Наемник и кентавр

Брендон уверенным шагом шел по лесу. На его лице блуждала довольная ухмылка. Он возвращался домой после пятилетней службы в отряде наемников, из тех вольных банд, которые так любят нанимать для своих приграничных свар бароны из Явелона. Он ушел в отряд, когда ему исполнилось восемнадцать лет. Тогда он был неопытным прыщавым юнцом, а сейчас возвращается сильным воином. За годы в отряде он возмужал, стал жилистым и мускулистым. Кожаные доспехи тихо поскрипывали на его тренированном теле. Каштановые волосы после долго путешествия были спутаны. Привычным жестом Брендон отбросил выбившуюся прядь. Его сумки были полны золота и серебра, которые полагались ему как выходное пособие и добыча за пять лет. Он ушел в отряд, спасаясь от голода в своей деревне, ради денег, но потом обнаружил другие удовольствия. Однажды их отряд нанял местный правитель, чтобы найти и разбить шайку разбойников. Брендон до сих пор помнил, как его член встал сразу во время боя, как сладко было опорожнить яйца в пленниц и пленников, которых похитили разбойники. Дуры решили, что их спасут, но у бравых бойцов отряда были свои потребности. Достав флягу, он жадно напился. От этих воспоминаний член Брендона напрягся под штанами. Юноша продолжал идти, вспоминая прошедшие годы, довольно потирая себя между ног. От воспоминаний и удовольствий его отвлек звук, который он ни с чем бы не спутал. Он и услышал мерный стук копыт. Наверное, приграничный патруль, подумал парень. Стремясь сократить путь, он забрался дальше в приграничье, чем планировал, и теперь шел по лесной дороге где-то на границе вольных земель людей и королевством кентавров. Эйл был молодым кентавром. Он скакал по дороге уверенной рысью. Вождь деревни послал его гонцом в несколько окрестных поселений, чтобы он передал приглашение на праздник Летнего солнцестояния. Почти неделю Эйл сказал по приграничью Кентарина, стараясь как можно скорее выполнить ответственное поручение вождя. Эйл был еще очень молод, скорее юный парень, чем зрелый грозный воин. Его человоческий торс был скорее стройным, с очерченными контурами мышц, но не теми буграми мускулов, какие обычно бывали у взрослых кентавров. Его конская часть принадлежала молодому воронному жеребцу. Черные, как смоль, волосы были под стать таким же волосам на его теле. Эйл выглядел уставшим, на коже осела дорожная пыль, плечи поникли. Он устал, в нем еще не было силы взрослых кентавров. Кроме того, он ощущал то беспокойство, которое сопровождает каждого кентавра. Все кентавры наделены природной магией плодородия, сконцентрированной в их мужских органах. Обладая неограниченным запасом мужской силы, они скованы ее ограничениями, будучи вынуждены каждые несколько дней совокупляться, чтобы слить излишки волшебного семени и не дать магии сжечь свой собственный источник. Эйл решил ускориться, чтобы добраться до деревни, где он сможет найти себе пару на ночь и сбросить опасное напряжение. Он ускорил бег, и вдруг остановился как вкопанный, встретив на пустынной дороге еще одного путника. Эйл сразу оценил воинскую фигуру и выправку молодого парня с каштановыми волосами, которого он повстречал. — Привет, друг кентавр! — миролюбиво заговорил Брендон. Он, конечно, опасался, что этот кентавр может быть разбойником, который покуситься за его добычу, но по виду кентавр производил не особенно грозное впечатление. Должно быть, по меркам своего народа он был совсем еще молодым парнем, хотя на человеческий взгляд очень даже ничего. Брендон привычно изучил его телосложение, размышляя над его боевыми навыками. — Я возвращаюсь после похода в родную деревню на южном побережье. Если хочешь, пойдем вместе, — сказал Брендон, которому было скучно. — Приветствую тебя, друг-человек, — кентавр с интересам разглядывал своего нежданного попутчика, который был одет в кожаные штаны и безрукавку, какие часто носят наемники в пути. Тело путника покрывал бронзовый загар, ровно лежащий на гладкой молодой коже, под которой бугрились сухие тренированные мышцы. Эйл почувствовал, как начинает испытывать влечение к этому парню. Он понимал, что дело тут не в том, что ему особенно нравились человеческие особи, скорее желание от скопившейся в мужском естестве силы подогревало это жгучее желание трахнуть кого-нибудь, излить свое имя, отодвигая Рок кентавров. — Если ты так любезно просишь, я не могу отказать тебе, — Эйл подошел к путнику и пожал тому руку. Оказалось, что два парня — человек и молодой кентавр — были почти одного роста, Эйл лишь немногим выше. Брендон заметил взгляд, которым Эйл оценил его тело. — Спасибо за комплимент, дружище! — усмехнулся парень. Брендон легко перешел на тот стиль общения, который часто принят среди молодых парней. Он пошел по тропе рядом с кентавром. Он не вполне еще осмыслил, что чувствует, но его новый попутчик ему определенно нравился. Против воли Брендон заглядывался на