Вернутся к фанфику
Глава 7. Шум
18 апреля 2026, 20:45 После того как Хенджин стал частью «RapRituals», с одной стороны, ничего особо не поменялось. Он всё так же занимался работой, иногда выходя на подработку официантом, продолжал встречаться с Сынмином, продолжал танцевать с той же интенсивностью и продолжал флиртовать с Минхо по переписке и порой в жизни. А с другой стороны, изменилось слишком многое. Теперь четыре раза в неделю, каждый вечер, он должен находиться в танцевальной студии и тренироваться с теми, кого раньше мог видеть только в социальных сетях. Помимо этого, Минхо стал почти неотъемлемой частью его жизни. Хенджин видел его на тренировках, во время прогулок до остановки, в видеоуроках, на селфи, которые тот тоже стал присылать парню поздними вечерами вместе с пожеланием «спокойной ночи». Минхо окружал его буквально во всём, и Хван был полностью счастлив.
Сегодня была его третья тренировка в составе «RapRituals», и давалась она Хенджину тяжело. Каждый из участников в навыках был выше его на голову, от этого каждая мелкая неудача ощущалась им как трагедия. Можно сказать, что Хван был первым среди отстающих в этой команде, и это порядком ударяло по его самолюбию, которого должно было уже не остаться. Впрочем, и стремиться к лучшему это тоже заставляло. Только вот, на удивление парня, все остальные не считали его большой проблемой. Критиковали его, конечно, без стеснения, но криков или ругательств в его сторону никогда не было, даже недовольные вздохи на себе ловили чаще всего только Минхо. После каждой ошибки Хенджину терпеливо объясняли, как её нужно исправить, а потом терпеливо все вместе начинали заново. Хвану было стыдно за каждый из этих прогонов, но все вокруг будто не обращали внимания, что он их тормозил. Это было настолько естественно, что порой Хенджину хотелось расплакаться от счастья.
На приличном уровне пока Хван знал только половину хореографии, с которой ему вместе с «RapRituals» придётся выступать через две недели. Впрочем, пока неизвестно придётся ли, ведь заявку ещё не то что не одобрили, её ещё не записывали. При этом «хотя бы как-то» он выучил её полностью довольно быстро. Возможно, это обстоятельство стало ключевым, чтобы устроить запись визитки к выступлению именно сегодня. И не переживать по этому поводу парень просто не мог. С каждой тренировкой самоуверенность буквально выветривалась из него.
— А что будет, если из-за меня вся команда не пройдёт отбор? — с искренним волнением спросил Хенджин у Чонина во время перерыва перед записью.
— То мы сожжём тебя во дворе, очевидно же, — не отрываясь от пролистывания ленты с короткими видео, ответил он.
— Я серьёзно, — для большей убедительности парень даже понизил голос.
— Я тоже, — усмехнулся парень, и в этот момент Хвану хотелось бы его ударить.
Ему нравилось общаться с Чонином, но порой он был невыносим. Этот парень считал абсолютно нормальным отвечать таким образом на вопросы, которые ему просто не нравились.
— Ничего с тобой не будет, — произнесла Рюджин, присаживаясь рядом с парнем. Ранее она помогала ребятам выставлять штатив с камерой, но, видимо, те в ней больше не нуждались. — В случае этого, мы просто не будем выступать в блоке с электронной музыкой, и твой дебют в нашей команде немного отложится. У нас уже есть одно одобренное выступление, ещё и публичное запланированное, поэтому не пропадём без внимания из-за одного блока. А эту хореографию оставим на запись и для другого соревнования или фестиваля.
После слов девушки Хенджин почувствовал что-то вроде спокойствия, которое, конечно, не избавило его от лёгкого тремора, но ему определенно стало лучше.
— Рюджин, а мы оставим его дома, если выступление с ним не пройдёт? — не унимался Чонин. — Так, для мотивации.
— Очень смелые слова для того, из-за кого мы в своё время пропустили крупное соревнование, — усмехнулась девушка, смотря на этого парня через Хенджина.
— Это был мой первый раз! — запротестовал Чонин, впрочем, это звучало не особо серьёзно.
— Ага, и поэтому вся команда тебя успокаивала. Минхо даже мороженое всем купил, — почти смеялась, она и Хван тоже подхватил задорное настроение этой парочки.
