Часть 1

После того громкого проигрыша Лисов, про который не говорили разве что в совсем уж далёких глубинках, прошло больше двух лет. Время, что слилось для Нила в один комок событий, людей и чисел, медленно сменяющихся на календаре, но ничего для него незначащих. Он не принадлежал сам себе, он жил по прихоти другого. И дышал, пока он ему позволял. Ведь с того самого рокового дня он целиком был во власти Рико. Натаниэль Веснински, сын мясника — любимая игрушка младшего Мориямы. В голове Нил много раз прокручивал момент, когда он стал никем. Исчез со всех радаров, получая заслуженное наказание за то, что не выполнил обещание. И Ичиро, не долго думая, забрал то, на что имел неоспоримое право. Воспоминания хоть и не такие яркие, но всё ещё крепко обосновавшиеся в голове: парень боялся, что если он забудет их, то обязательно начнёт забывать, кто он есть. Что он не всегда был таким беспомощным, раздавленным и ничтожным. Когда-то у него было всё. Теперь нет ничего. Даже собственной жизни. До сих пор в руке ощущался прохладный металл пистолета, что вручил ему Ичиро перед тем, как решить его судьбу.Через несколько часов после матча его привели к старшему Морияма, который всем своим видом внушал леденящий душу страх, и резал без ножа острым как пила взглядом. Рядом с ним свободно сидел Рико, поддерживал здоровой рукой больную в гипсе и, закинув ногу на ногу, широко улыбался, предвкушая дальнейшее шоу. Нил, бросив на него мимолётный взгляд, мгновенно вскипел изнутри, но внешне не изменился в лице. Рико долго ждал этот момент и был готов вкусить его по полной, но Джостен не даст ему повода позлорадствовать. Он останется с каменным лицом до самого конца, чтобы не случилось. И никогда не прогнётся перед Рико, не покажет ему свой страх. Никогда. Подождав, пока охранники обыщут Нила, Ичиро встал и подошёл к нему, прожигая своим взглядом насквозь. Нилу оставалось лишь молча следить за всеми его действиями, ведь знал, что сейчас придёт его конец. Иллюзий по поводу своей жизни он не строил — Ичиро был опасен и безжалостен, для него важно было только слово. А он слово своё не сдержал, Лисы не стали чемпионами. А значит, в нём надобности больше не было. Оставь надежду, всяк сюда входящий… В том, что ему остались считанные минуты, он не сомневался. — Бери, — низкий голос Ичиро захлестнул Нила, окутывая его душу паническим страхом, но сопротивляться он не мог. Морияма протянул ему пистолет, который он взял своей дрожащей рукой, стараясь не смотреть на мерзко улыбающегося Рико. Пусть смотрит. Ему плевать. Тогда Ичиро показалась забавной идея не просто избавиться от Нила, а напоследок поиграть с ним. Предложив сыграть в некий аналог «русской рулетки», он спросил: «Как думаешь, заряжен?». Что же он ему ответил? Трудно вспомнить, иногда воспоминания ускользали, изворачивались и меняли формы, искажая факты в его голове. Но то, что было потом, он помнил с доскональной точностью — приложив дуло к своему виску, на секунду затаил дыхание. А затем нажал на спусковой крючок. И ничего. Тишина. Пистолет был не заряжен, и Ичиро забрал его обратно, не отводя от парня внимательно взгляда. — Везучий ты, Джостен. Будешь жить. Но, к твоему сожалению, смерть была бы предпочтительнее. Тогда Нил ещё не знал, насколько его слова окажутся правдивыми. Действительно, смерть была бы его спасением. Его избавлением. Но слишком простым выходом, и Рико не даст ему возможность так просто уйти, а будет мучить до последнего вздоха, крепко держа за шею и сжимая с каждым разом пальцы всё сильнее и сильнее. Нил — его собственность. Ичиро, покидая Гнездо, отдал своему брату бесполезную и ненужную ему вещь, разрешая тому делать с ней всё, что только придёт в его отбитую голову. Дальнейшая судьба Нила его больше не интересовала: для старшего Мориямы он стал пылью под ногами, жалким мусором, с которым его хоть на что-то годному младшему братишке позволено