его стройные мышцы, которые перекатывались на человеческом его торсе и на конском крупе. И парень, и жеребец Эйл был хорош собой. Что-то в этот молодом мужчине кентавре было притягательным. Брендон постарался отогнать эти мысли. — Я возвращаюсь в родную деревню рядом с берегом Золотого рога. Прошло пять лет, я правда подрос, так что можешь любоваться — Брендон заливисто рассеялся, вскинув руки и напрягая бицепсы, как на состязаниях атлетов. Кожаные наручи и браслеты жалобно скрипнули, едва не разрываясь от давления тренированных мышц молодого солдата. Брендона обуяло какое-то хулиганское настроение. Ему хотелось покрасоваться перед этим молодым кентавром, как перед каким-нибудь зеленым рекрутом в их отряде. Наемник не знал, что кентавр уже долго не спаривался, и его яйца производили все больше и больше спермы, вызывая постоянное возбуждение и отзвуки боли. Брендон не знал, что до критического момента кентавру оставалось меньше дня, если только он не совокупиться и не сольет семя. Хотя ему случалось пересекаться с кентаврами, те никогда не служили в людских отрядах, поэтому Брендон не очень много о них знал. Эйл завороженно смотрел на тело наемника, оно безумно притягивало. Украдкой Эйл втянул воздух, чувствительными ноздрями ощущая терпкий запах идущего рядом парня. Эйл чувствовал, что рассудительность его покидает. Под его крупом разгорался настоящий пожар, делая его твердым и требуя высвободить свою природную силу. Он сгорал от желания совокупиться с этим самцом, который — Эйл чувствовал это, как каждый кентавр чувствует другое мужское существо — тоже был готов к этому. Огромный фаллос кентавра покинул кожный мешок под крупом и уже сочился смазкой на молодую зеленую траву. — Ты определенно красив, дитя человека из селения Золотого Рога, что на южном побережье. Меня зовут Эйл, — Эйл тяжело сглотнул. — Прости, не могу не сказать, что ты очень привлекателен. Кентавра передернуло, и он сжал кулаки от боли. Эйл не хотел оставлять своего знакомого одного, не хотел, чтобы они вдруг расстались на дороге, если окажется, что их пути разойдутся. Поэтому он предложил сделать почти запретное, то, что кентавры почти никогда не предлагали людям. — Садись на меня, я довезу тебя до твоей деревни Брендон несколько опешил от неожиданного комплимента — парни редко говорят друг другу комплименты, а тем более он удивился предложению подвезти его, но потом вспомнил об обычной сексуальности народа кентавров и об их роке, необходимости постоянно заниматься сексом. Видимо, что-то такое сейчас и происходило с этим встреченным им получеловеком-полуконем. — Ты и сам очень неплох! — парень вернул комплимент. — Я хотел бы иметь в бою такого скакуна, — Брендон запанибратски похлопал Эйла по крупу. От прикосновения по телу Брендона словно прошел разряд тока. Юноша ничего не понимал в магии, да и плохо знал о других магических существах. Он просто ощущал, что рядом с кентавром ему приятно, возбуждение, разлитое в паху, становилось еще слаще, хотя юноша пока и не принял эту мысль до конца. Юноша заметил, как Эйл напряжен. — Друг, я вижу, ты напряжен. Это то, что называют Роком кентавров? — Брендон запрыгнул на спину кентавра и обнял его. Ему случалось ездить без стремян и седла, старые навыки не исчезли. Ощущение мускулистого торса под его рукой было очень приятным. — Сколько ты еще продержишься, пока твои яйца не взорвутся от переизбытка твоей магии? — Брендона заводила сама эта мысль, и он не постеснялся высказать ее в такой прямой форме. Эйл уже возбудился не на шутку, когда его трогал воин. Эти руки были крепкими и сильными. Ладони стерты и огрубели. Но когда юноша запрыгнул на него, то кентавр почувствовал, как по нему ударяются член и два яйца человека, стянутые кожаными штанами. Эйл знал, что как только Брендон коснулся его, магия кентавров тут же пронзила его и сейчас наполняет молодого воина похотью, с которой ему не совладать. — У меня есть время до заката, — прохрипел юноша-кентавр. Руки, что обхватывали его тело, сводили с ума. Эйл накрыл своим руками руки воина, обнимающие его талию. У Эйла они были мягкими и не такими грубыми, как у его наездника. Конечно, человеку нельзя садиться на кентавра, ведь это гордый народ, а не ездовая лошадь. Но чем быстрее бы Эйл довез друга до деревни, тем быстрее бы он нашел, в кого излиться. — завидую я тебе, человек. Ты можешь жить, не совокупляясь с кем-то в отведенные часы, — протянул Эйл. — Ты прав, мне повезло… а тебе нет, — тихо рассмеялся Брендон. В его голове уже созрел план, он точно знал, чего хочет. В конце концов, они одни на дороге, он опытный воин, который сжег не одну деревню, а встреченный паренек, пусть и магическое существо, все еще неопытный пацан, не воин, как он. Брендон крепче обнял торс Эйла. Языком он провел по его шее, вдыхая аромат длинных волос, переходящих в гриву. Сильными руками он сжал полушария грудных