Вернутся к фанфику
Глава 16
16 июня 2026, 15:45Закончив приготовление заказов и отправив необходимые, Гарри отправился на поиски Гермионы и, как оказалось, не ошибся, найдя её в библиотеке.
— У меня есть идея, — заявил он, усевшись на место напротив неё. — Тебе она может понравиться, а может и нет.
Гермиона недоумённо улыбнулась.
— Зная тебя, мне это, наверное, не понравится, — она рассмеялась, когда Гарри надул губы. — Ну ладно. Расскажи мне эту замечательную идею.
Гарри оживился и улыбнулся.
— Я не говорил, что она замечательная, но вот что я хочу сказать… — и он начал рассказывать ей.
Гермиона слушала без перерыва, пока он излагал свой план. После того, как он закончил, Гермиона сидела, уставившись на стол, несомненно, придирчиво разбирая всё, что он говорил. Гарри откинулся назад и начал барабанить пальцами, ожидая её вердикта. Через несколько минут она подняла глаза от стола и кивнула.
— Да, это хорошо. Я присоединюсь. Мы же не собираемся вступать на сторону Тёмного Лорда. У нас просто есть свои проблемы, с которыми нужно справляться. Если это совпадает с планами Тёмного Лорда, то… — здесь она улыбнулась и пожала плечами, — это просто совпадение. Это никак не связано с войной, — Гарри усмехнулся, соглашаясь с этой мыслью. — Нам нужно поговорить об этом с близнецами. Ты знаешь, где они? — продолжила она.
— Эти двое, — он с усмешкой покачал головой. — Они действительно пытались пробраться в Хогвартс сегодня утром, чтобы увидеться с Драко. Их, конечно же, поймали, и им повезло, что их не убили.
Гермиона поморщилась.
— Полагаю, лорд Волан-де-Морт был в ярости.
— Да, был. Он посылал на них проклятия несколько минут подряд, — фыркнул Гарри. — Они говорили, что он ещё и читал им лекции, как профессор. Им это показалось забавным… пока мучительные проклятья не возобновились.
— Где они сейчас? Всё ещё в Хогвартсе?
— Нет. После пыток и нравоучений Том дал им чёрные мантии и серебряные маски. А потом поручил охранять меня всякий раз, когда я буду уходить отсюда. Затем мы на некоторое время отправились в Министерство, а после этого вернулись сюда с Драко.
Гермиона подняла бровь, Гарри с каждым произнесённым словом был особенно восторжен.
— И что?
— А теперь, вернее, некоторое время назад, близнецы и Драко куда-то исчезли наверху, чтобы кое-чем заняться вместе, — закончил он, подняв брови.
Гермиона рассмеялась и бросила в него перо.
— Подожди, значит…
— Да! Наверное, они сейчас занимаются сексом!
— Нет, идиот! — хихикнула она. — Значит, ты сегодня был и в Хогвартсе, и в Министерстве!
Гарри озарился улыбкой.
— Спросил Тома, могу ли я пойти с ним сегодня утром, и он сказал «да». Он даже сделал мне золотую маску, чтобы меня не приняли за Пожирателя Смерти… кстати, он, вероятно, сделает тебе серебряную маску, а это значит…
— Нейтралитет, но при этом находящийся под влиянием Тёмного Лорда. Да, я так и предполагала.
— Я видел Луну раньше, — выпалил Гарри, прежде чем они успели продолжить обсуждение серебряных масок.
После его заявления они смотрели друг на друга. Оба сверкали глазами. Хотя Гермиона порой не понимала Луну и иногда та её раздражала, они всё же были чем-то вроде друзей. Гарри и Луна были очень хорошими друзьями, когда он ещё учился в Хогвартсе. И ему было жаль, что он оставил Луну в подземельях.
— Я стоял в дверном проёме, а она смотрела на меня так, будто знала, кто под маской.
— Она что-нибудь сказала?
— Нет. Просто наблюдала за мной. Она выглядела нормально. Все они выглядели нормально. Очень испуганно, но, знаешь, Тому это и нужно.
Он продолжил рассказывать ей о своих впечатлениях от Хогвартса, а затем и от Министерства. Гермиона усмехнулась, когда Гарри описал, что Драко сделал с Джинни, пробормотав, что эта девица это заслужила. Ей также очень понравился будильник, и она несколько минут хихикала над этим.
— Тебе это кажется смешным, — засмеялся Гарри. — Можно подумать, что наш юмор становится мрачным.
Гермиона посерьёзнела и впилась в друга взглядом. Она взяла книгу и показала ему название. Очень тёмная книга.
— Гарри, мне неприятно это говорить, но мы не можем находиться в этом замке так долго и не впитать его ауру. Мы не можем оставаться рядом с Тёмным Лордом и не поддаться его влиянию, пусть даже немного.
Гарри пожал плечами. Он знал это. Уже чувствовал. Некоторые вещи его больше не волновали. Джинни, например. Её пытки ничуть его не беспокоили. А близнецы, хотя им, вероятно, было очень больно, не плакали из-за того, что Тёмный Лорд пытал их в ярости.
— Мой муж — самый тёмный волшебник на свете, — ответил он с ухмылкой. — И мне это нравится! Возможно, он и не сказал об этом, но я знаю, что Том был очень рад, что я попросил разрешения пойти с ним сегодня.
— Рада за тебя, — ответила она, нахмурившись, и снова открыла книгу.
— О, не сердись на меня только потому, что твоему красавчику-аврору и по совместительству Пожирателю Смерти нужно сохранять свою маскировку, и он не может появляться с тобой на публике.
После этого Гарри благоразумно убежал, поскольку Гермиона очень метко целилась из своей палочки. А увидев книгу, которую она сейчас изучала, побег показался ему самым разумным решением.
В тот момент, когда Гермиона услышала, как захлопнулась дверь библиотеки, когда Гарри сбежал, она рассмеялась и встала, засунув под мышку книги, которые хотела ещё изучить. Она ничуть не расстроилась. Она знала, что Эндрю должен оставаться под прикрытием, а это значит — никаких свиданий. Особенно сейчас, когда Волан-де-Морт был на первых этапах победы. Энди был слишком занят, как и остальные Пожиратели Смерти. Он и Ластре были заняты больше, чем остальные, поскольку эти двое попеременно то были аврорами, то Пожирателями Смерти из Внутреннего Круга.
Гермиона вышла из библиотеки и поднялась на три этажа к своей комнате. Ступив на лестничную площадку третьего этажа, она резко свернула налево в крыло, где находилась её комната. Так совпало, что это была одна из первых дверей от лестничной площадки. Размышляя о том, что она хочет успеть сегодня, Гермиона решила, что через несколько минут, как только оставит книги, снова пойдёт искать Гарри. Им обоим не помешала бы разминка. Возможно, дуэль, если они действительно собирались осуществить его идею. Они не сражались в настоящем бою больше года, и было бы катастрофой выйти на поле боя, не показав должного мастерства.
С этой мыслью она твёрдо кивнула и открыла дверь в свою спальню. Сделав пять шагов, она тут же вскрикнула, уронив книги от неожиданности, когда взгляд упал на её прекрасную чёрную мраморную кровать с балдахином.
Три головы высунулись из-под подушек, устало и растерянно оглядываясь по сторонам.
—Какого ЧЁРТА? — закричала она.
— О, — пробормотал один из близнецов, откидывая голову на подушку и прижимаясь ближе к блондину. — Это всего лишь Гермиона.
— Эй, Миона, — пробормотал другой, прежде чем уткнуться носом в шею Драко.
Или, по крайней мере, попытался. Но Драко выскочил из их объятий, бросился к одеялу, сорвал его с кровати и накрылся им, широко раскрыв глаза, глядя на ведьму.
Гермиона глубоко вздохнула и усмехнулась.
— Прости, Драко, что солгала. Твоя задница не тощая и не ничтожная. Она просто великолепна.
Близнецы хихикнули, а глаза Драко широко раскрылись, пока он не опомнился.
— Что ты здесь делаешь, Грейнджер? Убирайся отсюда!
— Это моя комната! Что вы трое здесь делаете? Вы что, занимались сексом на моей прекрасной кровати? — пронзительно закричала она в ответ.
Фред приподнялся и потёр глаза.
— Да, мы это сделали, Гермиона. Это было великолепно.
Джордж согласно пробормотал что-то себе под нос, тоже садясь, ни одного из близнецов не смущало то, что они оказались голыми перед ней.
— Драко меня здорово трахнул.
Взгляд Гермионы снова остановился на блондине, она рассмеялась, заметив румянец на его щеках, и наклонилась, чтобы поднять книги.
— Мне придётся попросить у Тёмного Лорда другую комнату. Теперь я никак не смогу спать в этой кровати и не думать о вас троих.
— Это же комплимент, правда? — спросил Фред с улыбкой.
— Прикройся! — потребовал Драко.
Вместо того чтобы выполнить его требование, Фред набросился на Драко, толкнул блондина на спину и начал страстно целовать его. Драко смеялся между поцелуями и, казалось, забыл о ведьме, качающей головой. Гермиона признала, что у близнецов тоже отличные попы.
Гермиона хихикнула и вернулась к двери.
— Одевайтесь все. Сейчас у нас будет небольшое собрание. Гарри придумал для нас кое-что интересное.
— Да, — ответил Джордж, рассеянно помахав рукой и лениво наблюдая за братом и Драко, — мы скоро будем там.