Вероятно, она могла бы вспомнить больше подобных историй, а Чонин, наверное, нашёл бы чем ей ответить, но время перерыва подошло к концу. Их позвали занимать свои места. Перед этим девушка похлопала Хенджина по плечу в знак поддержки. А ведь, смотря на неё с экрана телефона, он бы никогда не подумал, что именно Рюджин здесь утешала участников. Тогда для подобного она выглядела слишком холодной. Теперь же парень мог увидеть, что её успокаивающая рука коснулась не только его, но и Чимина, косвенно даже Чанбина и Йеджи, которые тоже выглядели чрезмерно нервозными. И Хван правда был благодарен ей за это.
Запись визитки прошла спокойно и вполне нормально. Идеальной, конечно, её не назвать, но всё было не так плохо. Хенджина радовало только то, что он косячил не один. Конечно, у парня ошибок было больше всех, но это не имело значения, по крайней мере, он пытался так себе внушить. Где-то в середине записи он даже смог расслабиться и получать удовольствие. Это было именно то, из-за чего у него получилось так долго задержаться в танцах, изменяя своему вечному непостоянству.
Закончили ребята с записью, когда на улице уже стемнело, от этого собирались все достаточно быстро. Прощание у стен здания тоже выдалось достаточно смазанным. Прошло всего пару минут, а у выхода остались только Хенджин, Минхо и игривый Хэнуни, который не отпускал Чимина домой, из-за того, что очень уж ему приглянулись шнурки парня. Этот кот стал и правда намного дружелюбнее.
— Кажется, ты ему понравился, — с усмешкой обратился к нему Хван.
— Столько мороки от этого, — выдохнул Чимин, отвоевывая свои шнурки у пушистого наглеца и пряча их в кроссовки. — Кажется, теперь он отстанет, — медленно произнес парень, смотря то на Хенджина, то на Минхо, — Ну, до скорого. Хорошо добраться до дома.
Он уже собирался уходить, когда Ли решил нарушить своё молчание.
— Я сегодня на машине. Могу подвести вас обоих, — парень сделал странный акцент на слове «обоих».
В последнее время они хоть общались с той же периодичностью, и казалось, будто их отношения стабильно развивались. Хенджина всё равно это не совсем устраивало. Ему казалось, что всё двигалось слишком медленно, слишком размеренно. Этот парень никогда не был в состоянии долго ждать. Минхо же, видимо, всё устраивало, и именно это больше всего тревожило парня. Ему становилось стыдно за своё нетерпение, но сделать с собой он ничего не мог. Во всех случаях, когда Хвана бросали, самым болезненным было не сам этот факт, а то, что он оказывался всегда чрезмерно навязчивым. Отчасти парень был с этим согласен, но не считал такой уж большой проблемой. Но тот факт, что для других всё было именно так, задевал. Хенджин не хотел бы, чтобы и для Минхо это было также.
Сегодня же чувство собственной навязчивости подкреплялось ещё и тем, что из-за него всё могло пойти не так, что вместе с провалом исчезнет вера в его громкие слова. Хван уже успел поверить в неудачу и что ему давно уже не верили и поэтому сегодня чувствовал себя неловко рядом с Минхо. Но это не значил, что он не хотел проводить с ним время.
— Да не нужно, — начал отпираться Чимин, — автобусы ещё ходят, не заблужусь, — парень неловко посмотрел на Хенджина, тот не был уверен какое лицо новый друг увидел, но это явно заставило Пака задуматься. — Впрочем, так проще же будет.
Хенджин не сказал ни слова, но никто не удивился, когда он тоже пошел за ними к машине Минхо. Молча они расселись: Хван залез на переднее сиденье, а Чимин на заднее. Как только они тронулись, тишина никуда не пропадала, и ситуация становилась всё более неловкой, а может быть, так казалось только Хенджину. Постоянно бегающий взгляд Ли лишь подтверждал, что это чувство разделял не он один.
— Хорошо потрудились сегодня, — неожиданно начал Минхо. — Всё забывал спросить, как сходили с Йеджи и Рюджин за одеждой к выступлениям?
