Не убивай их

Чёртовы жестокие подростки с их унижением. Как можно было не догадаться, что они раскроют твою ориентацию, после того как ты додумаешься раскрыть близкой подруге новость о том, что, оказывается, у тебя есть девушка. Вообще всё началось с лёгких и словесных вроде бы даже «безобидных» шуток. Лино смеялась вместе с ними также громко, также счастливо, стараясь не обращать внимание. Главное её хорошие друзья были счастливы. — Эй, лесбиянка-староста, прикроешь меня перед преподом Ким? - хлопнув по плечу названную, спросил один из небольшой галерки их класса. — Да, конечно, я что-то обязательно придумаю! - девушка кивнула и уже начала думать об этом, стараясь придумать вескую причину отсутствия на занятиях, когда ещё трое из этой же компании обратились к ней с подобной просьбой. Оставалось смириться и устроить всё, иначе друзьям придётся долго отрабатывать прогулы. Но среди учителей у Минхо была хорошая репутация, ведь такая милая и умная девочка, всегда и везде всем поможет, поэтому преподаватели верили и закрывали глаза. Дома же младшая счастливо рассказывала о своём дне в школе Джисон — своей возлюбленной. Хан не считала эти шутки самыми безобидными, но старалась контролировать ситуацию, периодически интересуясь у классного руководителя.. Однако и та никогда не давала внятного ответа, сразу становилось очевидным то, что на класс ей плевать, а половину своих обязанностей женщина просто скинула на плечи старосты. Приходилось ограничиваться и этим пока что. — У тебя правда всё хорошо в школе, Лино-я? — Конечно, Ханни, не волнуйся, всё в полном порядке, спасибо большое за вкусный ужин, я помою посуду. Младшая оставляет мягкий поцелуй на щеке Джисон и получает такой же в ответ, а полные любви глаза смотрят с такой преданностью и необъятной нежностью, что Ли краснеет и спешит спрятаться в женской груди. Через время, когда школьники осознали всю свою безнаказанность, шутки становились жёстче. — Староста, не хочешь мне отлизать, а? - интересуется на одной из перемен знакомая Минхо блондинка. — Пизда же всё равно, верно? Так какая тебе разница. На это Ли лишь сжимает ладони за спиной и молчит, пристыженная. Девушка громко смеётся, упивается своей насмешкой со своими подружками, что смеются словно мегеры, и говорит о том, что пошутила, больно ущипнув щеку брюнетки. Она уходит, спешит к свои подружкам, пока другая остаётся одна разбираться с журналом их класса как и попросил учитель. Минхо всё также продолжает счастливо рассказывать о своих друзьях в школе, но начинает носить закрытые вещи чаще, потому что на руках появляются следы и царапины от чужих колец, браслетов и то, чем её иногда тыкают, а Джисон начинает ещё больше закипать внутри и беспокоиться. Этой милой улыбке становится всё сложнее верить, как и длинным рукавам с отговорками о том, что холодно. — Минхо-я, ты ведь обычно не надевала эту кофту так рано, что-то случилось? - вопрос с беспокойством разрезает тишину комнаты, где школьница читала очередной конспект сидя на двуспальной кровати. — Я просто замёрзла, Хан-а, не волнуйся, - но руки прячет дальше в рукава, прижимая кусок бумаги к себе. Старшая не может продолжать терпеть это, она лишь убирает тетрадку девушки на кровать и сжимая хрупкие запястья, что скрыты тканью. — Пожалуйста, не бойся говорить мне, если тебя что-то беспокоит, ладно? Я очень переживаю за тебя, Минхо.. Но та продолжает молчать, глотает слова и слёзы ночью, думая, что Джисон ничего не знает и спит спокойно. В конце концов Хан не выдержала и пошла к классному руководителю в очередной раз. Их разговор был долгим, да и пришла девушка не совсем вовремя, отрывая женщину от урока с другим классом. — Я не понимаю, чего вы от меня хотите? - интересуется в конце концов преподаватель Мин с тяжёлым вздохом. Видно, как её совершенно не волнует ничего, кроме себя. И вот это бремя, с которым постоянно приходит эта важная персона, женщину абсолютно не волнует, даже вида заинтересованности нет. — Я лишь прошу Вас, госпожа Мин, проявить хоть немного внимания к проблеме Вашего класса и разобраться с этим, пока я не взялась за это самостоятельно. - ответ холоден, краток и чёток. — Вы же знаете, это ведь подростки, они лишь шутят! И