***
— Я тут подумал… — начал Гарри, сидя на двухместном диване в одной из небольших, уединённых гостиных Тома. Она была уютнее остальных: перед диваном пылал камин, а по обе стороны от него стояли два столика. Комната освещалась огнём и множеством канделябров, расставленных по всему помещению. — Даже думать об этом страшно, — ответил Том, сидевший рядом с ним. Он быстро убрал ноги, чтобы его не пнули. Нагини, свернувшаяся калачиком на полу между их ног, едва успела увернуться от ноги Гарри. — В общем, — продолжил Гарри, бросив гневный взгляд на ухмыляющегося тёмного волшебника рядом с собой, — я думал о затруднительном положении близнецов. За их домами следят. Если бы я был, скажем, Тёмным Лордом и хотел бы собрать всех своих заноз в одном месте, я бы начал с мест, где, как я знаю, эти люди могут появиться. Те, кто следит за домом Фреда и Джорджа, и за квартирой Гермионы… вероятно, ещё и за площадью Гриммо. Я бы устроил ловушку для наблюдателей, — Гарри пожал плечами и вернулся к книге, ухмылка играла на его губах. — Я бы так и сделал, если бы был Тёмным Лордом… Но, конечно, я не Тёмный Лорд и не имею к этому отношения… это просто наблюдение, и я уверен, что нынешний Тёмный Лорд уже об этом подумал, да? Молчание Тома означало, что он ещё не думал об этом. Но Гарри был уверен, что рано или поздно он об этом подумает, потому что его муж очень умный. Гарри рискнул взглянуть на мужчину рядом с собой и увидел, что Том ухмыляется ему. Гарри оскалился. — Только ты ничего этого от меня не слышал, — прошептал он заговорщическим тоном, переворачивая страницу древней книги заклинаний, предназначенной исключительно для змееустов. Это была очень интересная книга заклинаний, проклятий и древних ритуалов, написанная самим Салазаром Слизерином, большая её часть показалась бы тёмной тем, кто мыслит лишь категориями чёрного и белого, но Гарри видел в ней лишь силу и новые знания, и его нисколько не беспокоила тёмная аура, окружающая древний фолиант. К тому же, эту книгу ему подарил Том, а всё, что Том ему дарил, он очень ценил. На самом деле, Гарри очень хотелось опробовать некоторые заклинания, которым он научился по книге. Он чувствовал, что немного обленился в плане магии. Его способности и рефлексы нуждались в тренировке. Он, Гермиона, Драко и близнецы стали устраивать дуэли по несколько часов в день, когда Драко удавалось выбраться из школы, и это пошло на пользу, но ничто не разжигало кровь так, как настоящая дуэль. Ничто так не раскрывает лучшие качества волшебника, как настоящая битва. Гарри нахмурился и закрыл книгу, подняв взгляд на огонь и размышляя, как убедить Тома в следующей части этого плана. Всё было так, как и говорила Гермиона: у них самих были свои занозы в боку, он и его друзья имели полное право вмешаться. Гарри знал, что им — ему, Гермионе и близнецам — понравится решать эту проблему. По личным причинам и из-за личных обид, причинённых ему и людям, которые ему дороги. Это не имело ничего общего с амбициями его мужа, всё дело было в его собственной мести за слизеринцев и Тео, а также за невинных, подвергавшихся террору. Кивнув, Гарри наконец повернулся лицом к Тому, который всё ещё не переставал смотреть на него. — Нет, — тут же ответил Том. Вместо того чтобы расстраиваться и раздражаться из-за того, что он даже не успел спросить, Гарри хитро улыбнулся. Том неловко поёрзал, глядя на его выражение лица. Такая улыбка Гарри никогда не предвещала ничего хорошего. Тот поднял книгу, которую читал, и его хитрая улыбка превратилась в коварную ухмылку. — Зачем ты дал мне эту книгу? Наверняка не просто для чтения. Мне нужна практика, Том. И у меня тоже могут быть свои вендетты, хоть я нейтрален. Единственная цель, о которой я думаю, — это моя собственная… Конечно, я надену свою золотую маску. Она мне очень нравится. Том запрокинул голову назад и пощипал переносицу. Это означало, что Гарри победил. Гарри внутренне взвизгнул — конечно же, по-мужски — и подвинулся, прижавшись к боку мужа. Помимо чувства разочарования Тома, Гарри также почувствовал страх мужа за него. Гарри поднял руку и откинул тёмно-каштановую чёлку с лица мужа, тихо сказав: — Я вполне способен позаботиться о своей безопасности, — и, по сути, Гарри думал скорее о том, чтобы быть рядом и защитить мужа, если возникнет необходимость, поскольку знал, что Том захочет быть рядом. Том вздохнул и закрыл глаза. — Гарри, если я тебя потеряю… — Не потеряешь! — резко выпалил Гарри, внезапно разозлившись. — Думаешь, я не могу себя защитить? Думаешь, я настолько слаб, что не справлюсь с парой голубей? Если мы вместе, ничто не сможет нас тронуть, и ты это знаешь! Ты не можешь держать меня взаперти вечно! — Я тебя не держал взаперти, — тихо сказал Том, поглаживая большим пальцем шрам Гарри, пытаясь успокоить его гнев. — Но я в последнее время не участвовал ни в каких сражениях, и мне нужно тренироваться, поддерживать себя в форме, — более спокойно продолжил Гарри. — В конце концов, когда мы заявим о себе публично, на нас обоих будут совершать покушения. — Любой, кто осмелится попытаться, умрёт мгновенно! Гарри наконец улыбнулся и кивнул. — Кроме того, так будет лучше, если я буду приманкой. Авроры и Орден, которые следят за домом Гермионы и Гриммо, будут вызваны обратно в Косой переулок, если я внезапно явлюсь к близнецам. Это добавит тебе людей, которых ты сможешь захватить и/или убить. Что бы ты с ними ни решил сделать. — Как давно ты об этом думаешь? — ...несколько дней. — Если нам повезёт, там окажутся Шеклболт, Муди и этот проклятый Скримджер. Мы узнаем, кто является Хранителем Секрета штаб-квартиры Ордена. — Значит, ты позволишь мне пойти? — спросил Гарри, наклоняясь, чтобы взять свой бокал вина со столика рядом. — Ты так настойчиво хочешь этого, что мне пришлось бы магией привязать тебя к кровати, чтобы ты не смог последовать за мной, — пробормотал Том. Гарри согласно кивнул, потягивая прекрасное эльфийское вино. — О, и Гермиона тоже хочет пойти. А у близнецов есть несколько друзей, которые тоже хотят серебряные маски. Вообще-то, многие предпочитают оставаться нейтральными… Интересно, есть ли способ манипулировать ими, чтобы они оставались нейтральными, но при этом делали то, что я говорю, а значит, в свою очередь, и то, что скажешь ты? Тебе бы это понравилось, не так ли? Том застонал и снова запрокинул голову назад. Затем он поднял руку и в очередной раз ущипнул переносицу своего очень красивого аристократического носа. Гарри очень нравилось, когда Том так делал. Это был такой человечный жест. — Не волнуйся! Будет весело. Что может пойти не так? — Ты только что обрёк всю эту операцию на провал, — серьёзно ответил Том. — Сказав эти слова… Гарри радостно рассмеялся. — Кто бы мог подумать? Тёмный Лорд суеверен! — губы Тома изогнулись в улыбке. Гарри озорно усмехнулся. — Значит, я полагаю, что некоторые из твоих приспешников неоднократно говорили то же самое, когда ты сражался со мной в прошлом. Вот почему ты никогда не мог меня победить? — Наглый сопляк, — прорычал Том, наклонившись, нежно долго поцеловал восхитительные губы мужа, чтобы заглушить смех. Спустя некоторое время он отстранился от ошеломлённого Гарри, наклонился вперёд, уперев локти в колени, и уставился в огонь. Гарри вернулся к своей книге, зная, что муж погружён в свои мысли и выскажется, когда приведёт их в порядок. — Я принял решение, — объявил Том после ещё нескольких минут молчания. Гарри поднял взгляд от книги, когда Том снова откинулся назад. — И что? — И ты, Гарри Риддл, будешь командовать всеми нашими серебряными масками. Гарри выпрямился. — Да, моя собственная фракция! Потрясающе, — выдохнул он, потирая руки. — Хм, — сказал Том, улыбаясь восторгу Гарри. Он должен был признать, что ему тоже интересно посмотреть, что его молодой муж сделает со своей небольшой армией. — Мне придётся приставить к тебе надзирателей. Гарри замолчал и подозрительно посмотрел на Тома. — Что за надзиратели? Сколько их? Том лишь ухмыльнулся, а Гарри закатил глаза. — Кстати, — сказал Том после нескольких минут молчания, — в школе есть ученица, которая продолжает настойчиво просить поговорить с волшебником в золотой маске. Она очень настойчива. Гарри не ответил, пока не допил остатки своего напитка. — Ты говорил с ней лично? — Нет. Но мне о ней рассказывали, и я решил посмотреть, кто имел наглость постоянно спрашивать о тебе. — Семикурсница, да? Длинные светлые волосы, огромные серые глаза, брови, которые постоянно придают ей удивлённый вид? — Да. Том наблюдал, как Гарри отложил книгу и, встав, уставился на огонь. Его руки сжались в кулаки. — Её ведь не пытали за эти расспросы, правда? — Нет. В основном её просто игнорируют. Хотя… она смело посмотрела на меня, когда никто другой не осмелился. Гарри слегка улыбнулся. — Это было не из неуважения, Том. С Луной дело не в неуважении, а в любопытстве ко всему на свете, — затем он кивнул и расслабил руки. — Ты отведёшь меня сейчас в школу? Не думаю, что она кому-нибудь расскажет, но я почти уверен, что она знает, кто я.***
