Часть 1

Ты никогда не предупреждал о своём позднем визите. Впрочем, сложно планировать что-то заранее, когда у тебя в голове процветает смертельная опухоль. Мне не за что тебя осуждать, но, если честно, я всегда с трепетом жду стука в дверь где-то ближе к полуночи. 22:10. Даже как-то рановато. И я еле сдерживаю себя от того, что бы моментально повернуть ржавый ключ в замке, ведь так ты сразу поймёшь, что я ожидал. Мы играем в эту игру вместе. Делаем вид, что нам никто не нужен, а общение поддерживаем только из-за общей беды- прогнившей деревушки, из которой невозможно выбраться. Кстати, как по мне, мы не плохо здесь ужились. Я нашёл себе домик, не самый лучший здесь, насчёт чего меня ещё долго подкалывал программист, но он был важен для меня. Увидев его впервые, меня как будто прошибло током. Он был очень похож на дом моей бабушки, где я проводил каждое своё лето до 16 лет. Потом я конечно стал бунтовать, мол, в городе друзья, вечеринки, веселье. Куда уж там было до села. Сейчас бы я отдал все деньги мира, лишь бы побывать там ещё раз. Так что заприметив этот дом, я сразу решил жилищный вопрос. Насколько я знаю, Денис выбрал себе что-то покрасивее. Конечно, дворцов из Геленджика тут не нашлось, но аккуратная, идеально прокрашенная белая усадьба, выделявшаяся среди старых хат, явно была лучшим выбором для программиста. Выждав паузу, я всё таки толкаю от себя массивную дубовую дверь, пуская на улицу тусклый жёлтый свет от ламп. В нём радужка глаз парня заиграла медовым оттенком. — Ты сегодня рановато. Что-то нужно? Прозвучало довольно жёстко, за что мне хочется ударить себя по лбу. Эта «игра» в безразличие лишь делает больно нам обоим, но никто не решиться прервать её первым. —Ага, мне нужен виски, но у тебя его нет. Так что сойдёт и чай, — Ты, как и всегда, по-хозяйски проходишь на кухню, даже не удостоив меня рукопожатием. Что ж, я выучил тебя вдоль и поперёк, так что позволю играть этот спектакль ещё совсем недолго. Я не даю тебе алкоголь, ведь ты и сам прекрасно справляешься. Тебе не нужны стимуляторы, ведь уже через пол часа ты запрёшь свою гордость глубоко внутри и выдохнешь то самое, такое необходимое сейчас «я скучал». —Эй, Дениска, ну ты чего? Мне становится больно смотреть на тебя, такого потерянного, не только в этом мире, но и в своей же голове. Но это не жалость. Я бы хотел набросится на тебя с объятиями ещё тогда, когда ты только вступил за порог этой комнаты. Притянув тебя ближе, я почувствовал горячее дыхание на своей шее. Если бы у меня был список самых приятных ощущений в мире, то это стояло бы на втором месте, сразу после вкуса первого поцелуя. Мне действительно страшно понять тебя неправильно, ведь есть же вероятность, что ты просто нуждаешься в поддержке, и ни о каких чувствах тут и речи не идёт? Похоже, увидев мои сомнения, ты потянулся к моему лицу первый, будто на пробу проводя влажным, горячим языком по моей верхней губе. Это не было пошло или грязно, нет. Наверное, это был самый нежный поцелуй в моей жизни, слишком невинный, слишком чистый. Спустя некоторое время, ты отстранился и заглянул в мои глаза с немым вопросом. Я бы никогда раньше не подумал, что захочу лезть в чьи-то проблемы. Мне бы свои решить. Но одного взгляда в твои глаза мне хватило, что б собраться и нырнуть в этот омут с головой. —Всё будет хорошо, Дениска, мы справимся. Вместе.