Спасибо

Обработанная правая щека всё ещё болела, хоть оцарапанная часть уже покрылась корочкой, но не стоит забывать о синяке. Он был еле заметен, но был. Каждое прикосновение отзывалось болью, но умываться всё ещё приходилось. С плечом всё было хорошо, но, к сожалению, порвалась куртка, однако, приходилось пока гонять в ней. Прошло около трёх дней после получения травмы, а воспоминания всё всплывали в голове, не давая покоя. С каждым днём это было всё более невыносимо. Разум трепыхался как рыба на суше. Каждый взгляд или прикосновения соседа стали отзываться чем-то родным и это озадачивало. Еда опять не лезла в горло, хоть и была очень вкусной. Аппетита не было. В голове то и дело всплывали странные мысли, которым тот не давал разрастаться, переключаясь на что-то другое. — Долго ты тарелку гипнотизировать будешь? — Секби уже давно доел и ждал того, сегодня его очередь мыть посуду и он хотел разобраться с этим перед стримом. — Я потом сам помою. — Ну... как знаешь. — Состояние мыша хоть и вызывало беспокойство, но ему же лучше, меньше мыть. Живот неодобрительно проурчал, напоминая, что его нужно покормить и Клеш, вздохнув, всё же начал есть, проглатывая еду через не хочу. Сосед вскоре удалился к себе в комнату и тот вновь остался наедине с мыслями. Он не хотел этого признавать. Эти мысли были лишь фарсом его уставшего мозга.

***

Рабочая деятельность вновь восстановилась, заказы, модельки, бумага, печатать стикеры, анкеты, комп, заполнять поля, пупырка, упаковка, коробки, рабочий чат, письма, программа для монтажа, почта. Всё смешалось и обвилось поводком вокруг шеи, что с каждым вдохом сужался не давая спокойно выдохнуть. Он уже привык к этому, нужно просто перетерпеть наплыв и станет легче. Станет лучше. Веки опустились сами собой, будто налитые свинцом, и тот уже не помнил смог ли дойти до кровати в целости и сохранности. Глаза разлиплись лишь от осторожных прикосновений к волосам. Они были лёгкими и нежными, будто убаюкивающими. Первые пару минут Клеш был не в силах осознать где находится, а после поднял голову, обнаружив перед собой лицо друга. Те были в комнате шатена, но почему-то он сидел боком, на коленях друга. А тот осторожно приобнял парня, чтоб не поцарапать острыми когтями и поглаживал меньшего по голове, смотря как-то слишком обеспокоенно. Никто ничего не говорил. Рейк лишь развернул торс, обнимая соседа и положил свою голову на плечо Секби. Сил возражать не было. — От твоих переработок страдаю и я, идиот. — Ответа ожидаемо не последовало, но тело было плотнее прижато к груди ящера. — Извини. — Послышался тихий голос где-то около шеи. — Прекращай это, Мышонок... Моё сердце не выдержит каждый раз наблюдать, как ты себя изматываешь. Шатену хотелось ответить, но в объятиях парня стало настолько уютно, что глаза вновь слиплись и вскоре послышалось тихое сопение. Руки сползли с чужой спины и мягко опустились к туловищу. Разжимая парня, Секби лишь на мгновение остановил взгляд на его лице и, убирая прилипшую ко лбу прядь растрёпанных волос, осторожно улыбнулся, будто это могло разбудить мышонка. Тот уложил парня на кровать и накрыл одеялом, на этот раз оставляя на лбу короткий поцелуй. — Когда-нибудь ты меня погубишь...