развлекаться. Рико же, довольный исходом встречи, изъявил рьяное желание забрать к себе Джостена, и в его тёмных глазах, пожирающих Нила, была, казалось, вся тьма этого мира, что давала чётко понять — Рико ничего не забыл. И был готов отыграться на несчастном парне по полной. Спина болезненно заныла, вырвав Нила из зябкого состояния полусна, отчего аж в глазах полыхнуло. Привыкнув к яркому свету, разливающемуся по комнате, он повёл плечом, проверяя, сломаны ли лопатки. Вроде бы нет, просто сильный ушиб. К такому он уже привык, скоро пройдёт. По крайней мере до того момента, пока не придёт кто-то из Воронов и не принесёт ему мазь. Вот уже два года он живёт в Гнезде, в комнате, которую изучил вдоль и поперёк. Не то чтобы здесь было много мебели, чтобы зацепиться взгляду — кровать, тумбочка, стол со стулом и небольшой шкаф с его малочисленными пожитками. Внезапная щедрость Рико по началу удивила Нила, он-то думал, что капитан Воронов заставит его спать прямо на полу в чём мать родила, но в этом ему позволили хотя бы немного вольности. Конечно, в последствии оказалось, что Рико просто так проще держать его под контролем, особенно, когда ему приходилось усмирять буйного от переизбытка адреналина парня, приковывая его наручниками к кровати. Наркотики, что вкалывал ему этот грёбаный урод, не всегда могли дать определённый результат и порой воздействовали на организм весьма непредсказуемо. Да и бить Нила, обездвиженного, Рико нравилось больше. Иногда он терял к этому интерес, но чаще всего ненадолго. За всё это время Джостен выучил все его повадки, любые фразы и последовательности действий, которые раз за разом повторяли его личный кошмар. Обычно ничего не менялось, всё методично и регулярно, и из-за этого ещё более сводящее с ума — нет ничего страшнее, чем действия, повторяющиеся на постоянной основе и не планирующие заканчиваться до того момента, пока жертва не сломается. Но этого не будет. Сколько бы Рико ни мучил Нила, не измывался над его телом и душой, не бил и не насиловал его, всё равно он не сдастся. И никогда не прогнётся под него. Ведь это — то единственное, что осталось у потерявшего всё бывшего Лиса. «Лисы…» — в голове невольно промелькнули очертания лиц бывших сокомандников, до сих пор не потерявшие яркость в запечатанном наглухо воспоминании. И одно определённое лицо задержалось на подольше, заставляя сердце усиленно забиться, а затем рухнуть вниз от осознания, как давно он всех их не видел. Последнее, что он слышал о них, это происшествие на одном из нелегальных предприятий Морияма, где чётко упоминались имена главных зачинщиков диверсии — Аарон, Мэтт и Эндрю. Если что-то ещё и было известно, то от Нила всё тщательно скрывалось, и Вороны, особо приближённые к Рико и его семье, лишь кидали на него высокомерные и насмешливые взгляды, никогда не начиная разговор, если он был рядом. Как бы ни старался, он не мог выбросить его из головы. Эндрю. Вспоминает и изнывает от боли и одиночества, чувствуя себя ещё хуже, хотя казалось бы, куда ещё? Но он не мог заставить себя не вспоминать. Миньярд оставался его главным маяком и надеждой, тем, кто держал его сознание в реальности и не давал окончательно провалиться в темноту. Джостен знал, что Эндрю не отступит и до последнего будет пытаться его спасти. Пусть даже ему это будет стоить жизни. Подобного конца Нил для него не желал, но понимал, что все попытки отговорить Эндрю будут обречены на провал, поэтому верно ждал, когда группа сопротивления вытащит его из плена — другого ему всё равно не оставалось. Но года шли, а крупицы информации, попадающие к нему, не содержали ничего утешительного. Кажется, в таком случае и надеяться не имело смысла. Но Нил всё равно будет верить в него. В того, кому он безвозвратно отдал своё сердце. Подождав, когда боль немного поутихнет, Нил аккуратно сел на кровать, принимая наиболее безболезненную позу. В этот раз всё будет