14. Девичник

– Наконец-то, я смогу лишить, вас ребята, девственности "Дневником памяти"! – сказала Розэ, влетая к себе на кухню. – С тобой всё в порядке? – спросила Дженни. Она никогда не думала, что красноволосая девушка лишит её девственности в какой-либо форме. Отвратительно. Горячая ботаничка в последнее время вела себя очень странно. Она не подпрыгивала…а скользила с жутковатой элегантностью…но сейчас казалось, что она пряталась больше, чем обычно (что само по себе пугало). – Я в полном порядке. – просияла девушка, у неё были планы.  Большие планы.  Дженни и Лиса обменялись обеспокоенными взглядами: – Вы, ребята, идите присядьте, а я сейчас подойду. – Она хотела убедиться, что не стоит среди них. Прежде чем войти в гостиную, она взяла чипсы и шесть банок кока-колы, быстро проанализировав, с чем ей предстоит работать. Задира положила руку на спинку дивана, а Дженни сидела, скрестив руки и ноги. Поза говорила о многом. Они сидели на расстоянии не менее 3-х футов друг от друга. Она смогла бы с этим работать. – Подвинься, Джен. – сказала Розэ, заставляя её придвинуться поближе к высокой блондинке… у которой не было времени пошевелить рукой. Теперь ей пришлось оставаться в таком положении, пока Дженни не пошевелилась. Потрясающе.  – Ладно, давайте посмотрим, о чём все болтают. Главная чирлидерша фыркнула, нажимая кнопку воспроизведения. *** На протяжении трёх четвертей пути девушки практически рыдали. Если бы кто-нибудь из школы вошёл, это был бы величайший шок в их жизни. Задиристая Лалиса, стервозная Дженни и хладнокровная и собранная Розэ плакали, как девочки-подростки, которые не смогли посмотреть новый фильм с рейтингом-R? Как будто... но, очевидно, всё возможно. – З…зачем ты заставила нас это смотреть, Ченг? – Лиса всхлипнула сквозь слёзы. Да, она была задирой, но задиры тоже умеют плакать, понимаете? – Это дерьмо наводит тоску... –пробормотала Дженни, стараясь не дать слезе скатиться по веку. Это была бы не слеза, если бы она не скатилась по веку. – Э…это право прохода. – настаивала Розэ. Внезапно зазвонил её телефон, и она поставила фильм на паузу. Её план был приведён в действие. – Мама? – Лиса и Дженни обменялись любопытными взглядами, подслушивая. – Да… хорошо, конечно. Я сейчас приду. –Затем она повесила трубку. – Ааа... разве твоя мама не наверху? –спросила брюнетка. – Да, но она не любит напрягать свой голос. Смотрите его без меня, я уверена, что это не займёт много времени.… А потом их стало двое.  Они обе прекрасно осознавали присутствие других и то, что они были одни. В комнате. На диване. – Итак… хочешь продолжить? – предложила Дженни, температура её тела повысилась, так как нервы начали сдавать. – Д…да, конечно. – Блондинка нажала на воспроизведение, и фильм возобновился, только теперь она не была сосредоточена на фильме. Она сосредоточилась на том, как их голые ноги едва соприкасались и как близко была другая девушка. *** – Чеён, почему ты хотела, чтобы я позвонила тебе на мобильный? – спросила миссис Пак, когда её дочь вошла в комнату. – Я просто помогаю своим подругам. – Каким образом, выйдя из комнаты, ты поможешь Лисе и Дженни? Разве ты не говорила мне, что они ненавидели друг друга? – Ну, я имею в виду… да, они ненавидели друг друга, но теперь они любят друг друга, я это знаю! Но... Они просто ещё этого не знают. Джиён закатила глаза. Иногда ей казалось, что её дочь не в своём уме… *** Дженни умирала. Лиса была так близко, что она практически ощущала тепло её тела. Не помогало и то, что её рука была прямо за спиной. Может быть, если бы она просто немного наклонилась… Нет, прекрати, Дженни. Это странно! Они оставались в таком положении следующие двадцать минут, пока фильм не закончился.  Розэ всё ещё не возвращалась.  Теперь, когда она ушла и фильм закончился, всё, на чём они могли сосредоточиться, - это друг на друге. Единственным источником освещения в комнате была тусклая лампа.  ...как романтично.  – Ну что ж...? По крайней мере, финал был... вроде как счастливым? – попыталась Лиса. – Они умерли! – Они умерли в любви... – Они слегка повернули головы, на мгновение встретившись взглядами, прежде чем обе отвели глаза, покраснев. Думая, что их застукали за разглядыванием. Снова тишина. – Интересно, где сейчас Ченг? – спросила блондинка в тот же момент, когда Дженни выпалила это.  – Ты действительно имела в виду то, что написала в своей записке? – Что? – Э-э-э, ничего... - сказала Дженни, смущённая тем, что вообще спросила. С тех пор как Розэ показала ей её, ей стало ещё любопытнее, что на самом деле чувствовала к ней Лиса. – Нет, что ты сказала? – выдавила из себя задира, сомневаясь, правильно ли она расслышала. Кореянка неловко заёрзала. – Хм... Ченг показала мне записку, которую ты положила в шкафчик Чонгука в прошлую пятницу… Ну, т…так ты это серьёзно? Лиса подумала, не шутит ли она, прежде чем взглянула на лицо Дженни. Она выглядела такой чувствительной, что если бы Лиса рассмеялась или сказала: "Блядь, ты что, тупая?" – её сердце разбилось бы. И на самом деле, это вполне могло случиться. Лиса на секунду задумалась, не стоит ли ей просто прикинуться дурочкой, но передумала. – Д…да, я так и сделала. Я это имела в виду. – Честно призналась она. Кивнув, чтобы показать свою уверенность (которой у неё было не так уж много).  И на этот раз Дженни улыбнулась… по-настоящему искренне. Она нежно положила руку на колено Лисы и ласково сжала его. – Спасибо тебе, Лиз... это было действительно мило. Блондинка улыбнулась в ответ, наслаждаясь благодарностью [прикосновением] кореянки и её великолепной улыбкой. Боже, эта улыбка… её идеальные губы, такие полные, что их так легко было посасывать... и, конечно, её идеальные зубы. Она вспомнила, как они впивались в её собственные губы, причиняя такую приятную боль… Дженни увидела, как глаза Лисы потемнели, а зрачки слегка расширились, когда она откровенно уставилась на её губы. Она наблюдала, как розовый язычок медленно высунулся наружу, увлажняя её собственный. Брюнетка помнила, каким талантливым был этот язык, как он ласкал её собственный с отработанной точностью. И она знала, что он был очень искусен в проникновении в другую влажную, доставляющую удовольствие полость… Примерно на секунду их взгляды встретились. Затем они набросились друг на друга.  Они больше не могли сдерживать своё желание. Они нуждались в этом… жаждали прикасаться друг к другу и быть тронутыми ими. Их губы встретились, и их языки мгновенно переплелись, они задыхались и постанывали… вздыхали с облегчением от того, что НАКОНЕЦ-ТО снова смогли попробовать друг друга на вкус. Если вам интересно, о чём думала Дженни в тот момент, то это было что-то вроде: "О боже мой. Лиса. Чёрт возьми. Лиса. Губы, зубы, язык Лисы." Блондинка с глазами лани была неумолима. Ей нравилось чувствовать прикосновение губ главной чирлидерши, и то, как их языки танцевали друг с другом и как идеально их губы подходили друг другу. Дженни была на седьмом небе от счастья. Её мысли были сосредоточены исключительно на очень интенсивном и первобытном поцелуе, который они проводили в данный момент. Она не думала ни о своих родителях, ни о Розэ, ни о Чонгуке, ни о том, что всё это значило… ни о чём, кроме Лисы. Девушке, в которую, как была уверена Дженни, она постепенно влюблялась; чьи губы были на её губах, чья рука медленно поднималась по её… – О, блядь, да... – Дженни застонала, когда задира обхватила её правую грудь. Ни одна из девушек ещё никогда не была так возбуждена, обе уже отчаянно пульсировали. Лиса не знала, зашла ли она слишком далеко или слишком быстро, но ей было всё равно. Это не имело значения, потому что девушка не отстранялась. На самом деле, она притягивала её ближе. Лиса застонала, почувствовав в своей руке мягкую податливую плоть Дженни, и нежно, но крепко ущипнула её за сосок. И тут Дженни сорвалась с места. В одно мгновение Лиса оказалась на спине, а девушка поменьше нависла над ней, расставив ноги по обе стороны от живота танцовщицы. Дженни медленно села на неё, а затем начала растирать. Блондинка не привыкла находиться внизу. Но в её глазах доминирование главной чирлидерши делало Дженни ещё более горячее. – Ты такая чертовски горячая, ты знала об этом? – прорычала Дженни, заставив Лису беспомощно всхлипнуть, прежде чем откинуться назад. Но прежде чем она смогла снова соединить их припухшие губы, их прервал чей-то голос. …нет, мама! Я же сказала, что принесу тебе это позже! – закричала Розэ, когда Джиён вошла в гостиную.  – Розэ, я уверена, что это... – Миссис Пак остановилась как вкопанная, из-за чего горячая ботаничка налетела на неё. Дженни поспешно спрыгнула с Лисы, не желая быть пойманой в такой компрометирующей позе с такой компрометирующей девушкой. Она скатилась с дивана и с громким стуком упала на пол. Затем Лиса быстро села, провела руками по своим растрёпанным волосам и попыталась принять непринуждённый вид. Но для обеих обитателей Пак было совершенно очевидно, чем они занимались.  