Гарри потребовалось некоторое время, чтобы убедить Тома не убивать ученицу Рейвенкло, но вскоре они оба переоделись, Гарри надел маску и прибыл в школу. Том ждал у двери, ухмыляясь из-под капюшона, глядя на съёжившихся детей, и позволил Гарри лично войти и забрать девочку. Гарри подошёл к спящей девушке, единственной заключённой, которая выглядела совершенно спокойной и умиротворенной во сне. Гарри не мог не улыбнуться. Это было так похоже на Луну. Он присел на корточки и коснулся её плеча, осторожно будя. Её затуманенный взгляд быстро прояснился. — Привет, — мягко поздоровалась она. — Я знала, что ты рано или поздно придёшь. Гарри склонил голову и выпрямился, глядя на остальных. Никто, похоже, не возражал против того, что волшебник в маске разговаривает с ней. Впрочем, Луна никогда не была особенно популярна. На самом деле, её ежедневно высмеивали из-за её… странного поведения. Разве эти ученики стали бы кричать, если бы Гарри применил силу и вытащил её за волосы? Судя по их лицам, скорее всего, нет. Это приводило его в ярость. Луна, вероятно, была одной из самых милых девушек, которых он когда-либо знал, и ей не место здесь, среди этих сопляков. Теперь… теперь он был рад, что пришёл за ней. И после этого, что бы Том ни говорил, он больше не позволит ей быть прикованной цепями. Он был почти уверен, что она знает, кто он, и хранит это в секрете. Мало того, в её взгляде, когда она смотрела на него, было только любопытство. Никакого осуждения. Никакого презрения или отвращения. Открытый ум — вот что было характерно для Луны Лавгуд. Вытащив палочку, Гарри быстро освободил её от пут. Затем он улыбнулся и протянул руку, чтобы помочь ей подняться. Улыбка Луны стала шире, когда она взяла его за руку и позволила ему помочь ей встать. Гарри снова кивнул головой и повернулся, выводя её из комнаты. Волан-де-Морт повёл её в свой кабинет, и все трое молчали, пока Гарри не закрыл за ними дверь. Гарри повернулся к студентке факультета Рейвенкло. — Ты просила встречи со мной, — нейтрально спросил он тихим тоном, на всякий случай, если она его не знала. Луна улыбнулась и сложила руки за спиной. — Конечно, Гарри. Я хотела поздороваться. Давно мы не разговаривали, знаешь ли. Гарри наконец улыбнулся в ответ и приподнял маску, чтобы она легла ему на голову. — Я знал, что ты меня узнала. — Я надеялась, что ты не забудешь обо мне. — Ну, я тебя видел на днях, но… не был уверен. Ты ведь понимаешь, в каком положении я сейчас нахожусь? Луна кивнула, её взгляд упал на тёмного волшебника, сидевшего за столом, внимательно наблюдавшего, словно ястреб, и слышавшего каждое слово. Улыбка Луны стала шире. — Конечно! Ты замужем за Волан-де-Мортом. И как тебе это, кстати? Разве это не странно? Вставая, Тёмный Лорд прошипел: — Она слишком много знает. Гарри встал перед ней и спокойно сказал: — Луна — самый честный человек, которого я когда-либо встречал. Задай ей вопрос, и она скажет тебе правду. Если я спрошу, она может стать одной из нейтральных. Я не хочу, чтобы ты причинил ей вред. Она была ко мне по-настоящему искренней. Мне стыдно, что я забыл о ней. — Мне не нравится, что она смотрит на меня без страха. Гарри закатил глаза. — Луна ничего не боится. Сомневаюсь, что она испугалась бы, даже если бы смотрела смерти в лицо. Не принимай это близко к сердцу. — Она выглядит… странно. — Да, это Луна Лавгуд. Послушай… Я не позволю вернуть её к остальным заключённым. Ей там не место. Я хочу, чтобы ей было комфортно. Я не хочу, чтобы ей причиняли боль. Это значит, что нельзя делать ей больно, когда ты будешь рыться в её голове. Она не доставит тебе неприятностей. — И ты в этом уверен? — Вполне уверен. Она действительно мне предана. Тёмный Лорд отвёл взгляд от мужа и посмотрел на девушку, которая во время их шипящей перепалки отошла, чтобы осмотреть комнату. Словно ей разрешили! — Лавгуд, — прошипел он. Её внимание снова обратилось к нему, взгляд завис где-то за его левым плечом. — Садись. В тот момент, когда она села рядом с Гарри, Тёмный Лорд снял капюшон. Луна ахнула и, на этот раз, выглядела искренне удивлённой. Затем она повернулась к Гарри и ухмыльнулась. Это выражение лица не удивило Гарри, потому что он хорошо знал Луну, и она была далеко не такой невинной, как казалось, когда дело касалось секса. На самом деле, ещё когда он учился в школе, у них были одни из самых откровенных разговоров в жизни. — В этом нет ничего странного! Ты молодец, Гарри! — практически визжала она, восхищаясь привлекательной внешностью Тома. — И вся эта сила… ты, должно быть, каждый раз таешь! У Тёмного Лорда от удивления отвисла челюсть, а Гарри разразился смехом. Она могла говорить о чём-то другом, например, о соединении магии, но Гарри был уверен, что она говорит о том, как Тёмный Лорд каждую ночь занимается с ним сексом. И она была права! Гарри подавил смех и вытер слёзы. Выражение лица Тома было бесценным. Казалось, он не знал, злиться ему или смущаться. Ах, Том иногда бывает милым. — Ну, я и в самом деле таю на матрасе, словно масло. Он... — Не заканчивай, — процедил Том сквозь стиснутые зубы. — Что? — он невинно расширил глаза, глядя на мужа. — Ты не хочешь, чтобы я хвастался твоим невероятным мастерством в постели? Каждому мужчине нравится, когда его хвалят, и ты этого определённо заслуживаешь! — Гарри повернулся к Луне. — Этот волшебник заслуживает какой-нибудь медали, Луна. Честно говоря, никто не делает это так, как он… — Гарри. Гарри повернулся к мужу с невинной улыбкой, которая сочеталась с большим, невинным взглядом его глаз. — Да? — Спрашивай, — прошипел Том, указывая на хихикающую студентку факультета Рейвенкло рядом с ним. — Так… — Гарри откашлялся, отчаянно пытаясь сдержать смех. — Луна… я набираю последователей. Моя фракция нейтральна, и я… — Конечно, я последую за тобой, — вмешалась Луна, улыбнувшись ему. — Именно поэтому я и продолжала тебя звать. Ты замечательный, Гарри, и всё, что ты делаешь, будет замечательным. Почему бы мне не хотеть быть частью этого? Гарри покраснел и опустил взгляд на стол. Том склонил голову набок, необычайно довольный проявлением преданности и уверенности девушки в способностях его мужа. — Кроме того, — прошептала девушка, лениво и рассеянно оглядываясь по сторонам, — нет никакого удовольствия быть проигравшей стороной. Наконец Том мысленно кивнул. Он встал и снова надел капюшон. — Вы двое оставайтесь здесь, пока я не вернусь. — Хорошо. Тёмный Лорд остановился рядом с ним, схватил Гарри за подбородок и приподнял его лицо. — Никаких больше разговоров о сексе. — Ты великолепен. — Конечно, я рад, Гарри, но это совершенно не относится к делу. Гарри широко улыбнулся и кивнул. Волан-де-Морт взглянул на Луну, но её взгляд снова блуждал по кабинету, поэтому он отпустил подбородок Гарри и легонько погладил его шею, усмехнувшись, когда Гарри вздрогнул, а затем покраснел, услышав хихиканье Луны рядом с ним. Она даже не смотрела на них, и всё же хихикала. Не прошло и минуты как Том ушёл, они снова принялись обсуждать сексуальные подвиги Тёмного Лорда Волан-де-Морта. Прошло полчаса, прежде чем Волан-де-Морт вернулся с Драко и Северусом. Оба с удивлением увидели Луну, сидящую рядом с Гарри без маски. Они оживлённо болтали. Гарри встал, заметив возвращение мужа с остальными, и задумался, что же Тёмный Лорд решил насчёт Луны. — Луна, — дружелюбно поприветствовал Драко, удивив Гарри своим тоном. — Привет, Драко. Спасибо, что каждый вечер приносишь мне шоколадных лягушек. Рада снова вас видеть, профессор. Северус повернулся к своему Лорду и поднял бровь, в то время как Волан-де-Морт пристально смотрел на Драко, несомненно, сверля его взглядом. Драко отступил на шаг назад, отвёл взгляд и откашлялся. Вероятно, надеясь, что теперь его не накажут. Гарри не терпелось остаться с блондином наедине. Он никогда не знал, что Драко и Луна были друзьями. Волан-де-Морт наконец вздохнул и откинул капюшон своей мантии. — Гарри умолял освободить Лавгуд… — Я не умолял! Я вежливо попросил. — Насколько я помню, — продолжил Том, бросив на него гневный взгляд, — ты вообще не просил. — Но ты же только что сказал, что я умолял! — Тишина! — прошипел Том. Гарри с любопытством посмотрел на него, на его губах играла ухмылка. — А тебе это когда-нибудь помогало? По крайней мере, касательно меня? — рассмеялся он и увернулся от Тома, когда Тёмный Лорд попытался схватить его за шею. Северус и Драко сделали вид, что не заметили этой оговорки, поскольку это определённо не было поведением Тёмного Лорда, но это было поведением Гарри и Тома. — Так что же ты решил насчёт Луны? — наконец спросил Гарри, вставая за спину Северуса. — Она останется в замке, но не будет пленницей вместе с остальными. Северус уже приготовил комнату. Никто не должен знать, кто ты, Лавгуд. Если ты захочешь покинуть комнату, ты должна надеть маску. Северус выглядел удивлённым. Очевидно, Том не сказал ему, для кого будет эта комната. Лицо Драко, вероятно, было намеренно безразличным, в то время как Луна просто улыбнулась и кивнула Тому, соглашаясь со всем, что он сказал. Гарри сиял от счастья. — Здесь ты будешь в полной безопасности, Луна, если будешь носить эту маску. Верно, Том? Том нахмурился, но кивнул. — Спасибо, Лорд Волан-де-Морт, — ответила она, слегка поклонившись, — я буду следовать вашим правилам. Это несколько успокоило Тома, и он кивнул головой, прежде чем снова повернуться к Северусу и Драко. — Отведите Лавгуд в её комнату. — Да, мой Господин, — ответили два Пожирателя Смерти, поклонившись. Перед уходом Гарри обнял Луну и пообещал вскоре с ней увидеться. — Она последняя, — мрачно произнёс Том, когда они остались наедине. — Больше никаких мольб об освобождении студентов. — Я не умолял! Том усмехнулся, натягивая капюшон. — Маска, — сказал он мужу. Гарри опустил маску, гадая, что же теперь задумал его муж. Он наблюдал, как Тёмный Лорд направил свою палочку на портрет и снял покрывало. Гарри затаил дыхание, когда в поле зрения появился Дамблдор. Старый волшебник сидел в кресле, запрокинув голову назад, с закрытыми глазами. Казалось, он спит. Тёмный Лорд сложным движением взмахнул палочкой и твёрдо произнёс: — Энервейт стазис. Заклинание попало на портрет, окутав его тёмно-синим свечением. Волан-де-Морт посмотрел в сторону, где рядом с ним стоял его молодой муж, и ухмыльнулся. Гарри закатил глаза и стал ждать. — Дамблдор. Пора просыпаться, — позвал Волан-де-Морт. В мгновение ока сверкающие глаза старого волшебника открылись. Гарри поёрзал на месте. Он не знал, что чувствовать в данный момент. Он ничуть не испытывал вины за то, что находится здесь с Томом, или за победу своего мужа. Но много лет Гарри смотрел снизу вверх на волшебника, который теперь смотрел на них сверху вниз, его сверкающие глаза несколько потускнели. И он скорбел, когда умер Дамблдор, он скорбел и по ошибкам, которые совершил Дамблдор, зная, что волшебник не хотел причинить вреда, а делал всё это из-за своих убеждений. Он так сильно верил в Высшее Благо, что не видел ничего за его пределами. Высшее Благо занимало большую часть его жизни. Гарри скорбел и по этому поводу. Почувствовав его задумчивость, Волан-де-Морт обнял Гарри за талию и притянул к себе. Вероятно, он также хотел молчаливо что-то сказать наблюдающему за ним Дамблдору. —Ты проиграл, старик. — Я вижу, что проиграл. Но надолго ли, интересно? Всегда есть Гарри. Ты убил мальчика, Том? Привыкший к тому, что Гарри называл его Томом, Тёмный Лорд не был