Глава 17: Изменения на поверхности

      Я почувствовал лёгкий дискомфорт, когда зашёл в общий зал особняка. Всё выглядело так же, как всегда: просторные комнаты с высокими потолками, величественная мебель и тени, которые обрамляли каждый угол. Но что-то в атмосфере изменилось. Может быть, это было связано с тем, что я сам изменился.       На меня обратила внимание Виктория. Она стояла у окна, её лицо было сосредоточенным, когда она смотрела в темноту за пределами особняка. Я заметил, как она резко обернулась ко мне, когда я вошёл.       — Рейвен? — её голос излучал удивление. Будто не меня она ожидала увидеть повернувшись. — Ты… изменился.       Я не знал, как ответить. Эти слова были одновременно приятными и пугающими.       — Да, — произнёс я, стараясь звучать уверенно. — Я… чувствую себя иначе.       Она приблизилась, внимательно смотря в мои глаза. Сначала я не понял причину такого её поведения, но потом до меня дошло. Раньше я был как она — подчинённый. Теперь же я стал сам по себе, самостоятельным вампиром, и она это, видимо, почувствовала. Но в ее глазах все ещё плескалось непонимание, и я поспешил объяснить:       — Ты ведь чувствуешь это? — начал я, протянув к ней руку. Она замерла, будто боясь шевельнутся в моём присутствии. — Теперь я равен ему. Он поделился своей кровью, и я принял этот щедрый дар, Виктория, — я коснулся ее руки, выводя ее из подобия транса.       Она вмиг отскочила от меня, теперь смотря на меня со страхом. В ее понимании я стал угрозой? Тот, кому не стоит доверять? Чужаком?       — Не бойся меня, — попытался успокоить ее я. — Я не угроза. Я — всё ещё я, тот самый Рейвен Хёрт. Ваш друг и союзник.       Мои слова, казалось, немного успокоили ее. Она немного расслабилась, но все ещё относилась ко мне настороженно.       — Я понимаю, что ты можешь бояться, — продолжил я, чувствуя, как напряжение в воздухе не уходит. — Но это не то, чего я хочу. Я не собираюсь использовать свои силы против вас. Мы все на одной стороне.       Она внимательно посмотрела на меня. Виктория медленно кивнула, как будто принимая моё объяснение, но я видел, что она не совсем верит.       — Я… я просто не знаю, что думать, Рейвен. Это всё так неожиданно. Ты стал… другим. — Она сделала шаг назад, пряча руки за спиной.       — Да, другой, — согласился я. — Но, возможно, это не так плохо, как кажется. Я чувствую, что теперь могу больше.       Её взгляд стал мягче, и она наконец сделала шаг ко мне. — Может быть, ты прав. Нам нужно поговорить об этом. Но… ты знаешь, что другие могут не так легко принять изменения.       — Я готов к этому, — сказал я. — Я не собираюсь скрываться. В конце концов, каждый из нас переживает изменения, не так ли?       Виктория улыбнулась, но её улыбка была полна противоречий. Мы обменялись взглядами, и я почувствовал, что между нами возникло какое-то новое понимание. Затем она осторожно повернулась и пошла к двери, но остановилась на мгновение.       — Уолтер тоже должен знать, — произнесла она, и я кивнул.       Когда она вышла, я остался наедине с мыслями. Я знал, что мой путь не будет лёгким, но теперь я чувствовал, что не одинок.

†††

      Встреча с Уолтером не заставила себя ждать. С ним мы встретились в зале тренировок. Он как раз прятал оружие, которое недавно чистил, когда я вошёл внутрь.       Пару секунд мы смотрели друг на друга, прежде чем я заметил его задумчивое выражение лица.       — Рейвен, — произнёс он, его голос был полон интереса, но в то же время и настороженности. — Виктория говорила, что ты изменился. Теперь я понял её слова, но все ещё не понимаю в каком ключе.       Я кивнул. У людей не так развита чуйка, как у вампиров. Он понимал, что во мне появилось что-то новое, что я теперь другой, но что именно во мне изменилось было для него непостижимо. И я знал, что это может напугать его, потому поспешил объяснить:       — Теперь я не подвластен Алукарду. Я все ещё часть его, но теперь я равен ему, а не подчиняюсь как Виктория.       Уолтер медленно подошёл ко мне, его глаза внимательно изучали каждую деталь моего лица, как будто он искал ответы на вопросы, которые ещё не задал.       — Это может быть опасно, Рейвен, — произнёс он, его голос стал серьёзнее. — Не только для тебя, но и для нас всех.       — Я понимаю, — кивнул я. — Но я не собираюсь использовать эти силы против вас. Я хочу, чтобы ты знал, что я по-прежнему с вами. И что мы можем использовать это изменение в нашу пользу.       Он кивнул, успокоившись. Мои слова были искренними, и он чувствовал это.

