Вернутся к фанфику
Правда или действия
12 апреля 2026, 20:27Ранним утром толпа людей уже бежала в сторону станции, держа в руках сумки, чемоданы и всё, что могло уместить в себе одежду и вещи, нужные для пляжа: солнцезащитный крем, купальники, яркие полотенца и даже надувные баллоны.
В комнате красных царил контролируемый хаос.
Бомгю уже полчаса метался на одном месте, перебирая вещи на кровати. Он хватал одну рубашку, бросал, брал другую, прикладывал к себе перед зеркалом и снова отбрасывал с трагическим вздохом.
— Нет… это слишком скучно. А это слишком ярко. А это вообще как будто я иду на свадьбу, а не на пляж…
Субин, Ёнджун и Тэхён уже стояли у двери с готовыми чемоданами, терпеливо (и уже не очень терпеливо) ожидая, когда же он соберётся.
Кай сидел на своей кровати и оценивал каждый образ Бомгю с видом профессионального стилиста:
— Этот может выиграть в плане «привлечь внимание многих парней». А вот этот… слишком безопасно. Ты же хочешь сиять, верно?
Ничего не удовлетворяло Бомгю. Его терпение скатывалось вниз по холму, как снежный ком, набирая скорость и становясь всё более ненастным.
И вот, когда он уже почти сдался и начал просто запихивать всё подряд в чемодан, в комнату вошёл рыцарь.
Константин.
Длинный чёрный плащ, холодный взгляд за очками, но на губах — знакомая, едва заметная улыбка, которая появлялась только тогда, когда он становился свидетелем нерешительности Бомгю.
Он подошёл сзади, спокойно положил руку на плечо Бомгю и тихо, почти нежно поцеловал его в щёку.
Бомгю замер. Потом привычно окинул взглядом вид Константина: тёмная рубашка, несколько пуговиц расстёгнуты, тёмные брюки, тонкая золотая цепочка с маленьким сердечком на шее.
«Сто из десяти», — мысленно подумал Бомгю.
— Теперь мне стало ещё более печально, видя тебя таким… — пробормотал он, опустив руки. Ноги непроизвольно подкосились, и он сел на край кровати, тяжело вздохнув.
Константин не выдержал. Он молча взял с кровати короткие синие шорты в тонкую белую полоску, светло-голубую рубашку с яркими фламинго и соломенную шляпу. Поднёс всё это к Бомгю и тихо сказал:
— Ты будешь выглядеть как морская звёздочка на песке. Мне нравится.
Глаза Бомгю моментально остановились на глазах Константина — они особенно сверкали и отражали силуэт его парня.
— Ты уверен в этом? — спросил Бомгю, сморщив лицо и надув губы, как будто всё ещё искал поддержку.
Константин наклонился ближе, почти касаясь носом его носа, и дразняще добавил:
— Конечно, милый. Ты по генетике красавчик. Разве тебе может не идти всё? А?
Лицо Бомгю мгновенно вспыхнуло искрой готовности. Он резко вскочил, выхватил вещи из рук Константина, а потом в порыве вдохновения начал хватать все образы, которые висели на кроватях, и запихивать их в чемодан. Закрыл его с трудом, чуть не прищемив пальцы.
Ёнджун кашлянул, напоминая о своём существовании.
— Мы, вообще-то, тоже здесь…
Бомгю замер, повернулся к друзьям и широко улыбнулся — уже по-настоящему, ярко, с блеском в глазах.
— Я готов! Поехали на Гавайи!
Константин тихо улыбнулся, поправляя ему воротничок рубашки.
— Вот теперь ты сияешь.
Субин и Тэхён переглянулись и одновременно рассмеялись. Кай только покачал головой, но тоже улыбался.
За окном уже светило яркое утреннее солнце, словно тоже торопило их в путь.
Впереди ждали океан, песок, коктейли и, возможно, новые приключения.
А пока — только шум чемоданов, смех друзей и лёгкое волнение в груди.