болеть дольше, ведь это не Рико его избил, а кто-то из Воронов смачно зарядил ему клюшкой по спине. В команде его, понятно дело, особо не жаловали, и, если была такая возможность, могли не слабо подгадить. Но, будучи жалкими крысами, они боялись в открытую идти против Мориямы и в наглую бить его игрушку. Поэтому действовали исподтишка и со спины, притворяясь потом, что это случайность. А во время игры поди разбери, действительно ли клюшка неудачно соскочила или кто-то попросту получает от избиения Лиса удовольствие… Как иронично. Насильно заставили играть в команде, а Лисом продолжают считать. И Нил даже не думал что-то менять, его это устраивало — пусть бьют, насмехаются и унижают, пусть за человека не считают: самого Джостена устраивало быть «ёбаным отбросом». Чтобы сломать его, этого было мало. И чёрная футболка с цифрой «4» ни за что не сделает из него Ворона. Сам Нил вообще не понимал логику Рико. Зачем он взял его в команду? За все эти года он ни разу не выпустил его на поле во время игр с другими командами, но упорно продолжал брать его с собой на тренировки. Быть может, это тоже был способ сломать крепкие, хоть и изрядно потрёпанные внутренние барьеры, возведённые Нилом давным-давно. Он наверняка не был далёк от истины — младший Морияма никогда не позволит ему появиться на играх перед журналистами, и уж тем более перед Лисами, не допустит, чтобы Джостен встретился с ним. Иначе все его усилия будут потрачены в пустую, что он ни в коем случае не мог допустить. В каком-то плане он стал одержимым Нилом. Сломать Джостена — то, что занимало его помимо экси и сомнительных делишек, что он творил с Ичиро и за его спиной. Три вещи, на которых держалась вся его жизнь — развлечения, любимая игра и настырная игрушка, не понимающая, где её место. Что ж, для него это стало некой игрой, в которой он обязательно будет победителем, но от этого она не становилась менее интересной. Рано или поздно он неизбежно возьмёт своё. Дверь в комнату резко распахнулась, вырывая Нила из внутренних пучин подсознания. Никак не реагируя на Рико, появившегося в проёме, он продолжил медленно дотрагиваться пальцами до спины, проверяя, где находилась гематома. Через секунду Рико сильно сжал его за запястье, дёрнув на себя. Довольный, что Джостен наконец посмотрел на него своим тяжёлым взглядом, Рико присел на кровать рядом, продолжая с силой сжимать его руку. — Я сказал Брэйдену принести тебе обезболивающее и мазь. Что-то ещё болит, помимо спины? — Нет, — тихо ответил Нил, тщательно игнорируя захват Мориямы. Рико окинул его взглядом, обдумывая про себя, и криво улыбнулся. — Пиздишь. Твоё дело, но если завтра не сможешь быть на тренировке — сломаю палец. Или два. Ты понял? — не дождавшись ответа, он с таким усилием сжал пальцы, что Нил непроизвольно шикнул. — Отвечай, блядь! — Понял. — Молодец, — наконец Рико соизволил отпустить чужую руку. — Ты не такой тупой, как я думал. Делаешь успехи, Натаниэль. На своё старое имя Нил уже привык не обращать внимание. Только Рико продолжал звать его настоящим именем, желая подчеркнуть, что он знает о нём всё. И готов в любой момент использовать эти знания против него, нисколько его не жалея. Очередной способ показать, кто из них главный, а кто просто раб, не более. За годы, проведённые рядом, Нилу пришлось смириться со многими вещами, и имя Натаниэль, повторяемое Мориямой — одно из них. На несколько секунд между ними воцарилась тишина, во время которой Нил кидал на Морияму беглые взгляды, пытаясь определить, в каком тот сегодня настроении. С виду лицо Рико было спокойным, но от него почти незаметно веяло аурой самодовольства и радости. Судя по всему, произошло что-то хорошее, а значит, он пребывал в прекрасном расположении духа. Сам Рико, подтверждая мысли Нила, заговорил первый: — Замечательный день сегодня, не находишь, Джостен? Можешь не отвечать, я и так знаю, что да. Такое дело