Вернутся к фанфику

5. Врачебная тайна.

18 сентября 2025, 15:01
      - Здравствуйте. Меня зовут Хёга, я Ваш лечащий врач.       У Гена все внутри опустилось...       Его внутренности будто выдернули одним резким движением, оставив в животе болезненную и одновременно щекочащую пустоту.       Ему не показалось.       Этот человек...       - А Вы, полагаю... — Мужчина сделал паузу и что-то пролистал в своем планшете. Его глаза на несколько секунд расширились в изумлении, а затем появился такой характерный его выражению лица прищур, будто он улыбался. — Асагири Ген...вот же...хаха.       Ген был уверен, что за этой маской и прищуренными глазами самый хищный оскал во все тридцать два зуба, как и всегда заставляющий вставать волосы на теле дыбом от незнания, что произойдет в следующую секунду наедине с этим человеком. Он просто молился, чтобы с ним теперь ничего не сделали, раз он "не на работе" и у него другой хозяин.       Хороший хозяин.       - Верно. — Голос едва не дрогнул.       - Ха, мне сказали, что пациент несколько особенный, но чтобы здесь был ты... я удивлён.       И когда они перешли с уважительной формы "Вы" на неофициальное "ты"?..и всё-таки, как же противно и страшно звучало это "ты" от Хёги...       - Прекращай этот цирк, просто делай свою работу. — Ген смотрел на него с холодом и недоверием, стараясь выглядеть непоколебимо, но если вдруг врач сейчас решит послушать его сердцебиение, то услышит, как оно бешено колотится, и наверняка заметит, как пальцы его пациента вцепляются в постель в попытке унять тремор.       - Ты не в том положении, чтобы указывать мне, идиот. Что ж ты всегда норовишь нагрубить тем, кому не надо... — Хёга шагнул ближе. — Так что, какими судьбами ты вообще в больнице? Привели на осмотр потому что ты чем-то заразился, пока раздвигал ноги? Самый вероятный для тебя сценарий. Сразу говорю, такое не лечится.       У Асагири по спине пробежали мурашки. Он снова хотел ответить. Нет, не словами. Он хотел ответить как тому самому последнему клиенту, но понимал, что тут дело с убийством не замнут.       Не будь он в этих "цивилизованных условиях", с удовольствием вмазал бы по этому отвратительному лицу ещё раз, как в тот день, когда отправил Хёгу Акацуки в больницу с опухшим, окровавленным лицом, разбитыми в мясо губами и переломом носа, из которого тогда так щедро хлестала кровь, а сам он не мог нормально дышать и глотать, что Ген давил нервную, удовлетворенную улыбку ещё минут пятнадцать, даже когда его вели на наказание. В тот день и на лице Хёги, и на его собственном появились уродливые шрамы: у Хёги от избиения железной цепью, намотанной вокруг рук Гена, а у Гена во время наказания, когда на его лице ножом вырезали то уродство, с которым он ходит по сей день.       Иногда Асагири казалось, что он фантомно чувствует боль того дня: как медленно металл скользит по его коже, делая прикосновения щекотыми, а потом постепеноо надавливает сильнее и сильнее, распарывая каждый слой кожи по миллиметру; как слёзы скатываются по его лицу и обжигают свежий порез на лице, мешаясь с кровью, а горло сорвано от надрывных криков ещё в первые пять минут наказания — он может только хрипеть, скулить и тихо умолять о помощи, сгибаясь на полу от боли.       Он уже выбрался, но такой рубец — что на лице, что на сердце — уже не заживёт.       Пересилив себя и свой страх, Асагири нашёлся с ответом, едва удерживая дрожь в голосе. Сейчас меньше всего хочется быть уязвимым. Перед Хёгой просто нельзя показывать слабость.       - Я больше не работаю проститутом, меня выкупили, так что теперь ты не можешь так обращаться ко мне. Будь добр, не переходи на личности и делай свою работу.       - Да что ты со своей работой?       А ведь Ген уже и подзабыл, какими грубыми бывают руки у людей. Что-то Сенку совсем расслабил его своими ласковыми прикосновениями к ручкам и постоянной заботой...       