Они вчетвером и правда среди недели ездили в торговый центр, чтобы подобрать черные рубашки и хорошие брюки. До того дня Хван думал, что только он мог настолько долго подбирать такой незамысловатый набор одежды, но они открыли ему глаза на реальный мир. Тогда все четверо провели в торговом центре уж точно несколько часов.
— Это было до безумия долго, — протянул Чимин, и наконец его лицо перестало подсвечиваться экраном телефона. — Не думал, что настолько сложно будет подобрать черную рубашку и брюки.
— Йеджи перфекционистка в этом, — рассмеялся Минхо, не отрываясь от дороги. — К этому придётся привыкнуть, ведь она следит за тем, чтобы все были частью единой композиции.
— Да, вот только у нас с Хенджином всё равно рубашки немного разные, — пожал плечами парень.
— На следующей неделе будут репетиции в костюмах, и ты увидишь, о чем я говорю, — кивнул Минхо и свернул с главной дороги.
Дом Чимина находился удивительно близко, а странное волнение, поселившееся в Хенджине, никуда не пропадало. Сегодня он был удивительно молчалив и был уверен, что это заметили. Правда, он ещё не понял, плохо ли то, что они не задавали вопросов, или хорошо.
«Наверное, всё-таки хорошо», — заключил Хван, смотря в окно на переменчивый пейзаж тихих улочек, которые уже зажигались светом.
Окна домов горели уютом, а уличные фонари — чем-то более холодным, но даже это казалось чем-то безопасным. На фоне парни говорили о тренировках и видах техник, половину из этого Хенджин не понимал, ведь ничего из этого он особо не изучал. Парень считал, что для повторения движений с видеоуроков, ему не нужно было знать их название. Тема ему была совершенно не интересна, но под их тихие и спокойные голоса Хвану хотелось спать, прислонившись лбом к прохладному стеклу и не боясь, что оставит после себя жирный след.
Пейзаж за окном начинал приобретать знакомые очертания. Это были дома, через которые Хенджин ходил на тренировки с Чимином. Они были низкими, укутанными паутинами проводов и шевелюрами кустарных растений. Теперь по узкой улочке они ехали намного медленнее, и сонливость накатывала с новой силой. Этот темп был слишком спокойным и убаюкивающим.
Через пару метров в окне показалось кафе, где они с Чимином завтракали. Его вывеска уже погасла, а у дверей стоял тот самый Юнги и закрывал помещение. Хенджин только на мгновение заострил на этом внимание и хотел уже продолжать созерцать темные уголки улицы, когда Пак начал очень сильно и шумно барабанить по сидению Минхо. Казалось бы, подобное и стоило ожидать, но под гнетом скорого сна и усталости Хенджин удивился ровно так же, как и Ли.
— Высади меня здесь! Высади меня здесь! — громким и взволнованным шепотом произносил Чимин.
— Хорошо, — растерянно ответил Минхо и остановил машину, осматривая улицу и, кажется, мгновенно всё понимая. — Хорошо тебе провести вечер, — крикнул парень вслед, неуклюже вылезавшему из машины Чимину.
Тот ничего не ответил, быстро направляясь к бариста, который настороженно наблюдал за всем со стороны. Хенджин с Минхо ещё какое-то время понаблюдали за коротким разговором этих двоих, за их украдкими улыбками, которые скрывались в вечерней тени. Они поехали только тогда, когда парни пошли, вероятно, в сторону дома Чимина. Возможно, они двигались слишком близко к друг другу для обычных знакомых, а это значило, что Хван никогда не ошибался на их счет. Это определенно тешило его уверенность в собственной проницательности. Правда, парень никогда раньше не думал, что они могли бы быть так близки, чтобы иметь шанс ночевать друг у друга. Теперь он не мог отделаться от этой мысли.
— Вау, — выдохнул он, выворачивая шею вслед за исчезающими позади силуэтами. — Так быстро? — повернулся он к Минхо, но вопрос был скорее риторическим.
— Влюбленный волк уже не хищник, — пожал плечами парень, выезжая на другую улицу.
— Это точно, — секундное спокойствие — Черт и как же мне хочется знать об этом больше! Почему Чимин такой молчун?! — наигранно раздраженно произнёс Хван, оборачиваясь к Минхо, который казался уж слишком спокойным. — А ты знал?
— Не особо. Мне тоже мало что рассказывали, просто догадаться было не сложно, — ответил тот и уверенно прокрутил руль одной рукой.