чего Вы так беспокоитесь? — Эти игры слишком жестоки, сделайте с этим что-нибудь, последнее предупреждение. *** Но кто же знал, что в итоге это закончится избиением.. Минхо даже не знала, в чём провинилась, пока её таскали по каждому углу уборной за волосы. Сейчас девушка сидела и тряслась в слезах, сжимая порванную блузку. Это был удар в спину и он был настолько подлым, что Ли горела от отчаяния и боли. Слезы смазали весь макияж, блузку — которую порвал одноклассник «в надежде научить уму разуму в конце концов» по собственным словам — можно было смело выбросить прямо здесь же, это же можно было и сказать о новых гольфах, которые ей подарила девушка, зная, что ткань колготок ужасно раздражает внутреннюю сторону бёдер младшей. Юбка держалась на добром слове, про причёску можно и промолчать. — Ещё раз, сучка крашенная, расскажешь об этом кому-то — синяками не отделаешься. Из-за тебя нам сделали выговор, а мы оторвались на тебе и это только твоя вина. - они ушли вдоволь насладившись болью, слезами, мольбами и отчаянием Ли Минхо — чудесной старосты, которая всегда и всем успевала помогать и с открытым сердцем всегда всех понимала.. — Но.. Я ведь молчала.. - в тишине слышится голос. Слёзы и кровь постепенно засыхали, а значит нужно подняться. Пальцы и рёбра вроде не сломаны, запястье лишь ноет вместе с щекой. Экран телефона вдребезги и работает ли он сложно сказать так сразу, но всё же кажется он работает и во второй раз приходит уведомление о входящем звонке, однако брюнетка боится даже тронуть его. Если Джисон узнает — Ли просто боится представить последствия и нужно срочно придумать какую-то хорошую отговорку. Осторожно поднявшись опираясь о стену дряхлого школьного туалета, Ли пыталась поднять также и свой дух с самого дна, когда внезапно дверь открылась с ужасным грохотом. В помещение проходит девушка в чёрной рубашке с растегнутыми первыми двумя пуговицами, чёрных брюках высокой посадки, а довольно дорогой пиджак закинут на сгиб локтя. Глаза спрятанные за очками и короткие волосы с кудряшками — вот она во всём своём величии Хан Джисон, которая уже больше двадцати минут ждала Минхо с занятий стоя на парковке. Её лицо искажается, когда картина перед глазами становится чёткой. Девушка тут же подбегает к Ли и начинает судорожно рассматривать каждое повреждение, каждую каплю крови, каждую засохшую дорожку слез, пока в крови начинает кипеть гнев. Школьница именно этого и боялась. Возможно Джисон не оставит и камня на камне от этого заведения. — Кто это сделал? - со сталью произносит шатенка, придерживая возлюбленную. — Джисон-и, они не виноваты.. - пытается оправдаться та, но тут же замолкает, увидев тот самый взгляд. Взгляд, когда Джисон не остановит даже Бог. — Кто. Это. Сделал. - повторяет вопрос Хан, укрывая Минхо своим пиджаком. Пока девушка стоит у стены, та собирает все вещи в потрепанный рюкзак с брелком троих кошечек — воспитанниц Ли. Держа в руках сумку и разбитый телефон, она закидывает на плечо вещицу, а устройство прячет в карман брюк, и подхватывает любимую на руки. Сначала она позаботится о ранах и моральном состоянии Минхо. — Это... - брюнетка молчит, понимая, что хоть спорить абсолютно бесполезно и Джисон узнает сама спустя недолгий промежуток времени, но сказать не может. — Как ты меня нашла? — Сначала ответь на вопрос. - говорит Хан. Девушка вздрагивает и щеку расчерчивает новая слеза. Боже, как же больно. Она трясётся в тихой истерике, но молчит до последнего, крепко сжимая ткань рубашки любимой, потому что действительно больно. Предательство и отчаяние в которое загнали одноклассники, которых Ли ценила всей душой, было невыносимым. Джисон молча шагает на парковку, глотая желание уничтожить этих людей. За спиной в коридоре шепчутся, а на парковке кто-то кричит о том, какая же Минхо шлюха. Хан молча усаживает девушку на заднее сиденье и оставляет поцелуи на лбу, на щеках, на кончике носика красивого и наконец на разбитых и покусанных губах. Месть будет жестокой. Хан Джисон — молодая успешная в сфере бизнеса девушка возрастом двадцати семи лет. Она успешна не только как бизнес-леди, но и как та, кто служила в армии. А также открыла собственное охранное агентство, куда попадали