так взбешён этим приветствием, как мог бы быть раньше. Волан-де-Морт прижал руку к бедру Гарри, посылая ему свой собственный сигнал. Гарри поднял свои зелёные глаза на портрет. — Здравствуйте, директор. Дамблдор поднялся со своего места и опустился на колени, словно стоял у портретной преграды. — А кто вы? — спросил он. Гарри посмотрел на своего возлюбленного и получил в ответ едва заметный кивок. Он глубоко вздохнул и снял маску. Он улыбнулся и слегка помахал рукой. — Как видишь, — продолжил Волан-де-Морт, наслаждаясь тем, как расширились глаз Дамблдора, — я его не убил и не собираюсь, — затем он повернулся к Гарри. — Ты собираешься меня убить, любимый? — Я дал клятву любить и беречь тебя вечно, поэтому мой ответ должен быть… Нет. Извините, Дамблдор. — Ты перешёл на тёмную сторону, Гарри, — пробормотал старый волшебник. Его голос дрожал. Гарри выпрямился и сердито посмотрел на разочарование, замеченное в глазах Дамблдора. — Почему это первое, что все всегда предполагают? Некоторые даже не знают, что я как-то связан с Томом, и всё равно говорят, что я перешёл на тёмную сторону. К вашему сведению, Дамблдор, я стал нейтральным. Я нейтрален. Серый. Серебряный. Пространство между Светом и Тьмой, чёрным и белым. В серой зоне мне гораздо комфортнее, чем где бы то ни было ещё. Я стал нейтральным задолго до того, как связался с Томом. Гарри сделал паузу, чтобы глубоко вздохнуть, и, набираясь сил, не заметил, что Том всё больше веселился по мере продолжения его тирады. — Хотите узнать кое-что ещё, Дамблдор? Ваш проклятый Орден чуть меня не убил! Волан-де-Морт спас мне жизнь! Орден уничтожил три четверти Слизерина! Дети, Дамблдор! Дети! Волан-де-Морт взял в плен только здешних студентов! И теперь Орден и Министерство наносят гораздо больший ущерб, чем Тёмный Лорд за многие месяцы. Арестовывают невинных и тому подобное! А что касается наших отношений, — продолжил он, указывая на себя и мужа, — они довольно обычные, хотя поначалу немного поспешные. И это даже не имело никакого отношения к войне, честно говоря, — Гарри снова улыбнулся. — Он даже ухаживал за мной как следует! Он дарил мне подарки, и мы ходили на свидания! На публике. А я соблазнил его помадкой. Это было великолепно! Дамблдор выглядел ошеломлённым и повернулся к Тёмному Лорду. — Это правда, Том? — слабо спросил он. Волан-де-Морт дёрнулся под мантией. Какого чёрта Дамблдор так улыбается? Он должен был хмуриться, а ещё лучше — плакать, потому что его драгоценная Светлая сторона ужасно проигрывает. — На самом деле, так и есть. Я завоевал его руку законным путём, и теперь он Гарри Риддл. Вот тебе и ответ, Дамблдор. Гарри глупо улыбнулся и кивнул. — Не расстраивайтесь, Дамблдор. Том больше не сумасшедший, и он не собирается сжигать мир у нас на глазах, если вам от этого станет легче. — Кого волнует, стало ли ему легче? — спросил Том, сбросив капюшон и повернувшись, чтобы сердито посмотреть на своего молодого мужа. — Ну, меня вроде как... немного. — Он обращался с тобой как с инструментом! — Не так много, как другие! — Ещё как так же! Только ты этого не заметил, потому что он был мастером манипуляций, сопляк. — Не смей называть меня сопляком перед Дамблдором, Банниморт! Красные глаза Тома вспыхнули. — Ты... — он оборвал себя на полуслове и глубоко вздохнул. Гарри ярко улыбнулся и снова повернулся к ошеломлённому портрету. — Ну как дела в Стране Портретов, Дамблдор? — Что с тобой случилось, Том? — спросил старый директор, и в его глазах снова заиграл зловещий блеск, когда он окинул взглядом обновлённого, изменившегося Тома Риддла. — Он влюби... Том усмехнулся и зажал рот маленькому проказнику рукой. — В каком смысле, старик? — Ты выглядишь здоровым... во всех отношениях. — Я никогда в жизни не чувствовал себя таким бодрым, — честно ответил Том. — Даже в этой школе я не чувствовал себя таким молодым и полным сил. — Нет, я не думаю, что чувствовал, — печально ответил Дамблдор, его блеск в глазах немного потускнел. — Учитывая твоё происхождение, у тебя уже тогда были очень старые глаза. Твоя душа уже столько всего пережила. — Да, спасибо, Дамблдор, — яростно прошипел Том. — Хватит этой чепухи! Гарри обеспокоенно посмотрел на мужа, а затем снова повернулся к Дамблдору. — Северус помог ему вернуть прежнее тело, за исключением… многих лет. Дамблдор с нежностью улыбнулся Гарри. — Вы двое — прекрасная пара. — Спасибо! Том зашипел и отвернулся от портрета. Вот уж Гарри! Только Гарри мог сделать так, чтобы ему было трудно ткнуть Дамблдора носом в свою победу. И этот старый мерзавец… снова поднимает тему его прошлого! Прошлого, о котором Том больше всего на свете хотел забыть. Он повернулся и направил палочку на портрет, громко произнеся заклинание. Через мгновение Дамблдор рухнул набок, его глаза закрылись, и поверх изображения вновь появилась белая простыня. У Гарри перехватило дыхание, когда он почувствовал ярость и смятение, передаваемые через связь. — Том? — слабо прошептал он, потирая пульсирующий шрам. — Иди домой, Гарри. — Но... — Гарри медленно подвинулся и положил руку на руку мужа. — Что случилось? Том резко вырвал руку и повернулся спиной к мужу. — Иди домой сейчас же! — крикнул он. Гарри отшатнулся и опустил голову. — Прости, — прошептал он, прежде чем схватиться за свой кулон-кинжал и активировать его.***
Вернувшись домой и войдя в спальню, Том обнаружил Гарри, зарывшегося под одеяло, или, по крайней мере, он предположил, что этот комок посреди гнезда из простыней и одеял — это Гарри. Тёмный Лорд сжал кулаки и посмотрел в пол, закрыв свои багровые глаза. Он ужасно ранил Гарри. Ему не нужна была связь, чтобы это понять. И это не вина Гарри, что даже сейчас, будучи мёртвым, Дамблдор всегда мог вывести его из себя. Всегда мог напомнить ему о детстве. Том остановился, прежде чем войти, глубоко вдыхая, пока не расслабился и не успокоился настолько, чтобы разжать кулаки. Оказавшись рядом с кроватью, он разделся и забрался внутрь, откинув одеяло так, чтобы Гарри оказался перед ним. Глаза Гарри были закрыты, но Том знал, что тот лишь притворяется спящим. Том провёл рукой по боку своего возлюбленного, наблюдая, как веки Гарри дрогнули от прикосновения. Том перевернул своего молодого любовника на спину, затем разлёгся над ним, прижав их губы друг к другу и настойчивыми поцелуями заставляя его открыть рот. Маленький проказник поёрзал под ним, руки поднялись и обвили спину Тома. В тот момент, даже когда Том упал в объятия Гарри, его терзали противоречивые чувства. Потому что, несмотря на его поведение, Гарри был готов мгновенно простить его. Легко принять и позволить обнять себя. Гарри снова отдавал ему себя без единого слова. Это… разозлило Тома. Это привело его в ярость. Не столько на Гарри, сколько… на характер этого наглеца. Если бы он был кем-то другим, если бы Том был самим собой, и вёл себя жестоко, Гарри бы терпел это и считал бы, что заслужил, пока думал, что его всё ещё любят. Том мысленно рычал на безымянных, безликих других мужчин, которые могли бы заполучить Гарри. Мужчин, которые могли бы использовать это в своих интересах и причинить боль его Гарри. Но всё это было не совсем правдой. Гарри должен был полностью доверять кому-то, чтобы вести себя так. Он пользовался полным доверием Гарри, и, по сути, бросил это доверие ему в лицо. — Зачем ты извинялся передо мной в том кабинете, сопляк? — тихо спросил он, когда Гарри наконец открыл свои потемневшие глаза. — У тебя не было причин извиняться. Гарри уткнулся лицом в шею Тома и отчаянно пытался сдержать слёзы. Из-за их связи он чувствовал, как ужасно себя ощущал Том, когда они были в кабинете директора. Том не хотел, чтобы он был рядом и помогал ему справиться с эмоциями, и его ранило то, что Том недостаточно ему доверял. Это заставляло Гарри чувствовать себя беспомощным и неполноценным. Он не хотел говорить об этом, так как был уверен, что Том сам всё поймёт со временем. Поэтому вместо ответа Гарри крепче обнял мужа и отважно попытался отогнать эти чувства, сосредоточившись на больших руках, ласкающих его спину. Он любил руки Тома. — Я хочу, чтобы ты мне ответил, — приказал Том, чувствуя, как ресницы мальчишки быстро касаются его шеи. В ответ Гарри просто прижал губы к шее Тома. Обычно попытка отвлечь внимание срабатывала, но не сейчас. Не тогда, когда Том знал, что он не прав и причинил боль своему молодому мужу. — Не заставляй меня доходить до крайности, чтобы узнать то, что я хочу узнать, — тихо пригрозил он. Гарри лишь крепче вцепился в него. Том понял, что не имеет права требовать от него ответов, ведь он специально отправил Гарри домой, чтобы не отвечать на вопросы, которые интересовали Гарри. Том вздохнул и рухнул на спину, прижав Гарри к себе и крепко обняв своего маленького проказника. — Засыпай, Гарри.***
