Вернутся к фанфику
Тройной результат
1 февраля 2025, 15:05Для Даши и Галины Сергеевны учебный день не отличался чем-то особым. Как обычно придя в школу, ненавидимую сильнее, чем Понтий Пилат ненавидел Иерусалим, Даша уселась на последнюю парту позади своей младшей сестры Галины Сергеевны, перешедшей в десятый класс в двенадцать лет, а сейчас учащуюся в одиннадцатом, безапелляционно претендующую на золотую медаль. Рядом с Галиной Сергеевной сидел её парень - второгодник Илья Полежайкин. Перед ним сидела ненавидимая Дашей, как и всеми сёстрами Васнецовыми, ещё сильнее, чем школа, Ирина Якушева. Она частенько высмеивала Дашу за её приверженность к субкультуре. Дарья считала себя приверженцем свободного движения, прущей против конъюнктуры, и не особо церемонилась с собеседником в споре. Не важно, будь то родная сестра Маша или презираемая одноклассница. Она никогда не стеснялась обсценной лексики в подобных ситуациях, хоть в обыденной жизни практически не материлась. Сегодняшний день не стал исключением. Колкие слова Якушевой о Даше и её друзьях задели готку и началась словесная перепалка с тучей оскорблений, продлившаяся всю перемену.
Даша вернулась домой злая, как Мегера. Позади неё по лестнице поднимался Полежайкин с Галиной Сергеевной на руках. Даша осталась возле дверей в квартиру, желая подождать младшую сестру и её верного Буцефала.
- Спасибо, что донёс, Илюша, - сказала Галина Сергеевна и слезла с парня, - сейчас, я быстренько переоденусь и пойдём в кино.
- На какой фильм хоть идёте?
- На научный, - ответила Галина Сергеевна, - название из головы только вылетело.
- Это как Полежайкин тебя на научный фильм пригласил?
- А как он мог меня не пригласить на него, если я уже билеты купила?
Даша, ничего не ответив, приподняла брови то ли от удивления, то ли от чересчур ожидаемого ответа.
Меньше, чем через полминуты Галина Сергеевна вышла из квартиры в той же одежде, что и была.
- Ого, Галина Сергеевна, ты так изменилась, - в привычной для её знакомых манере саркастично сказала Даша, - прям не узнала в новом образе.
- Да я решила не переодеваться. Просто портфель убрала, - Галина Сергеевна перевела взгляд с сестры, что старше почти на четыре года, на своего парня, что старше почти на пять лет, и протянула ему руки, - ну что, Илья? Пошли?
Полежайкин взял Галину Сергеевну на руки и направился к лестнице, а Даша уже взялась за дверную ручку.
- О, Даша, Галина Сергеевна, а мне как раз нужна Ваша помощь, - остановила расходящихся сестёр и Полежайкина живущая в квартире напротив бабушка, доктор биологических наук, всю жизнь посвятившая химии и биологии, особое влияние уделяя паукам.
- Бабушка, прости, я не могу. Мы с Ильёй идём в кино. И уже опаздываем. Тебе вон, Даша поможет, - сказала Галина Сергеевна и похлопала Полежайкина по голове, намекая ему, чтобы он поскорее уходил.
- Ну, спасибо тебе, сестрёнка, - крикнула ей в след Даша.
- Даша, пошли давай быстрее, - сказала бабушка.
- А можно я хотя бы портфель домой занесу? – Даша старалась уцепиться за любую возможность, чтобы не помогать бабушке с пауками. Она не знала, что помощь нужна была с ними, но была почти уверена в этом.
- Да за кого ты меня принимаешь? За монстра какого-то? Думаешь, я родной внучке не разрешу у себя портфель оставить? Заходи давай.
Даша, увидев, что бабушка развернулась и вошла в квартиру, закатила глаза и пошла за ней.
- Значит, смотри, - бабушка усадила Дашу на диван, а сама стала ходить по комнате, сложив руки за спиной, - я ухожу на кафедру. Для меня там подготовили цветок. Теперь я буду не только пауков изучать, но и растения. Тогда я увеличу свои шансы на получение Нобелевской премии. Твои задачи: покормить пауков и помыть аквариумы. В трёхлитровой банке на стеллаже у меня сидит шахматный таракан. Редкий вид. Береги его, как зеницу ока. Даже не смей прикасаться к банке. Поняла?
