Вернутся к фанфику
Путь наружу
1 апреля 2025, 10:10***
Сразу после ужина Эдвард наказал Освальду незаметно проскользнуть к библиотеке. Местные охранники уже привыкли к тому, что эти двое подолгу там пропадают и не придавали значения, только хмыкали вслед.
За дверью оказалась тележка с бельём. Освальд недоверчиво посмотрел на неё, но догадался забраться внутрь. Через несколько минут появился Эд, точнее его голос.
- Вот, кто-то из дежурных оставил, я могу отвезти её вниз, начальник. Если вы сами, конечно, не хотите..
- Чёртовы бездельники, - ответил второй голос. Оз весь сжался, накрытый тряпками, и перестал дышать. - Вези, только быстро.
- Одна нога здесь, другая там, - бодро ответил Эд, а Освальд почувствовал, как его покатили по коридору.
- Вылезай, принцесса, - услышал он шёпот несколько минут напряжённой поездки спустя.
- Сам принцесса, - высунул голову Оз, весь взлохмаченный и недовольный. Эдвард не удержался от улыбки. Слишком уж тот был похож на птичку со своим острым носом и хмурым взглядом, но всё-таки вылез и даже позволил себе помочь.
Он огляделся, а затем Эдвард быстро потащил его за руку к канализационному люку, не обращая внимания на напряжённое пыхтение. Веки Освальда подрагивали, а коленки подгибались от предвкушения и нервов, поэтому он был благодарен решительности Эда.
- У нас есть два часа до переклички, - подтолкнул тот его в спину, когда они остановились у вертикального люка.
Освальд недоверчиво осмотрел проём и вдруг вспомнил. Замок и бетон. Так просто решётку голами руками не вытащить. Они не взяли ничего, чтобы его сломать. Он повернулся к Эду и его брови изогнулись в немом вопросе.
- Эд, а это.., - голос осип.
Тот хитро улыбнулся и достал из кармана какую-то бутылочку. Отодвинув его за плечо в сторону, он нагнулся над замком и, аккуратно отвинтив крышечку, начал заливать в личинку замка раствор, одновременно с этим заговорщически шепча.
- Царская водка помогает справиться с самыми крепкими металлами, - в замке зашипело, Эд сверлил глазами происходящую в нём химическую реакцию. - Прикупил кое-что, кое-что выменял и сварил азотную кислоту. Затем смешал её с соляной.
Шипение становилось всё громче, а потом раздался громкий треск. Освальд вжал голову в плечи, оглядываясь кругом. Но никакого признака, что их услышали, не заметил. Эдвард взялся пальцами за края решётки и с тихим скрежетом покачал её.
- Я в шоке с твоих талантов, - шёпотом поделился с ним Оз.
Он почти потерял дар речи от напряжения, а в ответ получил довольную ухмылку. Решётка поддалась умелым рукам и вышла из стены, открывая проход. Темнота дышала ароматами канализации, заставляя морщиться и закрывать нос.
Освальд передёрнулся представляя, что прямо сейчас им предстоит залезть в эту самую дурно пахнущую трубу и какое-то время ползти по ней. Но он помнил, что впереди ждёт свобода, поэтому подавил брезгливость ради высшего блага.
- Метров десять вперёд, потом отворот в общую систему, по ней до конца. Ты первый, скажу, где повернуть, - доверительно наклонился к нему Эдвард.
Время утекало, а издалека вдруг послышались какие-то голоса. Охранники патрулировали коридоры. Освальд вздрогнул и почувствовал руку Эда, которая сильно сжала его за плечо. Он тоже волновался, но хорошо это скрывал.
Внутренне перекрестившись, Освальд первым залез в трубу. Его встретил склизкий пол, ладони тут же попали во что-то гадкое, жидкое, роба на коленках промокла в этом же гадком и жидком.
Чуть прополз вперёд, чтобы дать Эду место, и услышал, как тот забрался следом. Повернув в этой зловонной темноте голову, стоя на четвереньках, он заметил, как Эдвард вернул решётку на место, достал изо рта большой кусок розовой жвачки и прилепил решётку к стене.
- Что есть. Зато не будет бросаться в глаза, - Эд игриво шлёпнул пособника по бедру, призывая ползти. И Освальд, зажмурившись, пополз по наобум, чавкая грязью под ладонями и коленками.
***
- Блять, Эд, ты чувствуешь?
