Глава 4, Язык несовподающих взглядов.

      Солнце поднялось высоко, и лес наполнился густым, тягучим зноем. Аша проснулась от того, что её лицо щекотала муха. Она отмахнулась, перевернулась на другой бок, но сон уже ушёл, оставив после себя только тяжесть в теле и ноющую боль в мышцах.       Она села, чувствуя, как каждый сустав протестует против движения. Её ночная рубашка, которая когда-то была белой и кружевной, теперь выглядела как тряпка — грязная, мокрая от пота и покрытая пятнами травы. Косички растрепались, несколько прядей выбились и липли к лицу.       Астер сидел рядом, поджав колени к груди, и смотрел на неё с тревогой. Его свет был тусклым — не таким ярким, как прошлой ночью. Он устал. Аша знала, что он потратил много сил, чтобы защитить её от гончих, а потом ещё и развлекал её фокусами, чтобы подбодрить. — Доброе утро, — сказала она хрипло, пытаясь улыбнуться. Уже давно не утро, но кого это волнует? — Ты как?       Астер улыбнулся в ответ, но улыбка была слабой. Он поднял руку и показал на свои пальцы, из которых почти не сыпалась звёздная пыль. Он объяснил ей, что какое-то время он не будет колдовать, чтобы восстановить силы. — Понятно, — сказала Аша, чувствуя, как внутри неё разрастается холодок тревоги. Сама она из себя ничего путного не представляет — девушка надеялась на магию Астера. — Значит, мы сами. Временно без магии.       Принцесса поднялась на ноги, и мир вокруг неё качнулся. Голова закружилась, и она пошатнулась, ухватившись за ствол дерева. Девушка не привыкла так долго находиться на природе. Все болело, кости буквально ныли. Она знала травы, умела варить зелья, но никогда не ходила в такие долгие походы на занятиях.       Лес все ещё выглядел враждебным. Бесконечные деревья, кусты, корни, которые так и норовили поймать её за ногу, и ни одного признака человеческого жилья. — Ты знаешь, где мы? — спросила она, поворачиваясь к Астеру.       Он покачал головой, и его лицо стало виноватым. Потом показал вверх, затем вниз, затем изобразил руками, как он летает над деревьями, но сейчас он не может этого сделать. У него нет сил. — Значит, мы потерялись? — спросила Аша, и голос её дрогнул.       Астер снова покачал головой, но на этот раз он указал на неё. Он дал ей понять, что она — их надежда. Ей нужно показать дорогу.       Но Аша не знала, где они. Знала только, что очень — очень — далеко от королевства. На карте она бы обязательно показала, где Саксония. Но одно дело на карте показать, а другое так, на живую указать путь, где все деревья одинаковые. Лес не был похож на карту. Здесь не было дорог, не было ориентиров. Только бесконечная живая стена, которая тянулась до самого горизонта. — Я не знаю, где мы, — призналась она. — Я могу показать на карте, где находится Саксония, но я не могу найти дорогу туда.       Астер подошёл к ней и положил руку на плечо. В его глазах была нежность, которая согрела её больше, чем любое солнце.       Он будто дал понять, что они найдут дорогу. Пришлось идти дальше. Аша шла впереди, прокладывая путь сквозь кусты, а Астер шёл за ней, помогая как мог.       Прошло ещё несколько часов. Они не встретили ни одного поселения вновь. Как и ни одной живой души. Только лес, который казался бесконечным. — Я хочу пить, — сказала Аша, когда солнце начало клониться к закату.       Астер остановился и посмотрел на неё. Он понял, что девушка на пределе. Её лицо было бледным, губы потрескались, а в глазах застыла усталость, которую она уже не пыталась скрывать.       Звезда указала вперёд, на заросли, и Аша, собрав остатки сил, пошла туда. Она пробиралась сквозь высокую траву, и вдруг её нога провалилась в пустоту. Она упала, и мир вокруг неё перевернулся. Она покатилась по склону, больно ударяясь о корни и камни, и остановилась только внизу, в небольшой ложбине.       Астер бросился к ней, взволнованно что-то говоря на своём языке, но Аша не слышала его. Она лежала на земле, чувствуя, как боль разливается по всему телу. Принцесса смотрела вверх, на небо, которое медленно темнело, и думала о том, что она не знает, как долго ещё сможет идти. — Я устала, — прошептала она, когда Астер подошёл к ней и помог ей сесть. — Я не знаю, где мы. Я не знаю, как выбраться! Я никогда не была так далеко от дома! — отчаяние постепенно поселилось в душе.       Астер сел рядом с ней и обнял. Аша удивилась такому проявлению эмоций, но позволила продолжить. Астер ощущался как живой человек — мягкий, теплый. Вокруг него словно летала невидимая пыльца, из-за чего немного щекотало нос.       Через объятья звезда старалась сказать, что она не одна, что они найдут дорогу, даже если им придётся идти вечность.       Аша закрыла глаза и почувствовала, как её дыхание постепенно успокаивается. Она знала, что у них нет другого выбора, кроме как идти дальше. И знала, что пока он рядом, она не сдастся.       Они обнимались так какое-то время, а после юноша помог ей подняться. Пара вышла к реке. У Аши не было с собой бурдюка, но звезда наколдовал нечто похожее. Это было временное решение проблемы — золотой песок со временем рассеивается. — Нам следует идти вдоль реки. — объяснила принцесса. — Так больше шансов встретить людей.       И они принялись идти.

