Глава 15: Однажды на тусовке. Часть 2

      Сидя напротив окна в своей небольшой комнате, Йеджи наблюдала, как солнце всё сильнее клонится к горизонту, погружая Сеул в вечернюю романтичную атмосферу, в которой девушка была вынуждена сидеть в одиночестве. Каждые пять минут она бросала взгляд на часы, не понимая, почему время так медленно тянется. На улице уже стало темнеть, и с каждой прожитой секундой Хван теряла последние надежды на встречу с человеком, к которому тянулось её сердце.       Мама в соседней комнате гремела обувными коробками, подбирая к своему вечернему красному платью подходящие туфли. Отец, что был уже собран, ходил по дому и бубнил недовольства, желая поскорее выехать на встречу с коллегами по работе. Он подгонял жену, пока Йеджи прикрывала глаза, прислушиваясь к их разговору, и мечтая, чтобы мама поскорее закончила сборы и уехала на вечернее застолье, что должно было проходить в дорогом ресторане.       — Точно не хочешь поехать с нами? — спросила родительница, заглядывая в комнату к дочери. — Там будет много вкусностей, обещали даже конкурсы!       — Нет, — улыбнулась девушка, оборачиваясь. — Ты же знаешь, я не люблю ходить на встречи с папиными коллегами.       — Не скучай! — воскликнула мама и махнула рукой.       — Не буду.       Дверь в комнату закрылась. Йеджи слушала, как родители закрывают входную дверь, а потом стала прислушиваться к звукам из открытого окна, дабы понять, когда отцовская машина уедет. Как только автомобиль промчался мимо окна девушки, она выпрямила спину, глядя вслед уезжающим родителям, дабы убедиться, что их действительно больше нет в дома — поверить в это было очень сложно. Она подождала ещё десять минут, на случай, если мама снова что-то забудет и вернётся, а потом выскочила из-под одеяла, в который была закутана, и подбежала к зеркалу.       Она уже была одета в черное короткое платье с белым воротником, которое и прятала от родителей, когда заворачивалась в одеяло. Чтобы бледные ноги выглядели немного симпатичнее, Йеджи надела капроновые колготки дымчатого цвета. Туфель на каблуке у девушки не было, а потому пришлось нацепить свои привычные кеды и куртку, чтобы хоть как-то защититься от вечернего прохладного ветра. Сунув руку в карман рюкзака, Хван забрала все деньги, которые мама давала ей в последние дни на карманные расходы и школьный обед. Йеджи их не тратила, потому что уже знала им предназначение.       Отсчитав нужное количество для поездки на автобусе, Хван засунула телефон в карман куртки и вышла из дома. Холодный ветер обдул её щеки, и девушка запахнула куртку, не желая её застёгивать. По дороге до остановки она придерживала края за замок, дабы ветер не проникал под одежду. Села в автобус и стала греться, поправляя распущенные волосы и проверяя свой макияж в отражении выключенного телефона.       Хоть поездка была недолгой, в городе совсем уже стемнело. Когда двери открылись на конечной остановке, Йеджи открыла в телефоне карту, осматривая неизвестные дома и пытаясь понять, в какую сторону ей нужно идти. Она плохо ориентировалась в пространстве, но спустя десять минут мучений смогла дойти до дома, фотку которого вместе с адресом ей высылал Хёнджин. Изнутри доносилась громкая музыка, а в окнах мигала цветомузыка, которую так ярко было видно в вечернее время.       — Привет, — улыбнулась на входе светловолосая девушка. — Ты пришла 29 по счёту, куда я могу написать твоё число?       — Написать? — Йеджи опустила взгляд на фломастер в руке незнакомки. — Можно вот тут.       Она сняла с себя куртку, повесила на свободный крючок и протянула голую руку девушке. Светловолосая написала цифры чуть ниже локтя, после чего дружелюбно пропустила Йеджи в дом. Хван осмотрела толпу, пытаясь понять, здесь ли вообще Хёнджин и ждёт ли он её? Может, уже успел разочароваться и уйти, или напился и спит в какой-нибудь комнате в одиночестве, потому что в гостиной его точно не было. Высокого темноволосого парня было бы заметно среди толпы.       