Two-on-Two indoor battle | Erroneous recount (Битва двое на двое в помещении | Ошибочный пересчёт)

Всë, что он помнит, — это всплеск яркого золотого света и последовавшее за этим парализующее ощущение. А, он, наверное, отключился...

...секунду

Он? Тодороки Шото? Отключился? Что за чушь? Шото приоткрывает тяжёлые веки, оглядываясь по сторонам. Всё его тело болит, ему больно пошевелить даже пальцем. По крайней мере, в комнате не было светло, как будто кто-то подумал и заранее выключил свет. Несколько кроватей с белыми простынями и сложенными одеялами, занавески, которые дают какое-то личное пространство, комната белая и лишена каких-либо других цветов, что указывает на то, что он находится в кабинете медсестры. Как он сюда попал? Кто это сделал с ним? — «Ты проснулся, — резкий голос пронзает тишину, заставляя его вздрогнуть. — Ооо, я тебя напугал? Ха-ха» Он бы лучше умер, если бы ему пришлось признать, что голос заставил его немного подпрыгнуть. Он поворачивается, глядя на корень своих раздражений, который лежит на кровати, расположенной рядом с ним. Парень удобно завернулся в одеяло, одна рука поддерживает голову, а другая поднята, держа какие-то… комиксы.

Годжо Сатору

Сказать, что парень был раздражающим, было бы сильным преуменьшением. Если он игнорировал седовласого одноклассника, он раздражался. Если он ответил, он всё равно раздражался. Как кто-то справляется с этим парнем? — «Ну и как себя чувствует Эльза нашего класса?» Эльза, кто это? Кто-то известный, похоже на английское или даже немецкое имя. — «Устал» — «Короткий ответ, мне это нравится, —другой отшучивается. — Ты бы не чувствовал себя так, если бы просто послушался моего предупреждения, теперь посмотри на себя», — Годжо встаёт с кровати, не забыв сложить одеяло и поправить простыни. Его глаза следят за беловолосой фигурой, пока тот идёт к окну и садится на стул рядом с ним. Оттенки заката, проникающие через окно, хотя и не такие яркие, по общему признанию, всë ещë немного жалят глаза. — «...Что случилось?» — спрашивает он. — «А…? — Годжо теребит шнурок жалюзи, он закрывает окно. — Ты не помнишь?» Он снова открывает его, глаз Шото дергается от света.

Он закрывает жалюзи.

— «Нет…»

Он открывает жалюзи.

— «Что у всех за проблема с памятью…»

Он закрывает жалюзи.

— «Знаешь, мы с другом на днях, ну, вчера, оба забыли об одном и том же важном событии, которое произошло с нами...»

Он открывает жалюзи.

— «...Как кто-то может забыть опыт, который изменил его жизнь? Я могу простить момент, когда мы рождаемся, но...»

Он закрывает жалюзи.

Открыть, закрыть

Открыть

закрыть

открыть

закрыть

открыть

закрыть

открыть

закрыть

открыть

закрыть

Это раздражает. В сочетании с болью и тирадой Годжо-сана о каких-то проблемах с памятью, это выводило его из себя в геометрической прогрессии. Этот парень никогда не был рядом с больным человеком!? Он открыл жалюзи, и нити терпения Шото лопнули. — «Прекрати! У меня глаза болят!» — он резко выкрикивает. — «А, упс, — говорит Годжо, затем игриво опускает жалюзи. — Итак, как много ты помнишь? Я не хочу пересказывать всю историю. Тяжелая работа» — «…» После некоторой паузы, к которой они оба уже привыкли, он начинает говорить.

***

— «Две команды?» — рядом с ним говорит Годжо-сан с немного раздраженным выражением лица. — «ТОЧНО!» — подтверждает Всемогущий, затем лезет в коробку и достаёт ещё два мяча. — Команда C и F!» — «А? Мы!» По его наблюдениям, команда C состоит из мальчика с жёлтыми волосами — Дэнки Каминари, девушки с конским хвостом — Яойорозу Момо. Команда F же состоит из мальчика со скотчем в локтях — Ханты Серо, и парня в мантии для боевых искусств — Маширао Одзиро. Знание их причуд для него неважно, потому что он быстро закончит битву. Он победит, не полагаясь на огненную сторону, унаследованную от его паршивого «отца».