только по особым требованиям. Вот они уже едут домой. Младшая сжалась в углу, прижимая колени к груди и укрываясь пиджаком. Она просто устала, столько потрясений за день. Организм отказывается продолжать поддерживать активность тела и вскоре то полностью обмякает, а сознание уплывает. Давно в машине не было такой тишины.. Сердце Джисон сжимается от боли и беспомощности, а ногти царапают кожу руля. Через пятнадцать минут, Хан заходит в их уютную квартиру и вносит бессознательное тело, осторожно укладывая на диване. Приносит тазик с водой и начинает отмывать возлюбленную, чтобы увидеть полностью повреждения, а заодно и вызывает врача, для точной диагностики. А пока врач в пути, Джисон садится рядом и убирает остатки рубашки, начиная протирать кожу от грязи. Следов крови не так много, в основном это длинные и довольно глубокие царапины, происхождение которых та не может понять. Закончив со своеобразным купанием, шатенка с любовью и нежностью одевает Ли в любимую пижаму. Слава Богу следов изнасилования нет, ведь с остальным можно справиться, можно пройти курс психотерапии, а раны могут зажить даже без шрамов и самое главное, что улыбка Минхо не померкнет, ведь старшая сделает для этого абсолютно всё. Приехавший врач подтвердил все теории об отсутствии следов, но сказала, что возможно было сломано запястье и для точности нужно съездить в больницу, если то начнёт синеть и опухать. Девушка ещё в машине решила, что Минхо пройдёт полное обследование и диагностику, а также посетит психолога, а уж травматолога в первую очередь. — Спасибо Вам большое, - произносит девушка, провожая доктора и закрывая за ней дверь. А теперь об обидчиках. Хан давно знает весь класс Минхо, ведь та постоянно рассказывает о них и даже показывает фотографии с мероприятий, ярко улыбаясь, однако остаётся узнать имена тех, ведь винить весь класс абсолютно глупо, хотя и возможно, однако пара звонков вполне может все решить. Уже зафиксирован акт об избиении и буллинге, но черт возьми, как же хочется сломать их пальцы, челюсти, руки и ноги — любую часть тела, которая нанесла увечья младшей. Что же, сегодня, да и наверное ближайшие дня два никуда не выйти, нужно позаботиться о брюнетке. *** Пощёчина приземляется на щеку юноши. Именно тот, кто недавно издевался над Минхо со своими дружками и подружками, которые смеялись над, очевидно, инцидентом, рассматривая отвратительные фотографии на смартфонах с омерзительными ухмылками. И именно за школой Джисон наконец нашла их и подошла, давая о себе знать именно таким образом. — Блять, я не понял, ты кто и как смеешь так со мной обращаться? - с вопиющей наглостью кричит школьник, хватая женское запястье. — Знаешь кто мой отец? — Мне поебать кто твой отец и кем работает. Меня интересует Ли Минхо и то, что вы с ней сделали. - холодно произносит Хан в ответ, хватая свободной рукой запястье того и выворачивая его одним движением. — Как вы — отбросы общества богатеньких — посмели тронуть ту, кто всегда с таким открытым сердцем и улыбкой покрывала вас, закрывала ваши косяки и долги. Она, мать вашу, буквально вас боготворила. Малец опускается на колени из-за боли в запястье, а после получает по щеке снова, но уже больнее с приложенным большим усилием и гневом. Рядом готовятся напасть его дружки, когда девчонки начинают визжать как свиньи на бойне. — Думаешь лесбиянкам место среди нас, эта тварь не заслуживает жить даже, - шипит и от боли, но смеётся в ответ, утирая кровь с щеки от колец. — Кто ты вообще такая? — Хан Джисон, та самая девушка Минхо, которая вот-вот сломает тебе челюсть, а затем и пальцы. Да, я тоже лесбиянка. - с ухмылкой произносит та, хватая чужую челюсть. — И если ты, говна кусок, думаешь, что можешь разбрасываться чужими жизнями и здоровьем направо и налево абсолютно безнаказанно только потому что у тебя есть член между ног, которым ты думаешь, и есть визжащая шлюха там же, то ты, блять, глубоко ошибаешься. И вот один из компании срывается, начиная атаковать, но девушка легко уворачивается и заставляет парней свалиться в одну кучу, сверху ставя свою ногу, показывая чёртово превосходство. А вот и та самая подружка младшей, что трясётся сзади всех и прячет глаза, а ведь Ли с такой радостью