И всё-таки Хвану было спокойно, когда он был за рулем. Ему нравилось это не только с визуальной точки зрения, но и с ним в этом положении было очень спокойно. Хенджину думалось, что даже если бы они попали в аварию, он бы всё равно чувствовал бы себя в безопасности, только бы Минхо был рядом.
После этого они снова замолчали. Салон заполняла тихая музыка, звук их дыхания и редкое тиканье поворотников. Сейчас Хенджин с уверенностью мог заявить, что чувствовал себя хорошо. Прошлые переживания, тревожные мысли и страхи остались будто за одним из поворотов, которые они давно проехали. От этого чувства пальцы парня дрожали с каким-то совершенно другим волнением, смешанным с предвкушением чего-то очень приятного.
Всю дорогу до дома Хвана они молчали, но теперь это не казалось чем-то неловким, с привкусом тревожной недосказанности. Теперь это было что-то спокойное, сладкое, тянущееся и обволакивающее, будто теплое и тяжелое одеяло. Когда Минхо остановился у его дома, выходить Хенджину совершенно не хотелось. Он желал выиграть ещё пару минут в их общей тишине, но задерживать парня так долго поздним вечером было нехорошо.
— Ну, пока, — покивал Хенджин и сложил руки на коленях, не предпринимая никаких действий, чтобы уйти.
Кажется, Минхо это рассмешило. Он немного повернулся корпусом к Хвану и смотрел так, словно ожидал от парня чего-то ещё.
— А наше свидание что, отменяется? — наигранно обиженно произнес Минхо.
— Ты что, передумал? — мгновенно разволновался Хван, от чего эта фраза звучала больше как возглас. Он полностью повернулся к Минхо, хмуро смотря ему прямо в глаза.
— Нет, — отстраненно пожал плечами парень. — Просто ожидал, что ты об этом будешь говорить чаще, а сейчас, чем ближе оно, тем отстранённее ты себя ведёшь. — Минхо немного помолчал, внимательно смотря на Хенджина, и, кажется, то, что он видел, его очень позабавило. — Знаешь, иногда ты такой трусишка! — рассмеялся он.
Для Хвана это было почти вызовом. Он не любил, когда хоть кто-нибудь считал, что он не сможет. Конечно, парень и правда, под завесой нежносй влюбленности, поддавался ненужным мыслям и волнениям, часто вспоминая о чужом прошлом, будто оно было минусом лично Хенджина. Это не подходило настрою, с которым он влезал в эту авантюру. Лучше всего у него получались импульсивные и необдуманные поступки, поэтому сейчас парень собирался совершить один из таких.
Хенджин несильно сжал подбородок Минхо, чтобы удержать того на месте, и поцеловал парня в щеку, кажется, даже немного облизал. Для губ хорошо бы легла отговорка, что ещё рано, но парень просто и правда был немного труслив. Через пару секунд Хван отпустил удивленное лицо Минхо и принял решение, что пора уходить.
— Тогда встретимся на фестивале, — широко улыбаясь, Хенджин подмигнул ему, а потом быстро вышел из машины.
Пока за Хваном не закрылась дверь его квартиры, он не мог отделаться от мысли, что каждый редкий прохожий, бездомный кот или собака, знали о причине его глупой улыбки, которую он не мог спрятать. А если это было не так, то он не против ей поделиться.
