Вернутся к фанфику
4 ГЛАВА 15 Холм Эпизод I
27 августа 2026, 19:58Солнце скользило по стенам Хогвартса, цепляясь за шершавые грани древнего камня.
Замок неторопливо пробуждался ото сна.
Лето переливалось всеми оттенками медового янтаря, играя светом на изумрудной траве и в пёстрых соцветиях кустарников.
Гарри и Альбус молча поднимались по склону.
Трава под ногами мягко колыхалась в такт. Стрекозы, порхавшие рядом, тянули за собой тонкий звёздный след, медленно тая в утренней прохлоде.
Гарри шёл впереди — уверенно, чуть расправив плечи. Альбус держался рядом, время от времени поглядывая на отца. Он наблюдал, как Гарри двигается, как руки, привычно спокойные, откликаются на каждый шаг.
Тёплый свет ложился на его лицо, смягчая морщинки, бережно стирая следы недавних тревог.
Ветер играл с волосами. Откуда-то из сада тянуло сиренью и жасмином, смешанным с запахом свежескошенной травы.
Утро было удивительно тихим.
— Итак, ты готов? — спросил Гарри.
Альбус, слегка нахмурился.
— К чему?
Гарри покосился.
— К экзаменам, разумеется. А потом пятый курс. Год то важный.
Он замолчал, перевёл взгляд на сына и тепло улыбнулся.
— Когда мне было пятнадцать, я тоже думал, что это просто ещё один год в Хогвартсе. А потом оказалось, что он способен перевернуть всё вверх дном.
Альбус усмехнулся.
— Да ты же тогда постоянно попадал в неприятности?
— Постоянно — это сильно сказано.
— Пап.
— Ладно. Почти постоянно.
Альбус тихо рассмеялся.
Гарри улыбнулся краем губ.
— Я много чего тогда сделал. Что-то правильно. Что-то… не очень. Некоторые вещи до сих пор вспоминать не люблю.
Он пожал плечами и снова посмотрел вперёд.
— Я давно хотел сказать — неожиданно произнёс Альбус.
— М-м?
Альбус посмотрел себе под ноги.
— Я ведь тогда видел их. Твоих родителей. И знаешь, у них всё получалось как-то… легко что ли. Я видел, как дедушка Джеймс собирал из пара странных зверьков и направлял их прямо в тебя.
Гарри задержался, затем аккуратно поправил манжету.
— Он делал что?
— Зверьков, представляешь?
Альбус машинально потёр кончик носа, усмехнулся.
— А ты начинал хохотать. Да так, что Лили просила его остановиться. А он каждый раз делал вид, что не слышит.
На лице Гарри появилась улыбка.
Настоящая, почти мальчишеская.
— Да… — тихо сказал он.
— Думаю, тебе бы это понравилось, — добавил Альбус.
Несколько минут они шли молча.
Потом Альбус заметил, что отец стал серьёзнее.
— Я долго думал, что всё это осталось в прошлом. Волан-де-Морт, шрам… всё. А потом шрам снова начал болеть. Я стал видеть сны о нем и даже говорить на змеином языке…
Он поднял руку и машинально коснулся лба.
— И мне показалось, что я совсем не изменился…— Гарри говорил тихо, почти шепотом.
Альбус нахмурился.
— И тебе показалось, что он вернулся?
— В какой-то момент — да.
Гарри усмехнулся, но без особого веселья.
— Часть Волан-де-Морта во мне умерла много лет назад, — Гарри посмотрел на сына и провёл пальцами по шраму. — Но что-то всё же осталось. Не он сам — скорее, его след. Память. Иногда она прорывается наружу. Но… мне кажется, я научился держать её под контролем.
Слова Гарри повисли в воздухе. Альбус слушал, и его сердце колотилось быстрее.
— Ты сказал, что я ничего не боюсь, — продолжил Гарри. — Но это не так. Я боюсь…
Альбус улыбнулся.
— Чего же?
— Я боюсь темноты.
— Темноты?
— Да.
— Ты серьёзно?
— Абсолютно.