***

— «Итак, какой план?» — спрашивает его Годжо-сан, подходя к месту проведения. — «Нет необходимости в плане» — «Ты планируешь не иметь плана? Это всё равно план, знаешь» — «Ты когда-нибудь делаешь перерыв в своей раздражительности?» — «Нет, — он самодовольно отвечает. — Но я не буду знать, что делать, если ты не будешь общаться, понимаешь?» — они останавливаются перед зданием и ждут, пока все расположатся, включая команду злодеев. — «Я планирую обездвижить всех заморозив здание, а затем захватить ядерное оружие» — «Значит, у тебя есть план» — «…» — «ИИИИИИИ… НАЧИНАЕМ!» — в наушниках кричит Всемогущий. — «Будет холодно, просто оставайся снаружи, — он говорит Годжо-сану и кладёт руку на здание. В одно мгновение лëд распространяется от его руки и охватывает всё здание. Это вызвало несколько восторженных аплодисментов от Годжо. — Ух ты! Не хотел бы я быть твоим врагом», — Годжо постукивает по замёрзшей стене пальцем. — «Оставайся здесь, — повторяет он. — Я пойду» — «Подъëм по лестнице займёт у тебя примерно 2 минуты, — бодро заявляет Годжо. — Я приду, если ты к тому времени не закончишь!» — он машет рукой. — «Это не понадобится. Пожалуйста, перестань меня недооценивать», — желая уйти от шума, он быстро уходит от невероятно раздражающего одноклассника. Он поднимается по лестнице, ведущей в комнату с ядерным оружием. В конце коридора его встречает закрытая дверь, излучающая зловещую энергию. Он игнорирует всепоглощающее чувство страха, поворачивает ручку и открывает дверь. Его встречают три студента, стоящие неподвижно, обездвиженные льдом. Они встали в боевую стойку и бросают на него настороженные взгляды. — «Вы можете сделать шаг, если хотите, — предупреждает он их. — Но, похоже, ободранная кожа на ногах вряд ли пойдёт вам на пользу» Секунду… Что-то не так. Разве не должно быть четыре человека? Где... Оглядываясь назад, он понимает, что ему следовало предсказать это. Не теряя ни секунды, из спины девушки выскакивает какая-то простыня, накрывая их троих. Не теряя ни секунды, она кричит: — «СЕЙЧАС! КАМИНАРИ!» Как только она это сказала, он резко обернулся, но было слишком поздно. Яркая вспышка жёлтого света появляется, отправляя его в бессознательное состояние. Он помнит, как ударился о холодную землю, прежде чем всё потемнело.

***

— «И… меня ударило током» — «Ого, какая подробная история, тебе обязательно нужно было вспоминать, что ты ко мне чувствуешь?» — надулся Годжо. — «Кто-то должен тебе сказать, — резко отвечает он. — Что случилось потом?» — «Ммм, смотри, — он подносит руку к подбородку, теперь на его белых волосах играет мягкий оранжевый солнечный свет. — Я ждал тебя около 3 минут, потому что кто знает! Ты можешь ненавидеть подниматься по лестнице... В общем, я ждал-ждал, но объявления о нашей победе не было, поэтому я пошёл проверять, как и говорил, — говорит он, доставая несколько конфет. — И, представь моё удивление, когда я внезапно обнаружил, что смотрю на тебя, без сознания и в плену, между прочим! И на меня напал не один, а ЧЕТЫРЕ злодея» — «…Затем?» — «Тебя ударило током, и меня тоже. К сожалению, удар током не вырубил меня, поэтому мне пришлось одновременно отбиваться от парня с хвостом и парня со скотчем в локтях. Представьте себе меня, онемевшего и ошеломлëнного, делающего крутые приёмы, чтобы сбросить парня с хвостом, владеющего боевыми искусствами...» Годжо подмигивает — «...уклонившись от его ударов, я потерял последние силы, и больше не мог защищаться. От изнеможения мои колени рухнули на землю, из-за чего меня поймал парень со скотчем» Годжо делает драматическое выражение, кладет руку на лоб и откидывается назад, издавая долгий вздох: — «Я был обездвижен лентой, поэтому я ничего не смог сделать» — «Короче говоря…», — говорит он, затаив дыхание. — «Мы проиграли», — Годжо-сан подтверждает. Они проиграли... И все из-за него, недооценившего другую группу! Нет... именно этого он и боялся больше всего: если он не может выиграть такую ​​простую битву, то как же он... — «Эм... прежде чем винить себя или впадать в жалость к себе... Нам противостояло 4 студента» — «Я знаю! Но я должен был это предвидеть» — «…Ты такой серьезный, победа или поражение здесь никогда не имели значения, понимаешь? Это опыт, который ты получаешь, это место, где ты можешь совершать столько ошибок, сколько хочешь. Хотя я не говорю, что быть конкурентоспособным плохо», — Годжо-сан встаёт, протягивая руку к моему лицу и делает щелбан. Легкий на вид щелчок вызывает боль во всём его и без того уставшем теле, ему потребовались все силы, чтобы не сжечь другого парня на месте. — «Оставь победу для настоящей битвы, упрямый дурак» — «…» — он пристально смотрит на Годжо. — «Как страшно! — другой усмехается невозмутимо. Он смотрит на часы, висящие на стене в кабинете медсестры. — Ну, урок должен закончиться прямо… сейчас!» Как только он это сказал, прозвенел звонок, возвещая об окончании сегодняшних занятий. — «Тогда я пойду! Я был здесь только для того, чтобы пересказать тебе историю, — он закидывает сумку на плечи, верхнее пальто засунуто в сумку, рукав торчит наружу. Годжо-сан указывает на кровать напротив. — Твоя сумка и пальто, вон там. Пока!» — «…» — он не отвечает, только смотрит на седовласого мальчика по пути. — «Малыш», — девушка, которая занимается реанимацией, похоже, протягивает ему листок бумаги и немного денег. — «Да, да, понял, — он берёт записку. — Воскресенье?» Она кивает. Дверь открывается и закрывается. Ему пора домой.