мышц парня, покрутил соски, возбуждая кентавра… и тем сокращая часы, что остались ему… Эйл стал задыхаться от возбуждения и почти на полу согнутых шел по дороге, превозмогая боль, что становилась невыносимой. Дыхание его сбилось, а тело дрожало от ласк всадника. Пройдя до следующего поворота, Эйл замедлился и тяжело оперся на дерево. — Прекрати, пожалуйста, — взгляд кентавра стал жалобным и умоляющим. Его серые глаза встретились с глазами юноши, который и не собирался останавливаться. Тело Эйла местами было красным от ласк попутчика — Думаю, ты уже не успеешь дойти до деревни, — Брендон спрыгнул на землю. Эйл увидел, что парень расстегнул завязки штанов, и дрочил свой очень крупный для человека член. Для кентавра член и яйца были главными органами, демонстрация мужского хозяйства другого существа была жестом дружбы, а еще это возбуждало. Юноша отошел на край тропы. Ему как раз требовалось отлить. С довольным вздохом он запрокинул голову и пустил золотую струю. — Видишь, я могу делать со своим дружком, что хочу, а ты до своего даже не дотянешься, — юноша лукаво покосился на кентавра и усмехнулся. Эйл замялся, он не знал, как поступить. Брендон был прав. Он мог излиться в любую секунду, а вот кентавры не могли так просто сделать это без посторонних. Кентавр осел на землю и стал тяжело дышать, ударяя по крупу хвостом. Хоть и было прохладно в тени, но тело жеребца горело огнем. Яйца опасно вздулись, переполненные его магией плодородия и требуя скорее опустошить их. Время до заката, которое, как он чувствовал, ему оставалось, пока его не настигнет Рок кентавров, превратилось в полчаса. Глаза Эйла увлажнились, из них брызнули слезы. — Прошу тебя, дай мне излиться. Дай мне право жить. Не бросай меня тут. Кентавра начали бить судороги. Его магия выходила из-под контроля. Эйл завалился на бок и протяжно стонал. Ему было больно и немного страшно Брендон сжал свой член. Его зрачки расширились, он тяжело дышал. Да, вот что значит господствовать и унижать такое существо! Брендону открылось огромное хозяйство кентавра — оно завораживало! Конский фаллос почти метровой длинны, огромные, как булыжники, яйца, сейчас раздутые от избыточной спермы. Продолжая надрачивать свой член, юноша подошел к кентавру и опустил ногу в сапоге на мошонку жеребца, слегка вдавив ее в тело. — Значит хочешь излиться, дружок? — на лице юноши сверкала жестокая и безумная ухмылка… Эйл заскулил. — Больно! Прекрати пожалуйста! Кентавр уже видел все расплывчато, из последних сил он рукой стал гладить ногу своего мучителя, жадно глотая воздух. - Прошу вас, господин, я сделаю все, что захотите, только дайте кончить. Услышь такие слова, его собратья наверное уже убили бы или изгнали. Гордый народ кентавров просит пощады у человека, поглаживая его. Это позор на всю жизни. Но сейчас было плевать. Он сам ошибся, стараясь скорее выполнить задание, забыл о своей природе, а потом поддался обаянию чужака. Он должен был быть ответственнее, зная, что такое Рок, который преследует каждого кентавра, а также зная, что его магия плодородия особенная даже среди других кентавров. Кентавры по силе своей мощи и похоти делились на воинов, которые обладали бесконечной мужской силой, но почти не могли влиять на мужскую силу других, на вождей, которые были намного сильнее и могли управлять возбуждением любого другого существа мужского пола, даже другой расы. И на кентавров-магов, которым была доступна магия трансформации плоти и управления разумом. Пока он был юн, Эйл считался принадлежащим к сословию воинов, но вождь пару раз намекнул, что у него есть потенциал если не мага, то вождя. Теперь же у Эйла, который забыл все наставления старших, оставался лишь один выбор — унизиться и жить или гордо умереть от разрыва яиц. Для молодого парня выбор был не очень велик. Брендон убрал сапог. Он поспешно сорвал с себя доспехи и одежду, оставшись в одних сапогах и открыв свое мускулистое жилистое покрытое шрамами тела. Он скользнул к кентавру, прижавшись торсом к его фаллосу. Стал скользить всем телом по телу кентавра, так что его конские фаллос и яйца терлись о мускулистое тело парня. Сбывались его мечты, он не ожидал, что испытает такое приключение. Юноша ощущал, что еще немного и он перестанет себя контролировать. Он обхватил рукой чудовищных размеров конский придаток. Я дрочу жеребцу! про себя усмехнулся парень. Очень быстрыми движениями он стал стимулировать придаток кентавра, поняв, что именно это так нужно Эйлу. Он услышал шумный вздох жеребца. Значит мучение и правда было невыносимым. Парень работал рукой, войдя в ровный ритм, по себе зная, что именно так можно быстрее всего кончить. Его крепкие пальцы то сильнее сжимались, то разжимались, скользя по всей длине конского ствола. Большим пальцем он массировал уздечку, самую чувствительность часть фаллоса. Он хотел дать понять Эйлу, что несмотря на недавнюю жестокость, он