На следующее утро Гарри снова проснулся, когда Том встал ещё до рассвета, чтобы собраться. Но на этот раз он молчал и притворялся спящим, снова зарывшись под одеяло, когда выключился душ. Он лежал в своём коконе, слушая, как Том готовится к новому дню, слегка улыбаясь, вспоминая всё, что Том сделал перед тем, как отправиться на «работу». Он затаил дыхание, когда услышал, как Том вернулся из гардероба. Он не знал, откуда он это понял, но чувствовал, что Том стоит у изножья кровати, глядя на свернувшееся калачиком тело Гарри. И тут он услышал, как Том тихонько шипит на змею, лежащую в ногах кровати. — Присмотри за ним сегодня, моя хорошая. — Конечно, Мастер. Когда дверь тихо закрылась за его мужем, Гарри наконец закрыл глаза и почувствовал, как матрас зашевелился, когда Нагини развернулась и подползла к нему. Через несколько мгновений она заползла под одеяло, её глаза сверкали даже в темноте. — Молодой хозяин, тебе следует вернуться ко сну. Cтанет лучше, когда ты как следует отдохнёшь. Ты почти не спал прошлой ночью. — Откуда ты знаешь? — По теплу твоего тела, молодой хозяин. Гарри вздохнул и провёл рукой по её макушке. — Как бы я хотел, чтобы ты называла меня Гарри. — Мне нравится называть тебя молодым хозяином. Он улыбнулся. — Мне прошлой ночью приснился кошмар, и я не смог снова заснуть. — Тебе следовало сказать Хозяину. Он бы остался с тобой сегодня. — Нет, я так не думаю. Я… я пойду спать, Нагини. — Хорошо, молодой хозяин. Спокойной ночи. Гарри не был уверен, сможет ли он снова заснуть, но, должно быть, ему это удалось, хотя и ненадолго, потому что в следующее мгновение его слегка встряхнули, и тихий успокаивающий голос пытался разбудить его. — Том? — он сел прямо в объятия Тома. Тёмный Лорд с тревогой смотрел на него сверху вниз. На его лице читалась боль. — Том, что случилось? Я думал, ты на работе. — Тебе приснился кошмар. Это прозвучало как утверждение, а не вопрос, и Гарри обернулся и сердито посмотрел на Нагини. Она лежала, свернувшись калачиком рядом с ним, не моргая. — Разве ты не должен творить злодеяния, Лорд? — спросил он сквозь стиснутые зубы. Том нахмурился. — Ты неоднократно говорил мне, что у меня есть армия приспешников, которые выполняют мои приказы. Ответь мне. Гарри вздохнул и рухнул на спину, уставившись в потолок. — Да, мне приснился кошмар. Ну и что? — Это связано с тем, что произошло прошлой ночью, — сказал он с такой уверенностью, что Гарри нахмурился. — Гарри… Прошло несколько минут молчания. Гарри лежал на спине, хмурясь и глядя в потолок, а Том сидел над ним, глядя сверху вниз. Наконец, Гарри выдохнул, вцепившись пальцами в простыни, словно готовясь нырнуть в холодную воду. — Почему ты меня любишь, Том? Том на мгновение потерял дар речи. Вопрос, как ему показалось, прозвучал совершенно неожиданно. Затем он поморщился. — Ещё слишком рано для таких разговоров. Я ещё не пил чай, Гарри. Я не обсуждаю чувства до чая. — Я видел, как ты иногда за мной наблюдаешь, — тихо продолжил Гарри, словно ничего не слышал. — Я видел, как ты изучаешь меня, словно я эксперимент, головоломка. Ты когда-нибудь от меня устанешь? Том недоумевал, откуда, чёрт возьми, всё это взялось. Гарри обычно был очень уверенным в себе человеком. Но теперь, когда Том сосредоточился, он увидел, что на лице его мужа читается боль, глаза полны страха, голос дрожит, и он продолжает избегать зрительного контакта. — Я не понимаю, — продолжил Гарри, прежде чем Том успел что-либо сказать. — Я слишком мягкий. Слишком эмоциональный… как такой, как ты, может меня любить? Мне нечего тебе предложить. Гарри был бледен и дрожал, крепко сжимая простыни кулаками, вцепившись в них костяшками пальцев. Что-то было не так. Том прищурился. — Это как-то связано с тем, что произошло вчерашним вечером? — снова спросил он. — Или это связано с войной, с тем, что я делаю? Ты сожалеешь… — Нет! — почти прорычал Гарри от досады. — Я хочу быть здесь, с тобой. Я никогда не пожалею, что я с тобой. Том помог Гарри сесть, прижав юного волшебника к своей груди. Напряжение спало лишь тогда, когда руки Гарри обняли его за шею. Том провёл большим пальцем по подбородку Гарри. — Что стало причиной? — тихо спросил он. Гарри прижался головой к плечу Тома. — Кошмар. — О чём был этот кошмар? — О нас. Ты был… ну, ты был правителем всего мира, — пробормотал он. Он смог немного посмеяться, когда Том довольно застонал. — А я был… просто на заднем плане. Я был бесполезен. Ни для тебя, ни для кого-то другого. Я был предметом мебели, и люди шептали мне на ухо о том, что это лишь вопрос времени, когда ты от меня избавишься. Они всё время говорили, что такому, как ты, нужен кто-то получше, кто-то, кому можно доверять. Они говорили, что я достаточно хорош только для того, чтобы быть твоей шлюхой. Они… Этого Том услышал более чем достаточно. Особенно когда голос Гарри захлестнули непролитые слёзы, Том резко поднял его голову за волосы и прижал их губы друг к другу, чтобы погасить эту отвратительную чепуху, пока Гарри снова не расслабился и, казалось, больше не мог говорить. Когда он отстранился, Том свирепо посмотрел на него. — Теперь, когда война повернулась в мою пользу, ты действительно ожидаешь, что я отброшу тебя в сторону, глупый ребёнок? — Просто… я от тебя завишу, Том, — прошептал он. — Правда. На прошлой неделе я совсем не мог сосредоточиться, пока ты не возвращался домой или пока мы не были вместе… — В основном это была моя вина. Я специально посылал тебе свои эмоции. Гарри нахмурился и покачал головой. — Дело не только в этом. Не обязательно что-то делать специально… Том вздохнул и обхватил лицо руками. — Гарри, эта зависимость взаимна. Уверяю тебя. — Но, учитывая твой характер, ты начнёшь это ненавидеть. Будешь раздражаться... — Я знаю себя, Гарри. Если я сейчас это не ненавижу, то не начну никогда. Я сам к тебе стремился, не так ли? Я был инициатором этих отношений. Я знал, на что иду. В то время я не был уверен, что влюблюсь в тебя, но я знал, что ты всегда будешь мне нужен. А влюбиться — это, наверное, бонус…— Том поморщился и отвернулся. — Где мой чай? — прорычал он, обращаясь ни к кому конкретно. Тут же появился домовой эльф с подносом завтрака на двоих. Том повернулся к Гарри. — Это был всего лишь кошмар. Всего лишь кошмар. Кроме того, — продолжил Том с явно зловещим блеском в глазах. Блеском, от которого сердце Гарри забилось быстрее, а кровь приятно забурлила, — ты слишком силён, чтобы я мог просто отбросить тебя. Слишком силён, умён и красив. Я сказал то, что хотел, Гарри. Ты всегда будешь рядом со мной… теперь, — поспешно продолжил он, откашливаясь, — кто именно нашёптывал эту чушь про моего маленького проказника? На лице Гарри появилась медленная, облегчённая улыбка. Когда Том заговорил с ним с явной любовью и нежностью в голосе, Гарри невольно почувствовал облегчение и вдруг ощутил себя очень глупо, сомневаясь в искренности их отношений. — Это был всего лишь сон, Том. Глаза Тома сузились. — Кто? — Ну... во-первых, был Забини. — Забини! — прорычал Том, ускользая прочь с отвратительным выражением лица. — Разве ты не собирался его убить? Что это за заклинание ты на него наложил? — Я совсем забыл про этого щенка! — Ты был занят, — успокаивающим голосом ответил Гарри, пытаясь успокоить разъярённого мужа. — Ты собираешься рассказать мне о заклинании, которым ты его проклял в«Меракусе»? — Том зашипел, направляясь к двери и бормоча себе под нос. — Том? Тёмный Лорд остановился в дверном проёме, повернулся и посмотрел на него. — Я превратил его в шлюху. К этому времени его, вероятно, уже поимела вся Британия, и он был только этому рад. Заклинание заставляет его просить об этом кого угодно и когда угодно. Независимо от пола… может быть, даже таких существ, как гоблины. — Том, это... зло. Мерзко, — прошептал Гарри, одновременно довольный и ужаснутый этим. Том усмехнулся, услышав его тон. — Я вернусь позже сегодня. Допоздна я не задержусь. Отдохни ещё немного, — приказал он. Когда он ушёл, Гарри вздохнул и откинулся на подушку, слегка улыбнувшись, когда Нагини вернулась на своё место рядом с ним. Лаская её чешую, Гарри пробормотал про себя: — Мне жаль Забини, но он никогда не должен был злить Тёмного Лорда.***
Несколько часов спустя, в Хогвартсе, Драко лежал на коленях у Фреда, слегка дремля, пока тот нежно перебирал пальцами его волосы. Джордж и Луна лежали на ковре перед диваном, изучая книгу по продвинутым заклинаниям и готовясь к нападению, которое должно было произойти через два дня. Луну пригласил Драко, чтобы ей не пришлось сидеть одной в своей комнате. Внезапно Драко резко сел, схватился за запястье и зашипел себе под нос. Он быстро поднялся и перепрыгнул через Джорджа. — Драко? — Тёмный Лорд зовёт. Я скоро вернусь, — сказал он, направляясь к двери. Когда дверь открылась, он с удивлением обнаружил по ту сторону отца, который как раз собирался постучать в дверь. — Отец? — Созваны только члены Внутреннего Круга, — сказал Люциус, опуская руку и оглядываясь через плечо Дракона близнецов и Луну. — Я пришёл предупредить тебя, чтобы ты был готов увидеть то, что тебе может не понравиться, сынок. Я не хочу, чтобы твои чувства по этому поводу стали достоянием остального Внутреннего Круга. — Я понимаю. Люциус кивнул и снова заглянул через плечо Драко. — Тёмный Лорд сказал, что вы двое тоже можете прийти, если хотите. Главное, чтобы ваши маски были надеты. Большинство членов Внутреннего Круга знают о вас, но он всё равно хочет, чтобы вы были в капюшонах и масках. Однако ваше присутствие не обязательно. Близнецы вскочили. — Мы пойдём! — Можно мне тоже, мистер Малфой? Все четверо волшебников повернулись и посмотрели на Луну, которая стояла, безмятежно улыбаясь и сложив руки перед собой. — Сейчас кто-то умрёт, мисс Лавгуд. Вы уверены, что хотите это увидеть? Драко нахмурился. Зачем его отец пришёл готовить его именно к смерти? Ведь он и раньше видел, как Тёмный Лорд пытает и убивает людей. — Да, я всё равно хочу пойти. — Очень хорошо. Луна кивнула и прошла через гостиную, чтобы взять со стола маску, и надела её, а также капюшон, точно так же, как это делали близнецы. — Отец, — начал Драко, следуя за старшим блондином, — кто это? — Тот, кто когда-то был тебе очень близок. Кто-то, кто совсем недавно оскорбил и Тёмного Лорда, и Белиала. — Забини, — пробормотал Драко, мгновенно вспомнив, как Гарри описывал произошедшее с Блейзом в «Меракусе», когда Тёмный Лорд явился, используя оборотное зелье. Гарри уже предупреждал Драко, что Тёмный Лорд планирует убить Блейза, и Драко очень быстро смирился с этим фактом. Забини назвал Гарри шлюхой прямо перед его мужем, самым тёмным волшебником на свете. — Да, всё верно, — пробормотал Люциус, внимательно разглядывая профиль сына. Драко пожал плечами. — Я, честно говоря, удивлён, что он ещё жив. Люциус не повёл их в Большой зал, как предполагал Драко. Вместо этого они спустились в подземелья, подальше от места, где держали студентов, и попали в более просторное помещение, где все члены Внутреннего Круга могли собраться, и места было предостаточно. Забини уже был внутри, и большинство призванных Пожирателей Смерти окружили его, образовав круг. Забини был вынужден встать на колени и смотреть на стоящего перед ним волшебника широко раскрытыми испуганными глазами. Лицо Тёмного Лорда не было закрыто его капюшоном. Драко сморщил нос, когда они с отцом заняли места рядом с Северусом, а близнецы и Луна втиснулись рядом с ними. Забини выглядел ужасно. Казалось, он не спал целый год, его волосы были растрёпаны, как и одежда. Его обычно прекрасные одежды были помяты и испачканы, а Драко заметил грязь под ногтями. Это было отвратительное зрелище. — Теперь ты понимаешь, какую