***

Шото идёт к школьным воротам, всё его тело чувствует себя намного лучше. Видимо, Исцеляющая девочка вылечила его после удара током, так что теперь его утомляет нехватка энергии. Так что... они действительно проиграли. Он уже принял это, и он бы убил себя, если бы ему пришлось признать, что слова Годжо-сана помогли, пусть даже совсем немного. Но история о том, как на Годжо-сана напали 4 человека, кажется... недостоверной. По какой-то причине. Конечно, ему пришлось расхлебывать последствия моей ошибки... но он, похоже, не может полностью доверять рассказанной истории, поскольку что-то в ней явно не так. Вспышка зеленых волос мелькает в его поле зрения, это был тот парень, который сражался с Бакуго-саном на первом этапе, как же его звали… Верно! Мидория-кун! Он может спросить у идущего впереди него одноклассника, что случилось. Кажется, он был довольно близок с Годжо-саном, раз в первый день зашёл с этим парнем, так что с ним всё должно быть в порядке. ... А должно ли его волновать то, что произошло на самом деле? Он должен просто поверить Годжо-сану на слово и больше сосредоточиться на том факте, что он потерпел это унизительное поражение... — «Заведи себе союзников, друзей... — ...Ты ведь не встречал никого, кто мог бы тебя одолеть, верно? Когда настанет день, ты будешь рад, если партнер сможет тебя поддержать…

...быть одному — это одиноко, понимаешь?»

… — «М-мидория-кун!» — кричит он сзади. Мальчик останавливается и оборачивается. Узнав его, мальчик просиял и подошёл к нему ближе. —А! Тодороки-сан! Привет» — «Привет» — «Твои способности были просто невероятными! Мы чувствовали холод даже в подвале», — дополняет он. — «Спасибо» — «Тебе что-то от меня было нужно?» — «Я хотел..., узнать, что произошло после того, как я потерял сознание... — его только что осенило. — ...Извини за беспокойство, ты ведь тоже потерял сознание. Я тогда не буду тебя больше отвлекать, я пойду...» Он быстро оборачивается, не зная, что сказать дальше, после того как опозорился. Что со мной! Почему так сложно общаться с людьми! Он думал, что он довольно среден, особенно когда он был с Годжо-саном. Почему его способность вести беседу рухнула, как только он заговорил с другим человеком! Теплая рука крепко хватает его за запястье: — «Тодороки-сан, подожди, не уходи» Шото снова поворачивается. — «Хочешь верь, хочешь нет, Тодороки-сан, но я вернулся как раз вовремя, чтобы посмотреть второй матч. У меня не такие уж и серьëзные травмы, — он машет руками, на которых забинтовано несколько пальцев. — Я могу тебе помочь, что ты хочешь знать» — «После того, как… меня ударило током, — он морщится, не желая вспоминать унижение. — Что случилось?» — «Разве Сатору не рассказал тебе? — удивляется Мидория, наклоняя голову в сторону скамейки, они оба идут и садятся на неё. — Он действительно был серьëзен насчет того, чтобы остаться, пока ты не проснешься» — «Он мне рассказал, но… — он говорит, пытаясь подобрать слова, чтобы не показаться грубым. — Что-то тут не так» — «Я имею в виду, мы говорим о нём… Тебе показалась его история довольно подозрительной?» — «Да» — «Расскажи мне, что он тебе сказал, и я поправлю если, что-то не так» Он так и делает.

