совсем простые и не должны вызывать такой реакции. — Счастья… — Энни слегка отстранилась и посмотрела прямо в глаза Армину. — Хоть немного, пару мгновений мне бы хватило с лихвой… Я насколько давно ничего такого не чувствовала… Может, засмеяться во весь голос, искренне, без стеснения. Снять маску равнодушия, почувствовать себя девушкой. Как же глупо… Даже противно. Грохот неожиданно раздался на всю квартиру, за окном что-то упало, а весь дом содрогнулся. Потолок и пол тряслись. — Кажется, еще один этаж обрушился, — прошептал Армин, невольно прижимая девушку к себе. — Видимо, — Энни не понимала, почему вдруг в этих крепких объятиях почти незнакомого парня чувствует себя так спокойно. В окно вдруг что-то врезалось. Мелкое и явно не тяжелое. И еще раз… И еще… Армин, сидевший лицом к окну, поднял взгляд и ухмыльнулся. — Дождь начался, — с легкой улыбкой произнес он. — Да? Люблю дождь, — Энни все же отстранилась и посмотрела в окно. — Я тоже. Было тепло. Тепло от этого общества, от последних часов, а может и минут. Дрожь унялась. Стоит ли сожалеть сейчас об упущенном? Конечно, нет. Армин оказался рядом так во время. Вряд ли они бы стали общаться раньше — слишком разные на первый взгляд. Но явно бы продолжили общение, если бы удалось выжить. Да только это теперь точно невозможно. Всего час, а он смог раскрыть ее чувства, понять, что у нее на душе. В другой ситуации она бы вряд ли открылась. — Давай выйдем на улицу и пробежимся под дождем на последок… Встретим свой конец ярко, — Энни посмотрела прямо в глаза Армина. — Х-хорошо, — привычно заикнулся парень, а потом осекся. Не время и не место сейчас стесняться. Не надо тратить остаток своей жизни на такую глупость. Армин поднялся на ноги и протянул руку Энни. Она ее приняла и не стала отпускать. Лифт не работает, но это и не важно, почти бегом и крепко держась за руки, они спустились вниз по лестнице и застыли у входа в дом: за стеклянной дверью виднелись лишь обломки их здания. Вновь раздался грохот и плиты со стеклом полетели вниз, отрезая шанс выбраться из дома. — Пойдем через черный, — предложил Армин и, увидев краем глаза согласный кивок, повел девушку к другому выходу. Там оказалось не то что не завалено, но и открыто. Удивительно, но факт. Дождь превратился в самый настоящий ливень, асфальт был разбит, в ямах образовались огромные грязные лужи. Энни предложила пробежаться до ближайшего магазина, который было видно с их ракурса, и Армин согласился. Бежали все еще держа друг друга за руки — так спокойнее, — но парень понял, что в физическом плане явно отстает от новой подруги, потому стал задыхаться где-то на полпути. Энни это заметила и остановилась. Дождь лил вертикально, оттого они уже промокли насквозь. Армин пытался отдышаться и взглядом извинялся перед девушкой. Ей вдруг стало смешно и этот смех она решила не сдерживать, чем вызвала немалое удивление парня. — Ты чего такой хилый, а? — Ну, извини, не всем же кроликами скакать… Тут Армин почувствовал, как его руку сжали крепче, а другую положили прямо на щеку. Он удивленно посмотрел на девушку перед собой, но та решила просто молчать и действовать. Все же, чем-то зацепил ее этот парнишка с горящими глазами и теплыми руками. Захотелось хотя бы одну его мечту исполнить. Осторожно и неумело она коснулась чужих губ и через мгновение приняла чужой ответный поцелуй. И тепло так, и не слышно ни дождя, ни рушащихся зданий. — Спасибо, — тихо прошептал Армин, оторвавшись от нее. — И тебе спасибо, — кивнула Энни. Грохот, треск, тряска. Чей-то далекий крик. Темнота. И только руки все еще держат друг друга, постепенно холодея. Навсегда вместе, навсегда с улыбками на лицах и спокойствием. Не так уж и страшна смерть, к которой готов и о приближении которой забыл в последний момент, наслаждаясь чем-то новым и дарящим счастье…