Ладонь Хёги грубо схватила его за волосы и потянула на себя, из-за чего они оказались в паре сантиметров друг от друга.       Ген шикнул.       - Отпусти меня.       - Нет. — Асагири казалось, что улыбнуться шире невозможно, но похоже именно это Хёга сейчас и сделал, продолжая, едва ли не смеясь. — Даже если ты не работаешь там, думаешь, что что-то изменилось? Ген, ты всё такая же шлюха, и ничего, кроме раздвигания ног, не умеешь. Разве что, ещё можешь отвечать насилием взамен, это у тебя отлично получается. Помнишь, а? — Хёга чуть стянул маску одним пальцем свободной руки, обнажив нижнюю часть лица, где всё ниже носа было в уродливых, извивающихся шрамах, которые, пусть и зажили, но выглядели значительно хуже чем у Гена. — Конечно, помнишь. Или что, твой новый хозяин подаёт тебе надежды на хорошее будущее, и ты неожиданно поверил в него?       - Именно. Нормальный у меня теперь хозяин, отпусти сейчас же!       - И кто же этот герой, приобретший себе шлюху, чтобы попытаться "восстановить" её? Бедный, наверное, его синдром спасателя ликует от того, что получил кого-то вроде...       - Сенку мой хозяин.       Хёга замолк. Хватка на волосах чуть ослабла, и Асагири с горячим комом в горле и трясущимися руками попытался отстраниться, как внезапно его взяли уже за челюсть, одной рукой сжав её до легкого хруста, заставляя парня зажмуриться и проскулить от резкой боли, фантомно отзывающейся во всей черепной коробке.       - Хахаха Сенку? Это тот что лабораторией заведует? Да уж, рано я порадовался за твое будущее, он будет ничуть не лучше чем тот дядька в бордели, который владел тобой.       - Не пвавда...он новмавьный. — Говорить Гену было трудно и едва ли возможно. Он тут же замотал головой и попытался убрать от себя руку своими двумя, но, тут очевидно проигрывал Хёге в силе и количестве мышц. Мог, разве что, двинуть ему ногой прямо в живот.       Хм...       - Слышал, как он жаловался на отсутствие возможности проводить опыты постоянно, ведь его новшества невостребованны...ты же должен быть в курсе, он постоянно химичит над своими бесполезными таблетками, чтобы пичкать ими омег. Бестолковое дело, честно говоря, кому выгодно, чтобы они не залетали? Ну, тем не менее, он этим занимается, и, похоже, будет тестировать на тебе, иначе не вижу причин, почему он подписал документы на полное распоряжение тобой~       В голове Гена возникли вчерашние воспоминания...у Сенку ведь даже дома лаборатория...да и он сам думал насчет этих злосчастных бумажек, которыми его хозяин может в любой момент воспользоваться...       И Хёга подлил масла в огонь, озвучив его самую худшую фантазию:       - Только представь, как он вотрется тебе в доверие, воспользуется этим и оттрахает до потери сознания, чтобы ты не сопротивлялся, а потом заставит глотать таблетки с неизвестными побочками. Ну, с другой стороны, твое тело наконец сгодится хоть на что-то, пусть и на самые бесполезные опыты.       Ген с силой пнул его в живот.       - Уходи!       Он бы почувствовал удовлетворение от этого ответа, если бы над ним сейчас не преобладал чуть ли не животный страх.       - Кх...да-а, ты всё такая же глупая шлюха, Ген... — Хёга усмехнулся и, придержавшись за живот, встал ровно. — Я всё-таки твой врач. Ты же понимаешь, что я отвечаю за твое лечение: за то, что тебе нужно будет принимать и колоть...       - Делай что хочешь, нашёл кого пугать. Мне плевать. — Ген отвернул голову с максимальным безразличием на лице, сжимая пальцами одеяло.       - Услышал. Скоро зайдет мед сестра, а я навещу тебя чуть позже. До встречи. — Сдержанно ответил Хёга.       Его глаза ни на секунду не переставали "скалиться" Гену до самого выхода.       Как же ему было страшно от этого взгляда, этой улыбки и этих слов.       