Заперли...

      Миха притащил в школу гитару. Оба Саши сразу предоложили пойти репетировать. Из коридора всех гоняли, поэтому трио решило попросить разрешения у ОБЖшника ходить на переменах в каморку возле его кабинета. Тот согласился, и на следующей перемене все трое пошли репетировать...       Как обычно, сидели кругом, передавая гитару из рук в руки и предлагая разные варианты звучания. Перемена почти прошла, оставалось минуты две до звонка. Поручику приспичило, и он вышел из коморки, оставив Миху и Шурку вдвоём. Те особо и не торопились, тем более ещё много чего надо подправить.       ОБЖшник услышал, что из коморки кто-то вышел и побежал по коридору. Учитель решил, что вышли все трое, и, не проверив, остался ли кто в помещении, вышел и запер дверь.       Раздался звонок. — Побежали? — спросил Миха — Ага. — ответил Саша, и попытался открыть дверь. — Не открывается... — Может не так дёргаешь? Отойди-ка... — Миха тоже подёргал ручку. Безрезультатно. — Заперли... Саша попробовал достучаться через дверь. Никто не ответил. — Ну и славно. На этом уроке контрольная. — сказал Миха Саше, севшему на пол спиной к двери. — Дальше репетировать будем? — А? Да. — Саша не сразу ответил, потому что задумался, а задумался потому что разглядывал Миху, путешествуя взглядом по немного худому лицу с карими глазами, в которых была особая, свойственная лишь Гавриле, взбешённая искорка.       Шурка поднялся с пола и взял гитару в руки. Парень провёл рукой по струнам и раздался тихий "брень". Саша взглянул на Миху достаточно смелым взглядом и только после всего этого наиграл последовательность из аккордов какой-то ломанной шестёркой. Миха сказал: — Звучит здорово, так оставим. — Сказал Миха. — Попробуем с текстом? — и тут как что-то шандарахнет! Оба вздрогнули, Саша чуть к Михе на руки не запрыгнул. — Посмотрим, что это? — Спросил Саша. — Не вопрос. В шкафу вроде как что-то упало. Положив гитару на парту, которая стояла в этой маленькой комнатушке, парни подошли к шкафу, одновременно открыли двери, и тут...       Кто-то на них набросился. Из шкафа выскочила фигура в противогазе и защитном костюме. Школьники начали бороться, пока Саша не открыл глаза, и не понял, что на них всего-навсего упал тренировочный манекен, который неустойчиво стоял в шкафу. Шура оттащил дерущегося Миху, взяв его под руки и прижав к себе. Обнимая "бойца-убийцу-манекенов", Саша тихо сказал: "Это всего-навсего тренировочный манекен, на котором искусственное дыхание делать учатся". — а сам подумал, что не плохо бы вернуть как лет двадцать назад, на людях искусственное дыхание практиковать. — Надеюсь, больше никаких скелетов в шкафу не будет? — Сказал Миха. Он не спешил выбираться из плена тёплых рук Саши, немного сильнее необходимого прижимавшего Мишу к себе. — Да кто знает. Мало ли что. — Саша осмотрелся: в комнате стоял довольно-таки жутковатый полумрак — шторы еле пропускали дневной свет, да и на улице было пасмурно. Три стула стояли вразнобой. У стены был шкаф с вывалившимся "агрессором". На парте у окна лежала гитара. Пол, на котором сидел Саша с Михой на коленях, был холодным, да и вообще в помещении было далеко не жарко...       Саша опомнился, что Миху он так и не отпустил. Покраснев, он ослабил хватку. Миша, тоже не дурак, поймал себя на том, что прижимается к старшему, и быстро поднялся на ноги. — Будем обратно в шкаф запихивать, или пусть сам залезает? — пошутил Миха, чтобы разбавить молчание, кивая на валяющегося манекена. Саша тоже принял вертикальное положение и помог младшему поднять "скелет из шкафа" и водрузить его на положенное место. После этого оба решили коротать время по-разному:       Миша смотрел в окно на то, как младшеклассники бегают во дворе, а Саша наигрывал какую-то мелодию на низко звучащих струнах гитары, иногда поглядывая на "сокамерника". Шурка отворачивался, Миха поворачивался и разглядывал повёрнутое боком лицо Сани. И так продолжалось минут пять, пока оба не спалились друг перед другом. Они не стали ничего объяснять, слов и не было надо: оба всё поняли. Саша положил гитару на парту. И не нужно ненужных слов. Слово есть и оно — любовь. Не боясь, что ошиблись, напутали, поняли неправильно или ещё что, они потянулись друг к другу. Секунда, и их губы встретились. Грубые, обветренные, но такие желанные для обоих. Да и обычного прикосновения губами Саше с Михой хватило, чтобы покраснеть. Слишком много эмоций за непродолжительное время дали о себе знать: одновременно разорвав пятисекундный контакт, парни почувствовали, что сильно устали, хоть не делали почти ничего. Ещё оба почувствовали странную лёгкость, будто наконец дотащили тяжеленную ношу до нужного места, и теперь лишь желают лечь и отдохнуть.       Саша поднялся со стула и пересел Михе на колени. — Давно болеешь? — Сказал Шура Михе. — Чем? — Ну, наш общий случай, когда нравятся те, кто по идее не должен. — Да как тебя увидел. Знаешь, взяло так, и будто по голове долбануло. Понимаешь? — Сказал Миха, поняв, что имеет ввиду Шура. — Да конечно понимаю. — сказал Саша, откидывая назад, на Мишино плечо свою голову и кладя правую руку ему на щеку. И вообще, движениями он стал почему-то походить на девушку, хорошо, что хоть ноги не задирает и с этим дурацким придыханием не говорит. Да и вообще, Сашка лучше.       Миха только прихватил Шурку руками за пояс. Саша от этого движения чуть вздрогнул, не каждый же день его так бесцеремонно берут. Оба уже далеко не красные, а бордовые, и тут звенит звонок.       Дверь отперли снаружи, но и времени открывания замка́ хватило, чтобы рассесться по разным стульям и более-менее отогнать красноту с лица. Не сказать, чтобы это сильно расстроило парней но лучше бы к ним не ломились ещё примерно час. Жалко что ли?       В общем, так эта история и подошла к завязке, зато о том, что два ученика прогуляли урок безнаказанно, при том находясь в школе, ещё пару месяцев ходили чуть ли не предания.