Поезд плавно задвинулся вперёд, набирая ход, и за окном начали проплывать самые прекрасные виды конца весны, переходящей в лето. Высокие зелёные холмы, яркие поля, вдалеке — стайки летающих птиц, которые казались маленькими белыми искрами на фоне голубого неба. Солнечные блики скользили по стёклам, играя тёплыми зайчиками внутри вагонов.
В купе старшекурсников царило лёгкое, но заметное возбуждение. Все уже переоделись в более лёгкую одежду, сумки и чемоданы были кое-как запихнуты на верхние полки, а на столиках появились первые пакетики с чипсами и напитками.
В коридоре неторопливо шла пожилая дамочка с тележкой, полной всякой всячины: яркие карамельки, шоколадки, свежие булочки, прохладительные напитки и даже маленькие магические леденцы, которые слегка светились разными цветами. Она вежливо заглядывала в каждое купе:
— Снэки, напитки, сладости… Кто желает?
В плацкарте, где ехали младшекурсники, уже стоял настоящий гогот и шум. Они громко обсуждали, какие сочные коктейли им подадут в отеле, как будет выглядеть море и как волны унесут прочь все академические заботы.
А в купе старшекурсников (комната красных + белых, которые решили ехать вместе) атмосфера была чуть спокойнее, но всё равно наполнена предвкушением.
Бомгю сидел у окна в своих новых синих шортах и голубой рубашке с фламинго, которую ему выбрал Константин. Он то и дело поправлял соломенную шляпу, которую пока держал в руках.
Сону и Сонхун сидели рядом — Сону прислонился головой к плечу Сонхуна, а тот тихо перебирал пальцами его волосы. Оба молчали, но улыбались.
Ира и Хисын занимали места напротив — Ира уже успела разуться и поджать ноги, а Хисын просто смотрел на неё с той самой тихой улыбкой.
Ёнджун, Субин и Тэхён расположились чуть дальше и обсуждали, что первым делом сделают на пляже.
Жулияна сидела возле Кая, иногда поглядывая в окно. Кай же просто наслаждался моментом — он наконец-то мог выдохнуть после всех экзаменов и напряжения.
Вдруг дверь купе приоткрылась, и вошла та самая пожилая дамочка с тележкой.
— Молодые люди, не желаете чего-нибудь? Карамельки, булочки, холодные напитки?
Бомгю тут же оживился:
— Ооо, дайте мне что-нибудь сладкое! И… есть ли у вас магические леденцы, которые меняют вкус каждые пять минут?
Дамочка улыбнулась и протянула ему яркую упаковку.
Пока все делали заказы, поезд продолжал набирать скорость. За окном мелькали поля, реки и далёкие горы. Воздух уже становился теплее, будто само лето спешило им навстречу.
Сону тихо сказал Сонхуну, почти шёпотом:
— Знаешь… я впервые за долгое время не боюсь, что всё закончится плохо.
Сонхун повернул голову и мягко поцеловал его в висок.
— Тогда давай просто наслаждаться. Без страхов. Хотя бы эти две недели.
Сону улыбнулся и кивнул.
В купе было тихо и немного душно. Поезд мерно покачивался, за окном проплывали летние пейзажи, а внутри шестеро друзей сидели в полукруге на нижних полках. Игра «Правда или действие» уже давно превратилась в неспешный разговор.
Ники, сидевший с краю, наконец не выдержал. Он подвинулся чуть ближе, в его голосе появилась решительность.
— Единственное, что вам нужно — это либо выполнять действие, либо говорить правду. Разве это так сложно?
Он вздохнул сильно, брови сморщились от усталости. Игра шла совсем никуда: кто-то отвлекался, кто-то уходил в свои мысли.
Сону в этот момент снова достал маленькое зеркальце и разглядывал своё лицо, замечая, как всё сильнее выпирают прыщики. Он был уверен, что виноваты сладости, которые он постоянно покупал у Хаэля. Видя расстроенное лицо Ники, Сону быстро убрал зеркало и сделал вид, будто всё это время внимательно слушал.
— Согласен, — сказал он. — Вы вообще играть умеете?
Он бросил осуждающий взгляд в сторону Сонхуна. Тот сидел, уставившись в одну точку, полностью погружённый в свои мысли.