провернули, у-у-у… Навострив уши, Нил внимательно слушал, надеясь узнать свежие новости. Когда у Рико было хорошее настроение, он мог случайно позволить себе сболтнуть лишнего. Этим просто необходимо было воспользоваться. — Какое? — спросил Нил не пряча глаза. Внезапно Морияма замер, а после улыбнулся пуще прежнего. Дьявольский огонёк загорелся в его глазах, пожирающий парня напротив с головы до пят, а поза стала ещё более развязной. — А тебя, rei, это не касается. Ты снова забыл своё место? — его холодные пальцы коснулись лица Нила, прошлись по лбу и носу и остановились на скуле. На том самом месте, где раньше была выбита цифра «IV», а после безжалостно выжжена прикуривателем руками Лолы. Теперь же, поверх зажившего шрама, появилась новая татуировка, позорная отметина, от которой Нил как ни пытался, не мог избавиться.Раздирая её ногтями до крови, всё равно не мог скрыть ярких очертаний цифры «0», навечно отпечатанной не только на его коже, но и на сердце. Отныне он недостоин был быть даже четвёртым, полноценным игроком. Пустое место, бесполезное и жалкое создание. Прикосновения Рико были столь омерзительны, что Нил не выдержал и оттолкнул его руку, мгновенно покрываясь липкими мурашками. Он знал, что Морияма не любит неподчинение, но сделать с собой ничего не мог. Стало всё равно, пусть делает, что хочет. Максимум, что он сделает, это изуродует тело. Но до души ему никогда не добраться, и Рико это прекрасно понимал, оттого приходил в неконтролируемую ярость. Его лицо стало больше похоже на маску с криво изогнутым ртом, движения стали ещё более резкие и быстрые — заново схватив парня за руку, он завёл ему её за спину, надавив так, что у Нила слёзы брызнули из глаз. Никак себя не сдерживая, Рико наклонился к его уху и яростно проговорил, сдавливая пальцы до хруста костей: — Не смей трогать меня, жалкий отброс. Тебе повезло, что у меня хорошее настроение. А знаешь, мне захотелось немного развлечься. Он наклонился ещё ниже, почти касаясь губами ушной раковины. — Тебе понравится. Обещали нечто улётное. Глаза Нила расширились, сердце забилось быстрее, с каждым стуком болезненно ударяясь об рёбра. Он знал без лишних слов, что последует дальше, и, сколько бы Морияма не повторял эту отвратительную процедуру, не мог до конца к ней привыкнуть. Если можно было не замечать иглу, впивающуюся в кожу, игнорировать боль и кровь, стекающую по локтю, то после… Рико часто экспериментировал с различными наркотиками и их дозами, и никто не знал, как в очередной раз может повести себя Нил. Состояние, когда тебя начинает накрывать, когда в голове пусто, а в глазах всё плывёт, и ты понимаешь, что через минуту потеряешь самого себя… К такому невозможно привыкнуть. К тому же на этом всё не заканчивалось, а только начиналось. Холодные оковы опутали лёгкие, а подступающая к горлу тошнота не давала нормально ни вздохнуть, ни издать хоть слово. Перед глазами потихоньку начинало плыть, а руки переставали слушаться приказов, что отдавал ещё мыслящий мозг. Несколько секунд, быть может минуту, и Нил больше не сможет сопротивляться, да и в целом понимать, если ему повезёт. Ну а пока он ещё чувствовал себя живым, ощущал ледяные руки Рико на своей талии — он будет бесстрашно бороться, и не важно, если после этой борьбы он снова попадёт в лазарет. Морияма никогда не получит его тело без боя. Это решение было принято уже давно. Поэтому, когда Рико властно завладел его губами и попытался пропихнуть свой язык, Нил, понимая, что конечностей своих уже не чувствует, собрал оставшиеся силы и до крови прикусил его нижнюю губу, мгновенно задыхаясь от железистого привкуса крови. Рвотные позывы сдержать было почти невозможно, да ещё и Рико, разозлённый выходкой парня, со всего размаху влепил ему пощёчину, да так, что разбил губы и, вполне возможно, выбил зуб. Прочувствовать нанесённый ущерб Нил не мог — его сознание улетело куда-то в другое место, забирая