колоссальную ошибку совершил, Забини, — прошипел Тёмный Лорд. — Я обещал убить тебя, и, к твоему несчастью, этот день настал. — Я не знал, что это вы, — прохрипел Забини. — Это не имеет значения. Теперь ты умрёшь. Ты не только оскорбил Драко, сына одного из моих самых важных и доверенных последователей, но и оскорбил моего мужа. Я не славлюсь прощением, Забини. — Что он сказал о нашем Драко? — тихо прошипел Джордж, стоя рядом с Драко. Забини всхлипнул, когда Тёмный Лорд поднял свою палочку. Его взгляд метнулся к тем, кого он видел в Круге, и через мгновение остановился на Драко. Драко усмехнулся и поднял подбородок. — Я думал, слизеринцы верны своим, — выплюнул он Драко. — Ты собираешься сидеть и смотреть, как я умираю, задирая нос. И всё из-за гриффиндорца, с которым ты дружишь меньше года? — Ты никогда не был настоящим другом, Забини, — протянул Драко. — Гарри умер бы за меня. Он чуть не умер за Тео. Ты бы поступил так же? Нет, не поступил бы. Никогда, — ответил он на свой собственный вопрос. — Больше не пытайся меня умолять. Я тебя проигнорирую. — Драко! Блондин не ответил. — Неужели я умру только за то, что говорю правду? Поттер — шлюха! И ты тоже! Драко покачал головой, ему стало ужасно противно от того, что он когда-либо дружил с таким глупцом, как Забини. В этот момент кто-то выкрикнул проклятие. Удивительно, но это был не Тёмный Лорд. Режущее проклятие, рассекшее грудь Забини, выпустил один из близнецов. Оба они вырвались из круга и набросились на Забини, пытаясь убить его только кулаками. До этого момента они точно не знали, зачем Забини здесь, и, конечно же, возмутились тем, что Гарри и Драко назвали шлюхами. Оглянувшись, Драко не удивился, увидев ухмыляющегося Тёмного Лорда. Видимо, его ничуть не смутило то, что Фред и Джордж собирались убить Забини руками и ногами. Остальные члены Внутреннего Круга выглядели не менее довольными, чем Тёмный Лорд, и даже Лунатик улыбался… но он уступил. Эта ведьма всегда улыбалась. Тётя Белла прыгала от радости, хлопала в ладоши и безумно хихикала над яростными криками, льющимися из уст женихов Драко. Тёмный Лорд мрачно усмехнулся и повернулся к Люциусу и Северусу. — Похоже, мне не придётся тратить силы на то, чтобы наложить на него Аваду. Я начал подозревать, что близнецы больше склоняются к Тёмной стороне, чем Гарри. Люциус усмехнулся, а Северус протяжно произнёс: — Возможно, нам стоит наложить заклинание Империо на всех наших врагов, чтобы они оскорбляли Гарри и Драко. Тогда нам больше никогда не придётся никого убивать. Эти идиоты сделают это за нас. Близнецы продолжали избивать Забини и, казалось, ничуть не уставали от этого, выкрикивая свои фразы. Вначале Том на какое-то время задумался, стоит ли ему передать Гарри видения происходящего через их связь. Он уже передавал свои эмоции, которые, несомненно, разбудили бы его прекрасного Гарри, когда тот вернулся бы. В конце концов, он решил передать видения, поскольку Гарри, вероятно, тоже этого ожидал. Теперь он задавался вопросом, как его муж реагирует на то, что двое его лучших друзей убили волшебника голыми руками. К тому моменту, когда всё закончилось, Волан-де-Морт так и не наложил смертельное заклятие. Он позволил Блейзу Забини лежать на земле и истекать кровью, в то время как члены Внутреннего Круга стояли вокруг него, общались и приятно разговаривали друг с другом, как будто под их ногами не было умирающего волшебника. Забини умер от кровопотери и проколотого лёгкого, он умер от ран, нанесённых только близнецами Уизли, которые, похоже, не слишком переживали из-за того, что стали причиной смерти. Как только лорд Волан-де-Морт узнал, что Забини больше нет, он ушёл, стремясь вернуться домой. Он вошёл в свои покои и направился прямо через гостиную в спальню. Он распахнул дверь, и в тот же миг, как он переступил порог, тело на кровати закорчилось и издало дрожащий вздох в ответ на магию Тёмного Лорда, пытавшуюся поиграть с его собственной. Теперь, когда они находились в одной комнате, магия была вдвое сильнее. Гарри уже весь покраснел, был покрыт потом и желанием, одна рука впилась в шёлковые простыни, а другая… Тёмный Лорд с удовольствием вздохнул. Другая рука была между ног мужа. Гарри ласкал себя, растягивая и используя то, что выглядело как его собственная сперма, чтобы увлажнить себя, судя по блестящей белой субстанции на его животе. — Том, — простонал он. — Ты… ты ублюдок, что ты со мной сделал? Ах, боги! Руки, Том! Мне нужны твои руки! Ублюдок тут же направился к кровати и встал в её изножье, разглядывая разложенное перед ним обнажённое тело, его красные глаза сузились от восхищения. Волан-де-Морт зашипел, и Гарри предвкушал натиск. Натиск могущественного тёмного волшебника в чёрных мантиях с возбуждёнными блестящими глазами. Руки Волан-де-Морта были грубыми на его теле, восхитительно грубыми и мозолистыми, губы поглотили его в жестоком поцелуе. В тот же миг его руку оттолкнули, и твёрдый член грубо вонзился в него, всё это произошло за считанные секунды. И всё это прежде, чем Гарри успел понять, что происходит. Волан-де-Морт с удовольствием прижался лбом к ключице Гарри, проникая в него так глубоко, как только мог, а затем вытаскивал член, и повторял это снова и снова. — Это что, какая-то тёмная магия? — ахнул Гарри, выгибая спину в знак приглашения к продолжению. Волан-де-Морт зловеще усмехнулся, прежде чем укусить Гарри за шею. — Нет, маленький проказник. Это мы. Наша магия. Вместе. Ты, наверное, мог бы сделать то же самое со мной, если бы попытался. Гарри мог бы ответить, но прежде чем у него появилась такая возможность, муж вытащил свой член, грубо перевернул его и, резко подняв на четвереньки, тут же снова вонзил его в тугое лоно Гарри, не теряя ни секунды. Темп был жестоким. Тёмный Лорд врывался в Гарри так, словно думал об этом весь день, что, вероятно, так и было. Голова Гарри была низко опущена, рот открыт в беззвучном крике, который, казалось, длился вечно, пока его основательно трахали в изголовье кровати.***
Около десяти часов вечера из «Дырявого котла» на Косую аллею вышли две фигуры. Два волшебника, оба одетые с иголочки и явно выпившие слишком много пива или вина. Более низкий из них крепко держался за более высокого волшебника, радостно смеясь над тем, что тот только что прошептал ему на ухо, в то время как рука волшебника скользнула вниз, чтобы обхватить ягодицы своего более низкого спутника. По всему переулку были расставлены наблюдатели, но только одна пара глаз следила за порталом в «Дырявый», и эти глаза были направлены на тех двоих, которые, казалось, не замечали подавленной атмосферы, воцарившейся на Косой аллее после того, как Тёмный Лорд захватил Хогвартс и Министерство. Эти два волшебника были совершенно очарованы друг другом. Наблюдатель изучал пару прищуренными глазами, пока более высокий прижимал более низкого к ближайшей ровной поверхности, которой оказалась дверь закрытого магазина. — Мы опоздаем, — сказал тот, кто прижался к двери, смеясь и запустив пальцы в волосы более высокого мужчины. — Времени ещё предостаточно, — пробормотал другой, его голос был глубоким и шелковистым, почти слишком тихим, чтобы наблюдатель мог его услышать. Мужчина пониже ростом ахнул от удовольствия, когда эти слова прошептали ему на ухо, а бедро просунули между его ног. Наблюдатель уже почти был готов отмахнуться от этих двоих за то, кем они были на самом деле: пьяной парочкой, слишком пьяной, чтобы понимать, что находятся на улице так поздно и в такое опасное время совсем небезопасно. Но поскольку это была самая скучная работа, которую ему когда-либо поручали, наблюдатель продолжал изучать их, предпочитая наблюдать за парой пьяных похотливых волшебников, чем просто смотреть на пустую улицу. — Ты пьян, — хихикнул невысокий волшебник. — И ты тоже, Гарри, — промурлыкал другой, прижимаясь к шее своего возлюбленного. Наблюдатель, Дедалус Диггл, выпрямился в тени под дезиллюминационными чарами, его глаза сузились при услышанном имени. Ему никак не могло так повезти, что он поймал Гарри Поттера. Не только Избранного, но и его супруга, ведь этот волшебник тоже был в розыске у Ордена и Скримджера. Диггл предположил, что им нужен новый супруг Поттера, чтобы контролировать его. Диггл пожал плечами. Что ж, пусть будет так. Это были тяжёлые, отчаянные времена. Диггл оглядел улицу, но не увидел никого из своих товарищей-наблюдателей. Он хотел рассмотреть их поближе, прежде чем подавать сигнал. Не хотелось ошибиться. Крадучись в тени, он сумел перейти улицу незамеченным. Но эта парочка была так увлечена друг другом, что, вероятно, не заметила бы дракона, если бы он внезапно приземлился прямо рядом с ними. — Что ты собираешься делать? — спросил невысокий волшебник, тот самый, которого другой назвал Гарри. — Хочешь трахнуть меня прямо здесь, у двери? Диггл фыркнул про себя. Он не мог разглядеть ни одного из них. — В этой мысли есть свои достоинства, — прошептал мужчина покрупнее. — Все мои мысли заслуживают внимания. Его партнёр насмешливо фыркнул, а затем ответил крайне негативным замечанием. Тот, что пониже ростом, что-то неразборчиво прошипел, оттолкнул напарника и, обойдя его, пошёл дальше по дороге. Другой догнал его, остановив младшего — Диггл предположил, что тот, который пониже, был моложе, так как его голос звучал соответственно — в том месте, где свет от зажжённой лампы лился вниз. — Все твои мысли заслуживают внимания, — промурлыкал высокий парень, и Диггл подумал, что тот соглашается лишь для того, чтобы снова положить руки на задницу своего партнёра. И это сработало. Диггл затаил дыхание. Теперь их обоих заливал свет, и он мог увидеть их лица… как только они перестанут целоваться. Когда высокий мужчина отстранился, он приподнял подбородок своего напарника пальцем. Диггл выдохнул, увидев, как лицо Гарри Поттера озарилось светом, его глаза и улыбку. Ему нужно было предупредить остальных! Гарри закрыл глаза и вдохнул аромат Тома. От него исходил восхитительный запах: пряный, мускусный, божественный. — Нас заметили, — прошептал он в губы своему возлюбленному. — Нас заметили несколько минут назад, проказник. Он только сейчас узнал тебя… — усмехнулся Том и, отстранившись, сказал громче: — Не хочу опаздывать. Пошли. — Мне