***

      Вода журчала, перекатываясь по камням, и этот звук был единственным, что нарушало тишину леса. Деревья постепенно расступались, и между стволами начали мелькать просветы — поля, огороды, а вдалеке показались крыши домов.       Аша остановилась, прищурилась и почувствовала, как в груди разливается облегчение. Деревня. Самая обычная, с покосившимися заборами, дымом и лаем собак. Она была почти такой же, как те, что она видела на окраинах своего королевства. Это значило, что они выбрались из запретного леса?       Девушка резко повернулась к Астеру, который уже начал светиться чуть ярче, предвкушая встречу с новыми людьми. Его пальцы зашевелились, и из них уже начала сочиться золотая пыль. — Нет! — прошептала она, хватая его за запястье. — Никакого песка. Никакого звёздного языка. Никаких превращений. Ты обычный человек. Понял?       Астер замер, и его лицо вытянулось. Он так и спрашивал «почему», но Аша перебила его: — Люди забыли, что такое звёзды. Это хорошо, но также опасно. Если кто-то узнает, что ты — звезда, даже случайно… — она сглотнула, чувствуя, как её голос становится твёрже. — Таких, как тот злой король, о котором ты рассказывал, может быть много. И я не хочу, чтобы тебя похитили или убили. Я волнуюсь за тебя, Астер.       Она говорила почти как отец. Запрещала, оправдывала, защищала. И Астер смотрел на неё с таким выражением, что у неё сжалось сердце. Его глаза, которые всегда светились радостью, потускнели. Он прижал руки к груди, и его волосы — вдруг! — встали дыбом, как у испуганного кота, смешно и карикатурно. Это было так нелепо и так грустно одновременно.       Аша едва сдержала улыбку, но он не шутил. Он говорил ей без слов, но очень ясно: «Ты хочешь, чтобы я притворялся? Чтобы я был не собой?»       Начали мелькать картинки, в которых Астер рассказывал, что не хочет притворяться. Он встретил Вашу, а она хорошая, следовательно, и другие люди тоже. Навряд ли кто-то будет таким плохим, как Злой Король.       Аша вздохнула. Она подошла ближе, взяла его руки в свои и заглянула в глаза. — Ты думаешь, все люди такие, как я? — спросила она. — Ты думаешь, все добрые и не причинят тебе вреда? Мне жаль, но это не так. Я знаю, что звёзды не могут быть злыми, потому что тьма убивает ваш свет. Но люди — не звёзды, Астер. Люди могут быть и добрыми, и злыми. И этот король, который охотился на звёзд — таких людей много. Они не теряют силу от зла, они становятся только сильнее. Я хочу, чтобы ты был в безопасности.       Астер опустил глаза. Его волосы медленно опустились, приняв нормальный вид. Он смотрел на её пальцы и чувствовал, как её тепло разливается по его рукам. Золотые нити рисовали Ашу, которая плачет над убитой звездой. — Да, — ответила Аша просто. — И я не хочу тебя терять.       Хоть Астер чувствовал несправедливость и обиду, он, наверное, понимал, поэтому сжал её ладони в ответ и кивнул.       Аша улыбнулась, чувствуя, как с плеч сваливается огромный груз. Она отпустила его и поправила свою ночную рубашку, которую очистила ранее магией, пытаясь придать себе более или менее приличный вид. — Идём, — сказала она. — Попробуем найти еду, воду и, может быть, лошадь.       Конечно, узнать, может ли кто-то помочь довезти до Саксонии, тоже нужно, но без денег в другой стране делать нечего. Она шагнула вперёд, но остановилась и обернулась. — И спасибо, что доверяешь мне. Это много для меня значит.       Астер улыбнулся — уже настоящей улыбкой, и в ней снова появился тот самый звёздный свет, который вселял надежду.       Они вышли на дорогу, которая вела к деревенским воротам. Аша чувствовала, как сердце бьётся быстрее от радости — наконец-то цивилизация, люди, крыша над головой и, возможно, горячая еда. Она ускорила шаг, почти бегом направляясь к домикам, Астер был также в предвкушении.       Но их встретили не с почестями. На самом деле, их почти не встретили вообще.       Несколько крестьян, возившихся в огородах, мельком взглянули на них и тут же отвернулись, занятые своими делами. Женщина, вышедшая вытряхнуть половик, бросила короткий взгляд на чужаков и хмуро поджала губы. Мужчина, который чинил телегу у крайнего дома, даже не поднял головы. — Они… не узнают меня, — прошептала Аша, чувствуя, как внутри неё разрастается холодная пустота. Она привыкла, что её встречают с почётом, что люди кланяются и улыбаются. Здесь она была никем. Просто девушкой с растерянным видом и странным спутником, который светился даже в тени.       