Вернутся к фанфику

Поездка под звон бубенцов

29 января 2025, 23:17
      Снег крупными хлопьями кружил в воздухе, где-то раздавались хлопки салютов, в окнах мелькающих мимо домов мигали яркие гирлянды. Машина с наглухо затонированными окнами постепенно приближалась к окраине Петербурга, двигаясь в направлении загородной резиденции Хольта. На широких задних сиденьях расположились юноши, выряженные подстать рождественской тематике, коей являлся дресскод покинутого ими совсем недавно корпоратива. На Августе был костюм Санты Клауса. Совсем простой, но несомненно качественный и настолько приятный наощупь, что холодные пальцы Дубина всё никак не могли найти себе места, скользя по ткани то в районе плеч, то опускаясь на бока, с каждым поглаживанием подбираясь всё ближе к бёдрам. На Диме же красовался более замысловатый костюмчик эльфа, имеющий при себе маленькие звонкие бубенчики, и накладные эльфийские ушки впридачу. С ними он выглядел до невозможного очаровательно, пускай совсем не долго — Август стянул с парня красно-зелёный колпак, уже успевший съехать набок, щекоча димину шею пушистым помпоном, и зарылся ладонями в светлые волосы. Мягко массируя, он прошёлся большими пальцами за ушами, аккуратно снимая с Дубина аксессуар и очки, чтобы тут же, отложив их, прильнуть к губам в нежном поцелуе.       То, на сколько сильно расходились невинность, с которой Дима сминал в ответ чужие губы, и откровенность прикосновений его пробирающихся под одежду рук, выбивало с лёгких Хольта последний кислород. Вынуждало отстраниться от чужого лица, делая рваный вдох, и подвинуться ближе к двери, тем не менее, практически не оставляя меж собой и любовником пространства.       Две пары ботинок падают на пол, позволяя разместиться на сиденьях удобнее. Август облизывается голодно, склоняясь над парнем. Выцеловывает шею чувственно, не оставляя следов, скользит горячими ладонями под одежду, оглаживает бока, подбираясь к груди, мягко сминает подушечками пальцев соски, тут же ловя губами шумный вздох и увлекая юношу в новый поцелуй. Горячий и влажный, тягуче сладкий с привкусом вина.       Дима оглаживает широкие плечи, шею, нежно проходится пальцами по чувствительным шрамам, обрамляющим верхние звенья "позвоночника", и ловит сорвавшиеся лёгкие искорки, мелко вздрагивая. В ответ ему прикосновения к соскам повторяются, отдаются по всему телу горячими волнами, стекающими постепенно к паху. Нетерпеливо потираясь о бедро любовника, он опускается ниже, а кофта задирается, оголяя подтянутый торс. Хольт тут же поцелуями осыпает, языком от пупка к кромке штанов ведёт. После горячего выдоха живот поджимается от того, как сладко снизу тянет, а по спине мурашки бегут такие, что Дубин давится тихим всхлипом.       Отвлекает лишь скрип сжимающихся на кожанном руле вспотевших ладоней водителя. Дима заводит руку за голову, нащупывает на двери нужную кнопку, и совсем скоро выехавшая перегородка отделяет их от "третьего лишнего".       Пальцы цепляют чужие штаны вместе с резинкой трусов, снимают полностью, отправляя их куда-то Августу за спину. Он оглаживает бёдра, разводя димины ноги пошире и устраиваясь меж ними. Кончиком языка скользит от основания к головке, проходится им по уретре, дрязня, слизывает проступившие вязкие капли, лижет широко, плотно обхватывает губами головку — Дима неосознанно вскидывает бёдра вверх, желая получить больше —, оглаживает большими пальцами тазовые косточки и прижимает Дубина обратно к сиденью, не позволяя самовольничать. Одним слитным движением берёт глубже, практически целиком, шумно выдыхает, выпускает член почти полностью, поднимая глаза и ловя поплывший от удовольствия взгляд. Неторопливо посасывает головку, переодически проходясь по ней кончиком языка, и ощущает, как тонкие длинные пальцы впутываются в его волосы, отчаянно цепляясь за них. Ладони давят на затылок, он поддаётся, расслабляя горло, упирается носом в светлые волоски.       От того, как правильно ощущается димин член у него во рту, как невыносимо тесно от этого в штанах, как умоляюще скулит его любимый, Августа сильнее прежнего накрывает волной возбуждения, он закатывает глаза, тянет носом димин запах, почти задыхаясь, и несдержанно стонет, а Дима от того выгибается в спине, прикусывая губу — так хорошо по члену отдаётся вибрацией этот стон. Отстранившись под недовольный вздох, улыбается хитро, облизывает влажные губы и смотрит. Смотрит-смотрит-смотрит. Неприкрыто любуется растрепашимися светлыми волосами, блеском зелёных глаз, растёкшимся по щекам и шее румянцем, порозовевшими бусинками-сосками, отчётливо прорисовывающимся прессом, подрагивающими от возбуждения бёдрами, сочащимся смазкой членом. — Mooi, — мурлычет Хольт, оставляя поцелуй на колене. Это слово Дима уже знает. "Красивый" по-нидерландски. И ему хочется ответить, что Август тоже, тоже невозможно красивый, но тот не даёт возможности, нежно, почти целомудренно целуя. После чего тянется к молнии кармана, находящегося в чехле одного из передних сидений.       