***
Фестиваль проходил на крупном спортивном стадионе, поэтому мероприятие выглядело масштабнее, чем заявлялось на сайте. Оно ощущалось как то, на которое достать билеты невероятно сложно, особенно за пару недель до проведения. Вероятно, так всё было и в реальности, просто у Хенджина был хороший друг. Как Сынмин проворачивал подобное Хван не знал. Он уже бывало, что доставал билеты на выставки и спектакли, на которые даже у перекупщиков найти не выходило. Поразительная способность, за которую Хенджин был безмерно благодарен. Сегодня особенно. Около стадиона собралось достаточно людей, но, вероятно, к вечеру их станет ещё больше. Всё пространство в тени было заполнено группами молодых парней и девушек, которые уже пропитались атмосферой фестиваля или чем-то покрепче. К счастью, курить вблизи стадиона запрещено, а то ожидание было бы ещё более нервным. Помимо этого, там было достаточно небольших шатров с едой, водой и разными охладительными напитками. Ребята рядом включали что-то громкое на своих колонках, и пробуждающее желание танцевать. Хенджин же старался делать вид, что этого не замечает, ведь болтать с незнакомцами сейчас он не хотел, а в общей атмосфере это стало бы неизбежно. Он уже начинал жалеть, что решил надеть хоть и тонкий, но свитшот белого цвета с самым необычным принтом, который нашёлся в его гардеробе. В нём на этот момент уже оказалось ужасно душно, и даже подвёрнутые рукава не слишком спасали положение. А подвязанная на бёдра клетчатая рубашка уже казалась не идеальным стильным решением, а тем, благодаря чему парень пропотеет насквозь. Немного спасала только холодная минералка, купленная на этом же стадионе. Но волнения это Хвану весьма добавило. К тому же парень не был частым посетителем подобных фестивалей, не считая последние полгода, в которые он приходил везде, где были «RapRituals». Конечно же, не секрет, что он был частым гостем в клубах, и толпы, смешанные с громкой музыкой его точно не пугали, но и подобное парень никогда не делал местом для свидания. Хенджин боялся оказаться слишком шумным даже в этой толпе, слишком эмоциональным. Он боялся быть не таким, каким его видел Минхо. Всё усугублялось тем, что он и понятия не имел, какой образ сложился из него в голове этого парня. А потом появился Минхо, и Хван забыл о своих тревогах, забыл о том, что его спутник опоздал, забыл об их недомолвках. К нему шёл такой по-домашнему уютный и красивый парень в чёрных, будто состаренных джинсах, простой тёмной майке и почти такой же, как у Хенджина, клетчатой рубашке. Хван и до этого был уверен в своей влюблённости, но теперь она перешла на какой-то иной уровень. Ему захотелось сразу поправить прилипающую к телу кофту. Кажется, погода решила его испепелить, но вина Минхо в этом, может быть, тоже была. — Долго ждёшь? — сразу обеспокоенно спросил Ли, когда поравнялся с Хенджином. — По пути сюда Чанбин решил устроить мне небольшую телефонную ссору, поэтому пришлось остановиться даже. — Что за причина такая? — с губ Хвана слетел смешок, полный недоумения. А ведь совсем недавно Минхо не позволял себе так открыто делиться подобным. Насколько же они сблизились за это время. — Ему не понравилось название, которое я дал последнему выступлению, — закатил глаза Минхо и так буднично, положив руку Хенджину на предплечье, уводя того глубже в тень, — сказал, что это не концепция, а просто моя лень. Но разве часто номер называют «названием», особенно если это песня, наименование которой не так и легко найти? По-моему, это хорошо звучит. — Погоди, — Хенджин не знал, смеяться ему, плакать или аплодировать, поэтому просто застыл перед Ли с высоко вздернутыми бровями и слишком яркой улыбкой, — ты назвал эту хореографию «название»? — Да, — приблизившись к лицу Хвана и немного понизив голос, произнёс он. — От графы названия, его отличают только кавычки, — гордо говорил он, от чего Хенджин перенял его настроение, а может быть, это передавалось через легкие касание пальцев к его костяшкам. — Разве не концептуально? — Очень концептуально, — рассмеялся Хван, не расширяя ужасно маленькое пространство между ними, где для «личного» просто не осталось места. — Вообще-то, уже начали запускать на площадку, нам тоже нужно встать в очередь. —Я опоздал, и я каюсь… — отступил Минхо. — Слушай, иди пока в очередь, а я принесу тебе