Сону слегка толкнул его плечом. Сонхун вздрогнул и неловко балансируя на краю кровати, едва не упал.
Прошло некоторое неловкое время, пока игра не дошла до того момента, когда все уже начали скучать. Ира, которая до этого молча смотрела на Хисына (тот как раз достал зефир в виде медведя и задумчиво жевал его), вдруг набралась уверенности.
Она выпрямилась, сжала кулачки и предложила:
— Разве не правильнее сначала сыграть в камень-ножницы-бумагу, а потом уже задавать проигравшему действие или вопрос?
Ники, ранее сидевший на полу кабины, поднял голову, внемля её словам, и кивнул одобрительно. Его рука вытянулась вперёд, изображая кулак. За ним последовали другие руки — все начали качать ими вверх-вниз.
Остановились.
Кто-то наивный вытянул камень.
Все взгляды медленно повернулись в одну сторону — к миленькой беленькой Ирочке, которая сама и придумала это правило.
Из маленького рта девушки вырвался тяжёлый вздох поражения.
Ники, почувствовав возможность отыграться за прошлый месяц (когда Ира не дала ему списать конспект), хитро прищурился и спросил:
— Ира, когда ты впервые влюбилась в Хисына?
Щёки девушки мгновенно порозовели, как спелые персики. Она надула губы, явно пытаясь найти в лабиринте воспоминаний тот самый момент. Постепенно на её лице начала появляться мягкая, немного смущённая улыбка.
— Это было в шестом классе… — тихо начала она.
Назад в прошлое
11 марта. Лепестки опадали игриво, кружась в воздухе, а трава казалась особенно яркой и сочной. Дети ещё бегали по коридорам, но внутренний двор университета уже опустел, окружённый тишиной.
Маленькая девочка с желтоватыми волосами медленно подметала тропинку специальной метлой, тихо подпевая себе под нос:
«Baby don’t hurt me… don’t hurt me… no more…»
Наушники вечно барахтали на ушах, волосы нагрелись от солнца, по лицу стекал пот. Ноги двигались ритмично, иногда подпрыгивая в такт. Она отбрасывала метлу вперёд зигзагом, зубы блестели так ярко, словно всё остальное в мире не имело значения. Главной героиней романа под названием «жизнь» в этот момент была именно Ира.
Издалека, из коридора с колоннами, держащими на себе вес бетонных зданий, за ней наблюдал парниша с рыжими, слегка растрёпанными волосами и пухлыми щеками. В руках он держал учебник биологии. Смешок слетел с его лица при виде танцующей свободно «дурочки».
Достав телефон скрытно, он начал записывать.
Когда песня закончилась, он подошёл ближе и протянул ей книгу с зелёной обложкой и растениями.
Наушники неловко упали на плечи Иры. Она резко повернула голову в сторону неожиданности.
В этот момент большой мячик, летящий с невероятной скоростью, прилетел прямиком в голову Хисына. Удар был издевательским — Хисын упал на траву, оставляя следы земли на ладонях, а книга запылилась на тропинке.
Кряхтя и ощущая себя позорно, он начал подниматься.
Наклонившись к нему, девочка посмеялась и протянула руку:
— Давай.
Его рука сильно ухватилась за чужую. Они неловко хохотали, вспоминая этот момент.
Это был тот самый миг, когда незнакомые чувства ворвались в сердце Иры и отказались уходить, выращивая целое дерево из маленького семени.
Ира закончила рассказывать. В купе повисла тёплая, немного неловкая тишина.
Хисын смотрел на неё с мягкой, почти удивлённой улыбкой. Сону тихо присвистнул. Оливия прикрыла рот рукой, пряча улыбку. Ники одобрительно кивнул.
— Вот это да… — пробормотал он. — А я думал, у вас всё началось гораздо позже.
Ира пожала плечами, всё ещё немного красная, но явно довольная, что рассказала.
— Иногда самые важные моменты случаются, когда ты этого совсем не ждёшь.
Сонхун незаметно сжал руку Сону под одеялом. Сону ответил лёгким пожатием.
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!