понял его проблему, что он поможет. Кентавру очевидно требовалось, как можно скорее кончить, и потому как умело Брендон стал ему дрочить, становилось понятно, что парень решил ему помочь. Левой рукой юноша нашарил свой член и стал ласкать его в более медленном темпе. Кентавр стал дергаться, он ловил воздух ртом, его тело горело и покрылось потом. Брендон был искусен в этом древнем мастерстве самца. Кентавр не мог больше сдерживаться и почти лавинообразно стал заливать их тела семенной жидкостью, хрипло дыша. Огромный фаллос стал дергаться в руках Брендона, изливаясь и на него, и на тело его волшебного любовника. Спустя двадцать или тридцать толчков Эйл перестал двигаться. Его темные волосы были раскиданы по траве, а руки стали гладить парня, что спас ему жизнь. — Я твой должник, — прошептал Эйл. Брендон видел, как по лицу молодого кентавра разливается облегчение. Он опасно близко подошел к своему пределу, это могло бы напугать любого парня — угроза лишиться своих драгоценных шаров. Все тело Брендона было залито спермой. Он слизнул ее с пальцев. У спермы кентавра был густой терпкий вкус. По телу юноши словно бы прошел разряд тока. Он почувствовал, как его мышцы наполняются силой, из них уходит усталость после долгой дороги. Фаллос жеребца становился мягким. Теперь, если кентавра не возбуждать, естественная скорость накопления семени давала им несколько дней, чтобы дойти до ближайшей деревни. Брендон понял, что его это не устраивает. Придаток коня уже почти съёжился, прячась в кожаном чехле под крупом. Юноша провел по нему рукой. Рок сам по себе вернулся бы через несколько суток, но вообще-то если кентавра стимулировать, он может трахаться бесконечно. Брендон пальцами стал теребить чувствительную крайнюю плоть жеребца. Напряжение в яйцах кентавра вернулось, его шары опять нагнетали сперму. Брендон с интересом заглянул в глаза Эйла, забавляясь изумлению молодого кентавра. Эйл был уставшим, но сила возвращалась. Его фаллос начал вновь возрастать. Мощь кентавра снова начала расти. От нового потока возбуждения Эйл схватил за волосы парня и чуть приподнял к себе, прижав мускулистое тело к своему, жеребец страстно поцеловал юношу, благодаря за спасение. Руки Брендона делали свое дело по высшему классу. В венах вновь закипала похоть. Член Брендона вибрировал от возбуждения, ведь сам он еще не излился. Эйл хотел ощутить мощь человека в своих руках, поэтому кентавр, не задумываясь, стал ласкать фаллос юноши, не давая ему даже вздохнуть, ведь губы кентавра сейчас накрывали губы юноши. По крупу жеребца текли ручьи пота и спермы. Этот запах самца буквально сводил их обоих с ума. Эйл хотел выебать парня, так сильно и жестко, как мог, как требовала его древняя кровь кентавров. Но у Брендона на кентавра были те же планы. Брендон задохнулся от удовольствия. Он сосал губы кентавра, как будто бы жадно пил из кубка. Он схватил кентавра за волосы, вжимаясь своим торсом в его тело. Два самца неистово терлись друг о друга. Сумев оторваться от Эйла, Брендон скользнул к его крупу. Он пропустил сквозь пальцы жесткие волосы хвоста, откинул хвост кентавра в сторону, открыв вид на свисающую до земли мошонку и туго сжатую дырочку. Он взял руками мошонку жеребца. Она была очень тяжелой и горячей, здесь помещалась вся сила кентавра. Брендон стал аккуратно массировать заключенные под кожей яйца, перебирая каждую складочку. Он поцеловал сначала правое яичко, затем левое. Его язык слизывал засохшее семя, юноша вдыхал пьянящий аромат жеребца. Эйл закатил глаза от удовольствия. По правде, никто такое удовольствие ему не доставлял с самого совершеннолетия. Именно в этот период активируется Рок кентавров. Что бы показать, что ему хорошо, Эйл стал махать хвостом, создавая маленький поток ветра, который обдувал разгоряченное тело своего нового приятеля. Сейчас кентавр очень хотел бы позаниматься телом юноши, но не мог его достать, ведь самец человеческого рода был слишком низко и поэтому кентавру ничего не оставалось, кроме как стонать. — Какие они вкусные! — ухмыльнулся Брендон, вылизывая яйца жеребца. Его жесткие мозолистые пальцы ласкали хозяйство кентавра. Юноша попытался взять одно из яиц в рот, но то было слишком большим, чтобы поместиться. Не переставая обхватывать ртом яйцо жеребца, Брендон левой рукой стал водить по самому корню конского придатка, скорее дразня, чем удовлетворяя возбуждение. Он видел, как расслабился, плывя на волнах наслаждения, его юный друг. Темные мысли снова зашевелились в голове молодого наёмника. Не изменяя ритма своих ласк, он предпринял очередную попытку взять яйцо в рот… и вонзил свои белоснежные зубы в нежную горячую пульсирующую плоть. Эйфорические мысли кентавра улетучились очень быстро, как только его любовник вонзил свои зубы в источник его мужской силы. Кентавр вскрикнул и выгнулся от боли. Его обнаженный торс дернулся вперед, и сейчас был