сердца из стали

      Последние дни перед отъездом Марии действительно пронеслись словно скоростной болид Формулы-1. Время неумолимо ускользало, каждый час словно исчезал в вихре подготовки и нескончаемых хлопот. Маша пыталась успеть сделать все: собрать вещи, решить рабочие вопросы, провести как можно больше времени с Ксенией. Но, несмотря на все старания, ей казалось, что часов в сутках катастрофически не хватает.       В последнюю ночь, когда все дела были наконец завершены, Маша, измотанная, крепко уснула почти сразу, как легла в постель. Звуки её ровного дыхания разносились по комнате, создавая иллюзию спокойствия.       Ксения, укутанная в тёплый плед, не могла позволить себе такую роскошь. Она сидела, словно в полудреме, и наблюдала за спящей Машей. Каждая черта её лица была знакома до боли, и Ксения старалась запомнить все нюансы, будто боялась, что воспоминания станут блеклыми и расплывчатыми.       Её взгляд не раз возвращался к кителю, аккуратно висящему на стуле. Изначально он вызывал у неё гордость, но этой ночью в нём было что-то, что тревожило сильнее обычного. В груди затихло странное, щемящее предчувствие, от которого она не могла отделаться.       Предчувствие неизвестного и возможно опасного, скрытого за спокойной оболочкой служебной одежды, не давало ей покоя. В мыслях одна за другой всплывали возможные сценарии, каждый из которых тревожил ещё больше.       Она понимала важность предстоящей поездки и признала, что отговорить Марию невозможно. Однако мысль о её отсутствии, о той опасности, с которой она могла столкнуться, не оставляла Ксению. Сердце сжалось от тревоги, словно звенящий колокольчик, звуки которого не умолкали.       Ночь медленно брела к утру, и Ксения, устав от борьбы со своими мыслями, наконец, решилась лечь рядом с Машей. Почувствовав уютное тепло её присутствия, она закрыла глаза, молясь о том, чтобы всё прошло благополучно, и чтобы они скоро вновь могли быть вместе, освободившись от всех тревог.       Утро принесло с собой неизбежные хлопоты и легкий хаос. Солнечные лучи пробивались сквозь шторы, мягко освещая комнату. Маша проснулась с легкой тревогой, осознав, что впереди её ждет долгий день поездки и много неизведанного.       — Доброе утро, — Ксения улыбнулась, пытаясь скрыть своё беспокойство.       — Доброе… — Маша потянулась, улыбнувшись в ответ, стараясь не показывать свои собственные волнения.       Завтрак прошел в тихом, но непринужденном разговоре. Обычные, повседневные темы отвлекали от надвигающегося расставания. Мария старалась заговорить о мелочах: о погоде, о планах на будущее. Но обе понимали, что в конце концов им придётся попрощаться.       Чемодан уже аккуратно стоял у двери. Архипова проверила телефон, чтобы убедиться, что все готово, и время неумолимо подгоняло их к моменту прощания.       — Я буду писать тебе каждый день, — пообещала она, стараясь придать голосу бодрость. — И звонить, когда только смогу. — она накинула китель на белую рубашку и покрутилась у зеркала в прихожей.       Ксения кивнула, её глаза неотрывно смотрели на Машу. Поцелуй на прощание стал одновременно сладким и горьким, наполненным любовью, но и трогательной печалью.       — Береги себя, хорошо? — тихо произнесла Ксюша.       — Мне нужно, чтобы ты тоже была в порядке, — ответила Маша, едва сдерживая всколыхнувшиеся эмоции.       Когда Архипова ушла, дверь закрылась с едва слышным щелчком, будто подводя черту под одним этапом их жизни и открывая другой, неизвестный.       Нечаева долго стояла у окна, провожая взглядом удаляющуюся фигуру, а потом и чёрный автомобиль ведомства. В груди всё ещё было то странное чувство, не дающее ей покоя, но она старалась не давать ему слишком много сил.       День длился бесконечно. Ксения погрузилась в работу, стараясь отвлечь себя от всех мыслей, но каждое уведомление на телефоне заставляло сердце замирать в ожидании весточки.       Вечером, наконец, пришло первое сообщение от Маши: «Все хорошо. Я уже устроилась. Очень скучаю.»       Эти несколько слов, несмотря на их простоту, принесли с собой волну облегчения и успокоения. Ксения уловила в них не только весточку о благополучии, но и тепло, которое позволяло ей чувствовать, что они по-прежнему вместе, даже на расстоянии.       