Каждый ответ доставался ему сквозь адский тремор в конечностях, сдерживание крика от ужаса, и такое скручивание внутренностей, что, казалось, Ген выплюнет их прямо на пол. Сейчас Хёга ушел, но лучше как будто не стало, ведь в голове померкли первые проблески надежды и радости, появившиеся рядом с Сенку в окружении его спокойствия и заботы.       И да, его снова окунули с головой в прошлое, как он и предполагал, пусть это сделал и не Сенку.       К слову, стоило ли доверять Сенку с самого начала...       Нет, конечно, верить Хёге — это тоже последнее дело, но как-то...странно совпадает. Ишигами действительно был ярым любителем науки, это правда. Он работает над лекарствами — тоже правда. А ещё с утра его от чего-то заклинило, он ничуть не возражал, когда понял, что Асагири нравится запах его феромонов, и, в конце концов, не отказался заняться сексом...       Всё верно.       Неужели он правда добивался расположения Гена только за этим...хотя, ему ведь априори не нужно делать этого, достаточно приказать...       Акацуки настолько очевидно издевался над Геном, что даже он понимал это где-то на подсознательном уровне, с учётом того, сколько боли причинил ему этот человек во время работы проститутом, но его доверие пошатнуть могло что угодно: одно неверное действие Сенку, одно его слово или прикосновение с сексуализированным подтекстом...да даже одно слово Хёги, который знал Ишигами чуть дольше, чем сам Ген — и его первая опора на Сенку, словно хлипкий мост, рушилась и уходила из-под ног.       И вот они, первые отголоски привязанности — ему больно думать о том, что Сенку может оказаться плохим.       "Началось..."       Ген закатил глаза и упал головой на подушку, медленно закрыв лицо руками, желая абстрагироваться от всего и всех, кто его окружает.       Снова эта всепоглощающая усталость...

***

      Он не помнил, сколько пролежал так, но руки будто сами опустились вдоль тела, и он стал проваливаться в сон, как внезапно дверь открылась, а вместе с ней приоткрылись и его глаза       Вошедшей оказалась медсестра.       Точно, врач говорил о том что она зайдёт.       Девушка приветлево улыбнулась, поздоровалась, и вслед за собой завезла в палату капельницу, встав рядом с Геном. Он просто отвернулся, но слышал, как девушка протерла иглу, почувствовал, как взяли его руку и ввели прохладную железку довольно глубоко под кожу, заставив лишь чуть поморщиться.       Асагири подумал, что это могут быть витамины, ведь Сенку упоминал что-то такое, когда они говорили о лечении, но...что-то он сомневался, что Хёга будет колоть ему витаминчики.       Ген как не здоровался, так и не прощался с девушкой, будто ее тут и не было. Слишком он устал от социальных взаимодействий. Хорошо, что Сенку хотя бы позаботился об одиночной палате, и Асагири не придется заводить сто пятьдесят знакомств на неделю, ещё и растрачивать на это свои немногочисленные ресурсы, ему хватит и этой социализации с врачами.       Хотя, если бы он лежал ещё с несколькими людьми, Хёга не смог бы так открыто давить на него...       В любом случае, это не его вина...но в одиночной плюсов всё-таки больше.       А ещё всё же интересно, действительно ли Сенку добивался того, что сказал сейчас Хёга? Или Хёга...       Или...       В каких они отношениях? Вдруг ему это наврали из личной неприязни...       И Сенку...и зачем он пытался казаться хорошим...он ведь все равно владеет Геном полностью, стоит приказать — и ему не откажут, он и так может тестировать свои лекарства, не зарабатывая доверие Гена...       Но хорошо, что Сенку позаботился...       Хорошо...       Ген поймал себя на осознании, что всё в его голове идет покругу. А затем ещё хуже: мысли стали путаться и не вели к чему-то одному — просто не связный поток шума, забивающего его голову. Что это такое...это из-за усталости? Или из-за препарата...       Что же ему вкололи...       Глаза невольно стали слипаться, а затем накрыла приятная эйфория, и тело стало медленно расслабляться...

