Часть 9

Барри опустил голову и сцепил руки на затылке. Он сделал пару ровных, медленных вдохов. — Значит, ты вломился в лабораторию, подождал, пока Кейтлин и Циско отвлекутся, а затем попросил Шону зайти и сбежать со мной? Лен пожал плечами, старательно сохраняя нейтральное выражение лица и разглядывая свои ногти. — Общеизвестный факт, что альфы быстрее выздоравливают, когда находятся рядом с омегами. Щеки Барри едва заметно дернулись, когда он подавил улыбку. — И это стоило того, чтобы рискнуть и быть арестованным Джо? Мик, Лиза и Хартли кивнули. Марк ответил ему: ‘Серьезно? ’ Лен только пожал плечами. Барри опустил руки и встал. Он видел, что все настороженно наблюдают за ним, но его основное внимание было сосредоточено на Лене. — Почему? — спросил он, делая шаг вперед и сокращая расстояние между ними до полуметра. Лен быстро вскочил на ноги. Он терпеть не мог, когда кто-то нависал над ним, даже если это тот, кого, как он знал, ему нечего бояться, например, Барри. — Это похоже на шутку, — подстраховался он. Барри позволил времени замедлиться, серьезно обдумывая свои мысли. Он знал, что Лен пытается казаться беспечным. Он подозревал, что мужчина действовал скорее инстинктивно, чем логически. Значит ли это, что в их сделку вложены эмоции Лена? Посмотрев на остальных, он увидел то, чего никак не ожидал. Все с надеждой смотрели на него и Лена. Барри с самого начала знал, что они играют в опасную игру. Альфа/Бета/Омега динамика редко оставалась бесстрастной. Ему не следовало соглашаться на такое соглашение, если он действительно хотел сохранить нейтралитет. Еще несколько месяцев назад он знал, что эти люди имеют над ним определенную власть. Так было всегда, даже до того, как Барри узнал, что они омеги. Лиза была сильной, но удивительно нежной в эмоциональном плане. Она старалась казаться жесткой, и Барри быстро понял, что у нее было сильное желание все контролировать. Хотя БДСМ не вызывало особого восторга, он охотно подчинялся ей в постели. Он позволял ей диктовать каждый их шаг, чтобы у нее была власть, в которой она отчаянно нуждалась. За те восемь месяцев, что они были вместе, он наблюдал, как она из суровой, немного озлобленной женщины превратилась в расслабленную, уверенную в себе женщину, которая знала, что она сильная, и ее ценили за это. Хартли нуждался в одобрении и принятии так же сильно, как в воздухе или еде. В отношениях с Хартли Барри использовал свой интеллект, чтобы показать ему, чего он стоит. В свободное от секса время они обсуждали науку и технологии. Он старался никогда не высмеивать и не принижать молодого человека. Даже когда они расходились во мнениях, он всегда относился к Хартли серьезно. Он с удовольствием наблюдал, как снобизм Хартли исчезал и проявлялось его обаяние. Мика боялись и не доверяли ему большую часть его жизни, и это заставляло его чувствовать себя нежеланным. Барри нравилось показывать ему, насколько он на самом деле сексуален и желанен. Шрамы Мика не умаляли его красоты, а наоборот, подчеркивали. Барри обожал прижиматься губами и по-кошачьи облизывать как покрытую шрамами, так и гладкую кожу. Ему нравились хриплые стоны и громкие вздохи, которые он вырывал у более крупного мужчины. Марк зол на весь мир. Таким одиноким и убитым горем. Барри всегда прилагал дополнительные усилия, чтобы дарить ему любовь в виде мягких прикосновений и нежных поцелуев. Медленные толчки и нежные руки успокаивали что-то внутри разъяренного мета больше, чем могли бы его слова. Шона, хотя и не была омегой, была хрупкой. Она никогда по-настоящему не знала нежности. Как и Марк, она привыкла к мужчинам, которые брали то, что хотели, ничего не давая взамен. Он позаботился о том, чтобы одарить ее романтикой в виде букетов, шоколадных конфет и красивых музыкальных шкатулок. И Леонард Снарт. В представлении Барри Лен идеальный омега. Шрамы Лена, вероятно, были бы ужасающими, если их рассматривать сами по себе, но в представлении Барри они были знаками отличия. Льдисто-голубые глаза Лена преследовали Барри во