что-нибудь, чтобы ты выжил за этот фестивальный день. Согласиться или отказаться у Хвана не было и шанса, ведь к этому моменту Ли уже скрылся в толпе в направлении шатров с едой и напитками. Кажется, у этого парня был какой-то план, в который Хенджин пока не входил, и он его придерживался. Он не переживал, что Минхо может не вернуться или что-то в этом духе, просто ему хотелось быть с этим человеком максимальное количество времени из возможного. Но сейчас Хвану оставалось лишь занять место за одной из больших и шумных компаний. Очередь двигалась поразительно медленно, и это печалило, особенно с учётом того, что её поделили на несколько менее многочисленных. А след Минхо так и простыл. Его будто съела толпа, которая с рвением голодавшего несколько недель человека рвалась к музыке. Само шоу ещё не началось, но что-то лёгкое, разогревочное уже слышалось со стадиона. Правда, в отсутствие спутника это Хенджина не слишком радовало. А потом к шее парня прикоснулось что-то холодное и влажное. — Какого чёрта! — воскликнул он и повернулся прямо на Минхо, который стоял перед ним с улыбкой самого довольного, нашкодившего кота в этом мире. Это выражение лица показалось Хвану даже очень милым и забавным, поэтому злиться на него оказалось невозможно. А потом говорить хоть что-то отпал какой-либо повод, ведь Минхо всучил парню большой пластиковый стакан, заполненный зеленоватой жидкостью, дольками лимона и льдом. Комбучу Хенджин узнал по одному глотку, и не успев что-либо сказать, на его голову надели светлую кепку. — Я её почти вымаливал у персонала, поэтому береги голову, а то жарко сегодня, — ответил Минхо на вопросительный взгляд, а потом снял свою рубашку и накрыл ей пакет со льдом в руке. — А сам-то, — говорил Хенджин почти обидчиво, но в серьёзность этого, с той улыбкой, которая не сползала с его лица, было сложно поверить. — Я не оделся, в отличие от тебя, в десять слоёв одежды, как капуста, — усмехнулся Минхо и встал рядом. Спустя ещё пары минут черепашьих бегов очередь начала двигаться чуть быстрее. За это время Минхо успел перечислить почти всех ди-джеев электронной музыки, которые были на этом фестивале. Как и ожидалось, Хенджин почти никого не знал, но ему понравилось слушать об интересах парня рядом, ему нравилась эта увлечённость. Это звучало намного живее и ярче, чем эти непонятные имена и их достижения в сфере музыки, но Минхо об этом знать было вовсе необязательно. Сейчас Хван был вполне счастлив, и, вероятно, слышать воодушевлённый голос этого хмурого парня было самой важной его частью. Ещё немного ожидания, и они вошли на стадион, который в основном покрывал свет летнего солнца с его жаркими укусами на всех открытых частях тела. На руках осталось неприятное липкое ощущение от цветных браслетов, которые показывали статус их билетов и для организаторов служили меткой, в какую зону их нужно было отвести, если заблудятся. Их зона была не перед самой сценой, но обзор оттуда был хороший. Это Хенджин понял лишь от одного взгляда на огромную сцену с экранами, которая своей тенью покрывала часть половины стадиона. Вид для него был поистине захватывающий. — Круто? — музыка сейчас играла скорее фоновая, ведь основная концертная программа ещё не началась, поэтому сильно напрягать голос Минхо не нужно было, чтобы произнести это слово. — Невероятно, — выдохнул Хван, а его рот так и остался восхищенно приоткрыт. — Согласен, — рассмеялся Ли и закинул руку ему на плечо. В этот момент тот факт, что на Минхо была одна майка начал весьма волновать Хенджина. Уже давно было ясно, что парень в хорошей физической форме, и поэтому взгляд Хвана так и стремился оценить это чуть чаще, чем должен был себе позволять. Вероятности, что Ли этого не замечал, не было, но, кажется, его всё вполне устраивало. По крайней мере, именно об этом говорила кривая улыбка парня. Конечно же, это была не зависть, ведь Хенджин и сам обладал неплохим телом, он просто любовался Минхо, пока имел такую возможность. — Ты часто бывал на подобных мероприятиях? — пытаясь не заострять внимание на выразительных ключицах, выглядывающих из-под майки, и четком бицепсе с выразительной линией грудных мышц, заговорил он. — Достаточно, — пожал плечами Минхо. — Мне нравятся концерты, они ощущаются как нечто большее, чем просто прослушивание музыки, которую и так любишь. Чувствуешь, будто «влюбляешься» в неё ещё раз и намного сильнее. — Не ожидал, что ты можешь так рассуждать, — без особых раздумий ответил Хенджин, а потом отвернулся понаблюдать за окружающими. Попытка скрыться от заинтересованного взгляда Минхо с последующей дискуссией по этой теме была явно раскрыта, но значения ей не придали. — Удивительно, — усмехнулся без негативного подтекста и толкнул парня вперед. — А ты часто бывал на подобном? — На таких крупных, считай, и не бывал, — быстро ответил Хван. — Тогда с дебютом, — достаточно сильно, чтобы парень пошатнулся, похлопал его по спине Минхо. А потом началась концертная программа. Жаркая толпа, которая с каждым часом становилась только плотнее, подпрыгивала с битами. И среди всех этих случайных прикосновений мозг концентрировал только на одних — робких, ищущих — к руке. После них глаза сразу находили чужой встревоженный взгляд, который следил, чтобы Хенджин не терялся в толпе. Странно, но от него на душе парня становилось как-то по-особенному тепло. Музыка вокруг не просто играла, а кричала так, что уши закладывало, и они не могли услышать ничего, кроме битов, подкрепленных яркими картинками или анимациями на экране за диджеями. На передней сцене, чуть поближе к зрителями, постоянно менялись танцовщицы в ярких костюмах, а из прожекторов на них светили лазерами, которые всё ярче ощущались с тем, как тень спускалась на стадион. Иногда всё это Хван запечатлел на камеру своего смартфона. Хотел бы он сказать, что всё это на память, но почти все из этих видео планировались заполнить его сторис этой ночью. Именно поэтому он решил не снимать себя, чтобы на одном из кадров не оказался Ли. Парню казалось, что тому это было бы не очень приятно. Во время перерывов Хенджин с Минхо иногда выходили из толпы, чтобы посидеть где-то возле трибун у ограждений. В такие моменты каждый работник находил своим долгом спросить Хвана про кепку, прерывая обсуждения музыкального шума, который они только что проживали. К счастью, каждому из них хватало истории про одолжения, и все так активно отпирались, когда Хенджин хотел вернуть им головной убор. — Уже почти стемнело, может, и правда пора отдать кепку? — хоть фраза и должна была означать стеснительное беспокойство, из уст этого парня это звучало скорее раздражённо. Хенджина уже достали эти подозрительные и недоверчивые взгляды со стороны сотрудников. — Мне сказали, что можно не возвращать, — пожал плечами Минхо, закинув последние кубики льда в пластиковый стакан с водой и закрыв его крышкой с трубочкой. — Хочешь? — спросил он, протянув стакан Хвану, а после отказа просто пожал плечами и примкнул губами к трубочке. — Но всё же, как-то странно, — недовольно выдохнул Хенджин и упёрся щекой в голое плечо Ли, отчего она сразу неприятно прилипла к потной коже. Странно, но перестать нарушать личное пространство Минхо ему было очень сложно. — Забей, — потрепал его по мокрым волосам Ли, — зато у тебя останется самый интересный сувенир отсюда, — после этого он надел кепку уже на себя. Ответить на это Хенджину было нечего. Ему оставалось только наслаждаться минутами спокойствия, когда им ещё не нужно было пробираться сквозь плотную, жаркую и удушающую толпу к своим местам. Правда говоря, у Минхо это получалось намного лучше и проще, и Хван за время фестиваля начал этой способности завидовать. Поскольку же её у Хенджина не было, ему стоило набраться сил перед очередным заходом. В это же время солнце окончательно ушло за горизонт, а вместо него стали яркие софиты сцены и лазерные прожекторы с экранами. С небесным светилом они соревновались со спорным успехом, но выглядели эффектно. — Следующий исполнитель будет последним, — неожиданно произнёс Минхо. — Нам нужны лучшие места, поэтому пора идти, — он снова потрепал Хенджина по голове, и тому оставалось лишь подниматься, хоть парень и был совсем не прочь провести оставшуюся часть фестиваля в том положении. Толпа зрителей уже начала сгущаться, поэтому парням стоило поторопиться. Когда они пробрались примерно на то же место, где и стояли до этого, музыка уже началась, а толпа зашевелилась волнами танца, следуя за направлением лазеров. Пальцы Минхо так и норовили выскользнуть из руки Хенджина, и в один момент они окончательно исчезли. Кажется, тогда началась уже следующая композиция, которая парню казалась странно знакомой. Для