†††

      Интегра всегда была в курсе всего происходящего в ее особняке. Казалось, у них тоже была особая связь, тянувшаяся уже очень много лет. Поэтому, когда она позвала меня поговорить в свой кабинет, я не удивился. Лишь покорно явился на ее пороге, сразу попадаясь под ее проницательный взгляд.       — Рейвен, — произнесла она, сдерживая эмоции. — В тебе и правда что-то изменилось.       Больше она не произнесла ни слова, продолжая внимательно сверлить меня взглядом. Её лицо было сосредоточенным. Я тоже лишь кивнул на ее слова, давая ей возможность внимательно рассмотреть себя.       — Ты осознаешь, что это значит для нас? — наконец произнесла она, после нескольких минут молчания. — Мы должны быть осторожны.       — Я это понимаю, — ответил я. — Но я не собираюсь использовать свои силы против вас. Я всё ещё ваш друг и союзник.       Её взгляд стал мягче, но в нём всё ещё оставалось беспокойство. Я понимал её. Алукард был подчинён ей, он никуда не уйдет, если она не позволит. Виктория подчинялась Алукарду полностью, будучи его слугой. Но я… Я оставался сам по себе, не сдерживаемый ни ей, ни ним. Никто не имел воли надо мной, и ее это напрягали.       В этот момент из тени появился Алукард, его присутствие мгновенно изменило атмосферу. Он наблюдал за нами, слышал все, о чем мы говорили и читал мысли каждого из нас. Он знал, о чем мы думаем.       — Интегра, — произнёс он, его голос звучал уверенно и властно. — Он говорит правду. Он волен делать все, что захочет, идти туда, куда захочет. Но он выбрал остаться здесь, быть частью нас. Он — часть Хеллсинга, и точно не тот, о ком стоит беспокоиться.       Интегра повернулась к Алукарду, и их взгляды встретились. Я почувствовал, как между ними существует некая динамика, основанная на уважении и понимании.       Я решил, что сейчас самое время показать, что между Алукардом и мной теперь тоже особая связь. Я обернулся к нему, и, не раздумывая, сделал шаг в его сторону. Я коснулся его плеча, не отводя взгляда, и он тут же притянул меня к себе, повернув лицом к Интегре и прижав спиной к своей груди. Его клыки блеснули в свете почти догоревшей свечи, и я блеснул своими в ответ.       — Мы равны, Алукард, — произнёс я, будто предупреждая.       — И я не собираюсь оспаривать это, Рейвен, — произнес Алукард мне в ответ, наклонившись и потеревшись носом о мою щеку. Я не волновался, ведь знал — рядом со мной стоит не просто вампир, а мой равный, мой партнёр.       Разыгранное перед Интегрой представление явно понравилось ей. Её взгляд стал менее напряжённым, и она даже позволила себе улыбнуться. Теперь она понимала, что между мной и Алукардом существует особая связь, основанная на равенстве.       — Это важный шаг для тебя, Рейвен, — произнесла она, её голос звучал с явной ноткой уважения. — Ты действительно готов к этому?       — Я готов, — ответил я, чувствуя, как мои чувства к ним становятся крепче, чем когда-либо. И теперь, когда я стал тем, кто я есть, я был готов к тому, что нас ждёт впереди.

†††

      Каждый раз, открывая глаза, я всё ещё поражаюсь тьме, которая окутывает меня. Поражаюсь холодному свету луны, мрачно-алому небу и звёздам, что мерцают в пустоте. Удивляюсь шёпоту ночи, алым отблескам кровавого заката и холодной тишине вокруг. Удивляюсь тому, как мир, когда-то яркий и живой, стал тенью прежнего, но по-прежнему зовёт меня своим.