Танцевать девушка не умела, а потому стала проходить возле стены мимо танцпола, который организовали посреди гостиной на ковре. Её взгляд всё ещё пытался высмотреть знакомые лица, и в итоге Хван заметила Рюджин, что счастливая и пьяная танцевала с Бан Чаном, безудержно смеясь от собственного дурачества.       Йеджи стала аккуратно обходить пьяных людей, стараясь ни с кем не столкнуться. Она ещё не успела окликнуть подругу, когда та с широкой улыбкой повернулась и протянула руки для объятий. Хван обняла её в ответ, после чего махнула рукой стоящему поодаль Чану.       — Вы не видели Хёнджина? — спросила Йеджи, а потом заметила, как парень с девушкой переглянулись между собой.       — Он на второй этаж ушёл, — Рюджин указала пальцем в сторону лестницы.       — Пьяный?       — Вроде, трезвый был, — пожал плечами Крис.       Хван поблагодарила друзей и направилась на второй этаж. Поднимаясь по лестнице, она опустила взгляд, осматривая танцующую толпу сверху, после чего заглянула в первую попавшуюся на пути комнату. Медленно повернула ручку и приоткрыла дверь, обращая внимание на Хёнджина, что сидел на полу и облокачивался спиной на двуспальную кровать. Он тыкал пальцем в телефон, не слыша, что кто-то вошёл. Заметил Йеджи лишь когда та зашла в комнату и прикрыла дверь.       Парень поднял взгляд на девушку и вскинул брови. Его взгляд моментально изменился, стал более воодушевлённый и живой, а улыбка коснулась губ.       — Ты пришла, — Хёнджин поднялся на ноги, придерживаясь за кровать. — А я уж поверил, что останешься сегодня дома.       — Как я могла не прийти, если ты позвал, — улыбнулась Йеджи, проходя мимо парня и направляясь к панорамному окну.       Парень развернулся и последовал за ней. Когда девушка остановилась напротив окна, Хёнджин встал позади, несмело дотрагиваясь до тонкой талии девушки и боясь, что она его оттолкнёт. Йеджи постаралась никак не отреагировать, устремила взгляд на двор чужого дома и глубоко вздохнула, ощущая горячие ладони парня, что обжигали её кожу через ткань платья. Пальцы прошлись по её талии, а потом одна рука дотронулась до живота, и девушка дёрнулась от неожиданности и повернулась к Хёнджину, опуская глаза в пол.       — Как твоя мама?       — Лежит в больнице, — парень убрал руки за спину, думая, что девушке неприятны его прикосновения. — Зачем спрашиваешь?       — Переживаю.       — Не надо, — улыбнулся Хёнджин. — Это не твои проблемы.       — Я за тебя переживаю.       Парень растерялся, не ожидая услышать подобные слова. В приглушенном свете он пытался рассмотреть лицо Йеджи, её нежные черты и бледные изгибы. Лисьи глаза нерешительно взглянули на него, выбивая из-под ног землю и заставляя сердце быстрее заколотиться. Йеджи была так близко и одновременно с тем так далеко. Хёнджин не мог решиться на все, что ему хотелось, потому что страх потерять пугливую девушку, не привыкшую к чему-то подобному, останавливал его от любой тяги к ее телу. Парень еле решался касаться ее кожи, и то не всегда.       — Не нужно забивать голову моими проблемами, — посоветовал Хёнджин, и это действительно прозвучало как забота.       — Я не могу этому противостоять, — пожала плечами Йеджи и поджала губы.       Хёнджин смущал ее своим пытливым, властным взглядом. Он словно хотел рассмотреть ее насквозь, увидеть все тайны и секреты, скрытые под кожей, а потом и те, что скрыты под одеждой. Парень не привык относиться к кому-то с таким трепетом, а потому прожигал Йеджи взглядом, нависая над ней сверху и пытаясь прощупать невидимую черту, за которую та позволит переступить.       