У обеих были сексуальные причёски, а губы слегка припухли и были заметно влажными. Их грудь быстро поднималась и опускалась, а рубашка Дженни немного задралась (много). – Простите, мы вам чем-то помешали? – спросила Розэ, делая вид, что ничего не произошло. Может быть, если бы она убедила их, что действительно что-то видела, они не стали бы отрицать, что что-то произошло позже (Потому, что она точно знала, что так и будет). – Я... я должна... – начала Дженни, но её голос прозвучал хрипло и тихо. Она попыталась замаскировать это кашлем. –Спасибо. – Быстро сказала она, прежде чем подняться с пола и броситься к двери. Её щёки покраснели от смущения и продолжающегося возбуждения. Она просто хотела убраться оттуда к чёртовой матери и принять холодную ванну. – Дженни, подожди! – крикнула Лиса, бросаясь вслед убегающей девушке. Дверь за ней с грохотом захлопнулась. Миссис Пак подняла бровь, глядя на них, прежде чем повернуться к своей дочери, на лице которой сияла широчайшая ухмылка. – Милая, перестань так улыбаться, это жутко. – сказала она, решив не обращать внимания на то, что, чёрт возьми, только что произошло. Она поднялась обратно по лестнице, оставив свою дочь продолжать ухмыляться, как сумасшедшую.  Похоже, её план сработал. *** – Джен, подожди! – Лиса снова закричала, но девушка продолжала идти, срезая путь через дворы к своему крыльцу. – Дженни, остановись. – Блондинка догнала её как раз в тот момент, когда она собиралась открыть дверь, и снова закрыла её, так что она захлопнулась. Брюнетка повернулась лицом к Лисе. Их лица были всего в нескольких дюймах друг от друга. – КАКОГО чёрта, Манобан? – закричала она, злая и разочарованная. В основном на себя. Понравиться девушке было чертовски сложно, особенно учитывая, как сильно она ей на самом деле нравилась, и их близость ничему не помогала. К её удивлению, задира не выглядела взбешенной… она выглядела отчаявшейся, и это разрывало Дженни на части.  – Пожалуйста, не отталкивай меня снова. –умоляла она, пристально глядя ей в глаза.  Дженни быстро отвела взгляд, эти полные слёз глаза пронзали её насквозь, выявляя её слабости и используя их в своих целях. – Манобан... – начала она, готовая придумать оправдание или объяснение.  – Нет! Я знаю, что ты собираешься сказать. Не говори этого... – прошептала Лиса.  Карие глаза продолжали метаться по сторонам, боясь того, что произойдёт, если она посмотрит Лисе в лицо.  – Дженни, ты не можешь продолжать отрицать, что между нами что-то есть. Ты не можешь. – прошептала она, прижимая их лбы друг к другу. Дженни задыхалась и вздрагивала, её дыхание становилось всё более прерывистым. Её разум подсказывал ей отстраниться, но каждая клеточка её тела просто молила о ласке Лисы. Девушка повыше ростом, казалось, почувствовала её колебания и притянула её ближе, их губы были на волосок друг от друга. – Скажи мне, что ты не чувствуешь этого... –Блондинка вздохнула, прежде чем снова завладеть её губами. Когда Лиса наклонила голову, она нежно провела губами по шее и ключице Дженни, а затем снова вернулась к её губам. Дженни вздрогнула от этого прикосновения.  Это было как в пятницу, когда она снова лежала на диване. Нет, это было мягче…даже нежнее, без ожидания секса сразу за этим. Дженни на секунду замерла... пока не сдалась и не прижалась губами к губам Лисы. На этот раз они работали вместе, без демонстрации доминирования или похотливых желаний… только сладкие, едва заметные поцелуи. Лиса первой отстранилась, и их лбы соприкоснулись, на её лице появилась тёплая улыбка, на которую Дженни не могла не ответить взаимностью. – Просто... дай НАМ шанс. – Практически умоляла блондинка.  При слове "НАМ" у Дженни перехватило дыхание.  Они как пара? Лиса и Дженни как пара? Как девушки? Во множественном числе - две девушки?  Девушка из Таиланда заметила, как на миловидном лице девушки промелькнуло сомнение. – Дженни... – На этот раз она действительно умоляла. Дженни закрыла глаза.  – Я не могу. – Еле слышно прошептала она.  – Мне тоже страшно! – призналась Лиса. – У меня никогда раньше не было отношений, мне тоже нелегко. – Т…ты не понимаешь, Лис... – сказала брюнетка, качая головой. – Это... Я… это не значит, что я не хочу. Я просто… Я не могу. Впервые за всё время Лиса отвела взгляд от её лица. – ...почему? – Прежде чем брюнетка успела ответить, она увидела зрелище, от которого её сердце остановилось, а желудок сжался от страха. Фары.  – БЛЯДЬ! – Она выругалась, быстро оттолкнув задиру так, чтобы между ними осталось некоторое расстояние. – Что за... – начала она, прежде чем заметила тень, которую отбросил внезапный свет у неё за спиной. Она обернулась и увидела, как на подъездную дорожку заезжает ярко-красный "Lamborghini Mercialago". Чёрт. А она думала, что "Mercedes Benz" Ким производил впечатление.  Вышли женщина и мужчина, оба довольно привлекательные для своего возраста, очевидно, родители Дженни. – Дженни! – С энтузиазмом воскликнула женщина. Лиса перевела взгляд с пары на Королеву Пчёл, пытаясь сообразить, что к чему. Следующие запинающиеся слова Дженни только подтвердили её подозрения. – Мама, папа, в…вы рано вернулись!