6 Глава — Как тебе этот омега?

Он изначально думал, что раз Му И в тот день лично позвонил, то Цзян Сыяо максимум просто формально появится в полицейском участке и уже вечером или на следующий день вернётся домой. Но несколько дней подряд в особняке были только он и иногда появлявшийся Му И, а о Цзян Сыяо не было никаких вестей. Похоже, тот звонок Му И был нужен лишь для того, чтобы замять информацию и не дать скандалу, об аресте старшего внука семьи Цзян за драку на автодроме, попасть в прессу. А что до самого Цзян Сыяо… похоже, Му И намеренно оставил его на несколько дней в изоляторе, чтобы тот остыл и пришёл в себя. Хэ Сюэюань понимал разочарование Му И: сыну, чьё положение стало крайне шатким после того, как подтвердилось, что он бета, следовало вести себя тихо и осторожно. А вместо этого Цзян Сыяо устроил скандал, дав окружающим повод использовать это против семьи. Неудивительно, что Му И был выведен из себя. Он немного беспокоился о том, как там Цзян Сыяо, но молодой господин, в конце концов, попадал туда не впервые и должен был иметь опыт. К тому же, их последняя встреча в изоляционной комнате больницы закончилась неловко, поэтому Хэ Сюэюань сам не слишком хотел его видеть. Помимо ситуации с Цзян Сыяо, изменения в его собственном теле становились всё более заметными, заставая его врасплох и вызывая страх. Другие изменения ещё можно было скрыть, но изменения в телосложении замаскировать невозможно. Он мог лишь надевать свободные худи и куртки, надеясь, что никто не обратит внимания. Атмосфера в доме становилась всё более тревожной, и лишь спустя неделю Цзян Сыяо наконец выпустили. Хэ Сюэюань, распаковывая в комнате недавно купленную одежду, услышал громкий хлопок двери внизу. Спустившись, он сразу столкнулся с Цзян Сыяо, входившим в гостиную. Несколько дней Сыяо не появлялся. Внешне он почти не изменился, но под глазами появилось явные синяки от усталости, а брови были нахмурены, казалось, он сдерживает гнев. Му И занял центр гостиной, очевидно, что ждал сына слишком долго. Как только отец и сын встретились глазами, между ними повисло острое, почти боевое напряжение. — Вот это да, не думал, что ты, папа, специально останешься дома, чтобы меня поджидать, — насмешливо произнёс Цзян Сыяо. — Какой ты никчёмный, а сейчас ещё смеяться можешь? Выражение лица Цзян Сыяо постепенно изменилось. Му И сказал низким, строгим голосом: — Ты понимаешь, сколько людей сейчас следят за семьёй Цзян, чтобы поймать твои промахи? Тебе обязательно нужно выставлять нас на посмешище перед всеми? — Промахи? — Цзян Сыяо сделал шаг вперёд. — Разве мой самый большой промах не в том, что я бета? Вот почему ты заставляешь людей особенно присматривать за мной и держать меня несколько дней в изоляторе, чтобы я на собственном опыте понял, как бета должен смиренно себя вести? Хэ Сюэюань стоял у лестничного пролёта, чувствуя, что что-то в атмосфере не так. — Ну и что? Ты же теперь не альфа. Собираешься дать деду повод волноваться ? Вместо того чтобы думать, как удержать свои позиции, ты выбегаешь на улицу и выставляешь себя на посмешище! Услышав это, Цзян Сыяо одним ударом ноги опрокинул журнальный столик: — Так всё сводится к тому, что я виноват, что стал бетой? И это ещё хотят повесить на меня?! Очевидно, дело в твоих и Цзян Чжэна генах. Если бы ваши гены были нормальные, разве я не смог бы правильно стать альфой? — Ты сам не стараешься, а теперь сваливаешь вину на родителей? — Му И, разозлившись, продолжил. — Раз ты стал бетой, знай своё место. Не нарывайся на неприятности, думаешь, я не могу запереть тебя навсегда? — Знать своё место?! — Цзян Сыяо резко шагнул вперёд. — Разве ты давно не считаешь меня обузой, которая подпортила твою репутацию и разрушила твои планы? Му И не проявлял эмоций, но шагнул вперёд, явно собираясь применить силу. Хэ Сюэюань поспешно вмешался, чтобы разнять их. — Дядя… Молодой господин только что вышел из изолятора, у него сейчас плохое настроение, поэтому говорит немного грубо… Молодой господин, дядя тоже переживает за тебя. Перестаньте ссориться и поговорите спокойно… — Ты волнуешься