нужно продолжать притворяться пьяным? — прошептал Гарри. — Нет. Нам нужно поскорее добраться до квартиры близнецов, прежде чем кто-нибудь решит, что проще оглушить нас здесь и сейчас, а потом вызвать остальных. Я хочу быть в квартире до начала шоу. Вскоре Том и Гарри подошли к двери близнецов и постучали, прекрасно зная, что внутри только Драко и Гермиона, и всё же никто не открыл дверь. Квартира должна была выглядеть пустой снаружи. Гарри фыркнул и громко воскликнул: — Они сказали, что будут здесь! К чёрту всё это, давай войдём и подождём их! И с этими словами он взмахнул палочкой и отпер дверь, втянув мужа внутрь. — Слава Мерлину! — воскликнула Гермиона, как только дверь закрылась и Гарри осветил квартиру. — Я боялась, что они попытаются напасть на вас двоих ещё до вашего прихода сюда. — Боишься за меня, Гермиона? Как мило, — усмехнулся Том, посмеиваясь, когда она покраснела. Гарри хлопнул его по руке. — Перестань её дразнить. — Я говорил серьёзно. Магглорождённая беспокоится за Тёмного Лорда. Мне от этого становится тепло на душе, — безэмоционально произнёс Том. Гарри, смеясь, упал на пол от его слов. — Ты, должно быть, выпил… кучу чая! — выдохнул он сквозь приступы хихиканья. Том улыбнулся. — Он что, только что пошутил? — недоуменно прошипела Гермиона Драко. Гарри рассмеялся ещё громче, а Драко лишь хихикнул. Том подошёл и, закатив глаза, помог Гарри подняться. — Вы двое возвращайтесь домой, оденьтесь и встретьтесь с остальными, — скомандовал Том, приложив палочку к Тёмной метке Драко, чтобы предупредить остальных о необходимости собраться. — И помните, будьте вежливы со своими сопровождающими, Гарри и Гермиона, — предупредил он, строго глядя на них обоих, но в основном на Гарри, поскольку знал, что Гермиона будет исключительно вежлива, хотя, возможно, и слишком рьяно настроена. — Не задерживайтесь надолго. — Конечно, мы ненадолго, — ответил Гарри, подойдя к Гермионе, поправил кулон в виде кинжала и обнял подругу за талию. — Не могу позволить тебе одной получать всё удовольствие. Гарри и Гермиона вернулись домой и быстро надели мантии и маски, Гермиона хихикала, надевая мантию и маску. — Почему у тебя такое хорошее настроение? — с любопытством спросил он. — Честно говоря, Гарри, ты не единственный, кто сходит с ума от скуки. От чтения не получишь достаточной физической нагрузки. И тренировочные дуэли, конечно, хороши, но я готова к настоящим. — Да, и к тому же ты единственная в этом огромном замке, кто не занимается сексом. Должно быть, это так раздражает, — ответил он, уворачиваясь от её замахивающегося кулака. — Тебе следует быть добрее ко мне, — пробормотала она, хватая его за руку и мысленно готовя место, — ведь Тёмный Лорд дал мне приказ командовать твоими сопровождающими. — Ты за них не отвечаешь! Ты всего лишь связующее звено! В конце концов, они выполняют мои приказы. Я отдаю приказы тебе, а ты отдаёшь их им! — Ты когда-нибудь играл в маггловскую игру «испорченный телефон», Гарри? Иногда слова путаются, пропускаются или меняются к тому моменту, когда доходят до адресата. Гарри усмехнулся и приготовился присоединиться к Гермионе, аппарировав. — Ты немного злая. Минуту спустя они появились на широком поле, где должны были встретиться с сопровождающими и остальными нейтральными. Гарри сразу же заметил своих нейтральных и с изумлением посмотрел на количество других серебряных, отделившихся от них. — Он сказал, горстка сопровождающих. Горстка! Это совсем не похоже на горстку! На самом деле, то, что Том считал горсткой сопровождающих, оказалось двадцатью. Двадцатью вампирами, которых Лорд вампиров передал по просьбе Тома. Вампиры, как он быстро узнал, были выходцами из Британии, и большинство из них вызвались добровольно, что обрадовало Гарри. Он и Гермиона потратили всего несколько минут, обходя всех, улыбаясь и пожимая им руки, давая понять, что рады компании и помощи вампиров. Они планировали познакомиться с вампирами поближе, но это пришлось отложить до окончания этой небольшой засады. Когда они готовились отправиться в Хогсмид, Гарри напомнил всем, что отныне им следует использовать свои псевдонимы. Им было сказано выбрать вымышленные имена ещё несколько дней назад, поскольку никто не должен обращаться к кому-либо по имени, данному при рождении, находясь в масках.***
— Через мгновение к нам присоединится ещё одна группа волшебников и ведьм. Вы узнаете в них союзников по серебряным маскам, которые они носят, — сказал Люциус Малфой многочисленным Пожирателям Смерти, стоявшим перед ним в «Трёх метлах». — Маски? Это Пожиратели Смерти? — крикнул кто-то. — А тот, что в золотой маске, тоже Пожиратель Смерти? — Они не Пожиратели Смерти и не полностью Тёмные, но они союзники. А тот, у кого золотая маска, — их лидер. Это всё, что наш Лорд хочет, чтобы мы знали на данный момент. Вы не будете нападать на обладателей серебряных масок. И если кто-то из вас хотя бы подумает о том, чтобы причинить вред обладателю золотой маски… Тёмный Лорд позаботится о вас лично, и ваше тело никогда не будет найдено, — после этого заявления Люциусу пришлось поднять руку, чтобы успокоить группу. — И ещё одно: ни при каких обстоятельствах вы не будете пытаться раскрыть личности обладателей золотой и серебряных масок. Наш Лорд хочет, чтобы их личности оставались в секрете. Люциус не сомневался, что возникнут новые вопросы о Белиале и нейтралах, но, к счастью, именно в этот момент он услышал несколько хлопков на улице. Он вывел Пожирателей Смерти и направился прямо к Белиалу, где они пожали друг другу руки. — Люциус, — поприветствовал Белиал тихим голосом. Спокойствие его голоса контрастировало с возбуждением в глазах. Люциус усмехнулся. — Белиал, — ответил он на приветствие с весельем в голосе. Зелёные глаза закатились, и он повернулся, чтобы изучить Пожирателей Смерти и свою группу. Люди в белых и серебряных масках внимательно изучали друг друга. Белиал привёл с собой Гермиону (Пент, сокращение от Пентесилеи), близнецов (Фреда звали Агни, а Джорджа — Рудра), Луну (которая выбрала имя Неван) и Билла (Данте). Гарри показалось забавным, что все Уизли выбрали какие-то демонические имена. Были и другие люди в серебряных масках, которые не участвовали в этой небольшой вылазке. Близнецы завербовали Ли Джордана и Оливера Вуда, а Гермионе удалось привлечь сестёр Патил. Эти двое ничуть не оценили того, что вся их семья стала мишенью Ордена. Однако эти четверо не участвовали в этом рейде, потому что Гарри не знал об их навыках и не хотел брать на себя ответственность за них на случай, если у них не хватит сил противостоять Ордену. Не сейчас. — Метка жжётся, — пробормотал Люциус. — Пора уходить. — Верно. После тебя и твоей компании. — Как храбро, что отправил нас первыми, — пробормотал Люциус с притворной усмешкой, прекрасно понимая, что как только Белиал окажется в Косом переулке, он обойдёт всех, пока не вернётся к своему мужу. Белиал усмехнулся. — Нам не обязательно здесь быть, Люциус. Мы здесь, потому что хотим быть. Разве не так? — спросил он свою группу. В ответ он получил одобрительный отклик. Он повернулся к Люциусу. — А вы, с другой стороны, получили приказ. Серебристые маски позади него ухмылялись, и большинство из них, когда ухмылялись, показывали клыки. Люциус поднял бровь. — Вампиры? Белиал ухмыльнулся, а Пожиратели Смерти, стоявшие за Люциусом, неловко заёрзали.***
Серебряные появились внутри «Дырявого котла», который был почти пуст, за исключением бармена Тома, съёжившегося за барной стойкой. Белиал наклонился над стойкой и легко заблокировал обезоруживающее заклинание, которое на него обрушил дрожащий волшебник. — Не беспокойся, Том. Твоя собственность не пострадает, и ты сам тоже, пока будешь оставаться в здесь. Понял? Том быстро кивнул. Белиал злобно усмехнулся, затем резко развернулся и, шагнув прямо через таверну, быстро выстучал узор, который должен был открыть проход в стене. Как только они вышли в переулок, группа услышала звуки битвы вдалеке и предположила, что группа Люциуса вступила в бой с силами сопротивления. Гарри искренне надеялся, что для этого был созван весь Орден. Белиал сделал паузу и повернулся к своей группе. — Слушайте, мы здесь не для того, чтобы убивать людей. Только чтобы обезвредить. Все поняли?, — все согласились. — Хорошо, а мои три рыжеволосых демона? Если здесь окажется ваша семья — вы берёте её на себя. — Мы знаем, что делать, Белиал, — ответил старший из Уизли. — Отлично! Вперёд! И помните… это не ради Тьмы или Света. Это для нас, так что постарайтесь получить удовольствие! Четверо, стоявшие прямо за ним — Пент, близнецы и Неван — хихикнули, а вампиры широко улыбнулись. Данте вздохнул и покачал головой, хотя на его губах играла улыбка. Спустя несколько мгновений серебряные прокрались сквозь тени к магазину близнецов, навстречу звукам битвы. Вампиры, казалось, полностью исчезли в тёмных помещениях. Белиал был готов поспорить, что некоторые из них уже были на месте, настолько быстро они передвигались. Скорость вампиров — это потрясающее качество. Жаль, что для того, чтобы обрести силу вампиров, нужно было стать живой смертью. — Белиал, берегись! Чья-то рука легла ему на голову и толкнула вниз, как раз в тот момент, когда над его головой промелькнула полоса красного света. Близнец, спасший его, облегчённо выдохнул, как раз в тот момент, когда Белиал резко поднял взгляд туда, откуда пришло проклятие. Он усмехнулся, заметив и узнав нападавшего. Примерно в десяти футах от него стоял аврор, ухмыляясь им. Белиал встал и демонстративно стряхнул несуществующую пыль. — Пент? Пентесилея шагнула вперёд, ухмыляясь. — О да. Он мой. Хочешь поиграть со мной, аврор Энди? — в глазах аврора мелькнуло узнавание, и его улыбка стала ещё шире. — Что он вообще собирался сделать? — прошипел Фред, сверля взглядом Чарльстона, когда они проносились мимо. Аврор и Пент кружили друг вокруг друга, прежде чем ведьма выпустила заклятие в сторону своего возлюбленного. Эндрю увернулся и отправил заклятие обратно, хотя оно явно пролетело в нескольких метрах от того места, где стояла Пент. Белиал усмехнулся. — Ему нужно продолжать притворяться. К тому же, это было всего лишь оглушающее. Вскоре они добрались до основной группы сражающихся: большое