сне. Сексуальный, харизматичный, умный и до смешного драматичный, Лен был всем, о чем Барри мечтал, когда впервые проявил себя в качестве Альфы. Как бы ему ни нравилось быть с другими, Лен был пределом его мечтаний. Он упивался тем, что удовлетворял Лена. Независимо от того, был ли Лен под ним или на нем верхом, Барри всегда испытывал благоговейный трепет от того, что этот изысканный мужчина позволял Барри прикасаться к нему так интимно. Он знал, что Лен считает себя сломленным, но в глазах Барри Лен был самым сильным человеком, которого он когда-либо знал. Барри позволил времени вернуться к своему естественному ритму и, сделав ровный вдох, посмотрел Лену в глаза. — Спасибо, — искренне сказал он. Он придвинулся ближе, прижавшись всем телом к Лену, поднял руки и обхватил ладонями его лицо. — Ты заботился обо мне. Защищал меня. Вы все утешали меня, когда я больше всего в вас нуждался. Вы сделали меня таким счастливым, — сказал он ему. Глаза Лена вспыхнули гордостью и застенчивым счастьем. — Я не могу надолго вывести тебя из строя, — уклонился он от ответа. Барри слегка улыбнулся и на секунду оглянулся на остальных, прежде чем наклониться и нежно поцеловать Лена. Лен быстро ответил, его руки переместились и крепко обхватили бедра Барри. Через несколько секунд Барри прервал поцелуй и протянул правую руку. Он быстро притянул Мика к себе и поцеловал его. Затем он сделал то же самое со всеми остальными. Поцеловав каждого из своих омег, он прижался лбом к лбу Лена. — Я должен вернуться в лабораторию и сообщить всем, что со мной все в порядке, — сказал он им. — Пока меня не будет, я хочу, чтобы вы все подумали кое о чем для меня. Барри отступил от Лена и отпустил его. Он встретился с любопытными взглядами всех присутствующих, прежде чем глубоко вздохнуть. — Наверное, ни для кого не удивительно, что наше соглашение вышло за рамки простого секса, — все они слегка напряглись, за исключением Шоны и Мика. Барри одарил группу легкой улыбкой. — Я говорил вам, когда мы только начинали, что я категорически против того, чтобы объединять или предъявлять права на кого-либо. Что ж, похоже, я сделал именно то, что говорил, что не буду. Все быстро посмотрели на остальных. Он видел, что они пытаются понять, с кем он связался. Барри не оставил их в неведении. — Я забочусь о каждом из вас. Я не хочу потерять никого из вас. Я не знаю, чувствует ли кто-нибудь из вас то же самое, но я не собираюсь лгать или притворяться, что не хочу претендовать на вас всех, навсегда. Вы в моем сердце, каждый из вас, — он сделал паузу и глубоко вздохнул. — Я хочу установить настоящую связь. Я хочу сблизиться с каждым из вас. Я хочу быть вашим Альфой, защищать вас, любить вас, делать вас счастливыми. Итак, я прошу каждого из вас подумать об этом. Я подчинюсь любому вашему решению. Если вы захотите покончить со всем этим, это разобьет мне сердце, но я оставлю вас в покое. Я по-прежнему буду защищать вас. Я всегда буду оберегать каждого из вас, но вам никогда не придется беспокоиться о том, что я возьму кого-то из вас под свой контроль. Если вы хотите продолжать в том же духе, я никогда не буду настаивать на большем и всегда буду стараться изо всех сил. Если ты хочешь сблизиться, ты сделаешь меня самой счастливой Альфой в мире. — Ты не можешь сблизиться со всеми нами, — Шона прикусила нижнюю губу, прежде чем немного податься вперед. — Вообще-то, могу, — Барри лучезарно улыбнулся. — Побочный эффект от спидфорса. Если тебе интересно, я подробно объясню, когда вернусь. — Он рванулся вперед и еще раз поцеловал каждого из них, прежде чем выскочить из укрытия. Лен проглотил комок в горле, прежде чем посмотреть на остальных. — Кто-нибудь хочет уйти? — спросил он. Мик фыркнул, прежде чем поднять брошенные наручники и передать их Хартли, который покачал головой. Лиза и Шона обменялись радостными взглядами. Марк засунул руки в карманы, прежде чем прочистить горло. — Похоже, мы все на одной волне, — сказал ведущий прогноза погоды. Лен кивнул, с нетерпением ожидая возвращения Барри.