***

После того, как он закончил пересказывать слова Годжо-сана, выражение лица Мидории-куна исказилось в самое ошеломлëнное, которое кто-либо мог сделать. Как будто у Шото выросла ещё одна голова. — «Что случилось?... — Тодороки был почти уверен, что рассказал всё идеально и точно. — Мидория-кун?» — «... А-ох, извини, — он извинился. — Тодороки-сан, ты уверен, что всë правильно пересказал?» — «Да, я совершенно уверен в этом, — отвечает он, немного сбитый с толку. — Что-то не правильно?» — «…Вся история»

Ох…

…

— «Ч-что?» — Шото этого не замечает, но его обычно каменное лицо искажается. — «Я серьёзно, всë было не правильным! Ну, кроме…» Кроме…! Пожалуйста, пусть это будет про проигрыш… — «Он был прав насчет проигрыша» ... — «Его не ударило током?» — «Нет, после того, как Каминари вырубил тебя, он отупел от побочных эффектов причуды. Каминари ничего не может делать после того как использует сильный разряд. У него, можно сказать, поджаривается мозг» А? — «А что на счёт того, как он сражался с Маширао-саном ... будучи в полубессознательном состоянии и...» Ему, что, буквально лгали с серьёзным лицом! — «Это тоже не правильно, Тодороки-сан! — Мидория трясёт его, на его лице ясно читается беспокойство. — Вот что произошло...!»

...

Годжо смотрит на небо, опираясь на забор который находится возле здания.

134…

135…

136…

На 137-й секунде Тодороки ударило током. В этот же момент Годжо перестал считать вслух и приподнял бровь. — «Я же говорил, что тебе нужны друзья и команда», — он вздыхает и входит в здание. Лестница, первый поворот, второй, третий... — «Ооо! Сосулька», — Годжо отламывает её и продолжает идти. Размахивая ею, словно ребёнок, своим новым игрушечным мечом. — «...Серьëзно?» — тихо произносит кто-то из учеников, Всемогущий и Мидория на это лишь вздыхают и покачивают головой. Делая последний поворот по коридору, он наконец-то видит комнату где находится "ядерная бомба", и идёт прямо туда, не обращая внимания на явные признаки угрозы. Годжо уклоняется от быстрого удара ногой, нацеленного в голову. — «Хм?» Он с лёгкостью продолжает обходить комбинации ударов руками и ногами, по-видимому, развлекаясь битвой. Оджиро делает вращение, используя свой хвост в качестве опоры. Он вкладывает в неë всю свою силу. Серо запускает в него две полосы ленты после того, как Маширао отходит от Годжо. Но все атаки были легко нейтрализованы несколькими шагами в сторону. Движения Сатору лëгкие, как пёрышко, его уклонения плавные, как спокойное течение реки, это было просто... как-то по неземному. — «Тепловой удар! Так вот как парень с электричеством вырвался на свободу. У вас, ребята, было время только на него. Дальше он спрятаться за дверью и ударил Тодороки током, — он хлопает. — Парень со скотчем, хорошая работа по координации! Ты ещë ни разу не задел своего товарища!» Одзиро по-прежнему пытается нанести удары руками и ногами Годжо. Даже не смотря на то, что у него не получается, он также не может ослабить свою защиту. — «Но теперь этому придет конец», — Годжо усмехается. Сатору оттолкнул кулак и сделал выпад вперед широким шагом, успешно нанеся удар Серо в незащищенный живот, заставив его согнуться вперед из-за боли. Не давая Оджиро ни секунды на реакцию, Годжо двинулся в сторону, расставив руки и ударив прямо в затылок тем самым вырубив Маширао. Годжо поворачивается к Яойорозу, который держит биту и заслоняет Каминари. Внезапно ему в голову приходит идея. — «Так-так…» — он роется в карманах штанин. Момо напряглась и крепче сжала биту думая, что Годжо достаëт какое-то оружие. — «О, вот!» — он весело достаëт… иены в числе трëх 1-ок и одной 5-и. — «Ха…?» — «Знаешь, удача часто играет огромную роль в бою... — ...хочешь проверить свою?» — «…Что?» — «Я имею в виду, что я подброшу 1 иену! — он размахивает монетой. — Если моя сторона выпадет - я касаюсь оружия, твоя сторона - ты связываешь меня. Достаточно просто, не так ли?» — «Чт- почему т-» — «Давай решай быстрее, время так то идëт. Лицевая или оборотная»

.

