Здесь меня нет

Машина везла Санчеза по полузаброшенным улицам старой части города, где блеклые дома и пожелтевшие многоэтажки напоминали зубы, вот‑вот сомкнувшиеся над его головой. Добравшись до огороженного заведения, куда родители собирались его «упечь», он с сожалением отмечал, так и не стал ничьим ужином. Слухи и рассказы из палаты вселяли тревогу, а здание казалось стоявшим веками без ремонта, и Санчез, решив вести себя как можно «нормальнее», на ватных ногах пошёл к высоким прутчатым воротам.