Уже после отворота, проползя сколько-то метров по кромешной тьме, Освальд вдруг почувствовал неладное. Чуткий слух уловил какой-то шум издалека, как всплески и глухое гудение, которое вибрацией отдавалось от стен. Под руками стало ощутимо больше жижи.
- Да, кажется, уф, - Эдвард кряхтел позади. - Кажется, включили прочистку слива.
- Это плохо?
- Сейчас узнаем, ползи вперёд.
- Ползу, ползу я.. ААА! - Освальда вдруг подмыло неожиданной волной, он остановился и почувствовал, как в него врезался Эдвард.
- Давай, давай, - торопливо прикрикнул Эд, и он почувствовал, как его подталкивают вперёд.
Паника схватила грудь, когда он понял, что вода стремительно прибывает. Мужчины усиленно ползли, загребая руками воду под собой. Но вот уровень поднялся уже до самых локтей.
Грязное месиво с какими-то ошмётками прибывало, дурной запах усилился, забиваясь плотным дурманом в нос и горло, порождая рвотные позывы. С каждой секундой становилось всё страшнее. Когда вода достигла груди, Освальд почувствовал, как Эд ухватился за его лодыжку.
- Присядь, повернись на меня, - прохрипел он.
Освальд повиновался. Он с трудом развернулся в узком пространстве, стараясь не удариться головой о потолок и присел, подгибая шею. Руками он нащупал перед собой руки Эдварда, его кисти дрожали.
- Старайся держать лицо повыше, вдохни глубоко и не выдыхай, когда вода дойдёт до потолка, - Освальд слышал, но его так сильно захватил страх, что он ничего не мог поделать, его крупно трясло.
Эдвард притянул его руками к себе, их колени столкнулись, ноги Освальда закинулись на его бёдра под водой и он почувствовал очень плотные объятия. Эд прижимал его к груди, поглаживая по спине.
- Нельзя паниковать, Освальд, нельзя паниковать, - шептал он.
Он прижимал его в грязной, мутной воде, в темноте без единого проблеска. Его тёплая грудь прижималась к груди, а руки старались успокоить. Градус паники острыми уколами пробивался в мозг. Освальд призвал все силы на помощь и сильно выдохнул куда-то предположительно в шею Эдварду. Руки сжали его ещё сильнее.
- Подними лицо, - посоветовал Эд, когда зловонная жижа добралась до их подбородков.
Они были заперты. Возможно, это худший вариант умереть вот так, подумал Оз, но ничего не оставалось делать, и он задрал голову, прижимаясь лбом к потолку. То же, судя по всему, сделал Эд.
Их редкие, глубокие вдохи смешивались с вонью трубы, пока последний не оборвался бульканьем. Всё, подумал Освальд, онемевшими пальцами хватаясь под водой за предплечья Эдварда. И закрыл глаза.
Секунда проходила за секундой, голову разрывало от недостатка кислорода, лёгкие жгло напалмом, но когда он уже был готов втянуть полной грудью последний, отравляющий вдох с водой, но без воздуха, он почувствовал, как холод отхлынул от лица. Вода убывала.
Захотелось кричать от радости, но он только сильней сцепил челюсти, чтобы не дать себе вдохнуть, пока не окажется достаточно места для вдоха. Спустя секунд пятнадцать или вечность, он с радостью вкусил воздуха. Отравляющий смрад канализации показался амброзией, а рядом также тяжело и радостно вдохнул Эд.
- Мы выжили, - глухо рассмеялся он, утыкаясь Освальду в плечо головой. - Мы выжили! - крикнул он громче, а Освальд подхватил его смех. Они не остались погребёнными в тёмном зловонном аду, он немного ослабил хватку и отстранился.
- Фу, что это, - рука нащупала проплывавшее мимо нечто. Длинное, склизкое, он передал это наощупь Эду.
- Салфетка или прокладка, - тоном знатока определил тот.
- Фу блять, мерзость.
- Сколько раз им говорили, не стоит смывать в унитаз неразлагающиеся отходы, - заумно проворчал Эд. А Освальд поспешил развернуться в тесноте, чтобы ползти вперёд. Второго такого экспириенса он бы точно не пережил.
- Крысиный труп, - бурчал Эд позади, снова начиная движение за Освальдом. Спустя минуту. - Ещё прокладка. Пластиковая салфетка.
Освальд на секунду остановился.