Глубоко вдохнув через нос, Хёнджин несильно нагнулся, вдыхая аромат духов девушки и закрывая глаза. От Йеджи всегда пахло сладко, но сейчас, когда она стояла напротив него, он мог прочувствовать этот аромат, чтобы насладиться им сполна и вспоминать по ночам перед сном. Хотя теперь парню поистине тяжко засыпать с мыслями о неприступной Йеджи.       — Хочешь выпить? — спросил Хёнджин, облизывая верхнюю губу.       — Если только немножко, — не успела девушка договорить, как Хёнджин вытащил из ящика комода бутылку соджу. — Откуда ты знал, что там что-то есть?       — Я этот дом наизусть знаю, — усмехнулся Хёнджин, отвинчивая крышку. — Минхо же здесь постоянно тусовки устраивает, а я хожу на каждую.       — А почему меня никогда не звал? — пошутила Йеджи.       — Ты даже сейчас не была согласна. А раньше ты вообще меня боялась.       По правде говоря, девушка и сейчас его побаивалась. Рядом с Хёнджином ей было как спокойно, так и страшно одновременно. Около парня Йеджи впервые в жизни чувствовала то банальное ощущение — бабочки в животе. Она и представить не могла, что возле кого-то её сердце сможет так трепетать, желая вырваться из груди и упасть в объятия красивого и заботливого парня, что без особых усилий смог высечь в девчачьей душе своё имя.       С другой же стороны Хёнджин до сих пор был неразгаданной загадкой. Он был непредсказуемым, а иногда даже неконтролируемым. Йеджи страшно было представить, что Хёнджин при ней с кем-то подерется и влипнет в неприятности. Лезть в мужскую драку девушка боялась, а как спасать Хвана от неприятностей — не имела понятия. Она могла лишь попытаться одарить своей нежностью, чтобы разгладить все острые углы и заполировать его шершавую поверхность.       Хёнджин сделал несколько глотков соджу, после чего протянул бутылку девушке. Йеджи усмехнулась, ведь собиралась пить только второй раз в жизни, и тоже рядом с ним, хотя пару месяцев назад даже в страшном сне не могла представить такой расклад событий.       Парень менял её быстро и до неузнаваемости. Внешне она оставалась той же отличницей Йеджи, но внутри нее стало возгораться пламя бунтарства, желающее быть с любимым человеком, прижиматься к его груди и целоваться пока губы не устанут. Разве девушка могла представить, что обманет родителей и сбежит из дома прямиком на вечеринку вместо того, чтобы делать домашнее задание на неделю вперед? Разве Йеджи могла предположить, что однажды будет сидеть за столом в доме у малознакомого парня, пить с ним соджу, а потом позволять целовать свою шею и плечи? Разве можно было представить, что девушка приедет поздним вечером в незнакомый дом и снова согласится испить соджу, зная, что быстро опьяняет?       Вообразить все это нельзя, но Йеджи впервые пошла против правил.       Она приняла бутылку и сделала два глотка, морщась и закрывая рот рукой. Алкоголь согрел горло, протекая до самого желудка. Йеджи шумно вдохнула через нос и кашлянула, приходя в себя после крепкого напитка.       — Что такое? — улыбнулся Хёнджин. — Разве не вкусно?       — Пойдёт, — усмехнулась Йеджи. — Сколько я должна выпить, чтобы выглядеть так же невозмутимо от вкуса алкоголя, как ты?       — Переиграть меня всё равно не получится, — натянул губы парень. — Не нюхай и не смакуй. Просто глотай, и тогда не будешь морщиться.       Йеджи выгнула одну бровь, принимая вызов брюнета, что с огнем в глазах наблюдал за каждым её движением. Она облизнула губы, готовясь в очередной раз почувствовать обжигающее тепло в горле, и сделала два глотка, не нюхая и не смакуя. Алкоголь прошел по горлу, а уголки губ Йеджи поплыли вниз, уже готовясь скорчиться от вкуса соджу. Она прекрасно почувствовала вкус, однако не так сильно, как в предыдущие разы, а потому корчить гримасы не пришлось. Наверное, она действительно просто не умела пить.       — Теперь ты профи? — решил уточнить Хёнджин.       — Переиграть тебя всё равно не получится, — усмехнулась девушка, передавая парню бутылку.       