Астер, чувствуя её замешательство, дёрнул её за рукав и указал на мужчину, который сидел на крыльце одного из домов. Это был старик с седой бородой и уставшими глазами. — Добрый день, — сказала Аша, подходя к нему. Девушка уже хотела сделать реверанс, но остановилась. Здесь не следует рассказывать о своем происхождении. Она старалась говорить ровно и уверенно, хотя голос её дрожал. — Я чародей, направляюсь в Саксонию. — начала свою легенду принцесса. Для пущей убедительности она даже показала магический безобидный фокус, чтобы ей точно поверили.       Старик поднял на неё глаза, окинул взглядом спутанные косички и хмурое лицо, затем перевёл взгляд на Астера, который стоял рядом, неловко переминаясь с ноги на ногу. — Издалека? — спросил он, и его голос звучал без особого интереса. — Да, — кивнула Аша. — Мы идём уже несколько дней.       Старик хмыкнул, но, кажется, ему было всё равно. Он указал на Астера, который чуть заметно светился в тени, как будто в нём теплился внутренний огонь. — А это кто с тобой?       Аша напряглась. Она догадывалась о расспросах, но почему-то растерялась из-за волнения. Девушка лихорадочно перебирала варианты и наконец выдала то, что казалось ей наиболее убедительным: — Это мой фамильяр. Он помогает мне в магических практиках. Мы шли по заданию, но… — она запнулась. — Обстоятельства сложились неудачно. Мы сбились с пути. Не могли бы Вы помочь? Едой, ночлегом, если не затруднит. Я заплачу, как смогу, а пока могу помогать, чтобы не быть обузой.       Старик прищурился, разглядывая Астера. Тот в ответ нахмурился, но, вспомнив предупреждение Аши, сдержался и не стал светиться ярче или сыпать искрами. Он просто стоял и смотрел на старика с тем выражением, которое можно было принять за застенчивость. — Чародей, значит, — буркнул старик, затем крякнул и встал. — Помочь особо ничем не могу — сами еле-еле концы с концами сводим.       Аша сглотнула. Ей было обидно услышать отказ, но, наверное, это было логично. — Но могу познакомить с нашей травницей. — старик, заметив осунувшийся вид незнакомки. — Она живёт одна, может, лишние руки ей пригодятся.       Аша поблагодарила, стараясь не показывать своего разочарования. Она ожидала большего, но понимала, что здесь она не принцесса. Здесь она просто чародей, сомнительный прохожий.       Им показали дорогу, не стали провожать. Пара шла по намеченному маршруту, видя косые взгляды и молчаливое внимание. Когда они остались вдвоём, Астер подошёл к ней и создал маленькие образы, будто спрашивая, о чем она говорила ранее. — Это существо, которое служит чародею, — объяснила она, вздохнув. Говорила также шепотом, чтобы никто не услышал. — Иногда это животное, иногда — дух. Никто не будет задавать вопросов, если ты будешь вести себя как мой помощник. Это единственный способ защитить тебя.       Астер задумался, затем вдруг улыбнулся своей привычной улыбкой, хотя она была чуть тусклее, чем обычно.       Аша посмотрела на него и почувствовала, как внутри разливается тепло. Несмотря на все трудности, он был рядом. И это придавало ей сил.       Парочка вышла к небольшой хижине, стоящей на отшибе, и постучали в дверь, которая, казалось, держалась на честном слове. Дверь открылась, и на пороге появилась женщина — она была старой, сгорбленной, с лицом, изрезанным морщинами, и острыми, как шило, глазами. Её голос, когда она заговорила, был похож на карканье старой вороны. — Чего надо? — спросила она, окидывая их с ног до головы. — Мы путники, — заголтела Аша, кивая в сторону Астера. — Молимся о ночлеге, готовы помогать. Нас сюда послал милый старик, который живёт рядом с воротами.       Травница — а это была именно она, по запаху сухих растений, которые доносились из дома, — скривилась, как будто съела лимон. — Помощь? Лишние рты мне не нужны.       Аша сделала шаг вперёд, чувствуя, как её гордость протестует против того, что ей приходится унижаться перед этой грубой женщиной. Но она взяла себя в руки. — Я могу работать, — сказала она, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Я разбираюсь в травах. Я могу помогать Вам. Мне просто нужно немного еды и место, где можно переночевать.       