9. Каждое утро может быть добрым.

      06:30. Чонгук просыпается от звонка телефона. Тэхён. И почему он не удивлён? А по телу уже прокатываются волны возбуждения.       — Так ты не шутил? — говорит Чонгук, когда нажимает «принять звонок».       — Доброе утро, малыш, — как-то слишком легко слетает с губ Тэхёна. — Не шутил. Я еле дождался приличного времени для звонка.       — Шесть тридцать?! Ты серьёзно?       — Ха-хах… Конечно. Кажется, у меня появилась новая зависимость, поэтому мне срочно нужна твоя помощь. — Тэхён начинает ласкать себя, и Чонгук тут же реагирует на звуки, доносящиеся из телефона.       — Изверг. Нельзя столько мастурбировать.       — Кто бы говорил… Ты думаешь, я забыл твой четырёхдневный марафон? — Чонгук краснеет, но ему всё нравится. Он и сам вчера получил истинное наслаждение, когда его слух ласкали редкие звуки его истинного.       — Так вам помощь нужна? Или вы пожаловаться? — Чонгук совсем не собирается уступать, особенно после вчерашнего.       — Слишком длинные предложения…— Тэхён ускоряет движения.       Если бы кто-нибудь раньше рассказал Чонгуку, чем он будет заниматься по утрам, тот ни за что бы не поверил. Да он и сейчас не до конца привык к происходящему. Он вводит пальцы внутрь. После их недавних развлечений дополнительная подготовка ему не требуется. А ведь когда-то он и представить не мог, что будет так часто заниматься самоудовлетворением.       Чонгук уже не сдерживает стонов, и Тэхён слышит каждый из них. Тэхён тоже не молчит. Он рассказывает, что делает, всё сильнее распаляя Чонгука. А тому, между прочим, приходится обходиться собственными пальцами. Вот только пальцев ему уже недостаточно.       Спустя некоторое время они всё-таки достигают разрядки… одновременно. Утренние развлечения определённо имеют свои преимущества. Даже если пока приходится довольствоваться телефонными звонками.       — Доброе утро, малыш, — снова доносится довольный голос с той стороны.       — Доброе утро, Тэхён, — выдыхает Чонгук и сбрасывает звонок. Ему нужно полежать. Ему нужно ещё немного полежать. А ещё проветрить. Не только комнату, но и голову, похоже.

***

Сегодня у них какой-то миникорпоратив, ну или, как бы сказал Чонгук, очередная квартальная попойка. Он лишь надеется, что в этот раз всё пройдёт лучше, чем в предыдущий.

***

На работе все суетятся. Это становится заметно сразу, стоит только Чонгуку переступить порог конференц-зала.       — Чонгу-ук! — тут же подлетает к нему Мингю. Тот самый, что отдавал документы Тэхёну.       — Привет, Мингю, как дела? — он реагирует абсолютно невозмутимо, поскольку уже привык к подобным приветствиям.       — Привет-привет! Ну что, готов к развлечениям?       — Ну… что-то около того. А что такое?       — Да я всё надеюсь, что наш босс обратит на меня внимание. Я тут даже кое-что прикупил, чтобы он меня точно заметил.       — Даже спрашивать боюсь, если честно, — говорит Чонгук, слегка прищурившись, ведь так просто Мингю от него не отвяжется. И, как ни странно, сегодня это срабатывает. Получив желаемую реакцию, он тут же испаряется. А ведь Чонгук прекрасно знает, что на этом они вряд ли закончат. Небольшое совещание проходит очень быстро, после чего их шеф, статный альфа, который на двенадцать лет старше Чонгука, сообщает всем, где состоится встреча. Сегодня, как обычно, собираются сотрудники двух отделов. В отделе Чонгука работают исключительно омеги, а среди айтишников, напротив, одни альфы. Удобно, да и сам Чонгук при этом не привлекает к себе лишнего внимания.