Альбус недоверчиво покачал головой.
— Гарри Поттер боится темноты? — Он сморщился, недоверчиво приподнимая бровь.
— И не только, — усмехнулся Гарри. — Мне ещё не нравятся тесные комнатки и… — он замедлил дыхание, подбирая слова, — голуби.
— Голуби?
— Да.
— А их то почему?
Гарри поморщился.
— Противные. Грязные. И этот клюв…
Альбус рассмеялся.
— Ты боишься голубей?
— Не боюсь. Просто они мне не нравятся. От них у меня мурашки по коже.
Ветер снова пронёсся по холму, шевеля траву и край плаща. Альбус тихо засмеялся.
Потом Гарри вздохнул.
— Но есть одна вещь, которая пугает меня гораздо сильнее.
Альбус посмотрел на него.
Гарри тоже повернулся к сыну.
— Быть для тебя хорошим отцом.
Улыбка исчезла с лица Альбуса.
— Нет, правда, — продолжил Гарри. — Иногда мне кажется, что я просто иду на ощупь. Делаю что-то и надеюсь, что не испортил.
Он ненадолго замолчал.
— У большинства людей есть собственный отец. Кто-то, на кого можно посмотреть и подумать: «Вот так надо». У меня такого не было.
Альбус ничего не сказал.
Гарри пнул носком ботинка маленький камешек.
— Я учусь, понимаешь? Учусь быть отцом.
Альбус почувствовал, как в груди пробежала дрожь. Он хотел сказать что-то, но слова застряли в горле.
— Я знаю, что я не Джеймс… — наконец произнёс он. — И никогда не буду таким, как вы двое.
Гарри улыбнулся и мягко кивнул.
— Джеймс совсем не такой, как я. У него всё иначе… Ему многое даётся легко. А моя жизнь с самого рождения — сплошная борьба.
— Так и у меня тоже всё — борьба, — тихо сказал Альбус. — Значит… ты хочешь сказать, что я похож на тебя? — осторожно спросил Альбус, боясь услышать ответ.
— На самом деле ты больше похож на свою маму, — ответил Гарри. — Отважный. Энергичный. И смешной.
Альбус слегка смутился.
— Я чуть не разрушил всё, — прошептал он, оглядываясь по сторонам.
— Ты говоришь о Дельфи?
Альбус кивнул.
— Я поверил ей. Из-за меня всё зашло так далеко.
— Дельфи бы никуда не делась, — мягко сказал Гарри. — Но именно благодаря тебе мы узнали, кто она на самом деле. Ты, возможно, этого не осознаёшь, но ведь ты спас нас.
— Но разве я не должен был сделать больше? — глаза Альбуса блеснули.
— Этот же вопрос мучает меня всю жизнь, — тихо сказал Гарри и легко положил руку на плечо сына.
— А потом… когда вы схватили её… я хотел её убить, — признался Альбус.
— Ты видел, как она убила Крэйга, — сказал Гарри твёрдо. — Ты был зол, Альбус. Это нормально. Но что-то внутри тебя не позволило... Ты не такой человек.
Альбус опустил взгляд.
— Откуда ты это знаешь? — прошептал он. — Может быть... я бы всё-таки убил бы её. Не зря же Распределяющая шляпа отправила меня в Слизерин… Вдруг она увидела во мне именно это.
— Совершенно не важно, что сказала Распределяющая шляпа.
Гарри вздохнул.
— Если честно,я... мне тяжело понять, что творится у тебя в голове, — он грустно улыбнулся. — Ты подросток, и, наверное, так и должно быть... но благодаря той… «авантюре»…
Альбус усмехнулся.
Гарри легко коснулся его головы.
— Теперь я знаю точно.
— Слизерин, Гриффиндор… какие бы ярлыки на тебя ни вешали, — Гарри слегка сжал плечо сына, — я знаю… знаю, что у тебя доброе сердце. И то, что ты встречаешься с этой девочкой… как её?..
— Эйвелин, — сказал Альбус.