него многие мелодии с сегодняшнего дня вызывали такое ощущение. И оно было ошибочным, ведь по сути некоторые он даже не совсем различал друг от друга, хоть и старался не показывать этого. Но конкретно эта была другой. Он будто постоянно слышал её ранее, будто она пропитывала его последние недели, как фон вечерних, утренних и дневных созвонов, как что-то далекое на голосовых, как аудио, отправленное одним из вечеров, как мелодия звонка. Этот диссонанс собственных воспоминаний не давал парню сосредоточиться на ощущение потерянности, на поиски беглым взглядом фигуры, которую он так старался не упустить. Глаза Хенджина всё чаще оборачивались на сцену, будто в тех мигающих огнях он мог найти ответы. Люди вокруг танцевали под зажигательный, видимо, хит, а Хван продолжал стоять как истукан, смотря то в чужие лица, то на яркую сцену. Несколько раз с ним кто-то даже столкнулся или он с кем-то, но в общей эйфории это осталось незамеченным. А потом его взяли за руку. В этот раз знакомая рука схватила своего потеряшку куда плотнее, чем ранее, и Хенджин не знал, так сильно забилось его сердце или просто биты походили на этот ритм. Минхо что-то ему говорил, но из-за музыки этого было совсем не слышно. Единственное, что смог на это ответить Хван – долгое и достаточно громкое: «что?». Ли в этот момент, кажется, рассмеялся, а потом потянул парня ближе к себе. Хотя, казалось бы, они и без того стояли достаточно близко, но теперь кончики кроссовок Хенджина упирались в кеды Минхо. Хван сам не заметил в какой момент его рука не занятая чужой горячей ладонью улеглась куда-то в районе плеча Ли, пока парень продолжал созерцать их пыльную обувь, что и видно в темноте не было. А потом спасительное тепло чужой руки снова исчезло, но только чтобы переместиться на его шею и призывала немного пригнуться, ведь их разница в росте всё ещё была ощутимой. Самостоятельно голову Хенджин просто не успел поднять, потому что чужие пальцы подхватили его подбородок, а потом были только губы Минхо. Они были горячими, как и его дыхание, которое в коротких перерывах опаляло лицо парня. Они были мягкими. Они заставляли Хвана хотеть больше никогда не размыкать век, замершем в этом моменте. Но первым прекратил этот внезапный поцелуй тот, кто его и начал. Вот только Минхо не отошел, а вместо этого приблизился к уху Хенджина и почти прокричал: — Сейчас я очень счастлив.***
Шум фестиваля затих, а толпы счастливых и разгоряченных людей расходились по своим домам или куда угодно ещё. Минхо уже надел рубашку, а кофта Хенджина, которая ранее казалась худшей идеей, спасала его от ночной прохлады. Парни ждали, когда большая часть зрителей разойдётся, чтобы было легче уехать с парковки. Они не обсуждали, поедут вместе или каждый своим путём: казалось очевидным, что путь у них один — пока что в машину Ли. Также не было сказано ни одного слова про поцелуй. От него осталось только фантомное покалывание на губах, чувства тепла и правильности всего происходящего где-то в районе сердца. После конца фестиваля слов между ними в целом не было. Они молчали, и эта тишина не значила ничего страшного, пока кончики их пальцев аккуратно касались, ловя друг друга в коротких прикосновениях. Потом была такая же тихая прогулка по парковке и такой же путь до дома, в котором не было места любой другой музыке, кроме воспоминаний о той, с фестиваля. Говорить в этой ситуации и пытаться выяснять отношения казалось лишним. Хенджин боялся упустить волшебный момент спокойствия и комфорта, а Минхо просто вёл машину. Его лицо, казалось, совсем не изменилось. Оно было таким же спокойным, без лишних эмоций. И всё же парень сейчас ощущался немного более умиротворённым, чем обычно. Возможно, поэтому Хвану ещё больше хотелось просто молча наблюдать за ночным городом, который и понятия не имел, почему его щёки всё ещё краснели и почему сердце парня не могло успокоиться. Он бы ни на что не променял момент, который растворится, как только появятся очертания его дома. И этот миг заканчивался с ожидаемой скоростью. Машина припарковалась, и Хенджин не спешил выходить. Кажется, Минхо и не собирался торопить. — Ну, пока, — в итоге произнёс Хван и стал вылезать из машины. — До скорой встречи, — проводя по руке Хенджина, ответил тот, оставляя после себя мурашки.Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!