- Ты помойным сомелье решил заделаться? - с сомнением спросил он.
- Нет, просто я в шоке, как много здесь всякого дерьма.
- Ну мы в канализации, Эд, это же логично, - хмыкнул Оз, продолжая ползти.
- Даже для канализации это слишком грязное место.
Освальд только плечами пожал. Ему было мерзко, но после спасения их жизней, внутри клубился кусочек счастья. Руки и ноги ныли от усталости, кожу на ладонях стянуло от сырости, но он полз изо всех сил и старался держать дыхание, пока ему не привиделось.. Нет, он мотнул головой. Не привиделось. Это точно было оно.
- Свет, Эдвард, я вижу свет!
- Давай, быстрей, впереди выход, - нетерпеливо впилился сзади в него лбом или плечом Эд.
Пару минут спустя они вывалились наружу, вытолкнув подпиленную для них решётку. Вокруг разливался сточный пруд, квакали лягушки, а с неба пялился бледно-жёлтый блин луны.
Освальд откатился на спину и валялся в луже на мелководье, рядом развалился Эдвард. Они смотрели в небо и улыбались, отмечая как одна за другой в темноте зажигаются звёзды.
Ветер пах лёгким флёром гнили, но также он приносил другие запахи из обычной жизни. Запахи песка, нагретой за день земли, лошадиного навоза. Кажется, поблизости находилась ферма.
Освальд счастливо и очень тихо рассмеялся, поднимаясь на локтях. Рядом с ним приподнялся растрёпанный, весь мокрый и в гадких ошмётках Эдвард. Лицо его раскрасилось в свете луны голубоватым, строгие черты ввалившихся щёк казались выточенными из светлого мрамора. Он посмотрел на Освальда и улыбнулся, смахивая с его плеча кусок какой-то салфетки.
***
Грязные с головы до ног, но чувствующие себя как никогда победителями, мужчины шли по дороге. Вокруг, ничуть не желая скрывать их, ни кустиком, ни деревцем, от непрошенной погони, распласталось поле.
Луна светила в самую макушку Освальда. Лучи отражались от его кожи, делая его почти смертельно белым. Чёрные волосы блестели сыростью. Эд шёл рядом и нехотя заглядывался на хромающую фигурку, она припадала чуть сильнее обычного, но хромала так пылко, как он никогда не видел раньше. Нужно было ускориться, но ветер, еле колышащий травинки, посылал свой сигнал: будь тихим, не спеши, прислушайся. И Эдвард прислушался.
"Какой ты жалкий", раздалось в темноте черепной коробки. "Ещё немного, и ты бы умер вместе с ним"
"Молчи, пожалуйста", мысленно взмолился он.
"Жалкий, глупый, маленький"
"Он тебе нравился"
"Он тебе нравился", прошелестел порыв ветра слабыми стебельками, или разум снова предавал его. В небе погасла звезда.
- Какие планы, Эд? - разорвал молчание Освальд. Он немного повернул лицо вбок, его профиль высветился желтоватым. Хищный, невинный, острый.
- Творить великие дела, иначе зачем всё это было, - высокопарно ответил Эд, но Освальд не рассмеялся. Поддержал настрой.
- Мы дополняем друг друга, - тихо сказал он. - Спасибо, что не бросил меня. Там.
- Не мог позволить себе потерять такого управленца, твоё сердце билось так, что если не вода убила бы тебя, то точно тахикардия, - Эдвард скрыл за шуткой реальное волнение.
- Как всегда математически точен, непревзойдённо логичен и чертовски умён.
- Издеваешься?
- Ничуть.
Эд пригляделся. Освальд действительно не выглядел ни язвительным, ни насмешливым. Его лицо было уверенно и спокойно, взгляд горел ясностью.
- Сочту за комплимент, - хмыкнул Эд, а голос в голове буркнул что-то про то, что его легко купить дешёвыми сантиментами.
- Я оставлю фамилию матери, - сказал Оз в сторону. - Всё равно нам понадобятся новые документы.
- Какую?
- Кобблпот.
- Интересная. А я буду Нигма, - под ногой хрустнул камешек. Раскатисто, тонко. Он посмотрел вниз и заметил иссохшийся трупик крота. Глупое маленькое животное умерло прямо здесь, посреди поля, ветра и свободы.
- Типа Эдвард Нигма? Звучит.
- Да, отсылает на мою главную любовь жизни.