выгнут дугой. По инерции член коня вздыбился, а хвост ударил юношу по заду. — Ты что делаешь, сын человека?! — прорычал кентавр, приходя в себя от болевого шока, — за такое я выдеру тебя! Вся вежливость слетела с Эйла, да он очень юн, но он кентавр и воин. Ему незачем быть вежливым с врагом. — Молчи, коняка! Думаешь, кобыла сможет меня выебать? — рявкнул Брендон. Он обхватил мошонку жеребца рукой и оттянул ее назад, так что кожа, которой она крепилась к телу, натянулась. Извернувшись, юноша протянулся к своему сапогу и достал оттуда узкий кинжал. Понимая, как это должно подействовать на кентавра, он приставил лезвие к натянутой коже мошонки, рукой продолжая поглаживать ее, вызывая нарастающее возбуждение. — Кобыла? — рявкнул кентавр, но увидев кинжал, остудил свой пыл. Лишится своего достоинства ради дерзких слов ему хотелось меньше всего на свете. Мошонкой Эйл чувствовал прохладное лезвие, что охлаждало горящие в похоти яйца, которые вновь были готовы выдать порцию семени. Об этом свидетельствовало небольшой дискомфорт, который вновь стал возвращаться. Сейчас, если трезво взглянуть на вещи, то ситуация и вправду была не в пользу кентавра. Сейчас воин Брендон был главным. Прижимая кинжал к мошонке кентавра, Брендон нырнул лицом вниз, упиваясь ароматом жеребца. Языком он стал дразнить заднюю дырочку жеребца, которая сжалась от страха. Чуть надавив, он проник внутрь, наслаждаясь реакцией жеребца, который никогда такого не испытывал. Неизведанное удовольствие и самая страшная угроза одновременно. С губ кентавра слетел стон. Сейчас его дырочку ласкал горячий язык парня. Как бы не чувствовал себя сейчас кентавр, сказать что-то против он не смел. Сейчас он напоминал скорее игрушку в руках похотливого сильного воина, который забавлялся с самыми нежными и уязвимыми местами любого мужчины. Рука Эйла сжалась в кулак от удовольствия. — Да, давай, вот так вот, — застонал Эйл, не понимая даже, что говорит он это в слух. Брендон погружал язык все глубже, исследуя внутренность кентавра. Внезапно он ощутил небольшой бугорок… юноша понял, что это. Словно бы пробуя сладость, он легко коснулся его кончиком языка, чтобы проверить реакцию. Из глаз кентавра словно искры посыпались, все тело содрогнулось, яйца невольно стали пульсировать, готовые уже вот-вот излить новую порцию спермы. Тело Эйла напряглось в ожидании нового семяизвержения. Брендон погрузил в кентавра сначала один палец, затем другой. Тело кентавра было огромным по человеческим меркам, поэтому пальцы входили свободно. Брендон стал резко массировать простату жеребца, вдавливая ее в плоть, сжимая, щекоча. Он видел, как дрожит фаллос кентавра, желая извергнуться. — Ха, я не стану тебе помогать, как в прошлый раз, — рассмеялся юноша. Он понимал, что без его помощи кентавр сам не кончит, как бы не хотел. Тело жеребца напряглось и слегка сотрясалось. Стоны все больше и больше нарастали, пока не стали оглушительными. Эйл вновь погружался в пучину страсти и боли, из которой его несколько минут вытянули. Кентавр из могучего жеребца стал фактически беспомощным ослом, который лежал и получал ласки от другого парня, который забавлялся им, как хотел. Сейчас весь кентавр был во власти Брендона, парень мог делать с ним, что хотел. — Пожалуйста, дайте мне кончить, — взмолился кентавр, его яйца стали расти как на дрожжах прямо на глазах воина. — Я еще не решил, надо ли тебе кончать, — ответил Брендон нагло. Он щелкнул по мошонке кентавра пальцами и взял свой твердый, как камень, член. Приставив его в очку жеребца, он уверенно качнул бедрами. Казалось, очко кентавра словно бы для этого и создано. Брендон сразу же погрузился внутрь, протяжно застонав. Немного придя в себя, он стал быстро двигать бедрами. Его волосы слиплись от пота, влага блестела на его мускулистом торсе. Эйла драли как самую настоящую кобылу. Было не так больно, ведь очко коня было чуть больше и член плотно прижимался, но не доставлял боли. Однако было не очень приятно, и поэтому Эйл заскулил, лежа на боку и получая от парня новую порцию ощущений. Не малых размеров член Брендона раздалбливал кентавра. С каждым толчком тело кентавра содрогалось, а стон довершал картину буйства похоти. По телу молодого юноши-кентавра стекали струйки пота, которые смывали засохшую сперму Брендон кайфовал, но постепенно он понял, что остроты ощущений не хватает. Очко жеребца охватывало его член не полностью. Огромный член, которым гордился парень, по сравнению с телом жеребца был, конечно, небольшим. Брендон слышал, что все кентавры обладают магией усиливать потенцию и размеры членов. — Ты можешь увеличить мой член? — с трудом говоря от нахлынувших ощущений, спросил он. -Да…- простонал кентавр, внезапно осознав, что пучина похоти, в которую он погрузился, пробудила полный потенциал его силы. Он все-таки обладает потенциалом мага похоти, а значит может влиять на мужскую силу