Часть 1

Иногда одно движение может дать надежду…       Музыка кончилась, каждый из танцоров замер на своей конечной точке, тяжело дыша. Мишель оглядывает каждого, коротко кивая и сверяясь с какими-то своими мыслями. Закончив, девушка улыбается ребятам и одобрительно поджимает губы.       — Да, всё так. Молодцы, вы на славу поработали. Завтра и послезавтра отдохните, а уже в понедельник сделаем генеральную репетицию перед конкурсом, — девушка вздыхает и провожает каждого присутствующего взглядом.       Когда дверь закрылась за Джастином, Мишель облегчённо выдохнула. Конкурс, а точнее, подготовка к нему, забирал последние силы и время.       Хореограф уже не помнила, когда в последний раз была в спа-салоне. Предложение от самой себя размяться было принято незамедлительно. Не то чтобы она и вовсе не двигалась во время репетиции, нет. Дело не в этом. Просто одно дело, когда занимаешься, например, с детьми, которым каждое движение нужно показывать и «разжёвывать», а другое — когда работаешь с опытными профессиональными танцорами, которые и сами могут подсказать то или иное движение.       Слышится звук открывающейся двери. Наверное, кто-то из ребят что-то забыл. Но нет. До боли знакомый силуэт опирается плечом о стену.       — Ты до сих пор тут? — Брэндон отпивает глоток кофе из стаканчика.       — И тебе привет. Да, до сих пор. Нельзя?       Сегодняшняя утренняя ссора не осталась забытой, и мужчина чуть наклонил голову, изучая красивое лицо девушки. Мишель краснеет, но успевает отвернуться до того, как Брэндон это замечает.       — Ты домой вообще собираешься? Уже поздно. — Мишель бросила короткий взгляд на часы и вздёрнула брови. Почти десять. Так поздно она ещё не задерживалась. — Ты вообще на мои вопросы отвечать будешь?       — Я ещё потанцевать хотела. Сама. Так что можешь идти.       Брэндон усмехается и направляется в другой конец зала, устраиваясь на широком подоконнике. На вопросительный взгляд девушки он лишь отпивает глоток кофе.       — Танцуй, я мешать не буду.       Раздражение, смешанное с возбуждением, поселяется в груди хореографа. Сейчас ей хочется то ли заехать ему по роже, то ли броситься и повиснуть на его шее. И пока в ней борются два чувства, Мишель включает любимую песню. 🎵Prisoner — Raphael Lake, Aaron Levy, Daniel Murphy.       Что же, Брэндон, хочешь просто смотреть — смотри. Если усидишь…       Смотря парню прямо в глаза через большое зеркало, Мишель при помощи пульта выключает общий свет, оставляя нижние лампочки гореть тёплым светом. Помещение окутывает интимный полумрак. Девушка на ходу снимает футболку, оставаясь в одном спортивном топе. Кадык Брэндона нервно дёрнулся. Мишель расставила бесконечно длинные ноги врозь на расстоянии чуть больше ширины плеч. Начав делать плечами круговые движения, она медленно согнула колени и начала делать ими круговые движения, опускаясь при этом, затем поднимаясь. Чем плавнее девушка выполняла движения, тем эротичнее это выглядело. Сделав резкое круговое движение головой, Мишель «разрушила» идеальную укладку на голове. Волосы красиво упали на ее лицо, пухлые губки приоткрылись. Брэндон немигающим взглядом следил за движениями девушки, не замечая, насколько сильно сжимает стаканчик от кофе. А Мишель тем временем продолжала. Коротким шагом девушка оказалась у пилона, одной рукой держась за сам шест и делая волну всем телом, поочередно дотрагиваясь до железной колонны. Один томный взгляд, кинутый Брэндону, и хореограф подняла руку, взявшись за пилон примерно на уровне головы. Вытянула руку так, чтобы повиснуть на ней, и отклонилась от шеста, сделав прямой ногой мах в сторону и шаг вокруг пилона. Немножко согнув колено, на котором она вращалась, придала движению грациозности. «Оседлав» пилон, Мишель опустила руки как можно ниже, чтобы прогиб в спине получился глубже и красивее. Распущенные волосы придавали сексуальности танцующей в полумраке девушке.       