— Да, Эйвелин… многое о тебе говорит, — продолжил Гарри, — кстати, она нам очень нравится.
— Думаю, она хорошо на тебя влияет.
Альбус глубоко вдохнул.
— Она просто… понимает меня.
— Это уже немало.
— Пап, я давно хотел тебе сказать… — Альбус опустил взгляд и носком ботинка провёл по траве, оставляя неровный след. — Я не хочу работать в Министерстве. Я собираюсь заниматься гонками на метлах.
Гарри улыбнулся.
— У каждого своя дорога и ты идёшь своим путём.
— Да, гонки — это весело, — добавил Гарри, — и падать ты уже умеешь.
— Очень смешно.
Альбус закатил глаза.
— Я серьёзно.
— Я тоже.
Они ещё немного прошли вверх по склону.
Потом Гарри заговорил уже без прежней лёгкости.
— Если ты действительно этого хочешь, я не собираюсь говорить тебе, что ты должен стать кем-то другим.
Альбус посмотрел на него.
— Правда?
— Конечно. Но есть одна вещь, о которой тебе стоит подумать.
— Какая?
Гарри сорвал травинку и покрутил её между пальцами.
— Ты носишь имена двух очень непростых людей. Альбуса Дамблдора и Северуса Снегга.
Альбус сжал губы.
— Я знаю.
— Они оба были великими людьми. И у обоих были свои ошибки.
Он пожал плечами.
— Но ты не обязан повторять их жизнь. И не обязан становиться похожим на них только потому, что носишь их имена.
Альбус кивнул.
— Ты можешь выбрать сам.
— Даже гонки?
— Даже гонки.
На лице Альбуса появилась улыбка.
Гарри тоже улыбнулся, но почти сразу добавил:
— Только подумай хорошенько.
— Ведь твой выбор влияет не только на тебя. Со временем от него будет зависеть также жизнь тех, кто окажется рядом.
Альбус выпрямился, глубоко вдохнув.
— Решать, конечно, тебе, — добавил Гарри. — Но если ты хочешь знать моё мнение…
— Хочу, — Альбус кивнул.
Гарри остановился, глубоко вдохнул и провёл ладонью по лицу.
— Я думаю, что твои решения не должны зависеть только от того, что тебе приятно или потому, что это весело. Мы, люди, всегда стремимся к удовольствию. Ищем то, что согревает и успокаивает. Такова наша природа, и в этом нет ничего плохого. Но когда нужно решить, какой путь выбрать... это не самый надёжный ориентир. Нужно смотреть дальше.
Он ненадолго замолчал.
— В итоге всё, чего ты достигнешь, будет сведено к одному: сможешь ли ты обеспечить своим детям жизнь, в которой не будет ни страха, ни голода. Чтобы у них была крыша над головой, возможность учиться, расти и чувствовать себя в безопасности.
— Ты опять про детей?
— Когда-нибудь они у тебя появятся.
— Вот тогда, — продолжил Гарри, — ты впервые почувствуешь ответственность ... Именно в тот момент многое из того, что раньше казалось главным, вдруг отойдёт на второй план. Потому что смысл начнёт измеряться уже не тем, что есть у тебя, а тем, что ты способен дать им.
Плечи Альбуса опустились.
— До одиннадцати лет у меня не было ничего, — добавил Гарри уже тише. — Чулан. Штопанные обноски Дадли. Поломанные игрушки.
Он усмехнулся — без веселья и на несколько секунд замолчал.
— Такого я не пожелал бы никому.
Гарри посмотрел на сына прямо.
— Поэтому хорошо подумай, чем ты хочешь заниматься. Это не просто выбор, Альбус. Это решение, которое определит, каким будет твоё будущее. От него зависит не только то, где ты окажешься через годы, но и тем человеком, которым ты станешь.
Взвесь всё как следует. Некоторые решения принимаются один раз, но их последствия сопровождают человека всю жизнь.
Гарри на мгновение коснулся лба.
Ветер стих.
Альбус только сейчас заметил, что между травяными холмами тихо выступали серые каменные плиты.
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!