других существ. Он зачерпнул энергию, сконцентрированную в своих шарах, и направил ее по своему конскому придатку, как маг использует жезл для направления чар, в тело Брендона. Молодой наемник захрипел от удивления и ужаса, ощутив, как его тело меняется, словно плавится, когда в него влилась могучая магия кентавра. Буквально через мгновение член Брендона стал стремительно расти, разрывая очко кентавра. Член наемника вырос в четыре раза и теперь почти не уступал коню. Но за этим последовало и увеличения яиц. Очко Эла растянулось и плотно сжимало огромный хуй Брендона. Сам поняв, что надела, увеличив член любовника, пока он был в нем самом, Эйл закричал от боли. -Ты…доволен? — задыхаясь, прохрипел кентавр. Брендон почти рухнул на круп кентавра. С увеличением члена умножилась и острота ощущений. Брендон бешено долбил кентавра, пытаясь унять сводящее с ума возбуждение. Яйца стали такими тяжелыми, что оттягивали мошонку вниз. Если раньше член парня был около 20 см, то теперь достиг 80. Брендону было все равно, что он будет делать с таким членом. — Хочу еще! еще! — стонал он, его член задевал простату жеребца. Эйл почти задыхался, огромные яйца самца хлестали круп сзади. Брендон был крепким юношей, от чего его движения были настолько же уверенные, как и его навыки боя. Его хуй не без труда теперь разрывал очко коня, словно меч, который совали в слишком узкие ножны. — Не останавливайтесь, — Эйл был не в себе, чувствуя как только что обретённая магия ускользает из-под его контроля. Мошонка кентавра выплеснула порцию маны, рывком увеличив член наёмника до полутора метров. Эйлу стало невыносимо больно, очко стало капать кровью, а похоть Брендона увеличилась многократно. Он был подобен инкубу. Яйца Брендона стали такими тяжелыми, что кожа могла не выдержать их веса. Он был вынужден лечь на кентавра, и мошонка парня легла поверх мошонки кентавра — между яйцами двух парней словно прошел разряд тока. — Сука, кобыла! да! — Брендон орал, как безумный. От его яиц через позвоночник проносились разряды молний. Он приближался к оргазму. — Еще! Пусть он растет еще! — кричал юноша, до упора погружаясь в униженного жеребца. Слезы, смазка, кровь - все текло с бедного жеребца. Он не понимал, когда наступит конец и сделал финальный рывок, увеличив член член Брендона еще в два раза. Теперь четко было видно на животе кентавра огромный бугор, который двигался в нем. Эйл орал так, словно его режут. Даже птицы, встрепенувшись, улетели. Мошонка Брендона буквально долбила яица Эйла не хуже его члена. -Я ваша кобыла, хозяин, — пожалуй, эти заветные слова не произносил ни один кентавр в жизни. Стальная цепь, протянувшаяся от запястья наемника к шее кентавра, возникла в руках Брендона, материализовав магический контракт хозяина и его фамильяра. Эйл, сам того не ведая, так отдался насиловавшему его наемнику, что создал между ними магическую связь. Тело Брендона изогнулось от наслаждения и боли. Он дернул цепь, упиваясь властью над кентавром, и разрядился так, как никогда в жизни. Цунами оргазма буквально сносило его разум. Мошонка, ставшая величиной с бурдюк с вином, гулкими точками подавала поток спермы по члену, которого не было ни у одного кентавра. Из-за того, что их шары соприкасались, чары увеличения члена отрекошетили от Брендона и частично задели самого Эйла. Член кентавра тут же удвоился в размерах. Живот кентавра стал увеличиваться в размерах от потока спермы. Эйл орал, как безумный. Он случайно увеличил и собственный член, еще толком не понимая, как управлять обретенной магией. Его конский придаток стал таким большим, что Эйл почти смог впервые самостоятельно коснуться его. С трудом Брендон высвободил свой член из кентавра. Парню приходилось придерживать свой хуй и огромные яйца рукой. Как только их телесный контакт разорвался, Брендон ощутил невероятную боль. Он тотчас же прижался к кентавру, так что его член лег поверх конского придатка. Два самца терлись друг о друга огромными членами, их яйца хлопали друг о друга. — Хозяин, вы лучший, — преданно простонал Эйл, обнимая своего молодого хозяина. Эйл теперь принадлежал Брендону и по законам магии должен был делать все о чем попросит хозяин. Но вот его шары давали знать о себе. — Хозяин, я хочу кончить тоже… Брендону казалось, что он сошел с ума. Сила недавнего экстаза еще эхом звучала в нем. Он не мог поверить в реальность своих новых размеров, того, какой величины у него теперь член и яйца. Он гнал от себя мысль, что же будет делать дальше, ведь теперь его шары и хуй не поместятся ни в одни штаны. Он вообще мог ходить, только придерживая свои яйца. Сейчас ему было все равно, потому что он мог заниматься самым любимым делом — еблей. Брендон жестко усмехнулся, услышав мольбы кентавра. Мускулистый торс юноши кентавра изгибался от боли, фаллос величиной с молодое дерево дрожал от переизбытка сил, но без помощи не мог кончить. Эйл