Травница нахмурилась, но в её взгляде мелькнуло что-то похожее на интерес. — Травы, говоришь? Ну, покажи, чего стоишь. — она достала из своих запасов мешок с толченок травой. — Что это?       Аша приняла мешочек и поднесла его к лицу, понюхала и уверенно сказала: — Полынь. Хорошо помогает от лихорадки, если настоять на кипятке. Несколько листиков можно добавить в компресс для суставов.       Старуха прищурилась, разглядывая её. Во взгляде появилось что-то похожее на уважение? — Хм, может и сгодишься. Но предупреждаю: платить буду мало. Сама еле концы с концами свожу. И ночевать будешь в сарае. В доме мне лишние люди не нужны.       Аша сглотнула, но кивнула. Выбора у неё не было.       В сарае было холодно и сыро. Спать приходилось на охапке сена, накрываясь старым одеялом, которое пахло плесенью. Принцесса брезговала прикасаться к нему, но ночи были холодные. Иногда Астер помогал — делал темное и лёгкое одеяло из золотой пыльцы, но Аша не могла часто пользоваться такими вещами — кто-то мог узнать в нем звезду.       Аша просыпалась с мыслью, что она не принцесса, а обычная чужачка, вынужденная работать за кусок хлеба. Как ее жизнь в это превратилась?!       Она помогала собирать травы, сушить их, растирать в порошок и готовить отвары. Ее загружали непосильным трудом — всем тем, что старые кости уже не могли выдержать. Было тяжело — руки быстро уставали, спина болела от постоянных наклонов, а грубые голоса местных жителей, которые иногда заходили за лекарствами, звучали чужеродно и враждебно.       Но старуха в целом была довольна работой — она видела, как девчонка умело работала с растениями. Явно знала в них толк. Порой не даже хвалили.       Иногда она использовала магию, чтобы немного облегчить себе работу. Например, когда нужно было быстро высушить травы, она пропускала через них поток тёплого воздуха. Или когда надо было отмыть ступки от налипшей грязи, она использовала заклинание очищения. Но она делала это редко — магия требовала сил, а восстанавливались они только с помощью Астера.       Астер, который всё ещё притворялся её фамильяром, тайком подкрадывался к ней, когда никто не видел, и касался её плеча или руки. В эти моменты он передавал ей немного звёздной пыли, и её силы восстанавливались. — Я не привыкла, — шепнула она ему однажды вечером, когда они сидели в сарае, прижавшись друг к другу. — Я не привыкла, чтобы на меня кричали, чтобы я работала до темноты. Я не создала для того, чтобы спать в сене и пить воду из колодца с вёдрами!       Астер обнял её, и она чувствовала, как его тепло разливается по телу. Аша вздохнула. Ее знакомый ведь тоже был далеко от дома. Он тоже чувствовал себя чужим. — У нас нет выбора, — сказала она, сжимая его руку. — Нам нужно идти дальше. Нам нужно найти Мерлина, чтобы отправить меня в Розас, в тебя — на небо. Но пока мы здесь, мы должны выжить.       На третий день работы старуха пришла в ярость. Аша случайно перепутала две травы, и один из отваров получился горьким до невозможности. Его пришлось утилизировать. Это была первая такая серьезная ошибка. — Ты что, совсем бестолковая?! — закаркала травница, размахивая руками. — Ты тут работаешь, а я должна платить тебе за то, что ты мне всё портишь? Я тебя и твоего немого дружкка вон попрошу!       Аша стиснула зубы и промолчала. Она чувствовала, как слёзы подступают к глазам, но она заставила себя улыбнуться и сказать: — Я переделаю. Это была ошибка. Больше не повторится.       Травница фыркнула, но, кажется, успокоилась. Однако в тот день Аша чувствовала себя униженной, как никогда в жизни. Она вспоминала свой дворец, слуг, которые всегда были готовы выполнить любое её желание, и понимала, что этот мир — суровый и жестокий — не будет жалеть её.       Вечером она села на крыльце сарая и заплакала. Это были тихие слёзы, которые она не хотела показывать Астеру. Но он всё равно подошёл и присел рядом, положив ей голову на плечо. — Я справлюсь, — прошептала она, вытирая слёзы.       И она знала, что, несмотря на все трудности, она не сдастся. Ради себя, ради Астера, ради того, чтобы однажды вернуться домой и изменить мир к лучшему.