с собой тяжёлые мысли и боль. Конечно, когда он отойдёт от действия наркотиков, ему будет безумно плохо и больно, но в данный момент его ничего не волновало. А ощущения прикосновений пальцев Мориямы, что свободно перемещались между его ног, в какой-то степени начали возбуждать. За всё время, что Рико «развлекался» с ним, Нил почти ничего не чувствовал и в сознание не приходил. Лишь один раз отдалённо почувствовал горячее дыхание парня на своей шее, а потом ощутил слабую дрожь и несдержимую волну химического удовольствия, что чувствовало его тело, предательски поддаваясь сильному напору Мориямы, его рукам, сжимающим расслабленное тело до синяков на коже, и тому, с каким животным желанием тот трахал его сзади. Рико хоть и бесился, но всё равно заводился сильнее, когда его глупая кукла сначала пыталась сопротивляться, а после становилась полностью послушной и на всё готовой. И, раз Джостен сам не хотел по-хорошему, ему приходилось действовать по-плохому. К наркотикам они пришли не сразу, а лишь спустя время, когда простое избиение перестало действовать на Нила также эффективно, как раньше. Дурман, отравляющий голову пустышке, стал лучшим решением, которое только могло прийти капитану Воронов. И вот уже на протяжении года Нил регулярно был под наркотой, а Рико получал своё. И не важно, какими способами. Краткий миг осознания проходил, затягивая Нила в очередную чёрную дыру, но неожиданная боль в надплечье рывком вернула его в реальность, да так, что в глазах заискрилось. Еле кинув взгляд в сторону, он увидел, с какой силой Рико впился зубами в него, прокусывая кожу до красноватых подтёков, и мимолётно удивился, как он не откусил от него кусок. Но и эта с перебором грубость ему понравилась: губы расплылись в полубезумной улыбке, и Джостену захотелось самому вкусить своего насильника, почувствовать его плоть, кровь собственными руками. Сделав попытку сдвинуть руки, он ощутил только ледяное прикосновение металла и громкий лязг наручников. Похоже, он и в неадекватном состоянии продолжал яростно давать отпор, поэтому Морияме пришлось пристегнуть его к спинке кровати. И чёрт с ним, пусть будет так, от этого вполне можно было получать тошнотворное удовольствие, что Нил неосознанно делал, лязгая цепочкой всё сильнее под ритм, с которым Рико проникал в его задний проход. Толчок, ещё один, сильнее и грубее; боль и удовольствие окончательно смешались, переходя в нечто новое, неизведанное, что пугало больше всего. Он не хотел это чувствовать, не хотел знать. Но выбора ему не предоставили. Сознание в очередной раз провалилось в туман, забирая за собой последние ощущения реального мира. Кажется, Рико заканчивал свои грязные дела, но Нил об этом уже не узнает. Что было, в общем-то, к лучшему. Очнулся он в темноте, не понимая, сколько прошло времени, и что вообще происходит. Тело ещё слабо его слушалось, поэтому он предпочёл немного полежать, приводя мысли в порядок. Очередное насилие, снова наркотики, а после неизбежная ломка. Физические страдания, к которым он привык, и душевные, что давили сильнее и больнее. Они никогда не кончатся, не оставят его в покое, если он не станет искренне, до самого конца ненавидеть Рико. Нил мог со спокойной душой признать, что ненавидит Морияму. Но, глубоко внутри оставалось маленькое белое пятно, которое не позволяло зёрнам ненависти до конца произрасти в его душе. Было бы проще, оставайся Рико чудовищем и уродом до последнего, но нет же — по непонятной причине он, совершая все зверства над Нилом, сам приводил его в порядок, мыл, залечивал раны и менял постель на новую. Что это делал сам Рико Джостен был уверен на сто процентов, ведь иногда лично видел, как тот проделывает с ним эти манипуляции, пока он тщательно притворяется, что спит. Зачем Ворон это делал? Неужели настолько боялся доверить свою разбитую игрушку шестёркам, чтобы они сами сделали грязную работу? Или не доверял