***

Вечером все снова собираются в офисе, откуда им предстоит отправиться в путешествие... на автобусе. О нет, вы не подумайте: это далеко не общественный транспорт. Это совсем другой автобус с полностью тонированными стёклами и кузовом, расписанным граффити, внутри которого что-то вроде бара. В общем, этакий мини-клуб на колёсах. И алкоголя в нём очень, просто очень много.       — Чонгу-ук! Да скажите уже кто-нибудь Мингю, что ему нужен вовсе не Чонгук?       — Мингю, — с натянутой улыбкой говорит Чон. — Ты прекрасно выглядишь. А тот прямо-таки расцветает. Постепенно атмосфера на их небольшой вечеринке становится всё более непринуждённой. Коллеги разбиваются на небольшие компании и о чём-то переговариваются под музыку. Мингю тем временем колдует над напитками, смешивая какие-то новомодные коктейли. Он всегда так маскирует алкоголь, что его крепость почти не чувствуется. За такие коктейли Чонгук готов чуть ли не боготворить коллегу: они неизменно получаются чертовски вкусными.       — Гулять так гулять? — спрашивает Чон, когда видит Мингю, шагающего к нему с двумя коктейлями.       — Будешь пробовать новый коктейль? — интересуется он с хитрой улыбкой.       — Ещё спрашиваешь. У тебя определённо есть талант, в который раз убеждаюсь, —искренне признаётся Чонгук.       — Вот возьму и уволюсь, пойду работать барменом. Будешь тогда ходить ко мне в бар?       — Так я тебе и поверил. М-м, как вкусно. Что тут? — вопросительно поднимает бровь Чон.       — Тут немного фруктового сока для вкуса, а остальное — это секрет. — Коктейль пьётся так легко, будто он и вовсе безалкогольный. — Давай, пробуй, — шепчет Мингю Чонгуку на ухо, пододвигая к нему бокал. При этом он тут же стреляет глазками в сторону шефа. — Я, наверное, пойду и боссу предложу, как считаешь? — Мингю дожидается кивка Чонгука и направляется к своей цели. К тому моменту, когда компания выгружается из автобуса возле бара, Чонгук уже слегка захмелел. Впрочем, ноги его пока слушаются, и добраться до входа без посторонней помощи он вполне способен.       Бар встречает их приятной, расслабляющей атмосферой и негромкой музыкой. Создаётся впечатление, что время здесь течёт медленнее. Мингю и ещё какой-то альфа отправляются выбирать коктейли для всей их слегка шумной компании. Остальные устраиваются в небольшом закутке, отдалённо напоминающем отдельную комнату для застолий.       Стоит всем рассесться, как в ход идут очередные порции алкоголя и пошлые анекдоты. Чон замечает, как Мингю поглядывает на него, будто волнуется. Чонгук и сам начинает беспокоиться, поскольку его «унесло» сильнее, чем когда-либо прежде.       «Всё же надо было получше поесть перед поездкой», — думает он.       Из-за затуманенной алкоголем головы Чонгук не сразу замечает чужие наглые руки на своих бёдрах. Чьи-то пальцы слишком настойчиво поглаживают его ноги. Он пытается собраться с силами, чтобы оттолкнуть наглеца, но чужие ладони уже забираются под рубашку и скользят по животу. Кто-то шепчет ему на ухо, и Чонгук узнаёт знакомый голос, но разобрать слова уже не может. Перед глазами всё плывёт.