стонал под тем могуществом, чем сам и наградил Брендона. Было больно от размеров парня в своем теле. Гордого представителя кентавров натягивали как портовую шлюху. Яйца болели от семени и казались двумя огненными сгустками похоти и боли. Брендон встал в полный рост, красуясь своим тренированным телом и упиваясь властью над этим существом. Левой рукой он придерживал свои огромные свисающие шары. Он был полностью обнажен, не считая сапог на мускулистых ногах. — Я бы посмотрел, как ты взорвешься, — парень ткнул мошонку кентавра носком сапога. Кентавр заскулил и с мольбой смотрел снизу вверх. Юноша был красивым и властным, это Эйлу нравилось, но сейчас от его нового хозяина зависела жизнь кентавра. — Хозяин, прошу, дайте мне кончить, — голос молодого жеребца звучал умоляюще. Мощный член слегка пульсировал, но болел неимоверно. Голова кентавра потянулось к огромному стояку парня, он тянулся к нему, как к последней надежде в жизни. Брендон выглядел задумчивым. Он протянул руку и несколько раз провел по придатку коня, как будто хотел помочь. Увидев, как дернулся кентавр, приготовившись кончить, парень убрал руку, а его сапог надавил на левое яйцо жеребца. Эйл заревел и изогнулся. Его яйца стали светиться красным зловещим светом. Тело жеребца покрылось испариной. Он выгибался и скулил. Левое яйцо разрывало на части. — Хозяин! — взревел кентавр, — прошу тебя. Эйл глянул снизу вверх на парня, и ему на лицо капнула смазка, что начала течь из мощного члена загорелого атлета. Брендон вздохнул, понимая, что если он допустит смерть этого существа, то у него уже никогда не будет такого фамильяра. Он опустился на землю, ртом взял самую головку конского фаллоса и стал ее посасывать. Сапогами он продолжал сжимать мошонку все сильнее… Ему было интересно, кентавр скорее кончит или его яйца лопнут?. Эйл заскулил, он не мог понять, что происходит — спасет его хозяин или все же погубит. Ласки Брендона были искусными, сводили молодого кентавра с ума. От такого кентавр взвыл и, положа свою руку на голову юноши, стал надавливать, требуя, чтобы хозяин глубже заглотил его придаток. Смазка стала сочиться очень быстро, чувства боли и наслаждения сплелись в единый клубок. Молодому жеребцу сосут — вот это и есть насаждение. В своих мыслях кентавр не замечал, что невольно дрочит и член юноши. — Никто тебе еще не сосал, а парень? — не прерывая процесс спросил Брендон. — Нет, хозяин, я только входил в кобыл, — простонал кентавр, — а ты сосал жеребцам? — Эйл заскулил, насаживая парня на свой ствол. Брендон буквально пожирал глазами открывающуюся перед ним картину. Человеческий торс стройного юноши был напряжен до предела, руки загребали землю, лицо раскраснелось, длинные пряди почти скрывали его. Если не смотреть ниже, то можно было бы подумать, что он трахает смазливого мальчика из замка. Брендон перевел взгляд — да, ниже было огромное тело породистого скакуна. Однако важнее всего был гигантский конский придаток. Смотря на красивое молодое лицо паренька никогда нельзя было бы представить, что его же тело продолжится таким орудием… и до магии, и тем более сейчас фаллос был просто чудовищен. Он напоминал ствол молодого дерева. Он был темно-серый, грибовидная головка стала ярко красной, раздулась настолько, что казалось, крайняя плоть лопается от напряжения. Член бугрился венами, по которым поступала кровь, питавшая его и делавшая твердым. А ниже Брендон любовался шарами кентавра, такими большими, что походили на два мешка с огромными булыжниками внутри. Яйца начинали светиться, свидетельствуя о приближении Рока кентавров… И Брендон стал быстрее сосать головку, погружая язык в самую уретру, и руками массировал ствол. Он не хотел, чтобы кентавр умер так быстро. Движения парня стали быстрее, резче. Молодой скакун, лежа на земле, получал неимоверные ласки от Брендона. Пожалуй, в подсознание Эйл всегда хотел почувствовать мужской накаченный торс рядом с собой. И его желание сбылось. Рядом с ним был парень, очень статный и красивый воин. Одно лицо заставляло сердце юноши биться чаще, а теперь его тело терлось о тело юноши, тем самым взрывая эмоции кентавра, как морской ураган. Фаллос Брендона не просто пульсировал, он словно вибрировал волшебной силой, полученной от своего фамильяра. И Эйл понимал, что Брендон тоже в зоне риска, что благодаря их связи Брендон тоже теперь подвержен Року кентавров. Кентавр насколько смог погрузил в рот огромный фаллос парня, перевитый рельефными венами. Язычок Эйла блуждал по уздечке Брендона, возвращая наемнику то наслаждение, которое он сам дарил кентавру. Брендон сжимал фаллос кентавра, быстро перебирал пальцами по всей длине, словно бы играл на флейте. Языком он приподнял крайнюю плоть, облизывая уздечку, весь гриб конского придатка, погружая язык в уретру, внутрь члена, словно бы языком трахал придаток жеребца. Он видел по учащающейся пульсации, что