Сближение

Из комнаты напротив доносились резкие и слегка приглушённые вскрики. Звуки заглушал скрип измученной кровати. Из небольшой комнаты прямо веяло жаром. Этот жар разлетелся по коридорам также, как и то ли стоны, то ли крики. Шея Жана была покрыта сотней отметин и небольших следов от пальцев. Но тот, кто был сверху сейчас оставил лишь пару поцелуев на израненной и больной шее француза. Жан старался быть как можно тише. В такое время нельзя быть громким. Если кого-то разбудить - могут пожаловаться, а если будет жалоба - пиши пропало. Страшнее всего Жану было разбудить Рико. Его комната находилась не так далеко, а его сон можно было легко потревожить. Но Жан умело затыкал себе рот всем, что попадётся под руку. Глаза слезились, но не от боли, глотку саднило, но не от горечи, тело трясло, но не от страха. Жану, вероятно, впервые за такое долгое время было не больно, а приятно. Он не сдержался, по щекам потекли несколько слëз, которые быстро скатились и впитались в подушку под Жаном. Уголок подушки был мокрым от слюны и слëз. Жан закусил его до такой степени, что, казалось, ещё немного, и он прокусит ткань насквозь. Тонкие, бледные и длинные пальцы сжимали простынь и усталую подушку. Костяшки пальцев побелели, пусть на бледной коже это было незаметно. На лбу от всех действий появилась испарина, на спине тоже. Жан чувствовал, как постепенно становится всё более и более влажно. Руки в шрамах держали его бёдра, но сжимали не сильно. Нил всё же смог найти на бёдрах небольшой участок, где у Жана не было синяков. Его пальцы иногда пробегали по рёбрам Жана, пересчитывая их, заставляя Жана вдохнуть больше горячего воздуха в лёгкие, которые горели пожаром. После рёбер пальцы Нила проходились по его спине и позвонкам, заставляя Жана ещё сильнее закусить подушку и всё же не сдержать тихий, приглушённый стон. Казалось бы, как они за две недели смогли так сблизиться? Но смогли. Жан и сам был не против этого, а Нил умел настаивать незаметно. На чёрную простынь с члена Жана капал предэякулят. Ещё немного и Нил доведёт его до пика своими прикосновениями, влажными звуками и поцелуями. Нил тяжело дышал, но не сбавлял темп. Было не ясно, откуда же Нил взял столько смазки, но сейчас Жану было откровенно наплевать на это. Тело Жана дрожало всё сильнее, пока он, наконец, с громким, но приглушённым подушкой, стоном не кончил на чёрную шёлковую простынь. Жан свалился без сил на кровать, тяжело дыша и закатив глаза. Ноги немного дрожали, руки не могли расслабиться и отпустить многострадальческую подушку. Живот был напряжён, пока Жан чувствовал движение чего-то жидкого внутри него. Нил же свалился рядом с ним. Обняв Жана, Нил не обратил внимания на его туманный взгляд. Он накрыл его губы своими.