***

      — Налей мне виски, — просит Тэхён, подходя к бармену, но тот и ухом не ведёт. — Рой, налей мне, пожалуйста, виски. Ты чего застыл?       — А, да! Простите, шеф, — виновато говорит Рой и наливает виски в стакан. Тэхён делает глоток и снова спрашивает:       — Так чего ты застыл-то? У тебя что-то случилось? — интересуется Тэхён, заметив растерянность бармена.       — Да нет, со мной всё в порядке. Просто мне кажется, что вон того омегу чем-то опоили. Он явно не в восторге от своего кавалера. — Рой указывает на Чонгука! Тот сидит с краю, поэтому его можно разглядеть даже от барной стойки.       Тэхёну дважды повторять не нужно! Он тут же ставит стакан на стойку, слегка расплескав виски, и через пару секунд оказывается рядом с Чоном. Тэхён хватает за плечо обнаглевшего альфу, который уже прижимается губами к шее Чонгука, и с силой оттаскивает его. Затем поворачивается к сидящим рядом коллегам, которые настолько увлечены разговорами, что даже не замечают происходящего.       — Ты кто такой? — резко бросает Тэхён, глядя на альфу.       — Это ты кто такой? И кто тебе позволил касаться моего будущего мужа? — Заявленьице, однако.       — Какого мужа? У него никого нет! — тянут в ответ.       — Ну, мне лучше знать. Тэхён толкает альфу к стене и тут же опускается на колени перед Чонгуком. Нащупывает пульс, затем пытается проверить реакцию зрачков, но в полумраке бара ничего толком не разглядеть.       Он резко поворачивается к омеге, который сидит рядом.       — Что он пил?       — Да… ик… ничего такого… ик… пил коктейли, как и все остальные, — ошарашенно отвечает Мингю.       — Я забираю его, — уверенно говорит Тэхён.       — Это ещё как? А если ты просто хочешь им воспользоваться?       — Не стоит всех судить по нему. — Тэхён кивает в сторону шефа Чонгука.       Тэхён осторожно подхватывает Чонгука на руки и спешит с ним на улицу. Чонгук уже ни на что не реагирует.       Одно радует: возле бара дежурят несколько такси. Тэхён осторожно усаживает Чонгука на заднее сиденье, называет водителю адрес больницы и звонит Намджуну, с которым познакомился во время одной из своих гулянок и в которому не раз обращался, чтобы прокапаться после особенно бурных вечеринок.       — Нам, привет, это я, Тэхён. Ты случайно не на смене? — торопливо интересуется он.       — Ну надо же! Кто мне позвонил. А ты что, опять пить собираешься? — Издержки профессии, что тут скажешь.       — Нет, не для себя. Точнее, сегодня уже не для себя. В общем, ты на смене?       — Да, я всегда на смене, пора бы привыкнуть. — В голосе Намджуна слышится усталость. И немалая.       — Я еду. Буду через пятнадцать минут. Только понятия не имею, что с ним.       — Пульс? Зрачки? Опиши ситуацию.       Тэхён сбивчиво информирует друга, затем выполняет его указания, чтобы хоть немного облегчить состояние омеги. Таксист сначала поглядывает на пассажиров с подозрением, но, прислушавшись к разговору, прибавляет скорость. До больницы они долетают.       — Шеф, подождёшь меня? — Водитель молчит. — Вот, держи, это за всю ночь. Только подожди немного. — Тэхён протягивает ему деньги, и таксист понимающе кивает.       Осмотр занимает не больше пяти минут. Намджун успокаивает Тэхёна: пока ничего критического он не видит. Организм у Чонгука молодой, но Намджун всё-таки берёт анализы, чтобы выяснить, что именно могло попасть в его напиток. Если подозрения подтвердятся, результаты пригодятся для расследования.       Намджун составляет список необходимых препаратов и выдаёт небольшое количество лекарств на первое время, чтобы Тэхёну не пришлось искать круглосуточную аптеку.       Альфа снова берёт Чонгука на руки, придерживая его за спину и под коленями.       — Тэхён, а кто он тебе? — интересуется Намджун, когда тот уже стоит в дверях.       — Любовь всей моей жизни. — он выходит из кабинета с омегой на руках.       Вот так просто. Да и разве для того, чтобы разглядеть «того самого», нужно много времени? Когда человек действительно «твой», понимаешь это сразу! А вот с «не твоим» приходится пожить, присмотреться, подумать. Здесь же всё просто.

***

Всю ночь Тэхён проводит рядом с Чонгуком, вытирает ему пот со лба и следит за дыханием и пульсом.       В какой-то момент он уходит на кухню и заваривает свой любимый чай. Знакомый аромат всегда приносит ему спокойствие. Так же пахнет Чонгук, и теперь этот запах наполняет всю квартиру. Но сегодня это только усиливает тревогу.       Старые душевные раны снова дают о себе знать, отзываясь болью, которую Тэхён давно пытается стереть из памяти. Однако пережитую однажды потерю невозможно забыть. И всякий раз, когда возникает угроза снова потерять близкого человека, прежняя боль возвращается. Тэхён отодвигает чашку с чаем, ставит локти на стол и закрывает лицо ладонями. Волосы растрёпаны, но ему сейчас не до собственного вида.       Чонгук.       Чонгук.       Чонгук.       В голове снова и снова звучит только одно имя. Ещё утром у них была надежда, а теперь её вытесняет страх. Он возвращается в спальню, проверяет, всё ли с омегой в порядке, и садится на пол у кровати, прислонившись к ней спиной. Одну ногу Тэхён вытягивает перед собой, другую сгибает в колене. Рубашка на нём расстёгнута. Он бережно берёт ладонь Чонгука и кладёт себе на плечо, надеясь, что прикосновение поможет омеге почувствовать присутствие истинной пары даже во сне.       Возможно, так Чонгуку будет спокойнее… Тэхён прикрывает глаза, собираясь немного передохнуть, но незаметно засыпает.