Часть 1

      Ветер легко заиграл в распущенных волосах. И снова помешал Майки закурить, туша огонёк от зажигалки. Вот же гадость. Он опустил эту затею, просто оставаясь стоять на балконе с сигаретой во рту. Ещё одна такая попытка и он выкинет зажигалку со своего восьмого этажа. Вообще, Манджиро вышел сюда посмотреть на салют, но тот довольно быстро закончился. А потом просто взгляд зацепился за ночной пейзаж. Здесь и огоньки в окнах дома напротив, и множество звёзд в небе, и листва деревьев, укрывающая площадки и скамейки. Настоящая идиллия. И воздух сладко пахнет летним вечером. Наблюдать всё это с незастеклённого балкона старенькой однушки — истинное удовольствие в России.       Вообще, Майки не жаловался. Он был рад съехать от предков. Да и квартирка оказалась уютненькая. Ванная новая, все коммуникации… Только по вечерам вода холодная не идёт. Да и он же здесь не один — Манджиро хитро улыбнулся, оборачиваясь к двери, что выходила на кухню, где Дракен гремел посудой. Он готов жить даже в гараже, если всегда будет знать, что рядом будет Кэн Рюгуджи.       Он так-то никогда не планировал связывать свою жизнь с кем-либо, не желая создавать для человека угрозу из-за своего образа жизни. Однако, Дракен с ним в этом дерьме по уши, так что за него Майки, возможно, боится чуть меньше, чем за любого обычного человека. Конечно, шанс того, что Кенчик пострадает больше, но он может себя защитить. Это ли не главное?       — Чего ты здесь застрял, малышарик? — из-за шторки выглянула башка Дракена с нелепым пучком на голове. Он, с фартуком на голый торс, с нахмуренными бровями и этим пучком — лучшее, что когда-либо приходилось видеть Майки. Наверное, именно поэтому он не сдержал смешка, стараясь всё же откровенно не смеяться над парнем. Иначе это больше не удастся увидеть.       Майки не ответил, лишь тепло улыбнулся, думая о том, как же прекрасно, что в его жизни появился этот человек. Наверное, Кэн Рюгуджи — единственное, что удерживает Манджиро здесь. «Бракованный дуэт» — так их когда-то назвали друзья, узнав о размышлениях Дракена и Майки о своём нежелании начинать встречаться из-за их жизни. «Друг для друга созданы» — подумал Манджиро, когда у них завязались отношения.       — Просто задумался, — слишком короткий ответ. Дракена не устроит. И, видимо, поэтому он тоже выходит на балкон, забирая у Манджиро из рук зажигалку. Майки даже не удивляется, слегка поднимает голову, подставляя сигарету, чтобы ему оказали услугу.       — Чай уже на столе, — Рюгуджи щёлкает зажигалкой и у него, почему-то с первого раза получается поджечь кончик сигареты. Он стягивает резинку с волос и тоже устремляет взгляд на ночной пейзаж, которым любовался Майки несколько минут назад — сейчас Манджиро по привычке не отводит взгляд от него, — с твоими любимыми орешками со сгущёнкой, — отвечает он на вопрос раньше, чем Майки успевает спросить. Вообще, в какой-то момент Дракен полностью взял на себя большинство работы по дому. На кухню он вообще Майки не подпускал, припоминая, как тот однажды подпалил новую плиту.       — Кенчик, а ты счастлив? — спрашивает вдруг Майки, привычно клоня голову вбок, чтобы опереться на Дракена, позволяя ему обнять себя сейчас. Нет, обнимать то он всегда позволяет, но это действие обычно обозначает требование к хотя бы лёгким объятиям. Майки, как не удивительно, довольно тактильный. Ни один серьезный разговор с ним не проходит без прикосновений. А лучше и вовсе в непрерывных объятих. Чтобы мальчику было комфортно.       — К чему такие вопросы? — Рюгуджи задаёт встречный, однако всё же, риторический вопрос. С нахмуренными бровями он выглядит угрожающе, но Майки так сильно привык к его такому виду, что ловит себя на чувстве безопасности. Комфорта, можно сказать. Если Дракен хмурится, значит точно не даст его в обиду. Не то, чтобы Манджиро вообще можно было обидеть… Но всё-таки, кому не нравится фактор защиты, — Думаю, я… Да? Мне весело с тобой днём, тепло ночью, радостно утром и комфортно вечером. Мне кажется, что с момента переезда начались лучшие дни в моей жизни.       Майки довольно отметил, как Рюгуджи отвёл взгляд. И, пусть и темно, он всё равно заметил, как у парня покраснели уши. Они не то, чтобы сентиментальные, они вообще довольно редко говорят о своих чувствах столь искренне. Поэтому вполне ожидаемо, что Дракена такие разговоры смущают, пусть он даже уверен в словах.       — Я тоже, — Майки улыбается. Улыбается искренне. Он бы мог подумать о том, как редко это делает, но в последнее время всё чаще и чаще на его лице мелькает искренняя, а то и вовсе непроизвольная улыбка, — Я так счастлив с тобой в этой большой многоэтажке! — Манджиро чуть ли не выкрикивает это. Слишком громко, да и пусть. Уже слишком поздно для того, чтобы кто-то ему что-то возразил. У него не так много причин для счастья, чтобы он молчал о них.       — Ты выпил моё пиво, — подозрительно не то спросил, не то утвердил Дракен, жмуря глаза. На это от Майки последовал звонкий, будто бы детский смех. Да, он выпил. Не только пиво Дракена, но и даже то, что купил для того, чтобы не спалиться с пропажей. И спалился всё равно на пьяных разговорах на балконе.