Встав к шесту вплотную и взявшись за него обеими руками над головой, Мишель начала вращать бедрами, медленно, даже очень медленно съезжая вниз, оказываясь на корточках. Выполняя это движение, хореограф провела руками по роскошному телу вплоть до коленей. Девушка резко развела их в стороны и быстро вернулась в позицию стоя. Не трудно было догадаться, что Мишель давно не танцует просто для себя. Стриптиз. Старый добрый стриптиз, а главное, — только для Брэндона. Повернувшись к последнему спиной, девушка кокетливо закусила нижнюю губу, скользя руками вдоль спины и легонько шлепая себя по ягодицам. Брэндон хитро улыбнулся. Мишель опустилась на колени, словно кошечка скользя по полу, красиво выгибаясь в спине. Брэндон рыкнул, не в силах отвести взгляд от форм его девушки. Когда музыка чуть затихла, в голову бывшего танцора пришла просто гениальная идея. Свет в зале можно было контролировать двумя способами: пультом и выключателем. Выключив весь свет полностью, Брэндон в одно мгновение оказался рядом с девушкой, обжигая её ушко дыханием:       — Танец — это беседа двоих людей. Поговорим?       Мужчина обхватил запястья Мишель, одним движением разворачивая ее к себе лицом. Их носы соприкасаются, дыхания сливаются в одно целое.       — Поговорим.       Блондин, продолжая держать девушку за запястья, одним резким движением оказался сверху, так близко к ее лицу, что доли сантиметра и не было между их губами. Тёмный зал, освещаемый только лунным светом и светом фонарей за окном и два разгоряченных тела посередине. Могла ли Мишель и думать, что такое будет завершение ее дня? Конечно нет. Думал ли Брэндон, что снова будет танцевать? Ответ очевиден. Но так или иначе, они оба находятся тут, прямо друг перед другом. Люди танцуют, потому что танец может всё изменить.       Мишель кладёт руки на широкую грудь мужчины, отталкивая его от себя. Они оба встают, но даже не думают отходить друг от друга. Сейчас они, как два огня, — горящие и опасные, без единой возможности существовать по отдельности. Хореограф чувствует спиной его грудь, так тяжело вздымающуюся, в унисон со своей собственной. Он убирает волосы с ее шеи, дотрагиваясь губами до нежной шеи. Мишель резко нагибается, заставляя Брэндона сжать её бедра. Положив свои руки поверх его, девушка выполняет бедрами «восьмерку», дотрагиваясь ягодицами до паха блондина. Выполняя волну, танцовщица поднимает руки, и Брэндон кладёт свои на грудь девушки.       Она резко убирает его ладонь, разворачиваясь к нему лицом. Он подхватывает ее под ноги, которыми Мишель обхватывает его торс. Они смотрят друг другу в глаза, готовые то ли растерзать, то ли страстно поцеловаться. Оба выбирают второе. Запрокинув ногу любимому на плечо — хореограф прогибается в спине, касаясь кончиком волос пола. Брэндон снова опускается на колени, кладя перед собой Мишель и теперь, без всяких прелюдий, впиваясь в ее губы. Девушка отвечает на горячий поцелуй, обвивая руками его шею. Сейчас она — хрупкое создание в его сильных руках. Она служит для него красной тряпкой, как для быка. Язык проникает внутрь ее рта, скользит по ровному ряду зубов и встречается с ее языком. Поцелуй становится грязнее, руки теперь больше и быстрее скользят по телам друг друга. Мишель стягивает с Брэндона футболку, желая оказаться как можно ближе к нему. Он оголяет её плечо, скользя руками все ниже. Девушка выдыхает ему в губы.       «Вот и поговорили», — проносится у нее в голове, когда топ летит к остальным вещам.