Вернутся к фанфику

Часть 21. Дом искушений

1 апреля 2025, 23:10
Тем временем между Женей и Соней, хотя до близости (еще) не дошло, электрическое наряжение не только не стихало, но и нарастало. Женя: …То хочешь знать, то не хочешь… Соня: Тебе что-то не нравится? Сонина Бровь изогнулась так, что Женя увидела, как та взлетает до челки, теряясь где-то под ней Женя: Зачем только я тебя с собой брала! Соня: Брось, скучно без меня бы было. Женя: Спокойней. Соня: О, так я тебя беспокою? Женя: Еще как, малая! Соня: А я вообще люблю приносить беспокойство. Я головная боль! Женя: И чё, Машка тебя ни разу не наказала? Распустила она тебя, капец! Я б на ее месте… Соня: И чё, и чё? Аж интересно стало! Женя: Щас покажу, чё… Соня: Да что ты можешь? Эти слова разбудили в Жене решительность – она всегда заводилась, когда ее брали на слабо, и уже не могла отступить. Слова стали отправной точкой для Жени, и попытки сдерживаться уже не имели для нее значения. Женя: Малая, ты вкрай обнаглела. Соня: Кажется, ты там чёт пыталась сделать? Женя: Чёрт, чтоб тебя, ты же напрашиваешься!.. Соня: О, какая догадливая! Женя была взбудоражена, но всё же понимала: не стоит действовать опрометчиво. Двадцать прошедших лет научили ее кое-чему, в том числе умению и необходимости «видеть берега». Соня: Так ты накажешь меня? Женя: Смотрю, только об этом и мечтаешь? Соня: Ой, а ты прям догадливая! Всегда мечтала быть наказанной! Женя: Что ж, малая, радуйся, твое желание исполнится. Соня полуоткинулась на кровати Даши, как будто пятилась от наступающей Жени. Женя, забравшись на кровать, стремительно приближалась к Соне, словно дикая кошка, нашедшая свою жертву. На самом деле Соня и не думала бежать. Их обеих заводила эта игра. Игра, в которой они вели вдвоем, счета были равные, но кто из них сделает первый шаг? Кто из них сможет сдаться вперед и проиграть, а может быть, наоборот, выиграть? Подойдя вплотную, Женя поставила колено на край кровати между ног Сони, и нагнулась к ней, беря за ворот, и притягивая так близко, что дыхание перемешивалось. Соня замерла в ожидании, пульс был на пределе. Женя смотрела в карие глаза, в которых плавал огонек. Женин взгляд медленно перемещался на губы. Поздно было отступать, а возможно, был шанс отстраниться и посмеяться над всем этим у обеих. Может просто обе устали бегать друг от друга. Женя понимала, что ничего хорошего из этого не выйдет, но разве с притяжением поспоришь? Женя знала, что Соня может просто посмеяться над этим прямо сейчас или потом, но если потом, уже будет и не важно. Продолжения может и не быть, так что стоило прямо сейчас использовать шанс, не дойдя до истины. Женя обратила внимание на комод. Глазка камеры, вмонтироаванного в его глазок, она не заметила, но увидела кое-что поинтереснее. На комоде стояла статуэтка черно-красного черепа, во рту которого было сердце, а рядом с ним медальон. Соня: Так, ты посмотрела… Шептала в миллиметре от пухлых губ. Женя: О, заметила… Женя не знала, чего хотелось больше – поцеловать или проучить мелкую засранку. А, может то и другое, а чего только поцеловать – сёстры-то вон чем занимаются, так разве они с Соней хуже? Чудесное свойство таинственного дома Дарии Васнецовой – раскрывать тайные желания всех, кто в нем оказывается. Словно се эти магические кресты и черепа были здесь неспроста. Соня: Так я еще долго буду ждать своего наказания? Женя: Это твое наказание. Соня: Слабовато! Женя: Правда? Женя видела желание в глазах Сони. Было сложно удержаться и не податься соблазну, но Женя не слабачка, и проигрывать