Мой

По крайней мере, Пастиль чувствовал себя живым. Прошлая ночь… не слишком ли он драматизировал, назвав это лучшей ночью в своей жизни? Все эти эмоции, эти чувства… не похожие ни на что, что он испытывал раньше. Он почувствовал немедленную потребность в этом снова. Это было поистине невероятно. Если всё, что ему нужно было сделать, чтобы сильнее прочувствовать эти эмоции, – это быть рядом с Барвинком, то он будет рядом с Винком. Но теперь. Он вернулся к прежнему состоянию. Ничего. Было холодно. Уныло. Это не сработало. Ему нужно было снова почувствовать всё это. И только Барвинок мог удовлетворить эти потребности. Он вернётся к нему очень скоро. Но сегодня ему придётся жить с холодом на работе. Сироп делала конфеты, как обычно. Желейка… была Желейкой, как обычно. Это было ужасно. Пастиль не знал, что чувства могут быть неприятными. Теперь ему казалось, что чего-то не хватает. Что в его душе была дыра. Может быть, Барвинок пробудил в нём что-то? Может быть, он просто пристрастился к тем чувствам, которые сам же и вызывал. Эта нормальность… была ужасна. Если бы он мог вернуться к волнению, к эмоциям прошлой ночи, он бы это сделал. Может быть, тогда он не чувствовал бы себя задыхающимся от своих страданий. Если бы он был нужен ему просто для того, чтобы испытывать хоть какие-то приятные эмоции. Тогда Барвинок был его. Он принадлежал Пастилю, и любой, кто пытался ему помешать, был вором. Воров нужно наказать.