***

      - Эй...Ген...вс-т...ск...но? Мм?       Ген кое-как продрал глаза. Он видел перед собой расплывчатые черты лица и нечто белое вокруг, но не мог склеить в единое целое ни картинку перед глазами, ни то, что говорил пришедший человек.       Это торчащие дыбом, белые, выцветшие волосы Сенку? Или это белая стена на фоне с зеленой полосой под потолком...       Стоит сфокусироваться на одной точке и всё остальное вокруг плывёт...       - Ну, как тебе? Нравится?       Нет, голос точно Хёги...тот же тембр и издевательская интонация. Это не Сенку.       - Н-не...Хёга, ты...козлина...ты что сделал?..       - Я? Из лучших побуждений прокапал тебе транквилизаторы. Сказал, что у тебя сильная тревожность, бывают панички, и, выслушав мой трагичный рассказ о твоем прошлом, все отнеслись с пониманием и дали возможность прописать тебе дозу чуть больше нормы. Нравится?~ наверное, так похоже на те дни, когда тебя накачивали афродизиаком, чтобы ты мог обслужить нескольких людей за раз, да? Помню с каким наслаждением на лице ты это делал...       - Отв...вали...н-нет...       - Найди в себе сейчас силы на одного клиента.       Ген поднял руку в попытке дотянуться до сгиба локтя на второй руке, чтобы вынуть иглу и прекратить поступление лекарства. Хёга посмотрел, как жалко Ген мучается, пытаясь скоординироваться и нащупать иглу, усмехнулся, а затем весьма грубо ударил по ладони и откинул её в сторону. Рука, будто пришитая к тряпичной кукле, безвольно упала на кушетку, а Ген тяжело и надрывно вздохнул, чувствуя в насколько безысходном положении.       - Ему будет плевать на тебя, что бы я ни сделал.       И вдруг Хёга почему-то отошел от кушетки.       Затем щёлкнул дверной замок.       Снова шаги в сторону Асагири...       И внезапно лицо врача в маске, нависшего над ним...       Скрипнула кровать, в которую Хёга уперся коленом, прямо около паха Гена, и, наконец, он наклонился к уху омеги, что-то шепча...       Кажется, там было что-то про веселье и месть... хрен разберёшь, когда пытаешься собрать в кучу хотя бы один из органов чувств, а тут от тебя требуется сразу два: и зрение, и слух.       А ещё желательно собрать силы чтобы оттолкнуть, но тело предательски не слушается, будто к телу действительно пришили чужие руки, не соеденив нервных окончаний или хотя бы не связав их в узелок друг с другом.       Горячий шёпот обжег ухо, а рука Акацуки опустилась вниз, залезая под одеяло и больничный халат.       Вот теперь Асагири понял, что происходит.       "Нет..."       Через какие-то мгновения Хёга был значительно ближе, шепча что-то ещё, в то время как тело Гена практически не слушалось от нахлынувшей паники.       "Нет, нет, нет, нет, нет нет нет нетнетнетнетнетнетнетнетнетнетнет..."       Только не снова. Он не хочет больше ни единого прикосновения к себе без разрешения. Ни единого слова о том, кем он работал раньше, ни единого следа на коже, и ничего внутри себя.       Вот бы рядом был Сенку...он бы помог, наверняка...       Единственный, на кого сейчас можно было бы положиться, был в лаборатории, а ещё сказал, что у него нет времени, чтобы навещать.       