- Поняла, бабушка. Можешь положиться на меня. Иди уже к себе на кафедру, а то по моим подсчётам ты по комнате уже расстояние до Брянска прошла.
- А вот то, что ты шутишь это и хорошо, и плохо. С одной стороны у тебя хороший настрой на работу, с другой же ты слишком весёлая для такой нудной для вас работы.
- Да всё нормально, бабушка. Я справлюсь.
- Даш, забыла сказать. Я тут книги перебирала и не успела до конца разложить. Расставь их на полку.
- А как расставить? По размеру?
- По живее. Всё, я пошла.
Бабушка вышла. А Даша решила не упустить возможность и сделать несколько дел одновременно: и быстрее выполнить поручение бабушки, и уменьшить количество неприятной работы, и поиздеваться над старшей сестрой.
***
После окончания пар в университете имени Баумана Маша со своим одногруппником и единственным другом Веником зашла в кафе, что располагалось возле её дома. Некоторые события, случавшиеся в этом кафе, были в жизни Маши целой вехой. Она часто отдыхала здесь с сёстрами, знакомилась с парнями. Здесь бывало проходили семейные вечера Васнецовых. Здесь работала Даша, работала Оксана. Здесь Женя познакомилась с Женей. Здесь Маша встретила известного актёра. А потом в этом кафе сделали ремонт, сменив основные цвета с красного на серовато-синий и ценные для памяти сестёр Васнецовых события резко перестали происходить, будто при ремонте пострадал дух, дарящий счастье и воспоминания о нём. - Маша, ты о чём так задумалась? – Спросил Веник, доделывающий своё новое изобретение, краем глаза заметив непривычный для него взгляд Маши, направленный в стол. Маша в это время думала о парнях. О том, почему они так резко испарились. Но главное: почему её это не тревожит? Почему, думая о нахлынувших неудачах с парнями, накрывающих её лавиной, она не загоняется в себе, а относится к этому с неким снисхождением? Почему она больше не хочет завести отношения с каким-нибудь богатым парнем, если раньше для неё это было так легко, как для Галины Сергеевны взять в руки книгу? И почему все мысли плавно перетекают к Даше? - Да так, ни о чём. А ты что делаешь? Что это за штучка? – Маша постучала по чёрной, круглой, по ощущениям, пластиковой коробочке. - Аккуратнее, Маша. Это моё новое изобретение. Индикатор влюблённости, - сказал Веник и надел его на шею, как медальон. - Круто. А как он работает? - Смотри: любовь есть чувство. Оно вызывает эмоции. Наше сердце при мыслях об объекте любви начинает биться быстрее, температура тела немного повышается, дыхание изменяется, а датчик улавливает эти изменения и передаёт информацию в виде мигающих лампочек. Интенсивность мигания будет измеряться в Вениаминах. - Ух ты! А почему у тебя он не моргает? - И не будет моргать. В настоящий жизненный промежуток я ни в кого не влюблён. Только в физику. Маше пришла в голову мысль, реализация которой поможет разобраться со всеми проблемами с парнями. - Веничек, а можно мне попробовать? - Возьми, - Веник снял с себя прибор и надел его на шею Маши. Маша сразу подумала о своём последнем парне. Никакой реакции у датчика не было. Тогда она вспомнила с десяток своих бывших. Реакция по-прежнему отсутствовала. - Не работает твой прибор. Я точно знаю, что влюблена, а твой глупый инди… иденти…, - Маша чуть не сломала язык в шести местах, - твой глупый датчик ничего не показывает. - А чего это «датчик глупый»? Может ты ни в кого не влюблена всё-таки? - Я точно знаю, что влюблена. В это время у Маши зазвонил телефон. Это была Даша. Как только Маша увидела название контакта, лампочки стали мерцать. Вениамина два. Не больше. - Алло, Даш? Что случилось? - Машка, давай быстрее к бабушке. Тут помощь твоя нужна. - Что случилось? С тобой всё хорошо? – заволновалась Маша, а прибор в это время усилил мигание лампочек. Это уже Вениаминов двадцать. - Всё плохо. - Что такое? – Волнение Маши усилилось, а лампочки выдавали моргание Вениаминов на тридцать пять. Не меньше. - Бабушка заставила меня пауков покормить и аквариумы помыть. - Даша, блин! Я уже испугалась, - от шутки сестры Маша испытала смешанные чувства, но количество Вениаминов выросло