— «Ты должен быть героем, а не наоборот!» — думает Мидория.

.

— «Лицевая!» — у Яойорозу не остается какого либо выбора кроме того, что предлагает Годжо. — «Без проблем!» — он подбрасывает монету и все наблюдают, как медная монета взлетает и, вращаясь, приземляется на землю и катится к ней. Она нервно ждет, когда она перестанет кружиться и… — «Лицевая…!» — это значит... Годжо насвистывает: «Я надеюсь ты будешь со мною мягка, у меня довольно нежная кожа» — «Что...»

.

— «Он издевается...» — Мидория просто качает головой на слова Годжо.

...

— «ОН ЧТО?!» — «Он то что я только что рассказал» Они ПРОИГРАЛИ не потому, что другой парень был неспособен сражаться, он просто решил положиться на удачу! Но… В конце концов, он сам вообще недооценил своих врагов и в итоге был вырублен — «Знаешь… довольно трудно поверить в то, что Годжо-сан игрался во время сражения» Это вызвало смех у Мидории. — «Ты на само деле прав! С точки зрения человека, который никогда не встречал Сатору, они поверят скорее твоей истории, чем моей» На его лице нежное выражение. — «Ты видел мою битву с Бакуго?» — «Да» — «Он научил меня большей части этого» —«Что?» — «Сатору научил меня боевым искусствам», — удивленный Шото поворачивается к Мидории. Этот раздражительный парень научил Мидорию-куна? — «Судя по молчанию, ты так же не особо в это веришь?» — «Я не буду лгать» — «Сатору по характеру похож на крайне избалованного и несерьёзного ребëнка, но как только посмотришь дальше этой неприятной личности, ты заметишь заботливого и опекающего человека», — Мидория-кун одаривает его яркой улыбкой. — «Хм» — «Тодороки-сан, хочешь съесть дораяки по дороге домой?» Что? — «…Что такое дораяки?»

...

Годжо выходит из школы и приближается к воротам. — «Сугуру!» — «Сатору!» Они одновременно кричат друг другу приветствие, а затем встают в ступор. Сугуру первый начинает смеятся. — «Как я скучал по этому, хахаха» — Сатору лишь улыбается яркой и мягкой улыбкой. — «Знаешь, я тут, так то, долго простоял. Я уже жалею, что прогулял последний урок, что бы пробежаться по улицам, отстоять очередь, чтобы купить тебе это» — «Что в пакете?» — «Ну ничего особенного видимо... просто свежеиспеченные бархатные кексы с клубничным джемом внутри, украшенные вкуснейшими взбитыми сливками и сушеной клубничной крошкой. О, а так же обычные хрустящие вафельные трубочки с натуральным шоколадом» Сатору сразу же начал тянуться к пакету с наивкуснейшими сладостями, которые Сугуру так милосердно ему купил. — «Ах», — Сугуру оттягивает сумку назад, не давая ему сказать. — Ещë нет» — «Чт... Дай!» — Сатору снова потянулся за пакетом, но Сугуру оттянул его ещë дальше над своей головой, смотря как Сатору пытается его схватить. Сатору обхватил рукой шею Сугуру, сокращая расстояние между ними в попытке дотянуться до сумки. У Сугуру же, перед глазами мягкие губы, приближающиеся все ближе и ближе. — «Есть!» — Годжо ликует, пока его взгляд не перемещается с сумки на внезапно затихшего Сугуру, который смотрит на него широко раскрытыми глазами и... Ох. Он собирался запаниковать, когда Сугуру обхватил его за талию своими сильными руками и прижал к себе, положив голову на плечо Сатору. — «Оооо, ты по мне соскучился. Мы ведь виделись сегодня утром» — «Я не… Да ладно!» — Сатору отстраняется со смехом, доставая кекс. Сатору просто стоит и ест кекс. Не замечая, что его ухо краснее клубничного джема. — «… Вкусно» — «Правда?» — «…» — Сатору ничего не говорит, а просто жует с наполненным ртом. — «…» — «Сатору, ты будешь ужинать потом?» — «Нет, денег нет» — «Так странно слышать это от тебя, ужин за мой счет будет, — предлагает он. — Недавно я наткнулся на классную забегаловку» — «Серьёзно?»