К непониманию Дубина он достаёт антибактериальные салфетки, и, совершенно никуда не торопясь, вытирает ими руки, улыбается лукаво, мол, не хочет грязными руками прикасаться к более интимным местам. С одной стороны стоит его бессомненная забота, с другой же — происходящее ощущается как медленная издёвка, сопровождающаяся чуть ли не жалобным хныканьем нетерпеливо ёрзающего Димы.       После выливает на руку лубрикант, не спеша наносить его на тело партнёра, греет в горячей ладони. И становится окончательно ясно — это всё таки издёвка. Август тянет намеренно, изводя разгорячённого юношу, готового вот-вот подорваться с места чтобы поскорее самостоятельно оказаться на Хольте. — Ави, пожалуйста, — сипло срывается с губ, но этого достаточно.       Он оглаживает влажными пальцами вход, мягко, без особого нажима проминая мышцы перед скорым проникновением.       В расслабленного, поддатливого Диму первый палец входит практически свободно. Двигается внутри на пробу, и по спокойному лицу становится понятно, что это не вызывает никакого дискомфорта, посему следом добавляется второй палец.       Август растягивает его размеренно, аккуратно, стараясь не причинить случайной боли. В отвлекающем жесте припадает губами к внутренней стороне бедра, чутко выцеловывает дорожки то к коленку, то ближе к собственной руке, плавно меняющей характер действий на более ласковый, выискивающий где расположен небольшой комочек нервов, чтобы, найдя его, мягко проскользить подушечками пальцев, выбивая с Димы тонкие постанывания.       В его чистых зелёных глазах плескалось бескрайнее желание настолько очевидно, что новую просьбу озвучивать и не пришлось. Хватило одного взгляда. И Август, продолжая подготовку теперь уже тремя пальцами, достаёт презерватив, открывая его не без помощи зубов. От этой картины Дубина ведёт окончательно, в паху тянет так сладко-сладко, и он рвано подаётся бёдрами навстречу, издавая очередной звонкий стон.       Свои штаны Август приспускает лишь слегка, чтобы высвободить уже крепко стоящий член. Выверенным движением раскатывая презерватив по члену, Хольт уже не теряет драгоценные секунды, в которые его Димочка сам предлагающе раздвигает ножки пошире.       Входит медленно, блуждая руками по оголённым участкам кожи, стараясь отвлечь от возможного дискомфорта, которого на деле же Дима не испытывал от слова совсем. Только выдохнул облегчённо и довольно, ощущая такую нужную ему наполненность. Хольт доходит до конца но притормаживает, даёт время привыкнуть и только потом делает первые толчки, начиная набирать неспешный размеренным темп.       Дубин хватается за его плечи, сжимая кожу до лёгких покраснений, отзывчиво стонет на каждый удачный толчёк, подаётся навстречу. — Быстрее, — он кусает губы, борясь с желанием опустить ладонь и прикоснуться к себе, ибо хотелось вверться любимому целиком и полностью. — Ави, прошу...       Дима горячий и нежный, сжимающийся на Августе так правильно, от чего ослушаться его просьбы — что-то за гранью возможного. И толчки учащаются. Сбивается дыхание, мир сжимается до томных стонов и взгляда глаза в глаза. Хольт скользит ладонью по головке, плотно обхватывает член пальцами, старается додрочить юноше втакт собственным движениям, но глубокий поцелуй, в который сквозь откровенный стон его вовлёк Дубин, его переубеждает. Движения руки ускоряются, всё чаще большой палец с нажимом оглаживает головку. Бёдра прошибает дрожью, и Дима загнанно дышит, срываясь на лёгкие сипы, сжимает Августа внутри себя, кончает, откинув голову назад. Август упирается лбом в усыпанное родинками плечо. Ритм оканчательно теряется, он толкается в сжимающегося любовника всего пару раз и низко стонет, содрагаясь. Руки перестают удерживать тело.       Немного отдышавшись, Хольт выходит, избавляясь от использованного презерватива и просто ложится на возлюбленного, пристроив голову на груди. Дима лениво перебирает короткие тёмные волосы и ласково целует в макушку.

***

      Звон треклятых бубенцов, нашитых на костюм Дубина, ещё долго стоял в ушах у несчастного водителя...

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!