примерно до сорока двух. - Так ты поможешь любимой сестре? Услышав хоть и явно саркастичный, но всё же акцент на слове «любимой», Машин организм дал датчику сигнал, эквивалентный ста пятидесяти четырём Вениаминам. - Конечно, помогу, Даш. - Серьёзно? Я думала тебя уговаривать придётся. Ладно, Машунечка. Жду тебя в квартире у бабушки, - сказала Даша и сбросила трубку. - Д-д-давай. Прибор вышел из строя. Уловив реакцию Маши на ласкательную версию своего имени из уст второй по старшинству сестры, прибор моргал, освещая новыми лампами и без того светлое помещение. Это уже не Вениамины, а килоВениамины. А, скорее, даже гига. Прибор задымился, что насторожило абсолютно всех, кроме Маши, хоть он и горел в прямом смысле у неё под носом. Веник сорвал дымящее изобретение с шеи Маши и положил на стол. Моргание сразу прекратилось, и дым тоже идти перестал. - Маша, - Веник проявил первую попытку достучаться до Маши. Маша не слышала Веника. Она смотрела в одну точку на столе, обдумывая произошедшее. Прибор чуть не сгорел, хотя Маша будто ничего и не почувствовала внутри. Пазл в её голове сложился. Теперь она поняла, почему давно каждое своё утро начинает с лицезрения спящей Даши, почему её перестали интересовать вопросы парней и почему прибор чуть не сгорел. - Маша! – Повысил голос Веник. Мария чуть вздрогнула и, ненадолго зажмурившись, переместила взгляд на Веника. - Маша, ты чего? Что это было? - Я н-н-не з-знаю, - соврала Маша, явно не желая, чтобы об объекте, будоражащим её чувства, кто-то знал. - Маша, тебе же сестра звонила. Иди домой тогда. Завтра встретимся в институте. Маша встала и пошла к выходу, забыв сумочку. Веник заметил это не сразу, а когда увидел, окрикивать Машу было поздно. Оставалось бежать за ней. Благо, адрес он знает.***
До прихода Маши Даша не раз предалась искушению открыть банку с редким тараканом. Она всегда была таким человеком, который идёт против системы. То ли субкультура на неё так повлияла, то ли она от природы такая. Любое действие ей будет интересно до тех пор, пока оно под запретом. Если бы бабушка почаще уделяла время внучкам, то знала бы это. И тогда вместо просьбы не трогать банку с тараканом, попросила бы её открыть, если Даша сама того желает. Естественно, в таком случае перетруждаться Даша бы отказалась и не вкусила бы запретный плод. Но, на удивление для самой себя, она держалась. В этом ей помогла другая работа. Не настолько пыльная, как кормление пауков и очистка аквариумов, чтобы делать её только с Машей. Разложить книги абы как она могла и сама. Без помощи старшей сестры. Книги она раскладывала в хаотичном порядке, не смотря ни на размер, ни на содержание. Советская энциклопедия стояла рядом со сборником произведений Агаты Кристи. Это был первый и последний раз, когда Даша постаралась расставить книги хоть по какой-то логике. Слыша из чьих-либо уст или видя надпись «Агата Кристи», в её голове всплывала не писательница, а братья Самойловы, поэтому она посчитала вполне логичным поставить советскую книгу с якобы автобиографией группы, появившейся в этой стране. Учебники по биологии она чередовала то с Марксовским «Капиталом», то с советскими сказками, которые бабушка раньше изредка читала перед сном ей и её старшей сестре Маше. Поставив на полку последние три книги: про осмысление религии от Далай-ламы, мемуары Хо Ши Мина и книгу об азиатских просторах с Крунг Тхеп Маха Накхоном на обложке - всё же кругозор Антонины Семёновны Гордиенко был широк, от этого такое количество и разнообразие книг - Даша присела на диван, чтобы передохнуть. Она чувствовала, что Маша уже на подходе, поэтому не особо переживала перед предстоящим кормлением пауков и мытьём аквариумов. Но банка с редким тараканом не давала ей покоя. - Ладно, одним глазком взгляну, бабушка не узнает, - подумала Даша, - смотреть ведь можно и не прикасаясь. Даша, встав коленями на диван, развернулась к стене, чтобы посмотреть, на редкое насекомое. Видно его не было, но сдаваться она не собиралась, ведь, как говорил папа: «целеустремлённость - фамильная черта всех Васнецовых». Даша