***

Просыпаться было даже как-то стыдно, но парень пересилил себя и открыл глаза, щурясь от яркого света. Клеш поднялся с кровати, осторожно дойдя до ванной, умылся, нанеся какую-то мазь на корочку раны, переоделся, закинул в себя первую попавшуюся на глаза еду и ушёл обратно в комнату. Секби, будто понимая его настрой, не выходил из комнаты всё это время, да и после тоже. Как начать разговор? О чём говорить? Нужно ли это вообще или они просто помолчат и забудут? Чтоб не отвлекаться на мысли, что распирали голову, мышь сел вновь за любимое дело, упаковать осталось не так много, работы разве что до вечера. Так и вышло. Пока парень всё упаковывал и перепроверял, начало вечереть, загрузив посылки в огромную сумку, тот перекинул её через плечо и, быстро собравшись, отправился на почту, пока та не закрылась. Женщины, которым пришлось забивать в базу кучу посылок, скоро начали бы откровенно крыть парня матом, но отправки закончились раньше этого. Забрав сумку, пока его спину прожигали взглядами, Клеш потопал обратно. Уже потемнело и на улице похолодало, хорошо, что до дома два шага, а там, если повезёт, лифт приедет. Но не повезло, зато тот согрелся, поднимаясь по лестнице. Пройдя в квартиру, шатен почувствовал вкусный запах, не еды, чего-то фруктового, наверное, Секби заваривал травяной чай. Интересно, там ещё осталось? Он бы не отказался от тёплого травяного чая... Разувшись, парень оставил куртку с сумкой на выходе и прошёл в комнату, избегая кухни. Мельком тот успел заметить ящера и это был бы отличный момент поговорить, но нужно было хотя бы переодеться. Сменив свитер на футболку, а тёплые штаны на шорты, тот посидел немного на кровати и, собравшись с духом, вышел из комнаты, проходя на кухню. Секби сидел в похожем комплекте одежды и пил чай, рассматривая улицу за окном. Он выглядел таким же неуверенным как и сам КлешРейк. Сердце затаило дыхание где-то под рёбрами, ожидая дальнейшего. — Секби. — Парень прошёл на кухню, приближаясь к столу. Брюнет обернулся на зов и уголки его губ слегка поднялись вверх. — Привет... — Пр'ивет. — Парень ответил тому такой же неловкой, неуверенной улыбкой. — Вкусно пахнет. Чай? — А? Да, там на плите, можешь себе налить. — Чайника для рассыпчатого чая у них не было и тот стоял заваренный прямо в кастрюльке с водой. — Спасибо... — Уверенность плавно утекала, но отказаться от чая было бы странно, налив себе заварки через ситечко, клеш добавил холодной воды и, подвинув стул, сел рядом у окна, затаскивая ноги на сидушку. Первый глоток оказался очень странным, но после раскрылся нежный привкус. — Очень вкусный. — Сегодня купил, какой-то китайский... — Парень сидел, подняв одну ногу на стул и поматывал хвостом, отпивая напиток. — Понятно. — Клеш поставил кружку на подоконник и, опустив ноги, погладил себя по затылку. — Ещё болит? — Секби глянул на того, указывая пальцем на свою щёку. — Что? — До парня дошло не сразу. — Щека... Ещё болит? — А, да... Побаливает и чешется, но твоя мазь помогает. Спасибо... — Чешется, потому что заживает, а мазь, да не нужно благодарить, всё нормально. — Секби. — Не надо. — Ящер уловив его настроение, отвернул голову обратно к окну. — Я знаю о чём ты хочешь поговорить. Не стоит. Тебе не понравится то, что ты услышишь. КлешРейк вздохнул понимая, что его догадки были верны. Он не знал что делать, хоть и думал об этом весь день. — И как давно? — Это не важно... — Мне важно. И... — Рейк протянул руку к парню, положив ту на чешуйчатую щёку. — Мне важен ты, Секби. Брюнет не знал куда себя деть, это было неожиданно, приятно, но неожиданно. Тот прижался щекой к тёплой руке и, взяв кружку в одну лапу, второй накрыл ладонь, что меньше и прикрыл глаза . Они всё ещё не сказали ни одно, ни второе слово, но, кажется, уже во всём друг другу признались. — Ты мне... Тоже важен.— Секби открыл глаза, убирая кружку на подоконник и глянул на парня напротив. Клеш с улыбкой, нежной, какой раньше не появлялось на этом лице, смотрел в голубые глаза, пока нос ящера скользнул в его ладонь, а после к ней же прижались слегка холодные губы. Это было смущающе, но не отвергалось ни одной стороной, а значит полностью принималось. Их глаза вновь встретились и вторая когтистая рука скользнула косточками уже по чужой, здоровой щеке, что от обстоятельств успела покрыться лёгким, почти незаметным румянцем. — Спасибо... — Секби сжал его руку и опустил со своей щеки, наклоняясь к парню и целуя его в лоб. На что последний улыбается, едва сдерживая смешок. Губы же касаются уже щеки, мышь прикрывает глаза, расслабляясь под этим странным ритуалом, а после накрываются и тёплые уста Клеша, лишь на пару секунд, но этого достаточно. Секби остаётся лишь вновь прошептать. — Спасибо. — И тебе спасибо. — Проносится такой же шёпот из чужих уст. Спасибо... Всё-таки чудесное слово.