Ген отчаянно пытался бороться за свою свободу, брыкаясь, но Хёга весил раза в два больше него, одной своей рукой заставляя парня ложится обратно, ещё и глазами всё предательски плыло: у помещения буквально терялись границы, стены плыли вниз, пол плыл волнами, будто ненастоящий, потолок куда-то отдалялся, а затем приближался так сильно, что, казалось, раздавит их обоих, как пресс. За окном вообще какая-то вакханалия из облаков и солнечных лучей, а прикосновения врача раздавались сразу по всему телу, и было трудно поднять, где именно находятся его руки, которые нужно убрать.       Хочется выдернуть их ему, а не просто убрать.       Лицо Хёги тоже плыло перед глазами, и Ген увидел только как тот стягивает маску, начиная приближаться к шее, а его бельё уже стягивают вниз...       - Пож...пожалуйста...нет...С-сен—...хаа...       Ген надрывно вдохнул воздух, будто последний свежий глоток. И...неожиданно в мозг ударила волна адреналина. Скоординироваться Ген не мог смог бы в любом случае, но тут ему как будто просто прибавилось сил, которые и нужны были.       Он резко дернул руку, подключенную к капельнице.       Игла была выдернута.       Тут же тихо взвыл Хёга и схватился за лицо — он наверняка попал ударом куда-то по его носу.       На белую простынь капнуло пару капель крови.       Ну, точно.       Асагири подорвался и, сделав пару шагов до двери, судорожно стал открывать замок трясущимися пальцами, после буквально вывалился в коридор, чувствуя как руку начинает сводить судорогой.       Кровь не переставала капать и тянется за ним по полу...стоп, это, разве, не Хёги?..       Да и не важно.       В глазах потемнело. Сердце застучало слишком громко, дыхание стало сбиваться, в ушах стоял гулкий звон, а всё тело уже дрожало как осиновый лист, особенно ноги, которые подкашивались и еле держали. Не словить паническую атаку помогало лишь воздействие анксиолитического средства, введённого внутривенно, а не упасть помог резкий выплеск адреналина, держащий бренное тело на ногах.       Ген отчаянно пытался по памяти доковылять до лестницы, держась за стену, которая по ощущениям становилась мягкой и ладонь в нее будто проваливалась. Он скулил от нарастающей боли и дышал сквозь стиснутые зубы, хватаясь второй рукой за грудь и отчаянно желая побыстрее уйти куда угодно, главное подальше от палаты, от Хёги и от своего кошмара. Увы, бежать в таком состоянии не выходило: Асагири почти сразу падал при любой попытке, поэтому лишь продолжал как можно быстро перебирать ногами.       Разумеется, вовремя на первый этаж он также не смог повернуть и спустился ещё на пол пролета ниже — запасной выход на улицу.       Дверь находилась далеко от главного входа и с другой стороны, так что местность показалась незнакомой, но зато свежий воздух, ударивший куда-то в мозг, дал Гену ощущение долгожданной свободы.       Он наконец стоял под солнечными лучами, на улице, никаких белых стен и больничного запаха...       Волнение, действие лекарства, паника — его резко отпустило всё. Такая внезапная легкость, окрыление...он будто пьян, но по своей воле, и не чем-то противным и душащим, вроде алкоголя или никотина. Он опьянен свободной и свежим воздухом в легких до трепета, проходящего по каждому нервному окончанию... Облегченно и широко улыбнувшись, он поднял голову наверх, чтобы посмотреть на небо, но почти сразу звон в ушах сменился на оглушающую тишину, и парень, закрыв глаза, упал в обморок головой на ступеньки. Если смерть ощущается так, то он безусловно согласен, чтобы это было его последним чувством.