открыла банку и увидела, как чёрно-белый таракан начинает ползти по стенкам. Ей было не то, что бы приятно смотреть на него, но отовраться она не могла. В конечном счёте, она проморгала, как он выполз из банки и очень быстро пополз по стене. Опомнившись, Даша пыталась поймать его, но, хоть она и была далеко не самой низкой, до потолка дотянуться не смогла. Пока она переставляла стул, чтобы залезть на него и достать беженца, он уже уполз. Даша вернулась на диван, её глаза панически бегали по комнате в поисках таракана. В это время дверь открылась и в квартиру вошла Маша. - Даш, я здесь, - крикнула старшая из прихожей, пока снимала уличную обувь и позднеосеннее пальто с красным беретом. - Маша? Давай быстрее. - Что нужно делать? – Вошла в комнату Дашина сестра. - Тише, - полушёпотом сказала Даша и поманила пальцем Машу, - иди ко мне, только медленно. - Что случилось? – Также полушёпотом спросила Маша, аккуратно дойдя до дивана и сев на него. - У бабушки из-за меня сбежал редкий таракан. Если я его не поймаю, она меня убьёт. От шёпота Даши Маша чувствовала нарастающий жар. От шёпота Маши Даша не чувствовала ничего. - Понятно. Даша, а почему ты шепчешь? - Не знаю, - в последний раз прошептала Даша, прокашлялась и продолжила говорить обычным голосом, - помоги мне найти его. Маша не успела ответить, как периферийным зрением увидела чёрно-белое насекомое на полу. От испуга она закричала и прижалась к Даше, сложив руки на её плечи. Даша положила руку на тыльную сторону ладони старшей сестры. От близости с сестрой Маше стало жарче. От близости с сестрой Даша не почувствовала ничего. - Давай медленно за ним, - сказала Даша, аккуратно отошла к столу и взяла бумагу, чтобы на неё посадить таракана. Однако не успели сёстры подойти к нему, как он заполз в кладовку, благодаря щёлке между дверьми и полом. Дверь была заперта. Как бы сёстры не стучали по ней, таракан открыть не сможет. Маша и Даша прижались спиной к двери и с досадой посмотрели друг другу в глаза. От зрительного контакта Маша почувствовала, как сердце начинает биться быстрее. От зрительного контакта Даша не почувствовала ничего. - О, я знаю, где ключи у бабушки, - радостно сказала Маша и достала из шкатулки в одном из ящиков старые ключи - Молодец, Машка, - Даша одной рукой обняла сестру за плечи, а второй потрепала волосы. От этого действия со стороны Даши у Маши закружилась голова. От действия со своей стороны Даша не почувствовала ничего. Маша открыла дверь в кладовку и, увидев таракана застывшим на одном месте, осторожно сковала его в листе А4. Всё также осторожно она усадила его в банку. - Спасибо, Маша, - Даша вытянула перед Машей руку в вертикальном положении, чтобы сестра дала ей «пять» . Маша незаметно засмущалась и ответила сестре лёгким шлепком по её ладони. - Рада помочь тебе, сестрёнка, - мило улыбаясь от смущения сказала Маша, медленно подошла ближе к Даше и быстро чмокнула её в щёчку. Поцелуй был коротким. Маша никогда не брезговала оставлять их на щеках своих сестёр. Но больше всех поцелуев всегда доставалось Даше. Всегда. Не только после того, как Маша влюбилась в неё, но и раньше. Видимо, они и в правду всегда были ближе всех остальных. Может, их подсознание внушает им, что на самом деле они, как две капли воды, имеющие отличия лишь на молекулярном уровне? Сёстры же редко одаривали Машу такими же поцелуями. Женя только в случае, если она получила от Маши что-то ценное, либо хочет получить сейчас. Галина Сергеевна была слишком увлечена учёбой и тянущим её в омут Полежайкиным. А хладнокровная Даша делала это либо во время поздравления Маши на день рождения, либо в какие-то другие очень редкие моменты. Тем не менее, поцелуй в щёку сестры вызвал у Маши дикий жар, её лицо покраснело, а кровь стала бить током оголённых высоковольтных проводов. Поцелуй в щёку от сестры вызвал у Даши лёгкое смущение и незаметную улыбку. После небольшого зрительного контакта с лёгкой улыбкой, сёстры приступили к выполнению бабушкиных заданий, не забывая попутно болтать на любые темы.***