***

      Пока Аша изматывала себя работой, Астер чувствовал себя почти свободным. Он не нуждался в еде, не мёрз по ночам и не страдал от грубости местных жителей. Единственное, что тяготило его, — это запрет быть собой. Но звёздный мальчик оказался хитрее, чем думала Аша.       Однажды Астер вышел во двор и, убедившись, что никто не видит, превратился в маленькую птицу с серебристым оперением. Он вспорхнул на ветку и затих, наслаждаясь ощущением свободы.       На следующее утро он уже был рыжим котом, который грелся на солнце у крыльца. Травница, увидев его, только фыркнула и бросила ему кусок хлеба. — Твой фамильяр, что ли? — спросила она у Аши, и та, поняв, что Астер опять превратился, только вздохнула. — Да. Он любит гулять. — девушке пришлось забрать рыжего кота в сарай.       В животном облике Астер изучал людей. Он подходил к ним, терся о ноги, позволял себя гладить и слушал их разговоры. Он был удивлён, как много люди говорили о деньгах, о статусе, о том, кто кем был раньше. Ему казалось, что они загоняют себя в клетки из слов.       Однажды вечером, когда Аша сидела на крыльце и перебирала травы, Астер подошёл к ней в человеческом облике, но с каким-то задумчивым выражением лица.       Астер начал спрашивать об амулетах и волшебных книгах. Говорил, что магия волшебников слаба, раз не работает без таких вещей.       Аша вздохнула, откладывая травы. — Это не только для силы, Астер. Это ещё и для статуса. Люди судят друг друга по тому, что у них есть. Если у тебя дорогой посох, ты важный маг. Если ты без всего — ты никто.       Астер нахмурился. Он не понимал, зачем нужны статусы. Кому они нужны и для чего? — Чтобы тебя уважали, — терпеливо объяснила она. — В нашем мире всё зависит от того, кто твои родители. Если ты сын сапожника, ты станешь сапожником. Если ты дочь короля — ты принцесса. Так устроен мир.       Астер задумался. Он считал такую градацию глупой. Парень поинтересовался, почему люди не могут быть собой. — Можем, — ответила Аша, и в её голосе послышалась грусть. — Но это трудно. И большинство людей не решаются на это. Поэтому они остаются на своих местах.       Астер нахмурился. Он смотрел на Ашу, на её уставшее лицо, на руки, которые стали грубее от работы, и чувствовал, что она говорит о чём-то важном. — Папа убрал это, — Аша посчитала важным рассказать о Розаса. — Он дал людям свободу. Они там могут быть тем, кем хотят. И это одна из причин, почему я не могу поверить, что он злой.       Астер замолчал. Он спросил о звёздах, спросил, охотилась ли она на них, как ее отец. Хотел узнать, понимает ли она, что её отец делал с его народом. Но он не успел открыть рта, потому что Аша вдруг резко встала и выплеснула воду из миски на землю. — И прекрати задавать эти вопросы! — выкрикнула она, и голос её дрожал от злости. — Я никогда не охотилась на звёзды! Моя семья не охотилась на звёзды! Я не знаю, кто тот король, которого ты видел, но он не мой отец!       Она развернулась и ушла в сарай, хлопнув дверью. Астер остался один, чувствуя, как его свет тускнеет от несправедливости её гнева.       Он не понимал ее, н не понимал, как можно защищать человека, который причинил столько боли. Но видел, что она искренне верит в то, что говорит. И это разрывало его сердце.       Астер решил, что не будет об этом больше никогда говорить, раз это так расстраивает его друга. Он просто… будет рядом.

***

      Старуха встретила их утром с неожиданным предложением. Она стояла на пороге своей хижины, опираясь на клюку, и её вороний голос звучал чуть мягче, чем обычно. — Так и быть, — сказала она, глядя на Ашу. — Забирайтесь в дом. Свободная комната есть — сына моего, он в город уехал. Будете жить, пока не скопите денег на дорогу. Но смотрите: никаких фокусов. И не шуметь.       Аша от удивления открыла рот. Она уже смирилась с тем, что будет спать в сарае до самого отъезда, но теперь у неё появилась крыша над головой и, возможно, более человеческие условия. — Спасибо! — выпалила она, чувствуя, как внутри разливается благодарность. — Мы не подведём.       Старуха фыркнула и жестом приказала им заходить.       Комната, которая когда-то принадлежала её сыну, оказалась маленькой, но уютной. Здесь стояла узкая кровать, деревянный стол и шкаф. Но для Аши это был настоящий дворец после сарая и сена.       Она опустилась на край кровати и с наслаждением вытянула ноги. — Ты не представляешь, как я по этому скучала, — прошептала она, закрывая глаза.       Астер стоял у двери и оглядывал комнату с любопытством. Его свет тускло мерцал в полумраке, и он казался почти призраком.       Они разместились, а когда стемнело, старуха постучала в дверь и вошла с кружкой молока. — Пей, — сказала она, протягивая кружку Аше. — И слушай сюда, девка.       Она присела на стул, скрипнув деревянными ножками, и уставилась на Ашу своими зоркими глазами. — Я тебя давно хотела спросить, — начала она, и голос её стал чуть тише. — Сроду таких не встречала. Кожа у тебя странная. Не как у наших.       Аша напряглась. Она чувствовала, как внутри неё поднимается тревога. Она не хотела говорить, что её мать была нимфой, что её кожа унаследовала что-то от древней магии, которая жила в её крови. Это было слишком опасно. — Моя мать была восточной иностранкой, — сказала она, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Приехала издалека, когда встретила моего отца.       Старуха прищурилась, и в её глазах мелькнуло что-то, что Аша не смогла прочитать — то ли сомнение, то ли понимание. Она хмыкнула, но больше не стала расспрашивать. — Ладно, — сказала она, вставая. — Мне всё равно, кто ты и откуда. Но я тебя предупреждаю, девка: ты не похожа на бедную странницу. Сразу видно, что руки твои не знали тяжёлой работы. И платьишко, в которой ты пришла, из дорогой ткани, не для бедняков шьют такие. А значит, ты какая-то из знатных. Смотри, чтобы тебя не заметили те, кто может потребовать за тебя выкуп.       С этими словами она вышла и закрыла за собой дверь.       