количество Пожирателей Смерти сражалось с группой волшебников и ведьм, почти таких же по численности. Неужели Шеклболт, Муди и Скримджер приказали всем своим оставшимся силам собраться здесь только для того, чтобы захватить меня? Глупо, подумал Белиал, покачав головой. Скримджер… Он был ещё одним человеком, которого Белиал терпеть не мог. До того, как Гарри покинул войну и практически исчез, Руфус Скримджер был одним из самых надоедливых людей в его жизни. Он умолял его поддержать Министерство, пытаясь представить правительство в хорошем свете, несмотря на полную неспособность справиться с Волан-де-Мортом. А когда тот отказывался, Скримджер начинал вести себя агрессивно. Мало того, Орден был не единственной фракцией, начавшей преследовать невинных людей. Скримджер обещал людям положительные результаты в войне, когда его назначили министром, и когда он не добился немедленного успеха против Тьмы, министр начал арестовывать невинных людей, чтобы создать видимость того, что он делает что-то полезное. Неудивительно, что Орден сошёл с ума без Дамблдора. Когда они прибыли, и Белиал заметил, что его муж в порядке и справляется сам, сражаясь с пятью волшебниками без малейших усилий, Белиал остался в тени, осматривая поле боя в поисках одного конкретного человека. Наконец он нашёл его, пытавшегося подкрасться к Волан-де-Морту. Пытавшегося подкрасться и причинить вред его мужу. Белиал прищурился, перебирая пальцами палочку, пытаясь придумать идеальное заклинание. Он решил, что пора преподнести мужу подарок, который не будет похож на выпечку. Когда он придумал, что хочет сделать, Белиал действовал. Волан-де-Морт ухмыльнулся, одновременно сбив с ног троих нападавших, убив двоих и оглушив третьего. И даже в этот момент Тёмный Лорд почувствовал, как Министр подкрадывается сзади. Волан-де-Морт должен был признать, что, хотя Скримджер и был очень надоедливым типом, этот волшебник был гораздо компетентнее предыдущих Министров. По крайней мере, Скримджер не боялся запачкать руки. Тёмный Лорд взмахнул палочкой в воздухе, убив третьего поверженного волшебника, и произнёс ещё одно заклинание, окутавшее последних двоих мутным синим дымом, задушив их за считанные секунды, после чего резко повернулся лицом к Министру. Но Скримджер, похоже, не был к этому готов. Министр был мертвенно бледен, стоял неподвижно, как статуя, с поднятой рукой и палочкой, направленной на него. Однако он не двигался. Казалось, он застыл. — Вот, лорд Волан-де-Морт. Подарок, — промурлыкал Белиал, выходя из-за спины Министра, чьи вены начали синеть от чего-то, похожего на яд. Волан-де-Морт поднял свою палочку и мгновенно произнёс заклинание, которое должно было положить конец жизни Министра. Затем ему пришлось сдержаться, чтобы не поцеловать своего мужа прямо здесь, на глазах у союзников и врагов. Но это было трудно, особенно учитывая, что Белиал стоял там, ухмыляясь, глядя на тело Министра. — Ты испортил мне удовольствие, — сказал он вместо этого. — Я с нетерпением ждал битвы с ним. У него был потенциал для великолепного поединка. А эти остальные — жалкие подобия ведьм и колдунов. — Это немного жестоко, — ответил Белиал, покручивая палочку в пальцах и оглядывая редеющую толпу. Многие враги были захвачены и повержены. Другие убежали, когда поняли, что прибыло больше Пожирателей Смерти с каким-то подкреплением — в том числе и вампирами, — а Гарри Поттера нигде не было. — Белиал! Давай, пойдём поохотимся! — крикнул кто-то. Драко. Белиал усмехнулся и посмотрел на своего мужа, который кивнул. Бойцам придётся отбежать на некоторое расстояние, прежде чем они смогут аппарировать, так как Волан-де-Морт поднял вокруг этого места защитный барьер, как только узнал о появлении Белиала и его группы. — Ты уверен? Я должен тебя защитить, если это понадобится. Волан-де-морт усмехнулся и оттолкнул его. — Тёмный Лорд, — напомнил он. — Защита не нужна. Белиал рассмеялся и бросился вслед за своим лучшим другом, чувствуя, что за ним следуют два серебряных. Но затем он внезапно оказался отрезан от Дрейка, когда прямо перед ним появился волшебник, из палочки которого уже вылетало заклинание болезненно-зелёного цвета. Сердце Белиала замерло, когда он упал, молясь всем богам на небе, чтобы двое позади него отскочили в сторону, хотя сам он кричал им об этом, одновременно посылая беспалочковое заклинание в ноги противника, но, к сожалению, промахнулся в панике. Позади него раздалось несколько криков: два от близнецов — Гарри вздохнул с облегчением, что их не поразило Смертельное заклятие Муди, — и ещё один. Глубокий, гортанный, яростный крик его мужа, который, по-видимому, видел, что только что произошло и как близко он был к тому, чтобы чуть не потерять жизнь. Белиал отмахнулся от всего этого, встал и посмотрел на старого волшебника, стоявшего напротив него. Никто из них не двинулся с места, чтобы сделать ещё один выстрел, но оба были готовы. Муди скривился, изобразив на лице предвкушающую улыбку. Белиал усмехнулся. К тому времени, как они закончат, кровь этого волшебника будет на его руках. — Идите, — сказал он своим двум демонам. — Идите помогите Малфою. Муди мой, — прорычал он. — Белиал, — прошипел один из близнецов. — Мы не можем этого сделать. Тёмный Лорд сказал нам… — Сделай это! Вперёд! — Белиал оттолкнул ближайшего. — Экспеллиармус! — крикнул он, когда один из глаз Муди повернулся к проходящим мимо близнецам, явно готовый проклясть одного из них. Палочка Муди влетела ему в руку, и Белиал мгновенно сломал её пополам, отбросив через плечо. Всё внимание Муди тут же вернулось к нему, и в руке у него уже была другая волшебная палочка. — Ещё одна палочка? Как умно, — усмехнулся Белиал, хотя и знал, что у Муди всегда при себе не одна палочка. И тут он почувствовал чьё-то присутствие за спиной, и глаза Муди сузились до узких щелей. — Оставь его мне, Волан-де-Морт. — Он обрушил на тебя Смертельное Проклятие, — прошипел Тёмный Лорд, властно положив руку на бедро. — Да? Он не единственный. Я не новичок в уклонении от Авады, не так ли, Волди? Не волнуйся, твоё Темнейшество. Он будет убит. Мной. Пожалуйста, отойди. Твоё прекрасное присутствие отвлекает. — Волди? — прошипел ему в ухо Тёмный Лорд. Белиал усмехнулся. Рука на его бедре приятно сжалась, а затем опустилась, и самая тёмная из аур отступила от него. — Я узнаю твой голос… — прорычал Муди. — Но не могу вспомнить, откуда он. Кто ты такой, чтобы быть так близко к Тёмному Лорду? — Почему? Ревнуешь, Муди? — рассмеялся Белиал. — Сейчас это не так уж важно. Дефодио! — Протего! — прорычал Муди и тут же добавил: — Диффиндо! Белиал увернулся от режущего заклинания, подняв бровь. — Это слишком мрачно для таких, как ты, не так ли? — Ты умеешь говорить! Ты хоть представляешь, что Дефодио делает с телом, парень? Белиал проигнорировал это и усмехнулся. — О, но подожди, Муди. Ты любишь убивать детей, так что это, наверное, для тебя привычное дело. Может, мне начать называть тебя Пожирателем Смерти? Разъярённый Муди выкрикнул ещё одно заклятие. Гарри легко отреагировал, смеясь над тем, что ему удалось вывести из себя сварливого старого аврора. Однако его смех оборвался, когда Муди снова применил заклинание Диффиндо и поймал его, прежде чем тот успел увернуться. Гарри в ярости зарычал, прицелился и закричал: — Дуро! Экзоссо! Муди увернулся от первого заклятия, которое превратило бы его ноги в камень, но Белиал предвидел это и то, как Муди отступит, и поймал его вторым заклятием, уничтожив все кости в его руке с волшебной палочкой, после чего палочка Муди выпала из его безвольных пальцев. Белиал тяжело вздохнул, прижав ладонь к руке и почувствовав, как кровь хлещет между пальцами. — Ты быстро двигаешься, Муди. Для старика… Уворачивайся! — он быстро выпрямился из болезненной сутулости, удивив старого аврора, и прошипел проклятие, которое выучил из фолианта «Парсел». — Поттер! — крикнул Муди, внезапно поняв, что его противник — змееуст. Удивление Муди вызвало у Белиала приятные мурашки по коже, когда он закончил заклинание. Быстро взмахнув палочкой, он окутался холодным синим светом, который быстро сменился на оранжевый. Он обошёл Муди и встал позади, направив палочку на боковую дверь здания, сделанную из дерева, и выкрикнул ещё одно проклятие, одновременно снимая окружавшее его заклинание. Белиал пригнулся, когда дверь отлетела в сторону старого волшебника, а дерево разлетелось в большие осколки. Деревянные копья слились с огнём и выстрелили в Муди, прежде чем старый мерзавец смог им противостоять. Но Белиал не остановился. Он быстро отступил и крикнул — Экспульсо! — стенам, которые обрушились на Муди, погребая его под обломками, которые не могли погасить неестественное пламя. Белиал с облегчением выдохнул, услышав крики боли и ярости Муди, и усмехнулся, когда эти вопли оборвались, когда огонь начал пожирать его. — Это за всех невинных, которых ты убил, за всех детей, — выплюнул он на дымящиеся обломки, снова прикрывая зияющую рану на руке и шипя от того, что давление, которое он оказывал, вызывало приступы боли по всей руке. — Он одолел Муди, — сказал кто-то в нескольких шагах. По рядам Пожирателей Смерти прокатился благоговейный ропот. Гарри мрачно улыбнулся. — Он также неожиданно обезвредил Скримджера, дав нашему Лорду время убить Министра. Много ли вы знаете волшебников, которым удавалось незаметно подкрасться к Руфусу Скримджеру? Гарри обернулся и увидел, что Люциус ухмыляется ему после этого заявления. Он сердито посмотрел на блондина. — Кто-нибудь добрался до Кингсли? — Он не пришёл, — пробормотал Волан-де-Морт, приближаясь к нему и осматривая его тело в поисках других ран, помимо очевидной на руке. — Полагаю, это было умно с их стороны. Я имею в виду, если бы они все пришли, то был бы шанс, что их всех уничтожили бы одновременно в одном месте, даже если они не планировали, что это будет ловушка. — Ты произвёл на них впечатление, маленький проказник, — прошептал Волан-де-Морт, когда они оказались почти лицом к лицу. — Хочешь показать себя? Белиал перевёл взгляд, посмотрев мимо мужа на притихшую группу Пожирателей Смерти, а затем снова посмотрел на сверкающие красные глаза мужа. — Нет. Быть Белиалом — это весело!Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!