собственной команде? Но ведь еду ему приносят члены команды, так почему… Не понимая до конца, действия Рико казались ему нелогичными. А без понимания смысла в действиях Нил не мог спрогнозировать его дальнейший шаг. До следующего дня его никто не тревожил, позволяя набраться сил и слегка залечить раны. Спина стала болеть меньше, с разбитой губой сделать ничего было нельзя, а мазь позволила укусу на надплечье затянуться свежей коркой. Конечно, оставалась ещё колющая боль в промежности, о которой он не сказал Рико, лишь бы не видеть его насмешливую лыбу. Не важно, как ему было невыносимо, и что требовались специальные лекарства и мази, чтобы унять зуд и жжение — нет, он ничего Морияме не расскажет. Будет самостоятельно лечиться, а там будь что будет. Не в первый раз он скрывает свои травмы и раны, ко всему можно приспособиться. Волей-неволей. Ближе к вечеру за Нилом привычно пришёл один из Воронов, — в этот раз это был Фил, — и позвал его на тренировку. Уже готовый Нил поднял спортивную сумку и направился по коридору к мужской раздевалке. Никто не сопровождал его, не отслеживал перемещения: все знали, что ему деваться некуда, и из Гнезда сбежать не удастся. Раньше он ещё пытался спастись, найти лазейку и попытаться выбраться из своего плена, но попытки неизбежно приводили к провалу. Теперь же, по прошествию стольких лет, он смирился с тем, что самостоятельно ему не выбраться, а просто плыл по течению, делая то, что ему скажут. По крайней мере во время тренировок не страдали его сердце и душа. А на тело плевать. Тренировка прошла в обычном режиме, и удивительно, что Нила почти не трогали и не издевались. Судя по всему, Морияма успел узнать, кто покоцал его цацку и наказал виновных, потому-то остальные присмирели и временно перестали замечать нуля на поле. Джостену это было только на руку, и он смог относительно спокойно перенести тренировочные игры. Кстати, на поле не было Жана, что мгновенно напрягло парня. После победы Воронов Жану стало совсем туго и с ним обращались, по оценкам Нила, ещё хуже, чем с ним. Ведь если он был просто пустым местом, то Жан в ранге был не выше псины, с которой можно без опаски сделать всё что угодно, и Рико вряд ли за него впрягется. Сердце заныло в болезненной догадке, что партнёр мог попасть в беду, но Джостен ничего не мог сделать, чтобы проверить состояние Моро — к нему его не пускали, а если Жан приходил к Нилу, то было это внезапно и совсем редко. А узнавать у других, понятно дело, было бессмысленно. Кто среди этих больных скажет ему правду? Он давно перестал испытывать ложную надежду по поводу зомбированных Воронов. После тренировки Нил привычно отправился в душ, где в раздевалке его ждал Рико и двое Воронов, Кэмерон и Брэйден. Окинув их незаинтересованным взглядом, Нил молча подошёл к кабинке и начал одеваться в обычные джинсы и футболку. А Вороны остались стоять в стороне и негромко переговаривались, не смотря в его сторону, что-то живо обсуждали. Впрочем, Джостену не нужно было быть экстрасенсом, чтобы догадаться, что: Рико уже сделал два любимых дела из трёх — он сыграл в экси, он измучил свою игрушку. Осталось третье — незаконные делишки, которые развлекут и отвлекут от насущных дел. Оставалось лишь догадываться о том, какую новую пытку он придумает для Нила на этот раз. Вместе они поехали в клуб, где заказали выпивку и встали возле бара. Вороны продолжали перекидываться фразами, оглядываясь по сторонам, а Нил стоял рядом и молчал, уткнувшись взглядом в стакан с виски. Пить он не планировал, предпочитая остаться с трезвой головой, но тут как получится. Иллюзий по поводу внимательности Рико у него не было, и, если он заметит, что алкоголя не убавляется, заставить пить насильно. Но, к его радости, Морияма был занят другим и не обращал внимание на стакан в его руке, а продолжал рассматривать контингент, при этом хищно улыбаясь. Мурашки побежали по коже Нила, когда до