Бабушка вернулась домой с большим цветком в горшке. Цветок несла не она, а один из молодых преподавателей с кафедры, любезно предоставивший Антонине Семёновне новое пособие для изучения. - Спасибо Вам, юноша, - сказала Антонина Семёновна, - Вы внесли вклад в развитие российской биологии и получение мной Нобелевской премии. - Не за что, Антонина Семёновна. Ну, я пошёл. До свидания. - До свидания. Растение она попросила оставить в подъезде. Когда молодой человек удалился, она стала целовать листья цветка. - Золотой ты мой, - приговаривала бабушка, - в прямом смысле этого слова. В это время по лестнице вместе с Пуговкой поднялся папа. - Ого, какой цветок, - удивилась Пуговка. - Нравится, Полиночка? Благодаря этому цветочку бабушка получит Нобелевскую премию и купит тебе шоколадку, - она перевела взгляд на зятя, - Серёженька, у вас в квартире солнечная сторона. Я поставлю этот цветок у тебя в гостиной. - Конечно, поставьте, Антонина Семёновна. - Вообще-то я не спрашивала, Васнецов, - грубо ответила она. Антонина Семёновна была скверной женщиной как тёща. Да и как бабушка она не особо много времени уделяла внучкам, в отличие от бабушки Нины из Красноярска, которая хоть и приезжала очень редко, но относилась к девочкам, лелея их. С другой стороны понять её можно. Она была брошена мужем с восьмилетней дочерью за пазухой. А может ей было стыдно перед папой девочек за то, что её дочь бросила их, поэтому так себя вела? Как бы то ни было, к Сергею Алексеевичу она относилась, как к сыну, которого у неё не было, стараясь не показывать этого. Папа закатил глаза и пошёл открывать дверь. Из квартиры напротив вышли Маша и Даша. - О, Маш, ты тоже здесь? – удивилась бабушка, - решила сестре помочь? Наконец-то вы стали дружно вести себя. Всё сделали? - Да, бабушка, мы всё сделали, как ты меня просила, - ответила Даша. - Золотые мои, - сказала бабушка и, сложив три пальца, постучала по макушке Маши и Даши, - помогите мне теперь цветок в вашу гостиную перенести. Ну, вы пока переносите, а я переоденусь, а потом приду и буду делать семимильные шаги к Нобелевской премии. Бабушка зашла в квартиру, предвкушая скорое получение Нобелевской премии, которая была уже на горизонте. Но, как известно, горизонт это воображаемая линия, отдаляющаяся по мере приближения к ней.***
Веник, держа в руках сумку Маши, звонил в дверь квартиры тридцать пять. Дверь ему открыла Даша. - Здрасте. А Вы к кому? - А Маша дома? - Дома, - Даша развернулась и крикнула, - Маш, к тебе. Маша вышла из гостиной, в которой у окна стоял цветок, вокруг коего кружилась их бабушка. - Веник? А ты что здесь делаешь? - Ты в кафе сумку оставила. - А, точно. А я всё думала, что же я забыла. Спасибо тебе, - Маша поцеловала своего единственного друга в щёчку. Глядя как Веник получает от Маши поцелуй, Даша почувствовала лёгкий укол в сердце. Но она была бы не Дашей, если бы не вставила: - Да-а-а. Это очень на неё похоже. - Даш, знакомься, это мой друг Веник. Учится со мной. - Так значит ты и есть тот самый человек, который не даёт Маше вылететь с позором из Бауманки? Маша легонько толкнула Дашу в плечо. - Видимо, да. - Приятно. Я Даша, - она протянула ему свою руку. Тот, чуть колеблясь, пожал. - Даш, а знаешь, Веник гений. У него куча изобретений. - Да? А почему ты ничего не патентуешь? Ты же столько денег можешь получить. Веник пожал плечами. - Сегодня, например, он изобрёл прибор, который показывает уровень влюблённости. - А ты, наверное, когда его надела, вообще до взрыва довела, да? – кинула шутку в адрес сестры Даша, не подозревая, что взрыв чуть не случился из-за неё, - ладно, покажите хоть его. Веник достал из портфеля индикатор влюблённости и надел его на себя. Лампочки на нём стали быстро мигать. Через три секунды прибор стал греться и пахнуть гарью. Веник сорвал его с себя. - М-да, Веничек… А сегодня в кафе ты говорил, что не влюблён. Когда успел? Веник не знал, что сказать. Даша взяла индикатор из рук Веника и надела себе на шею. Глядя на Веника и Машу одновременно она сразу заставила лампочки едва заметно замигать.Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!