Аша сидела на кровати, чувствуя, как внутри неё разливается холод. Её жизнь, её положение, её происхождение — всё это было для неё источником опасности. Она была принцессой, которая теперь должна была прятаться. — Она знает, — прошептала она, глядя на закрытую дверь. — Обо всём догадалась.       Астер подошёл к ней и сел рядом, обняв её за плечи. Он потом объяснил, что все звёзды так поддерживают друг друга.       Юноша поинтересовался, почему Аша так волнуется, почему она не рассказала правду. Что страшного в том, что она принцесса?       Аша вздохнула и провела рукой по лицу. — Потому что не всем нужно знать, кто я на самом деле, — сказала она. — Если люди узнают, что я принцесса, это может создать проблемы. Меня могут использовать. Могут потребовать выкуп. Или хуже — могут решить, что я могу помочь им против моего отца. А я не хочу, чтобы кто-то страдал из-за меня.       Астер нахмурился. Он показал головой так сильно, как только мог. Звезда объясняла, какая Аша на самом деле хорошая, а хорошим не хотят причинить вред.       Аша горько усмехнулась. — Мир не всегда делится на хороших и плохих, Астер. Есть люди, которые просто хотят выжить. И они делают то, что должны. Если они увидят во мне способ получить деньги или власть, они не задумаются о том, что я — это я. Они увидят только выгоду.       Астер долго молчал, переваривая её слова. Он не понимал, почему всё так сложно. Почему люди должны скрывать то, кто они есть на самом деле. В мире звёзд всё было просто — ты светишься или нет. Если ты светишься, ты жив. Если нет, ты угасаешь. И никто не спрашивает, откуда ты пришёл.       Астер не понимал людей, но хотел их понять. Аша посмотрела на него, и её глаза наполнились теплом. — Ты уже многое понимаешь, — сказала она. — Ты понимаешь, что такое быть вместе. Это уже неплохо.       Принцесса легла на кровать, а Астер остался сидеть рядом, защищая её сон своим светящимся присутствием. Он не знал всех ответов, но знал, что пока будет с ней, она в безопасности. И этого было достаточно.       Комната погрузилась в тишину. Астер, превратившись в кота, свернулся калачиком на полу у кровати, прикрыв глаза. Его свет почти погас, и только слабое свечение исходило от его кожи, напоминая о том, кто он есть на самом деле. Аша лежала на кровати, глядя в потолок, и не могла уснуть. Тысячи мыслей кружились в её голове, не давая покоя.       Она думала о родителях. О том, как они сейчас переживают, ищут её. Мама, наверное, уже не находит себе места от беспокойства, а папа… он, возможно, уже поднял на ноги всю стражу. Принцесса представила его лицо, когда он узнал, что она исчезла. Его гнев, его страх, его боль. — Что я наделала? — прошептала она в темноту, чувствуя, как стыд сжимает её горло.       Она убежала. Послушалась незнакомца, который спустился с неба, и оставила дом, семью, всё, что знала. Не дала даже отцу шанса защитить себя. И теперь Аша здесь, в чужом доме, с человеком, которого она почти не знает.       Её мысли переключились на Астера. Она посмотрела на него, на его безмятежное кошачью моську, и почувствовала, как внутри неё закипает тревога. Что будет с ним, когда они вернутся? Что сделает отец, когда узнает, что она убежала со звездой? Он ведь охотился на звёзд. Или нет?       Она зажмурилась, пытаясь отогнать эти мысли. Но они возвращались снова и снова. — Может быть, он прав, — прошептала она, когда тишина стала невыносимой. — Может быть, отец действительно делал что-то плохое. Но как? Как он мог? Он единственный человек, который мог так просто исполнять желания. Он не использовал ритуалы, не искал древние артефакты. Он просто делал это. Как звезда…       Она открыла глаза и уставилась в потолок. Её сердце билось быстрее, когда думала об этом. Аша сама была особенной, как оказалось. Тоже исполняла желания без артефактов. Ей думалось, что это просто дар от отца. Но что, если это была не просто магия? Ей же хотели скормить чужие желания — маленькие частицы чьих-то душ. Что, если она действительно была… звездой? Или кем-то другим, более зловещим? — Нет, — сказала она вслух, резко садясь на кровати. — Нет, это глупо. Я не звезда. Я просто человек. Особенный человек, как и мой отец. Он просто очень сильный маг. И он не мог причинять вред звёздам. Это не он.       Она повернулась к Астеру, который, казалось, спал, но она знала, что он слышит её. Аша чувствовала, что его свет чуть заметно усилился, когда она начала говорить. — Ты не знаешь его, — сказала она, и её голос дрожал. — Ты не знаешь, каким он был раньше. Он потерял жену и сына. Он построил это королевство, чтобы защитить людей. Он не монстр.       Астер не ответил, продолжал лежать неподвижно, но Аша чувствовала, что он слушает. И это раздражало её ещё больше. — Ты просто не понимаешь, — сказала она, и в её голосе появились слезы. — Ты думаешь, что знаешь всё, но ты видишь только одну сторону. Ты не знаешь, что он пережил. Ты не знаешь, что он сделал ради нас. Он мой отец, я люблю его. И я не могу поверить, что он злой.       Тишина была единственным ответом. Аша провела рукой по лицу, вытирая слезы, которые всё-таки потекли по её щекам. Она не знала, что думать, не знала, кому верить. Но ей нужно вернуться домой. Ей увидеть отца своими глазами, чтобы услышать его версию.       Но вместе с этим страхом и сомнением внутри неё росла уверенность в том, что независимо от того, что узнает, она не позволит, чтобы Астер пострадал. Он был невиновен в том, что произошло. Ему просто хотелось помочь ей. И принцесса не могла позволить, чтобы его наказали за добрые намерения. — Я не знаю, что делать, — прошептала Аша, падая обратно на подушку. — Но я знаю одно: я должна защитить тебя. Даже если для этого мне придётся пойти против всего, что я знаю.       Астер всё ещё молчал, но она почувствовала, как его лапа, тихо и почти незаметно, коснулась её руки. Это было маленькое движение, но оно значило больше, чем любые слова.