их знакомила. — Телефон. - коротко произносит старшая, глядя прямо в чужие без капли сожаления глаза. Она рассматривает всех шестерых и едва сдерживает желание убивать. — Думаю у вас достаточно доказательств, которые я смогу предоставить в суде. Одна из девушек подходит и протягивает гаджет, а все тело трясётся от страха. Однако Джисон не настолько жестока, чтобы сильно калечить детей. Этого учения хватило, а в телефоне, который она изъяла было достаточно фотографий. — Увидимся, и, сразу говорю, не надейтесь на помощь родителей, загуглите моё имя и многое поймёте. И ещё раз. То, что вы считаете другую ориентацию ненормальной — абсолютно не делает вас теми, кто может судить и издеваться над людьми. Всегда найдётся человек, который заткнёт вам рот. - напоследок произносит девушка, оттряхивая дорогой костюм и возвращаясь к своей иномарке. Минхо наверняка беспокоится. *** — Милая, я дома, - кричит шатенка снимая туфли и шагая внутрь дома. Ли оказывается в гостиной сидящая на диване и рассматривающая гипс на правой руке. Не обошлось без худшего из вариантов и Джисон крепко обнимает девушку, усаживая на свои колени. С того дня Минхо не произнесла и слова толком. Только тряслась ночами и много плакала. Хан разрывает на кусочки хуже, чем от гранаты и приходится пересилить себя, чтобы улыбнуться своей маленькой и родной, чтобы успокоить и показать, что она всегда будет рядом. Разговоры должны помочь младшей придти в себя. — Ты уже кушала? - спросила та, поглаживая тонкую девичью талию, — Пойдём, думаю нужно тебя сегодня побаловать. И старшая встаёт с дивана, шагая на смежную кухню. Она аккуратно усаживает свою драгоценность на высокий барный стул и моет руки. — Ты ведь не сильно их била? - внезапно слышится слабый голос девушки. — Детка, я едва ли тронула их пальцем, это не моё дело, а тех, с кем они в камере гнить будут. - пожимают плечами в ответ. — Дело в любом случае будет передано в суд, солнце, я не допущу их безнаказанности. Лишь вздох срывается с уст. Минхо знает о том, насколько влиятельны родители этих детей, знает, что потом и Джисон может перепасть. А губы старшей изгибаются в ухмылке. О нет, она не пострадает, а вот родители этих детей, вместе с ними, даже может. Котики вовсю облепили хозяйку, стараясь забрать чужую боль, а ужин проходил за небольшими беседами и обсуждением какого-то давнего романа, который читала Минхо. *** — Сон Сонхи, Кан Юан, Ли Джихун, Чон Сокджи, О Джеюн — вы признаётесь виновными в деле о нанесении тяжких телесных повреждений и избиении Ли Минхо и приговариваетесь к пяти годам тюремного заключения в колонии для несовершеннолетних, а также дела ваших родителей будут рассматриваться отдельно, как покрывательство вашей незаконной деятельности. Приговор окончательный и обжалованию не подлежит. - выносит вердикт судья и оглушающе стучит молотком. Кто-то на фоне начинает рыдать, а кто-то кричать проклятия в адрес Джисон и Минхо, но обе не слушают. Минхо практически восстановилась за этот месяц посещения психолога. Хан не скупилась и сразу решила выбрать дорогостоящее, но верное лечение. Ли начала меняться на глазах. Кажется, ношу она действительно начала отпускать, как и омерзительных одноклассников. Школу менять она не захотела, все же престижное место, да и старшая возражений не высказала, лишь предупредила и немного запугала директора. Гипс уже сняли, но приходилось носить повязки и не утруждать запястье, по совету врача, а Джисон наблюдает за этим как никто другой. — Ну что, Лино-я, пойдём домой? - улыбается Джисон, целуя свою девушку в макушку. — Суни, Дуни и Дори наверняка уже облюбовали купленный тобой недавно домик. — Пойдём, я хочу сделать много фотографий! - смеётся Ли, прижимаясь к старшей и оставляя поцелуи на щеках. — Поцелуй меня, Хан Джисон. — С удовольствием, родная. Их губы сплетаются в мягком и самом нежном поцелуе. Наконец всё закончилось. Они вдвоём вместе преодолеют всё и даже больше. Где-то на фоне мелькают как звёзды множество признаний в любви, полная реабилитация младшей, забота Хан и вся их жизнь. И пусть кто-то ещё раз посмотрит на Ли Минхо неправильно, её девушка сделает что угодно, чтобы сломать этому созданию череп, даже если не своими руками.