за меня? Цзян Сыяо резко смахнул руку Хэ Сюэюаня. Приложенная сила выбила его из равновесия, и он отступил на несколько шагов. Даже не глядя на него, Цзян Сыяо продолжил в гневе: — Он считает, что я бесполезный бета и заслуживаю жить, поджав хвост. Если бы тот человек не был конченым мудаком, разве я стал бы его бить? — Ты вообще человек или животное? Мозги тебе даны просто так? Сколько было способов решить проблему, а ты нарочно выбрал самый радикальный? — даже в такой ситуации Му И сохранял самообладание. Но когда ему позвонили и он ответил на внезапный звонок, его лицо резко изменилось. Видимо, на работе опять что-то случилось. Он украдкой посмотрел на Цзян Сыяо и ушёл. В гостиной внезапно воцарилась тишина. Увидев, что Му И ушёл, Хэ Сюэюань собрался с духом и осторожно подошёл к Цзян Сыяо. — Молодой господин, не злись так сильно. В последние дни дядя часто был дома. Я слышал, как он советовался с врачом, пытаясь найти другие решения проблемы. Возможно, его способ был не совсем правильным, но он точно хотел поступить так для твоего блага. Цзян Сыяо всё ещё выглядел раздражённым и молча направился к лестнице. Хэ Сюэюань немедленно пошёл за ним. На самом деле он прекрасно понимал, что Цзян Сыяо хоть и вспыльчив, порой действует слишком радикально, и многие не назовут его порядочным человеком, но при этом он действительно мастер своего дела. С детства его учебные успехи всегда были на высоте, и это далеко не только благодаря семье. В свободное время он успешно реализовал несколько проектов и обладал отличным деловым чутьём, иначе старик точно не стал бы так его выделять. Просто в семье Цзян, где крайне ценят родословную и вторичный пол, статус беты, несомненно, является серьёзным недостатком. Поэтому Му И тоже можно понять. Они молча поднялись наверх и вошли в общую спальню. С тех пор, как было решено, что Хэ Сюэюань в будущем выйдет замуж за Цзян Сыяо, он переехал в его комнату и спал на одной кровати, говоря, что это нужно для того, чтобы заранее укрепить их чувства. Хэ Сюэюань привычно подошёл к ванной, налил воду для Цзян Сыяо и отрегулировал температуру, затем достал средства для купания и поставил их на полку рядом с ванной. Пока он был занят, Цзян Сыяо постепенно успокоился и заметил несколько вскрытых бумажных пакетов на диване у окна. Внутри были аккуратно сложены новые вещи. Хэ Сюэюань купил это? Это действительно редкость, ведь Хэ Сюэюань с детства жил в чужой семье, был чувствительным и неуверенным, а в материальном плане всегда сдержан. Кроме необходимых бытовых вещей он почти ничего себе не покупал, одежду в основном помогали приобретать Му И и Цзян Сыяо, это Цзян Сыяо прекрасно помнил. Он подошёл, взял одну из тёмно-серых хлопковых толстовок и развернул, чтобы рассмотреть. Обычная повседневная одежда, только размер явно не совпадал с тем, что он помнил. Для Хэ Сюэюаня толстовка как минимум на один размер больше. В этот момент Хэ Сюэюань закончил наливать воду и вышел из ванной. Он сразу заметил, что Цзян Сыяо держит новые вещи, которые только что забрал, но ещё не успел убрать, и у него нахлынуло тревожное предчувствие. Цзян Сыяо взглянул на него и слегка потряс толстовку в руках: — Для кого ты купил эту одежду? Хэ Сюэюань честно ответил: — Купил для себя. — Да? — услышав ответ, Цзян Сыяо окинул его взглядом с головы до ног, потом посмотрел на толстовку в руках. — Для себя? Но я помню, что это не твой размер. — В последнее время, кажется, я немного подрос, и старая одежда… Стала тесновата. — Подрос? Цзян Сыяо приподнял бровь, явно удивившись, положил одежду и несколькими шагами подошёл к Хэ Сюэюаню. Они стояли очень близко. Цзян Сыяо сам по себе высокий, а Хэ Сюэюань раньше доходил только примерно до его подбородка. Сейчас Цзян Сыяо слегка наклонил голову, словно показывая разницу в росте между ними. Действительно, разница стала меньше, чем он помнил. Ему кажется, или Сюэюань на самом деле подрос? — Кажется… Да, немного. Цзян Сыяо отступил на шаг назад и снова посмотрел на Хэ Сюэюаня. Подросток был одет в свободную домашнюю одежду, поэтому точную фигуру разглядеть