Освальд обернулся и кольнул его внимательными глазами.
- А! Ну ничего себе, умно, - он быстро разгадал задумку. Эдвард был этому рад. Назойливый голос в голове наконец заткнулся.
- Давай как в детстве, придумаем прозвища. Мне нравится как тебя прозвали в тюрьме, - предложил Эд.
- Действительно, повод посмеяться, - Освальд оскорбился. Стало заметно, что он постарался хромать не так очевидно. В голос его пробралась обида.
- Нет, Освальд, это не насмешка. Пингвины - хищные птицы.
На границе поля, жалобно ухнула сова. Её вскрик пронёсся по равнине, отозвался ночным эхом среди тихого шуршания камней под ногами. Шаркнуло сильнее, Освальд остановился и посмотрел куда-то за границу поля. Его лицо вмиг осунулось.
- Ты знаешь сколько мне лет?
- Около двадцати?
- Тридцать один. В Америке я уже двадцать пять лет. И всё равно на птичьих правах, забавно.
- О, - Эдвард определённо удивился. - Ты выглядишь моложе.
Освальд одарил его нежной, зубастой улыбкой, прежде чем немного стеснительно пожать плечами. В полутьме показалось, что его щёки порозовели, но наверное это была иллюзия.
- Матушкина генетика, она тоже выглядела так.. Давно правда. Пока не начала тяжело работать.
- А отец? Ты видел его фотографии?
- Кхм, - Освальд отвернулся. Он всем видом показал, что не хочет отвечать на этот вопрос, поэтому сменил вектор разговора. - После смерти матушки я поменял имя, документы, заказал удаление себя из баз данных. Конечно, в полиции меня быстро раскусили, но до этого я хотел стать другим человеком. Все вокруг, когда слышали странное имя, странную фамилию, относились к нам так, словно мы кусок из их ртов вырываем.
- Мы это исправим, мы покажем им..
- Я американец, кто бы что ни говорил, - твёрдо сказал Оз. - Пускай мне и пришлось стать Седриком, перегидролить волосы, сменить стиль.. Чтобы подходить под образ того парня, - голос становился всё тише. - Вообще, я больше ценитель классики, - решил честно признаться он.
Эдвард представил себе Освальда в классическом костюме, с тростью, в котелке. Ему понравилась эта диковатая, несовременная и почти мистическая картинка. Поэтому он улыбнулся, ловя в ответ такую же улыбку, которая вдруг стекла с лица, смытая горечью.
- Только хромоту никуда деть не получится, - вздохнул Освальд.
- Она тебя красит, - вдруг смутившись, быстро протараторил Эд. - Ну, я думаю, это твоя особенность, сила в обманчивости. Ты прекрасно обманываешь своим видом всех окружающих. Я вот до этого момента и не предполагал, что ты такой старик.
Освальд уставился на него, но поймал искру игривости и рассмеялся.
- Рано меня в старики заделываешь, юнец.
- Не так уж я юн. Мне скоро будет двадцать семь.
- А ведёшь себя как подросток, и мне, честно признаться, это даже нравится. Пусть из-за этого нас пару раз чуть не прикончили.
- Мне тоже нужно имя, - подумав, сказал Эд.
Впереди уже заканчивалось поле и был виден бампер чёрного автомобиля, к которому они спешили. Освальд тоже задумался, а потом сказал.
- Как насчёт чего-то вроде.. Загадочник?
- Что? - не понял Эд, имя показалось ему глупым. Неужели Освальд решил над ним посмеяться.
- Ну ты пасхалки оставляешь в виде загадок, а ведь тебя даже за них посадили. Всю жизнь будешь помнить о своей силе и слабости. Как моё имя, твоё будет тебе говорить о том, кто ты и какие ошибки совершал. Да и ты такой весь строгий, загадочный, ну прям весь из себя Загадочник, - они уже подошли к машине.
Эдвард замолчал. Он открыл дверь, нашёл ключ зажигания под креслом, оставленный там заранее. Когда он сел за руль и завёл машину, а Освальд устроился рядом на пассажирском, включая печку, чтобы они смогли немного обсохнуть, Эд повернулся к нему с улыбкой во все тридцать два.
- Мне нравится, - заявил он. - Загадочник, - он прокатил это слово во рту. - Где призрак знаний бродит по ночам, но так и не бывала нога студента?
- Поехали уже, - Освальд похлопал его по коленке и включил радио.
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!