в этой игре без правил не собиралась. Она продолжала держаться за воротники Сони, и хватка только усилилась. В голове пусто, в глазах пламя, в сердце пожар, по телу – табун мурашек. А что же в реальности? Стоит ли им переступить черту, или всё это ошибка? Ночь благозвучно предоставляет возможность совершить безумство. Соня: Я так хочу ошибиться с тобой… Женя: Мы ведь пожалеем. Соня: Это потом. Женя: Забудь всё, что будет. Соня: А разве что-то есть между нами? Женя притянула Соню в поцелуй, в котором обе стремились скрыть свои чувства. Соня не хотела с самого начала видеть, что между ней и тетей Женей, что-то может быть. Не хотела верить, что это будет хоть что-то значить для нее. Но поцелуй рушил все планы, а чувства с новой силой заставляли отвечать на него. Сердце так замирало от близости, а в поцелуе словно стремилось вылететь из грудной клетки. Точно также Женя пыталась бороться с чувствами, но малая словно пыталась спровоцировать ее. Мозг приказал уйти, а сердце остаться. Пусть Женя всегда действовала так, как любит, но в этот раз было правильней уйти, чем остаться, она понимала это. Даша, присутствовашая в одном с ними доме незримо для них (но зримо для Галины Сергеевны, которую, впрочем, дло оргазма довела не она, а Женя) словно хранила дочь от всех, в том числе от не в меру дерзкой гоповато-спортивной сестры. Отстранившись Женя молча вышла на улицу тем же путем, что и вошли. И закурила ментол, думая, каким частым спутником он стал в ее жизни. Соня так и продолжала сидеть на кровати своей матери. Голова ее за последние дни и минуты настолько переполнилась информацией, эмоциями, взаимно противоречивыми чувствами, что теперь там не осталось места для мыслей и самого простого анализа. Соня просто сидела, и даже не хотела обдумывать произошедшее. Для этого будет день, думала она. Хотя днем она будет спать – это она не думала, а знала. Хотя на ее месте не следовало быть ни в чем уверенной. Потому что, когда в дело вступает Даша Васнецова, день меняется местами с ночью, а ночь горит адским огнем… Женя присела то ли по-птичьи, то ли по-гопничьи на пороге, выпустив по-гопниковски струю дыма в лицо Луне, которая и так была в дыму облаков. Таинственная Луна (больше, чем когла-либо), таинственный дом, таинственная его хозяйка, оказавшаяся готкой… КоторойЖеня в свое время чуть не сломала ногу, взамен на прикрытие от матери курения Даши, а сейчас сама курит у нее дома… И рискует, что Даша уже сама сломает ей не ногу, так руку, за сломанную не невинность дочери, так ее судьбу. Но Евгения ощущала двойное чувство: удовлетворенность собой (еще бы, она покорила самодовольную мажорку-сердцеедку, которая заслуживала хорошей трепки!) и некоторое смятение (мажорка-то была ей не чужая!). «Ёба, чё Дашка скажет!» – пронеслось в буйной русой голове Жени. «Ебать, чо я ей скажу! Здравствуй нахуй сестрица ненаглядная, триста лет не виделись, я тебе дочу малёхо подпортила, в розовый подкрасила!» «А ничё не скажу! У Дахи с Махой у самих рыло в пуху! Надо было за дочкой крепче следить! Пусть еще спасибо скажут, что это я ее окучила, а не гандон какой, так бы выебал и бросил, как Веник Дашку… Стопэ! Веник! Он и Соньку выебитал… Ссука!!» Подскочив и швырнув сигу куда-то в Луну, Женя стремительно нанесла удар в дверной косяк. Да такой силы, что отдернула руку, и чуть не выругалась матом (до этого она не ругалась, а, можно сказать, пела колыбельные), да вовремя вспомнила, что перед племяшкой не годится выставляться гоповатой…

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!