***

      Утро началось с крика соседки. Аша выскочила из дома, услышав женский визг, и увидела Астера, который стоял у чужого загона и пытался погладить корову, которая явно была не в настроении. Хозяйка коровы размахивала руками и кричала: — Это что за нахал! Залез ко мне во двор без спроса! Кормит мою скотину чем-то непонятным! Убирайся отсюда!       Аша почувствовала, как земля уходит у неё из-под ног. Она подбежала к Астеру, схватила его за руку и буквально оттащила от забора. — Простите, простите, — затараторила она, кланяясь женщине. — Он не хотел ничего плохого. Он просто… он не понимает. — Не понимает? — женщина упёрла руки в боки. — Ты посмотри на него! Чужой человек без спроса лезет на чужую территорию! Это что за воспитание?       Аша извинилась ещё раз и потащила Астера прочь, чувствуя, как её лицо горит от стыда.       Когда они отошли на безопасное расстояние, она повернулась к нему, и в её голосе зазвенела ярость: — Ты что творишь?! Я же тебе говорила: нельзя заходить на чужую территорию без разрешения! Нельзя трогать чужих животных! Нельзя брать чужую еду!       Астер посмотрел на неё с искренним недоумением. Его глаза были широкими и чистыми, как само небо.       Он объяснил, что хотел помочь, видя, как женщина устала. Тем более корове было грустно — что плохого в том, чтобы не гладить? — Ей не было грустно! — почти закричала Аша. — Она просто стояла! И ты не имел права заходить на чужой двор!       Астер нахмурился. Он явно не понимал, что сделал не так. Это же просто двор, такой же, как и у всех. Они же спокойно ходят по двору травницы.       Аша закрыла глаза и глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться. — Потому что у людей есть личное пространство, — сказала она, стараясь говорить медленно и чётко. — И собственность. Это значит, что есть вещи, которые принадлежат только одному человеку. И без его разрешения ты не можешь их трогать, брать или даже просто заходить на его территорию.       Астер наклонил голову, как птица, которая пытается понять, что ей говорят.       Он рассказал, что у звёзд все общее, ведь свет и небо принадлежат всем. Они просто делиться, не спрашивая разрешения. — Ты не на небе, Астер, — устало ответила Аша. — Ты на земле. Здесь другие правила. И если ты хочешь выжить, ты должен их соблюдать.       Он кивнул, но она видела в его глазах, что парень не до конца понимает. И это раздражало её больше всего.       В течение следующих нескольких дней ситуация повторялась снова и снова. Астер пытался подружиться со всеми: он подходил к незнакомым людям, встречал в разговоры, подслушивал; он кормил чужих кур; брал яблоки с чужих прилавков на рынке, думая, что это просто угощение. И каждый раз Аше приходилось извиняться.       Люди в деревне сторонились его. Они косились на его странное поведение, на его светящуюся кожу, на его немоту. Магия в этих краях не была в чем-то обыденным, и Астеру, который не понимал этого, было трудно. — Ты не понимаешь, — говорила ему Аша, когда они возвращались в свою комнату после очередного конфликта. — Люди не такие, как звёзды. Им нужно время, чтобы привыкнуть. Они боятся того, чего не знают.       Звезда не считала себя страшной. В перезвоню были слышны нотки обиды. Ему просто хотелось быть из другом. — Ты не можешь быть другом всем, Астер, — сказала она, чувствуя, как усталость накатывает на неё. — Некоторые люди не хотят дружить. И это нормально.       На закономерный вопрос Аша не могла ответить. Она смотрела на него и вспоминала себя. Вспоминала, как она, будучи ребёнком, тоже верила всем. Она думала, что все люди добрые, что все хотят её счастья. Но потом узнала, что мир сложнее, что в нём есть и зло, и недоверие, и страх.       И теперь, глядя на Астера, она понимала, что её родители чувствовали, когда она совершала свои ошибки. Принцесса чувствовала ту же тревогу, ту же беспомощность, ту же боль. — Ты должен научиться, — сказала она наконец. — Должен научиться видеть разницу между теми, кто хочет тебе добра, и теми, кто нет. Это трудно, но необходимо.       Астер долго смотрел на неё, а затем уверенно кивнул.       Аша улыбнулась, чувствуя, как её гнев тает. Она знала, что он не понимает всего, но она видела, что он пытается. И это было важно.