него медленно начало доходить, в какой клуб они попали и что хотел от него Рико. Ещё в машине он сказал ему послушно выполнять его указания и молча ждать, ни с кем не разговаривая. Стало очевидно, что попали они сюда не случайно, и Рико не просто так разглядывал собравшихся парней. Это оказался гей-клуб, в который они приехали, чтобы найти очередную беззащитную жертву для больного ублюдка Мориямы. Сделав для себя выводы, Рико что-то сказал Воронам, и они отошли в сторону, присаживаясь за столик неподалёку. Нилу же он шепнул на ухо, мимолётно прихватив его волосы в кулак: — Сиди здесь и жди. Лицо я тебе немного разукрасил вчера, но ничего страшного, в темноте не видно, и на тебя и так кто-нибудь клюнет. Потянув Нила на себя за волосы, он ещё сильнее приблизился к его лицу и угрожающе прошипел: — Говори односложно и не вызывай подозрений. Скажешь что-нибудь лишнее, и я вырву у тебя все ногти. Waka tsu taka, rei? Иногда Рико переходил на японский и Нил его совсем не понимал, но не сейчас. Эту фразу он слышал довольно часто и знал её значение. Поэтому он слабо кивнул, на что Морияма ухмыльнулся, отпустил его волосы и, усадив на свободный стул за баром, ушёл к своим парням. Оставшись в одиночестве, Джостену только и оставалось, что тихо сидеть, смотря в одну точку и стараясь не привлекать к себе внимание в надежде, что никто его не заметит. Страшно, если из-за него пострадает невинный человек, но что делать? Как предупредить, спасти, если станет совсем туго? За ним неотрывно следили три пары внимательных глаз, и они не позволят ему и рот лишний раз открыть, о каком спасении могла идти речь? «Пожалуйста, пожалуйста», — молил про себя Нил. — «Не подходите, не говорите со мной. Прошу». К сожалению, фортуна была не на его стороне. — Привет! Чего сидишь, скучаешь? — рядом послышался низкий бодрый голос парня лет двадцати пяти, но Нилу не хватало сил, чтобы посмотреть на него и точно это подтвердить. Так как он продолжал молчать и буравить взглядом стакан с напитком, парень, не дождавшийся реакции, присел рядом и слабо потряс его за плечо. — Эй, с тобой всё хорошо? Помощь не нужна? — Нет, — отрицательно покачал головой Нил, боковым зрением замечая, как один из Воронов встал изо стола и подошёл к ним ближе, оставаясь в тени. — Всё в порядке. — Ну слава богу, я рад, — парень облегчённо выдохнул и приветливо улыбнулся. — Давай знакомиться, меня зовут Марвин, а тебя? — Нил. — Очень приятно, Нил. А что у тебя с этим, — Марвин указал пальцем на свою скулу. — Татуировка. Она что-то значит? — Нет. Просто… так. — Забавный ты, — заулыбался новый знакомый, но Нил не стал поддерживать его весёлое настроение. Ему сказали быть немногословным — что ж, он делал это. И в голове прокручивал возможные варианты, как предупредить того об опасности. Марвин продолжал говорить обо всём на свете, не замечая, как Нил становится чернее тучи. Он понимал, что каждая секунда промедления могла стоить парню жизни, но не знал, что ему делать. Его размышления прервались внезапным прикосновением, которое он совсем не ожидал. Марвин, оценивший состояние Джостена и его покрасневшие щёки по-своему, взял его за руку, нежно проводя по ладони большим пальцем, и наклонился к нему: — Может, пойдём отсюда? Мне кажется, тебе здесь некомфортно. Я прав? Нилу не хватило времени, чтобы понять, что произошло — всё его внимание захватил Рико, вставший последним и направившийся в их сторону. От страха пульс забился быстрее, ударяя в голову громкими ударами, а губы помимо воли совсем беззвучно прошептали, почти умоляя: — Уходи… уходи… — Что? — Марвин не услышал, что он сказал, и наклонился ещё ниже. И это было его последней ошибкой. Морияма не прощает тех, кто позарился на его собственность. Всё произошло так быстро, что на них никто не обратил внимание. По обе стороны от Марвина встали Вороны, а Рико между ними, будто обнимал внезапно встретившего друга. Он