***

      - Доктор Ишигами, это срочно! — Одна из новых медсестёр ворвалась в кабинет без разрешения или хотя бы стука.       - Я же просил, всегда стучать, Вы что—       - Тот парень, которого вы привели сегодня..! — Скептический взгляд Сенку исчез, и он моментально поднялся после этих слов, уставившись на запыхавшуюся девушку, уже готовый бежать, куда бы она ни сказала. — Он...с ним что-то не так! У него кровь, он бежал по лестнице и...Д-доктор Ишигами!..       А Доктору Ишигами больше ничего не нужно было слышать. Он сорвался с места, отпихнул девушку так, что она немного ударилась спиной о дверь, и выбежал на лестницу, увидев на ней множество капель крови, тянущихся очень, очень далеко вниз по каждому пролету.       За что блять здесь платят врачам, если они даже за таким уследить не могут?!       Он побежал прямо по следам, быстро перепрыгивая некоторые ступеньки, будто желал опередить то, от чего бежал Ген, но в итоге успешно первым вылетел в тот же запасной выход, и...Сенку отшатнулся: он чуть не наступил на волосы Гена, раскинувшиеся по краю крылечной ступеньки.       Тот лежал явно без сознания, с улыбкой на лице, а его рука, вскрытая по вене от места укола до сгиба локтя, слегка дергалась, в отличие от всего остального тела. Под ней уже начала скапливаться небольшая лужа крови. Крови, в которой испачкана чужая одежда и вся рука, вплоть до кончиков пальцев.       Сенку ринулся к телу, быстро проверив дыхание и пульс.       В тот момент пульс не помешало бы проверить и ему, а то сердце наверняка остановится от такой частоты ударов.       Да, он не привык работать с людьми, экстренными ситуациями, но даже трупы в морге или внезапная смерть пациентов на операционном столе во время практики не пугали его так сильно, как мысль, что сейчас умрёт Асагири Ген.       Сенку очень старался абстрагироваться. Он учёный, который давно принял смерть, как необратимое прекращение жизнедеятельности организма с точки зрения физики и биологии; он медик, стрессоустойчивый к подобным ситуациям и знающий, что нужно делать. В конце концов, рана не настолько критична, если думать рационально...это ведь случилось только что, да? Значит, никакого заражения или надобности переливания крови нет...       Он не сможет думать, если продолжит паниковать. Сейчас просто нельзя проявлять подобного, ни-за-что.       Как бы он себя не убеждал, его пальцы подрагивали, когда он поднимал Гена на руки, губы, несмотря на невозмутимый взгляд, были поджаты, брови сильно нахмурены, а внизу живота щекотливым чувством напоминал о себе страх, пока парень открывал дверь, возвращаясь в помещение.       Через несколько секунд раздался строгий и решительный крик о том, что нужна срочная помощь на первом этаже.

***

      Доктор Ишигами ни на секунду не покинул кабинет, в котором сейчас орудовал единственный человек, имеющий его полное доверие в подобных дерьмовых ситуациях. Более того, он не сводил глаз с Гена, стоя при этом наполовину в его крови: обувь, бежевые штаны и часть футболки Сенку была испачкана в ней, а ему вообще плевать. Он лишь нервно стучит ногой по полу, прикусывает губу изнутри, невидящим взглядом смотрит в одну точку и сильнее сжимает пальцы скрещенных на груди рук.       В это время его доверенное лицо — Хром — филигранно выполнял свою работу: быстро и качественно сделал безупречный шов на руке Асагири, обработал его, по дороге в палату ещё Сенку успокаивал, сказав, что пациента вовремя нашли, потеря крови ещё не критичная, а его состояние и эта ненормальная улыбка вызвана судорогой или временной недостачей кислорода в мозге из-за шокового состояния, но никто не умирает, всё точно в порядке.       - Фууух...ну, вот, и кровь уже не идёт! Да и рана не такая длинная, просто прям по вене шла, и от этого столько крови. Скорее всего, руку он порвало иглой, бывали у меня такие случаи: промазывал уколом или иглой, когда пациенты, особенно дети, дёргались — очень на это похоже хахах. Ты не волнуйся, он вообще жив-здоров! Да и ему какую-то седативку прокапали, кажется, даже обезбол не нужен будет...правда, странно, что в такой дозировке...это не опасно, конечно, но многовато, и приводит вот к такому состоянию-не-стояния.       