Его коленопреклонное величество

Том ненавидел их, абсолютно ненавидел. Он чувствовал, как его голос дрожал, когда он открыл рот. – Не сейчас, Л-люциус. – омега попытался звучать ровно, но его голос слабо дернулся, когда член Рона толкнулся ещё глубже, если это вообще было возможно. Том сходил с ума, и его чертовы альфы были всецело в этом виновны.