Про дракона, Огонь и Большую Птицу

Лорд, мой бедный дракон, Поддался в цепи любви он. Был заточён в раскалённые цепи, Позабыл про любые ценности, цели. Дракон мой кричал, просил Огонь пойти с ним, Огонёк был непреклонен, ругаясь под ним Ты, говорит, новенький дракончик, красивый, И тем ты мне противен, мне уж лучше дракон вшивый. Даже не дракона подавайте, лучше волка слепого, Старого и надёжного, можно даже хромого. И дракона Огонь отпускает, Он вернётся, Огонь знает. Прилетает ко мне, драконий альбинос, природы творение, Перекидываюсь через лавку, говорю: что, несварение? Тот рычит, злостно, но сопливо, "Воспринимать это надо игриво". – Дай ты мне от часов шестерёнку , Ох ты ж боже, и как объяснить этому ребёнку? – Хочешь быть в Доме с малолетства, да? – Да, а как иначе? С Чумными Дохляками будет мне удачи! Вздыхаю, знаю это горькой любви томление, Понимаю, что не ждать мне отношений потепления. Роюсь в банках, оглядываюсь воровато Шучу, что: "желание дракона свято". Отдаю шестерёнку, ныряю под лавку, Чтобы не привели случайную шавку. А дракон белый, в любви одинокий, улетает, Свой любимый Огонь припоминает. Смотрю на драгоценные запасы, бурчу про шестерёнки "Ох уж эти детки, столько раз им ещё сменить пелёнки". Понимаю, что то колёсико было последнее, А Большая Птица не пришла во время весеннее…