.

После ужина они отправились в другие места, следуя настояниям Сатору.

.

Он открывает дверь своего дома после того, как Сатору высадил его при помощи телепортации. Нежеланный вид мачехи в коридоре встречает его. — «Я дома-» — «Который час?» — она перебивает его. Он смотрит на часы, висящие у нее за спиной. — «Восемь тридцать–»

ШЛЕПОК

— «-пять…» Она смотрит на него глазами, полными гнева. — «Какое было правило?» — «… — он прикладывает руку к щеке. — Вернуться домой к шести не смотря ни на что…»

ШЛЕПОК

— «…» — «Сугуру, помни боль сегодняшнего дня» Она говорит голосом, полным яда. — «Ты дерзишь, нарушаешь все правила. Я закрывала глаза, так как это было давно, Сугуру, но сегодня этому придет конец. Я больше не могу на это закрывать глаза» — «...» Она бросает на него последний взгляд, прежде чем уйти, пробормотав себе под нос: «Чертово разочарование» Он закрывает дверь в свою комнату.

Это заслуженно.

Это наказание.

Это всего лишь цена, которую приходится платить.

Это карма за все, что он сделал.

Он долго принимает ванну и падает на кровать. Высушив волосы он смотрит на телефон. >Неизвестно Привет! Я наконец-то нашел время добавить твой номер.

Ты<

Алло? Могу я спросить, кто это?

>Неизвестно Можете ли вы угадать, кто-то из видеооператоров собирается прислать вам обещанное видео?

Ты<

…?

!

Мидория-кун.

>Мидория БИНГО!!! Я отправил его, просто идëт обработка, надо немного подождать… (´°ω°̥｀) [Вложение]

Ты<

О, загрузилось. Спасибо.

[Стикер]

>Мидория Все что угодно за денежки. Какой приятный сюрприз на ночь, это то видео. Он нажимает на вложение, и видео начинает воспроизводиться. Приглушенный звук разговора студентов и голос Сатору заполняют его тихую и пустую комнату. — «…снова стали друзьями» Сугуру, логично, не знает, о чем они говорили до этого, но, вероятно, это было о их ссоре, если судить по началу видео. Рот Сатору изогнулся, одарив его самой нежной и мягкой улыбкой, которая была его любимым зрелищем. Сатору был похож на ангела. У него перехватило дыхание от этого. — Это странная история, если честно, я должен был бы больше злиться на этого идиота, но... — ...я был счастлив увидеть его снова» Сугуру ложиться на кровать, но взгляд всë ещë сосредоточен на видео. Сатору был счастлив снова его увидеть. — «Я тоже не понимаю... Мы пережили очень многое, и большинство из этого было плохим, но не смотря на это ничего не изменилось в моих чувствах к нему... — ...Полагаю, я слишком дорожу им, чтобы отпустить... Ты записываешь!?»

Видео обрывается.

Короткое видео наполнило его безмерным счастьем, когда он увидел, как другой говорит о нем, улыбаясь при этом самой милой и пленительной улыбкой, на которую только можно было надеяться. Сатору все еще дорожит им. Этого было достаточно. Для него это был весь мир. Этого было достаточно. Сатору, вероятно, никогда не узнает, какое облегчение он испытал вчера, когда другой схватил его за запястье. Сатору, вероятно, никогда не узнает, сколько счастья нахлынуло на него после того, как он предложил начать всë с чистого листа.

Тринадцать лет любви.

Он был по уши влюблён в Сатору с тех пор, как увидел его в том классе. Это та любовь, которая заставляет вас дрожать от малейшего прикосновения рук, такая любовь, которая заставляет вас задыхаться, когда они рядом, которая заставляет вас остро ощущать каждое их движение, такая любовь, которая заставляет вас думать о них каждый час бодрствования. Такая любовь, за которую вы бы отдали свою жизнь. Он заглушил чувства во время разлуки, но они так и не угасли. Но Сатору видит в них только друзей, поэтому сейчас он снова похоронит эти сильные чувства. Пока не будет готов. Сейчас мне более чем достаточно просто быть с ним.

Так что, пожалуйста, подожди.

Пока слова «Я люблю тебя» не станут для меня легкими и естественными, не неся больше бремя вины и стыда.

Я завоюю твое расположение, так что подожди немного?