Каждый новый день приносил новые испытания и небольшие победы. Маша погружалась в работу, продолжая адаптироваться к новому ритму жизни. Она старалась изо всех сил, чтобы не поддаваться тревогам и неуверенности, что иногда просачивались в её мысли. Поддержка и понимание со стороны Ксении становились спасательным кругом.       Нечаева, в свою очередь, делала все возможное, чтобы Маше было легче на новом месте. Она находила время для общения, даже среди своих собственных дел, и присылала Архиповой небольшие сюрпризы, которые поднимали ей настроение — редкие книги и записки с вдохновляющими цитатами.       Прошло несколько недель, и они обе начали замечать, как устанавливается свой собственный ритм. Постепенно становилось легче. Но обстановка в городе где находилась Мария была накалена до предела.       Вечер выдался по-осеннему прохладным и пасмурным. Ксюша, уже одевшаяся в пижаму, устроилась с кружкой чая перед телевизором, чтобы немного отвлечься после длинного дня. Она нервозно поглядывала на телефон: Мария должна была позвонить еще час назад, но трубку не брала. Несколько раз отвечал автоответчик, и каждый раз это только усиливало тревогу.       В тот момент, когда новости вспыхнули на экране, Нечаевой показалось, что её сердце остановилось на миг. Ведущий рычал как из-под земли, каждый его произнесённый слог эхом отдавался в сознании.       «Сегодня во второй половине дня протестующие прорвались к зданию ведомства, где начались ожесточенные столкновения. По нашим источникам, среди сотрудников, находившихся внутри, находится и Замминистра МВД Генерал-лейтенант Мария Архипова. Однако, точная информация о её состоянии на данный момент отсутствует,» — объявил он.       Каждое слово будто окаменело в уголках её сознания, заполняя страхом и отчаянием. Некоторые кадры с места событий можно было увидеть на внезапно появившихся на экране снимках: толпа, сотрясающая металлический забор, люди с плакатами, звучащие крики — это выглядело хаотично и опасно.       Ведущий продолжал: «Ситуация на месте остается напряженной, полиция выдвинула ультиматум, но протестующие не спешат сдаваться. У представителей власти тоже пока нет консолидированной информации о пострадавших или заключенных. Родственники сотрудников, находящихся внутри, на данный момент остались в полном неведении.»       Ксения обхватила голову руками, чувствуя, как слёзы начали сочиться из глаз. Она попыталась сделать несколько глубоких вдохов, чтобы собраться с мыслями, но это давалось с трудом. Как быть сейчас? Где искать информацию? Куда звонить, чтобы узнать больше деталей?       Она лихорадочно начала искать контакты коллег Маши, вспоминая, кого она могла бы попробовать попросить о помощи. В этот момент каждый миг казался вечностью, и мысль о том, что она может оставаться в неведении еще длительное время, была невыносима.       — Пожалуйста, будь в безопасности… — прошептала она себе под нос, пытаясь хоть немного к себе привести. От неприятного гудка телефона, выбил из колеи, вновь начался звонок автоответчика, который провоцировал ещё большую тревогу.       Казалось, что даже стук дождя по стеклам стал громче, как будто сам мир сочувствовал её состоянию. Telecast также активно обсуждал события, предлагая всяческие предположения, в которых правда и слухи переплетались в единое целое.       Нечаева встала с дивана и начала мерить шагами комнату, стараясь не проигрывать в голове худшие сценарии. Время тянулось нестерпимо медленно, и только звонок от Маши смог бы утихомирить её хаотичные мысли.       Звон телефона. Ответив на звонок, Ксюша с дрожью в голосе произнесла:       — Алло? — на другом конце послышался знакомый, уставший голос одного из подчинённых Архиповой.       — Ксения Борисовна! У нас тут полный хаос, Мария Андреевна пропала, всех из здания смогли вывести, но её нигде нет, я нашёл только телефон и китель. Прошу прощения за такие новости на ночь глядя, но я был вынужден поставить в известность хоть кого-то, — Ксения почувствовала, как у нее подкашиваются ноги...

Где ты Я бегу за тобою Разрываясь мечтою Растворяясь в ночи Не молчи (Не молчи) Вместе, не встречать нам рассветы В два конца, в две планеты Вдаль уносишься ты, ты… Где ты?