и с тобой быть человеком в миллионы раз праведнее. правильнее. спокойнее. мне кажется, как бы вокруг не было темно, ты будешь светом (в руке или в конце туннеля — не имеет значения)

перепачкал джинсы — вот дерьмо. пятна по всему низу голубой ткани, промокшая футболка индастриал-рок группы, холодные сизые ладони. изнутри не греет. ничего не намекало на дождь, теперь — небо рыдает ливнем на голову, кудрявые волосы вьются и липнут к лицу, пришлось забежать под навес, совсем недалеко от местной католической церкви, буквально напротив. кажется, там внутри тепло. кажется, там свет, там сухо, там женщины целуют иконы и молятся за упокой. там легкость духа и всеобщее прощение. а здесь два придурка со своей личной религией и идеологией, извращенно нашедших и создавших бога в себе, помокших насквозь. эрик снимает ботинки, почти показательно выливая порцию ледяной воды. с козырька кепки стекает, как с зонтика — это была прекрасная идея. — блять, сигареты промочил. рэб выругивается, гневно бросает пачку на асфальт, давя оставшиеся пять табачных изделий. дилан только смотрит чуть отмороженно. ему, признаться, поебать на эти ваши сигареты и этот ваш дождь. с эриком на морозе тепло. и когда он вот так злится — тепло, потому что он живой, он чувствует. он разрывается тысячей атомных бомб в небе, такой замечательный. быстро тухнет, бросает недавнюю пачку сигарет (ныне — мусор) в урну и поднимает глаза на клиболда. — тебе совсем поебать, да? эрику обидно. эрику больно и грустно, неужели дилану плевать? а дилан смотрит на двери церкви, руками дрожаими цепляясь за мокрую футболку. но нет привычной нерешительности — уединение, сквозь дождевые капли шумит тишина. — бога нет, но я бы поверил, если бы он позволил мне быть с тобой. его голос похож на раскаты грома, глаза на тучи, а он сам как лучик света после надельного ливня. и не хочется докучать с вопросами о смысле — эрик хочет понять это для себя сам. — бог внутри каждого, чувак. — что ты хочешь этим сказать? дилан вздергивает бровь, опуская взгляд полупустой полугорящий на харриса. от его взгляда по телу тепло, как от костра, как от июльского солнца. — никто не останавливает тебя. аминь. если бы дилан знал, что это значит. о нет, он знает, что это значит. только на одно «да», появляется триста тысяч «нет» и ещё столько же «но». капли по скулам его перламутровым сиянием, огибая известные дилану родинки. он выучил каждую. рассматривает лицо, заглядывает в глаза, хочет ответить самому себе, разве это правда? разве эти правильно? — я хочу. — что ты хочешь? — я не хочу произносить это. — я хочу, чтобы ты произнес это, дил. его пальцев касаются горячие и влажные, почти раскаленные — вот вот вода дождевая закипит и ошпарит. в животе не бабочки, а целые ураганы и нашествия насекомых. — я хочу быть с тобой, эрик. — если бы бог был, он был бы на твоей стороне, водка. на нашей стороне. — я тоже, дил. дилан знает, что он — тоже.