***

      Аша не узнавала себя. Она носила простую одежду, вставала с рассветом, работала до изнеможения, училась шить, стирать и даже разводить огонь без магии. Конечно, ей ещё далеко до матёрых путешественников, но уже неплохо! Её руки, когда-то нежные и холёные, покрылись мозолями и царапинами. Но она чувствовала себя сильнее, чем когда-либо. — Ты изменилась, — сказала травница однажды, когда Аша принесла ей свежесобранные травы. — Руки у тебя уже не девичьи. Настоящая работница!       Аша улыбнулась, хотя внутри всё ещё сидела горечь. Ей казалось, что старуха просто пытается быть доброй. — Спасибо, — ответила она. — Вы мне очень помогли.       Вдова фыркнула, но Аша заметила, что в её глазах мелькнуло что-то похожее на уважение.       Накопленных монет было немного — несколько десятков золотых, серебряных и медных, которые она заработала, помогая не только травнице, но и другим жителям деревни. Она чинила крыши магией, собирала ягоды, нянчила детей и помогала в поле. Местные привыкли к ней, хотя и относились с настороженностью из-за её странного спутника.       Но Аша знала, что нельзя задерживаться надолго. Гончие могли напасть в любую ночь. Порой казалось, что на дегтевом небе порой появлялись далёкие создвезди. И хотя деревня пока была в безопасности, огни факелов не могли гореть вечно. — Нам нужно уходить, — сказала она Астеру однажды вечером. — Мы должны добраться до Саксонии. Чем быстрее, тем лучше.       Астер кивнул. Он уже привык к её решениям и не спорил.       На следующее утро к ним подошёл местный мужчина — тот самый старик, с которым они говорили в первый раз в этой деревушке. — Слышал, вы собираетесь в Саксонию? — спросил он. — Мне поведали уже. — Да, — ответила Аша. — Нам нужно добраться туда как можно скорее.       Старик кивнул, словно ожидал этого ответа. — Наверное, она рассказывала, что ее отпрыск работает в городе, который стоит на пути к Саксонии, — сказал он. — Он не первую пятилетку там. Знает дороги, местных людей. Сможет помочь найти короткий путь.       Аша почувствовала, как внутри неё разливается тепло. Это была первая настоящая помощь, которую они получили от местных. — Спасибо! — сказала она, и голос её дрогнул от искренней благодарности.       Старик махнул рукой. — Вам в любом случае нужно идти в город, чтобы запастись провизией и найти лошадь. Я провожу вас. Дорога займёт пару суток. Но идти через лес в одиночку вам не стоит — там водятся странные твари. Я знаю тропы, где они редко появляются.       Астер подошёл ближе и внимательно посмотрел на старика, словно пытаясь понять, можно ли ему доверять. Но в его взгляде не было страха, только любопытство. — Умный парень, — сказал старик, глядя на него с хитрой ухмылкоц. — Зачем ему немота? Жаль, жаль…       Аша не стала уточнять, что Астер не был немым. Он просто не мог говорить на человеческом языке. Вместо этого она улыбнулась и сказала: — Я вам очень благодарна. Мы будем готовы к завтрашнему утру.       Они ушли на рассвете. Травница вышла проводить их, и в её глазах мелькнула грусть. — Ты хорошая девчушка, — сказала она, хлопнув Ашу по плечу. — Не дай миру сломать тебя.       Аша обняла её, и старуха, к её удивлению, ответила на объятие. — Я запомню вас, — сказала Аша. — И я вернусь отблагодарить, когда смогу. — Вот и хорошо, — ответила травница, и в её голосе впервые послышалась теплота.       И они отправились в путь. Дорога вела через лес, который был не таким тёмным, как запретный лес, но всё ещё таил в себе опасность. Старик уверенно вёл их по тропам, избегая опасных мест, а Аша и Астер шли за ним, держась за руки.       Когда они вышли на дорогу, ведущую в город, Аша почувствовала, что они сделали ещё один шаг к своей цели. Она посмотрела на Астера и сжала его руку. — У нас получится, — сказала она.       Астер улыбнулся, и его свет засиял ярче, даже несмотря на запрет привлекать внимание. Аша знала, что это был его способ сказать: «Я с тобой». И этого было достаточно, чтобы идти дальше.