Хром уставше вздохнул и откинулся на спинку стула, прохрустев затёкшей спиной, которая была в позе креветки последние минут тридцать, что он занимался пациентом.       - Спасибо, Хром. Можешь идти. Я сам заплачу тебе за это, можешь не волноваться за потраченное рабочее время. Прости, что выдернул из графика.       - Сенку, блин, ты дурак совсем?? — Хром встал и, приблизившись к Сенку, легонько пихнул его кулачком в плечо. — Не надо мне ничего за это! Я не ради денег подорвался, ты мой друг, а это...это...про это ты, кстати, не рассказывал.       - Его зовут Ген. Мой...новый...м...не знаю. Потом тебе расскажу.       - Ладно...а ты сам как? С ним понятно, но ты беспокоишь меня не меньше. Я же вижу, что ты волнуешься за него, с тобой раньше не было такого... — Взгляд Хрома был заметно взволнованным, и он ожидал хоть какого-то внятного ответа, но никак не...       - Порядок.       Он издевается?! Ещё и таким тоном...       - Да блин! Серьёзно, Сенку, ты ведь раньше вообще не вёл себя так, и меня пугает твой этот стеклянный взгляд...ты меньше паниковал, когда тебе чуть не оторвало пальцы взрывом в нашей старой лабе! Помнишь?!       - Помню.       Да он точно издевается... Но зато это было действительно эффективно, и парень довольно быстро понял по этому отсекающему любые возражения тону и нотке раздражентя в нём, что его общество Ишигами сейчас не по душе, и лишь сочувствующе похлопал по его плечу. - Ты знаешь, я у себя. Можешь прийти...не скажу, что выговориться, всё равно ты это не сделаешь...но за помощью приходи или звони. По крайней мере, если Гену будет плохо или ещё что-то, обращайся обязательно, окей?       - Ага. Пока.       Помотав головой, Хром вышел, тихо прикрыв дверь.       Сенку подождал ещё секунд тридцать с его ухода, чтобы наверняка не слышать шагов, а затем с тяжелым вздохом оторвался от стены и подошел ближе к койке, упав на стул рядом с ней, где только что располагался Хром.       Ишигами ненавидит быть замеченным в моменты своей слабости, и сейчас было трудно убедить себя, что все эти чувства к Гену — не слабость, которую нельзя чувствовать и нельзя видеть никому.       Он не один раз окинул Асагири взглядом от лица и до самых ног: неживая улыбка, дергающиеся ресницы, остатки крови под ногтями, медленно поднимающаяся грудная клетка, выдохи, изредка переходящие в болезненные постанывания, легкая судорога в пальцах...       Сенку привык к виду больных, безнадежных людей, к окружению белых стен, к запаху хлорки, медикаментов, антисептика — постоянной стерильности, но сейчас этот запах и эта обстановка ужасно раздражали и нагнетали.       Наверное, потому что этот запах исходит от больных, а сейчас и от Гена, а значит, он не в порядке. Даже если очнётся — у него явно будет не всё в порядке, ведь Сенку уверен, что полученное увечье на руке не врачебная ошибка, а нечто страшное, от чего бежал Асагири.       Он снова и снова прокручивал в голове тот момент: бледное лицо Гена, странная улыбка, резкая нотка запаха железа в чистом воздухе и его источник — алая, ужасающе яркая лужа на ступеньке, которая увеличивалась с безжалостной скоростью и стекала на ступень ниже...       Потерев лицо ладонями после продолжительного наблюдения, Сенку с тяжким вздохом уткнулся в одну из рук лбом, а другую неуверенно протянул к руке Гена, проведя пальцами по его ладони — тот не дернулся.       Мягко водя подушечками туда-обратно, будто он снова обрабатывал его руки, Ишигами и не видел даже отрицательной реакции, к которой привык, и тут же нахмурился. Ему так захотелось подкрепить хоть чем-то своё ощущение того, что Асагири в порядке, что он перевернул его руку ладонью вверх, положил на своё бедро, прижал пальцы к запястью, закрыл глаза и ещё какое-то время молча высчитывал частоту ударов его сердца в минуту.       "Один...два...три...четыре...сорок восемь...сорок девять в минуту"       "Один...два...три...пятьдесят один в минуту"       "Один...два...три...один...два...три..."       А затем Сенку просто...       К своему стыду, всей ненаучности и бесполезности этого действия...       ...просто переплел их пальцы.       Он был уверен, что ему показалось, но Ген слабо сжал ладонь в ответ. ...судорога, наверное.

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!