Хёнджин сделал несколько глотков и сморщился. Йеджи не сдержалась и засмеялась, ведь брюнет сам учил её не смаковать соджу во рту и сразу глотать, а сам, судя по всему, забыл применить это в действие. Будто судьба решила так усмехнуться над Хваном, что учил девочку пить алкоголь.       — Тренера не играют? — спросила она, закрывая рукой улыбку от растерянных глаз парня.       — Решил продемонстрировать, как делать точно не надо.       — Я так и поняла.       Хёнджин сделал шаг вперед, вставая вплотную к Йеджи, что от неожиданности отступила и уперлась спиной в стену. Девушка оказалась зажата, потому что спереди её прижал парень, ставя бутылку с алкоголем на комод и склоняясь к волосам Йеджи. Закрыл глаза, вдыхая аромат ее шампуня, и оставил невесомый поцелуй на её лбу. Он жаждал рассказать девушке, как сильно ждал её сегодня, как думал о ней каждую ночь перед сном и как чувствовал её тёплую кожу на собственных губах, когда засыпал.       Но не мог.       Как только Хёнджин видел Йеджи, весь его словарный запас развеивался ветром, который Йеджи создавала своей тёплой улыбкой и карими глазами, что смотрели на парня так, как не смотрел еще никто.       — Не бойся, — прошептал Хёнджин, проходясь носом по щеке девушки и спускаясь к её губам.       Он чувствовал, как она напряжена, но с собой не мог ничего поделать. Его руки обхватили её запястья, чтобы хоть как-то успокоить и расположить к себе. Большими пальцами Хёнджин стал аккуратно водить по коже Йеджи, не сводя взгляда с её губ. Они сводили его с ума, сбивали с ног и били под дых, лишая последнего воздуха в лёгких.       Стоило бы спросить разрешения, перед тем как поцеловать, или хотя бы расставить границы: сказать, что если Йеджи что-то не устроит, она может оттолкнуть от себя Хёнджина, а тот послушно отойдет. Надо было успокоить девушку хоть чем-то, но Хёнджин на свой страх и риск впился в девчачьи губы, продолжая сжимать её запястья.       Он поцеловал так нежно и горячо, что Йеджи еле смогла устоять на ногах. Она слабо качнулась в сторону парня и тут же оказалась обхвачена его сильными руками за талию. Хёнджин чувствовал, что девушка согласна на поцелуй, ведь не оттолкнула его, как в прошлый раз. Его движения губами стали более властными и напористыми. Девушка таяла, зажатая между парнем и стеной, не в силах пошевелиться или сбавить обороты Хёнджина, потому что ей нравилось.       Алкоголь действовал на мозг обоих, но все их желания и действия были абсолютно трезвыми.       Хёнджин провел руками по талии девушки и спустился чуть ниже. Снова не почувствовав сопротивления, сжал бёдра Йеджи, толкаясь языком в её рот и слушая, как учащается девчачье дыхание. Их сердца бились в унисон, а губы горели от долгожданного и глубокого поцелуя, пленяющего их разумы. Разомкнуть его ни у кого не хватило бы смелости.       Ощутив внезапную и неподдельную страсть, Хёнджин не смог устоять перед притягательностью девушки. Вспыхнувшее желание захлестнуло его с невиданной силой. Он оторвал девушку от пола, сильнее вжимая в стену и заставляя обвить ногами его бёдра. Платье задралось из-за раздвинутых девчачьих ног. Хёнджин завел пальцы под чёрную ткань, обхватывая ноги Йеджи и сильнее вжимаясь пахом между ними. Девушка тихо и рвано выдохнула, позволяя представить парню, что это был тихий стон, что еще сильнее сводил его с ума. Его руки сильнее обхватили её бёдра, впиваясь пальцами в кожу, что была защищена капроновыми колготками. Касание губ парня вызывало дрожание по всему телу Йеджи.       Они впивались друг в друга, словно сомнений уже не существовало, словно между ними легко беспрекословное соглашение о любви. Больше не существовало границ, потому что Йеджи уже точно знала — она позволит делать Хёнджину с собой все, что он только пожелает, поэтому лишь тихо постанывала в поцелуй, когда парень в очередной раз подался бёдрами вперед, вжимаясь между её ног. Ей все еще было страшно от близости, но от этого только сильнее пленило, связывая внизу живота узлы, что затмевали рассудок.       — Минхо, ты тут? — раздался голос в открывшуюся дверь.       Йеджи раскрыла глаза, только сейчас осознавая все происходящее. Она попыталась отстраниться от пленяющих губ Хёнджина, но тот будто и не слышал, что в комнате появились посторонние. Девушка смотрела на вошедшего Сынмина, что прожигал в Хенджине дыру своим злобным взглядом, и начала сильнее нервничать. Ей пришлось упереться в плечи Хвана ладонями, дабы немного отстранить от себя. Хенджин нахмурил брови, не понимая, почему вдруг Йеджи решила ему запротестовать, а потом повернулся в сторону двери, встречаясь с глазами Сынмина. Его руки медленно расслабились, позволяя Йеджи встать на ноги, а взгляд полностью поменялся, как только он осознал, кто стал незваным гостем.       — Сынмин, что случилось? — решила разрядить обстановку Йеджи, но Ким в ответ только хлопнул дверью, да так сильно, что картина, висевшая над кроватью, рухнула на постель. — Что с ним такое?       — Врождённая ебонца, — выдал Хёнджин, а потом вновь повернулся к девушке.       Хван понимал, как Йеджи волнуется сейчас, вновь встречаясь с ним взглядом. Они смогли прочесть в глазах друг друга все самое глубокое, что никогда не было выражено словами. Их ритм дыхания до сих пор был не восстановлен, так же как и зажжённые в пламени страсти сердца.       — Почему он разозлился? — продолжала свои вопросы Йеджи.       — Могу спросить у него, — Хёнджин указал большим пальцем через плечо в сторону двери.       — Не надо! — воскликнула девушка, хватая парня за руку. — Не нужно его догонять. Вы всегда только ругаетесь, нормально поговорить точно не сможете.       — Я не подойду к Киму, если ты об этом просишь, так что не волнуйся, — Хван поудобнее вцепился в руку девушки и улыбнулся. — Посидим возле бассейна?       — Ты же не заставишь меня купаться?       — Нет, по вечерам для этого слишком холодно.       Йеджи кивнула и последовала за парнем, что сжимал в руке её пальцы. Они спустились на первый этаж, где все без устали продолжали танцевать, а потом свернули в свободное от людей пространство и пробрались к незапертой двери, что вела во двор. Хёнджин уже хотел её открыть, как вдруг перевел взгляд на спутницу, не понимая, где её куртка.       — Ты так пришла? — удивился он, видя открытые руки Йедж.       — Моя курта висит в прихожей.       — Подожди тут, сейчас принесу.       Хенджин отпустил руку девушки и направился в обратную сторону, проходя сквозь толпу. Через мгновение его уже не было видно из-за танцующих людей, но ждать пришлось недолго. Вскоре он вернулся и помог Йеджи надеть куртку, выглядя при этом первым джентльменом на районе. После этого открыл перед ней дверь и проследил, чтобы не споткнулась на дурацком пороге.       Йеджи вышла на улицу и вдохнула свежий вечерний запах. Прохладный ветер пробежался мурашками по её телу, а потом резко стало тепло, потому что Хёнджин вновь вложил ее ладонь в свою горячую.       Двор был освещен, кое-где сидели компании, разговаривающие на разные темы, но Хенджин дошел до зоны бассейна и сел там на лавку вместе с девушкой. Йеджи взглянула на воду, что рябила от ветра, а потом положила голову на плечо парня, понимая, что разлучиться сейчас с ним очень сильно не хочет. Она желала просидеть рядом с Хёнджином всю ночь, утро и следующий день. Ей казалось, что если отойдет от него хоть на шаг — потеряет надолго, а то и навсегда, ведь родители не простят ей обмана. Мама с папой по-прежнему думали, что Йеджи сидит дома, а вернуться раньше их девушка не сможет, потому что приклеилась к плечу Хёнджина и была не в силах оторваться.       — Мёрзнешь? — склонил над ней голову парень.       — Нет, а ты?       — Без тебя бы замёрз, — улыбнулся Хван. — Готова выступать на концерте ко дню учителя?       — Чисто гипотетически — да, но я не хочу.       — Почему же?       — Надоели эти репетиции, надоело учить сценарий ради того, чтобы выступить перед учителями и родителями. Я вообще ненавижу на сцене быть, когда все смотрят в упор и видят любую твою оплошность. В такие моменты я позорюсь еще сильнее, потому что переживаю.       — Не правда, — запротестовал Хёнджин. — На празднике, посвященному новому учебному году, ты была очень хороша.       Йеджи нахмурила брови, поднимая голову с плеча парня и немного отстраняясь, чтобы заглянуть в его глаза, потому что ее собственные отражали полное непонимание. Только в этот момент Хёнджин понял, что проговорился. Он охнул и поджал губы, чтобы не сказать еще что-нибудь ненужное.       — Праздник, посвященный новому учебному году? — переспросила Йеджи, желая сопоставить хоть какие-то факты. — Мы с тобой тогда еще не знакомы были.       — Если мы были не знакомы, это не значит, что я тебя не знал.       Теперь девушка запуталась еще сильнее. Она смотрела на Хёнджина, не понимая смысла его слов, а уж тем более не осознавая, почему его выражение лица с улыбчивого поменялось на напряженное, кажется даже немного злое.       — Объясни, — попросила Йеджи нерешительно, ведь сомневалась, что парень согласится.       — Помнишь про сплетни, которые плёл про тебя Сынмин? — глядя на бассейн сказал Хёнджин, ведь не мог смотреть в глаза девушки, говоря эти гадости. — Вот тогда я о тебе и узнал. Ким говорил, что ты его девушка, показывал твои фотографии и хвастался. Сначала я не сталкивался с тобой в школе, а потом заметил и узнал. Ты была такой же красивой, как на фотках, но подойти к тебе я не мог, потому что верил — ты встречаешься с Сынмином. Когда мы встретились с тобой в кабинете у директора, — Хёнджин усмехнулся, закрывая рукой улыбку. — Боже, ты ведь пришла, потому что заявилась на урок с распущенными волосами.       — А ты в тот день сказал, что кого-то зарезал, — надула губы Йеджи, с интересом слушая рассказ.       — Да, это было смешно. Так вот, когда я тебя увидел, то нутром почувствовал, что Сынмин нам врал. Я не мог поверить, что такая скромная девушка могла вести себя так, как он описывал. Потом я сам убедился в своей догадке, когда рассказал о слухах тебе.       — То есть на празднике к новому учебному году ты уже знал меня? — вскинула брови девушка.       — Да, я за тобой наблюдал, — улыбнулся одними лишь глазами Хёнджин. — Ты на меня ни разу не посмотрела.       — Я ведь не знала даже.       — Понимаю.       Парень наблюдал за Йеджи внимательно, замечая каждое её шевеление. Она затмевала его разум, и именно из-за этого Хёнджин не услышал, как из-за спины донеслись чужие напористые шаги. Хван успел лишь увидеть, как Йеджи обернулась и вытаращила глаза, вскакивая с лавки, и в тот же миг в голове парня помутнело, потому что кто-то ударил кулаком в скулу. Чужие руки схватили его за воротник и рывком сбросили с лавки на плитку, которой была уложена зона перед бассейном. Хёнджин попытался встать, но его пнули в живот, а потом в бок. Он упал и захрипел, ударяясь затылком об плитку.       — Прекрати! — визжала Йеджи. — Сынмин, остановись!       Хёнджин разомкнул глаза, видя, как Ким нависает над его телом и заносит кулак, чтобы ударить. Хван лишь усмехается перед тем, как получить в нос, а потом хватается за ушибленное место и перекатывается на бок, что-то шипя и выкрикивая в адрес Сынмина проклятия.       — Ты знал, что она мне нравится, сука! — буркнул Ким. — Знал, и все равно сосался с ней!       