было трудно, но тело, похоже, стало шире по сравнению с прошлым. Недолго думая, он отвёл взгляд и, исходя из своих знаний об омегах, сказал: — Не нужно сразу брать на размер больше. После того как ты станешь омегой, почти не вырастешь. А если купить сейчас на вырост, потом всё будет висеть слишком свободно, это некрасиво будет смотреться. Хэ Сюэюань почувствовал внутренний дискомфорт. Услышав, как Цзян Сыяо с таким само собой разумеющимся тоном утверждает, что после того как он превратится в омегу, больше не вырастет, он сжал губы и не ответил. Цзян Сыяо и не рассчитывал на ответ. Недавнее сомнение быстро рассеялось под давлением многодневной усталости, и он больше не стал смотреть на вещи и задавать вопросы. — Воду подготовил? — Ага, температуру тоже настроил. Цзян Сыяо слегка кивнул, прошёл в ванную и закрыл дверь. Через мгновение послышался шум воды. Хэ Сюэюань молча аккуратно сложил одежду, которую достал Цзян Сыяо, и положил её обратно в бумажный пакет, решив завтра отнести на стирку. Тем временем Му И, покинув поместье, поехал на машине в северный район города. Машина остановилась перед зданием с минималистичным фасадом. Крыльцо было скромным, без заметной вывески. Хорошо обученный швейцар почтительно подошёл и открыл дверь для Му И. — Добрый вечер, господин Му. Слегка кивнув, Му И отдал ключи парковщику и прошёл по длинному коридору в отдельный приватный зал, где уже находились люди. Молодой альфа, которому едва за двадцать, развалился на кресле у окна. Он был расслаблен, даже немного беспечен, вертя в руках зажигалку. Услышав дверь, он повернул голову и громко воскликнул: — Брат, наконец-то ты пришёл, я так долго тебя ждал! Му И сел напротив него. Обслуживающий персонал подал горячий чай и изысканные закуски, затем быстро вышел, заботливо закрыв дверь. Молодой альфа, двоюродный брат Му И по имени Му Цзыцянь, полностью завершил становление, как доминантный альфа и был на несколько лет старше Цзян Сыяо. Увидев мрачное лицо Му И, он убрал зажигалку и с улыбкой сказал: — Что случилось, брат? У тебя такое мрачное лицо… Неужели я своим звонком помешал твоему очень приятному делу? Он говорил двусмысленно, с лёгким намёком. Му И вздохнул: — Что хорошего у меня может быть? Я только что вышел из дома и немного повздорил с Цзян Сыяо. — Понятно. — Му Цзыцянь кивнул с пониманием. — Снова племянник тебя разозлил? У него характер как у петарды: чуть заденешь и он тут же взрывается. Прямо говоря, полное ничтожество, ни на что не годный. Он убрал с лица лёгкую шутливость и выпрямился: — Брат, так нельзя говорить. У Сыяо, да, характер непростой, он прямолинеен… Но я слышал от старших, что несколько его проектов получились очень хорошими. Он умён, со смекалкой, просто с этой дифференциацией… Эх, не повезло. Он просто пожал плечами, но по голосу не чувствовалось презрения. — Но какая польза от этой мелкой смекалки? — холодно усмехнулся Му И. — В глазах старика на первом месте кровное родство и потенциал. И правда, в такой обстановке в семье Цзян статус беты для наследника смертелен. — Так что… — Му Цзыцянь спросил осторожно. — Брат, ты пригласил меня сюда не просто, чтобы пожаловаться, да? Может, я чем-то могу быть полезен? Му И поднял глаза, задумавшись на мгновение, и сказал: — Пока решения нет. Если хотим удержать старика на нашей стороне, придётся искать другой способ. — Верно. Он сделал паузу, и тон его стал серьёзным: — Цзыцянь, брат, возможно, мне понадобится… Одолжить у тебя кое-что. — Одолжить что-то? — Му Цзыцянь нахмурился, заинтригованно. — Что именно? Деньги? Человека? Или те ценные вещи, что прячет наш старик? Му И без улыбки вытащил из сумки фотографию и положил её перед Му Цзыцянем. Как только Цзыцянь увидел фото, его взгляд прочно зацепился за него. Циничное выражение лица исчезло, и в глазах промелькнуло откровенное удивление, а вместе с ним и лёгкое восхищение. — Это… Разумеется, на фото был Хэ Сюэюань. И, честно говоря, мало какой альфа смог бы устоять перед ним. Му И внимательно наблюдал за реакцией двоюродного брата и теперь точно понимал, чего ожидать. — Как тебе этот омега?