что-то сказал удивлённому парню, а затем без лишних слов они вытолкали его на выход, очевидно не без помощи угроз. Иначе как объяснить, что Марвин никак не сопротивлялся и послушно шёл за Рико и Брэйденом? Кэмерон же подошёл к Нилу и сказал ему: «Иди за мной». У Нила кружилась голова, хоть он не сделал ни глоточка, но он полностью отстранился от этого и поплёлся за Вороном, понимая, что Морияма не даст ему убежать. Просто нужно делать то, что ему сказали. Бездушно, не думая, как робот. Жаль, что нельзя перестать испытывать эмоции, мешающие ему спокойно спать по ночам. Кэмерон вывел его из клуба наружу и отвёл в безлюдный переулок неподалёку, где уже были Марвин, Брэйден и Рико. Последний избивал Марвина, пока Брэйден держал его за руки и не давал вырваться, посматривая по сторонам. Когда к ним присоединились Нил и Кэмерон, Рико криво улыбнулся, приподнимая испачканное в крови лицо Марвина, почти потерявшего сознание, и весело проговорил: — Ну что, сука, как тебе? Нравится подкатывать к чужим парням? — Я не… — выплёвывая кровь, просипел Марвин, — не знал, что он занят… — Меня. Это. Не. Ебёт. — каждое слово сопровождалось ударом, заставляя несчастного парня содрогаться всем телом, захлёбываясь кровью. Закончив с прелюдиями, Морияма остановился, развернулся и подошёл к застывшему Нилу. Встав к нему впритык, обратился к Кэмерону: — Ты принёс? — Ворон кивнул. — Где она? — Вот, — Кэмерон расстегнул что-то на поясе и протянул Рико предмет, оказавшийся ножнами, которые до этого не замечал Нил. Проследив за ними взглядом, он случайно уткнулся в глаза Марвина, перекосившиеся от боли, что смотрели на него с жалостью и немой мольбой. Нил не мог перестать на него смотреть, изнывая от бессилия и беспомощности, страдая из-за того, что он не мог ничего сделать, и что он — причина, из-за которой пострадает ни в чём не виноватый человек. Пусть в душе он понимал, что не будь его, Рико избрал другую случайную жертву, но совесть не давала ему сделать полноценный вздох, сжимая с силой грудную клетку. Рико заметил эти молчаливые переглядки и тут же вспыхнул, схватил Нила за подбородок и с силой дёрнул его на себя, размазав по нему чужую кровь: — Детка, тебе нравится сегодняшнее представление? Погоди, сейчас станет ещё веселее. Смотри только на меня и не отворачивайся. Кэмерон, проследи, — добавил он своему Ворону и направился обратно к Брэйдену и Марвину. Морияма на ходу вытащил катану из ножен, его гордость. Лезвие почти не блестело под светом фонарей, но всё равно выглядело весьма угрожающе. Этим Рико и пользовался, ведь все знали: если младший Морияма обнажает катану — жди беды. Без крови он не уйдёт. И в тусклых глазах Марвина, в которых отразилось смертоносное оружие, появилось понимание, что это конец. Спасения ждать неоткуда. Всего лишь неудачно решил познакомиться с парнем в клубе, и вот, рядом уже занесена катана, свистнул рассекаемый лезвием воздух… Алая кровь брызнула на асфальт, а из груди, рассечённой катаной наискось, вырвался хриплый булькающий стон. Капельки крови появились в уголках губ парня и медленно потекли вниз, окрашивая его лицо ещё большим количеством бордовой жидкости, глаза закатились и окончательно потухли, сердце сделало несколько стуков, затем замерло. Безжизненно повиснув на руках Брэйдена, Марвин затих и больше не издавал звуков. Рико, весь перепачканный в крови, сначала поглядел на любимую катану, а затем развернулся к Нилу, разглядывая его совершенно обезумевшими глазами: — Ну что, как тебе? Смотри и запоминай. Эта кровь и на твоих руках. Нил непроизвольно кинул взгляд вниз на свои дрожащие руки. И действительно увидел на них кровь, которой там не было. Морияма в очередной раз показал, что так просто не оставит его в покое. И что он будет делать всё, что захочет. Рико будет и дальше продолжать творить свои бесчинства, и никто не сможет ему это запретить. Сегодня Вороны попировали на славу.