Злость ударила в голову Хёнджина сильнее, чем чужой кулак. Он согнул колено, а потом одним ударом сбил Сынмина с ног. Парень упал на колено, и за это время Хван успел встать, но Ким тоже поднялся, не собираясь сдаваться. Они сцепились, покрывая друг друга ударами. Никто из них не слышал криков Йеджи, что побежала в дом, дабы позвать на помощь. Ярость слишком сильно била пульсацией по барабанным перепонкам пока они дрались. Парни подошли к самому краю, а потом Сынмин, получив удар под дых, оступился и вместе с Хёнджином полетел в бассейн. В это время из дома уже выбежали люди вместе с плачущей Йеджи. Минхо и Чан полезли в воду и кое-как смогли разнять подростков, в голове которых не было ничего кроме злости. Вода вокруг них окрасилась в красный цвет, который быстро размыло, потому что парней уже вытащили на сушу и развели по разным сторонам.       Йеджи видела кровь, что стекала по лицу Хёнджина. Она на дрожащих ногах пошла следом на Чаном, что завёл его в дом и помог подняться на второй этаж. Минхо закинул Сынмина в комнату на первом этаже, но большего девушка не увидела, потому что забежала в спальню, где какое-то время назад целовалась с Хёнджином. Сейчас она стояла и смотрела на кровавые капли на полу, что остались после парня.       — Бля-я-я-ять, — протянул Чан, принимая аптечку от Лии, что тут же выбежала из комнаты, дабы принести медикаменты в другую комнату, где лежал пострадавший Сынмин. — Какого чёрта вы опять устроили?       — Это не он, — плача сказала Йеджи, обходя Рюджин, чтобы взглянуть на лицо Хёнджина.       Кровь текла из его носа, но больше всего из разбитой брови. Он прикрывал веки, чтобы алая жидкость не затекла в глаза, а потому не мог разглядеть заплаканную девушку, что с ужасом смотрела на него.       — Нужно вытереть вот тут, — Йеджи села перед парнем на колени, вытащила из аптечки оторванный кусок бинта и стала промакивать кровь, что вот-вот норовилась залиться Хёнджину в глаз.       Чан, что пытался остановить кровь из носа Хёнджина, немного отодвинулся, позволяя девушке помочь. Она всхлипывала, плакала и заикалась, но все равно оказывала парню помощь, в которой он сейчас нуждался. Йеджи вытирала струящуюся кровь, а потому Хёнджин смог открыть глаза и уставиться на девушку. Ему было жалко не себя, а ее, из-за того, что пришлось увидеть весь этот ужас.       — Как вы меня заебали, — ворвался в комнату Минхо, чтобы проверить степень повреждений Хёнджина. — Я доживу до того дня, когда вы перестанете выяснять между собой отношения?       — Спроси у того гандона, что нападает со спины, — буркнул Хёнджин.       — Я у него уже спросил, он молчит, — Минхо приблизился, осматривая внешний вид друга. — Я дам тебе сухую одежду, — уже более спокойным и сочувствующим голосом сказал он, а потом посмотрел на такого же мокрого Бан Чана. — И тебе тоже.       — Сам сначала переоденься, — выдал Крис.       — Успею.       Минхо вышел из комнаты. Бан Чан отошел, позволяя Йеджи самой обработать раны Хёнджина. Она бережно дотрагивалась смоченной в обеззараживающем средстве ватой, постоянно извиняясь и ни на секунду не переставая плакать. Это ей мешало заниматься делом, но успокоиться никак не получалось. Хёнджин протянул руку к ее лицу и вытер слёзы.       — Не переживай из-за меня, — попросил он очень тихо.       Йеджи завыла, утыкаясь лбом в грудь парня и чувствуя, как он гладит её по голове. Парень показал Чану и Рюджин на дверь, чтобы покинули комнату и оставили их наедине. Друзья так и сделали, хоть оставлять Хёнджина с травмами совсем не хотелось.       — Скажи, где тебе больно? — Йеджи отстранилась и стала продолжать обрабатывать раны.       — Нигде.       — Прекрати! Скажи, чтобы я могла понять, как много травм он тебе нанёс! Что у тебя болит?       — Ничего, — продолжал упрямиться парень.       — Хёнджин!       — Да, маленькая?       — Перестань, прошу тебя.       — Что я делаю?       — Не отвечаешь на мои вопросы.       — Я ведь на все ответил.       Девушка закрыла лицо руками, не в силах справляться с упрямствами парня, а тот сидел и смотрел на неё, будто она была его обезболивающим и лекарством от любых травм.