кентавр близок к оргазму… очередному… Эйл дрожал от ласк Брендона. Кентавр старался очень нежно ласкать фаллос своего хозяина. Он хотел дать ему ощущение нежности, даже если хозяин был с ним груб. Магическая цепь, протянувшаяся между ними, заставляла кентавра подчиняться своему господину. Мягкие, несвойственные роду полулюдей-полуконей руки парня поглаживали торс воина. Узкое горло парнишки разрывалось от того, что увеличенный волшебный член человека прорывался вглубь. Пальцы нежно касались накаченных грудей, сосков. И тут оторвавшись на пару секунд от занятия, Эйл шепнул: — Я люблю тебя, хозяин. И вновь мальчик стал ласкать фаллос парня. Члены парней стали так велики, что лежа, обнявшись, они могли одновременно и целоваться и ласкать головки своих фаллосов. Брендон сжал торс кентавра в грубых объятиях, целуя паренька. Их члены терлись друга о друга. Брендону оргазм принес был удовольствие и разрядку, а кентавру был необходимым спасением. Эйл заурчал в мужских объятиях. Горячее тело Брендона обжигало тело юноши. Губы буквально впивались в эти розовые мягкие губы. Эйл тоже не лежал бревном, его руки скользили по фаллосу и шее своего любовника. Казалось, Брендон обходится с жеребцом по-хозяйски и его это возбуждало, кентавр отвечал нежностью на все действия парня, лаская его губы и член. Брендону нравилось это непривычное чувство, эти ласки, которые звучали тихой и нежной мелодией наряду с барабанным боем страсти, которая их накрывала. Однако он был воином, его стихией было насилие. Он зарычал, прикусив губу кентавра до крови и сглатывая кровь. В его глазах мелькнуло безумие боли, насилия. Ускорив ласки конского хуя, он пнул сапогом мошонку кентавра, зная, как та чувствительна, особенно при приближении рока. Эйл завыл от боли и выгнулся в спине. В глазах буквально разлетелся фейрверк. Уже раскаленные до красна яйца болели, а пинок Брендона принес дикую боль. Кентавр не произвольно брыкнулся и копытом ударил случайно Брендона в ногу. Юное тело мальчика было в синяках от грубых ласк воина, что продолжал тискать груди и плечи Эйла, оставляя следы, словно помечая юношу. Рок был все ближе, а разрядка не наступала. — Прошу тебя, дай мне кончить, — взмолился юный кентавр, глянув в серые глаза наемника. — ТЫ не кажешься мне убедительным, — Брендон слегка отодвинулся от кентавра, прекратив стимулировать его член, носок сапога продолжа вжимать правое яйцо в землю. — Я могу избавить тебя от рока, просто расплющив твои шары. — Сделаю все, что ты хочешь, хозяин, — Эйл закусил губу и зажмурившись. Магия сочилась из его мошонки, раскаливая воздух вокруг двух юношей. Его сила сжигала его мужское естество, не находя выхода. Еще мгновение, и магия обратится против него, кастрирует молодого кентавра. — Прошу тебя, -взмолился юный кентавр, подвывая от ужаса лишиться своих яиц. — Ну хорошо, так и быть, — я не отпущу твои яйца, но помогу кончить, если ты сам сможешь достичь пика, испытывая максимальную боль, — с этими словами Брендон обхватил его ствол и стал очень быстро дрочить, подводя к оргазму, одновременно он сжал мошонку кентавра между ног, сдавливая его шары, грубо их сминая. Эйл завыл. Он видел в глазах парня решимость. Брендон сжимал его шары, которые пульсировали от такого напора. Эйлу стало трудно дышать. Стройные руки кентавра обняли наемника за шею. Тело кентавра выгнулось дугой. Белоснежный фонтан устремился вверх, заливая два тела горячей спермой. Выстрел, за ним еще последовало несколько. Белая сперма текла по обнаженным телам двух самцов. Эйл дрожал, но не отпускал Брендона. Брендон смеялся. От вида кончающего кентавра его шары тоже сжались и по гигантскому члену хлынул поток. Брендон заорал от наслаждения — насаждения того, что он причинил боль и от собственного семяизвержения — и стал кончать вместе с жеребцом. Горячие струи двух парней заливали их. Капли падали на язычок Эйлу, и кентавр глотал их, не разбирая своя это или чужая сперма. От такого фонтана жеребец и человек лежали в горячей луже густой спермы. Эйл слизывал капли спермы с тела своего парня. — Хорошо повеселились! — Брендон потрепал Эйла по щеке. — Теперь ты понимаешь, ты сможешь кончать только так, от боли и наслаждения — парень усмехнулся, натягивая магическую цель, что соединяла его запястье и шею кентавра, — как я кончаю от наслаждения и причинения боли другим. Мы друг друга дополняем, мой жеребчик! — юноша вздохнул, удовлетворенно откидываясь на траву и осматривая свои огромные шары и почти полутораметровый член. — Теперь сделай все снова нормальным. — Да, мой хозяин. Магия стала стекать с члена парня и жеребца, растворяясь в воздухе. Спустя минуту член Брендона вернулся в свое естественное положение, как и конский придаток кентавра. Брендон пружинисто вскочил на ноги, дернул цель, заставляя кентавра подняться, и забрался ему на спину. — Ну что, мы кажется, шли в мою деревню, раб.