89 глава — Одна ночь взлётов и падений.

Цзян Сыяо всегда чувствовал себя в этом довольно скованно, а из-за того, что давно этого не было, всё стало ещё сложнее. Хэ Сюэюань, напротив, проявлял большое терпение и всё время наклонялся, нежно целуя его. Всё-таки прошло уже столько времени без этого, и в глубине души он тоже этого хотел. Ради того, чтобы дальше всё прошло гладко, немного терпения вначале не было такой уж большой проблемой. Пользуясь тем, что атрофированная железа Цзян Сыяо ещё сохраняет некоторую чувствительность к феромонам, он помогал ему постепенно привыкать. Феромоны действительно помогали Цзян Сыяо расслабиться, но при этом делали его сознание немного затуманенным. Однако для Хэ Сюэюаня это не было чем-то плохим. Привыкший к высокомерию молодой господин на этот раз на редкость убрал свою резкость. Глаза у него были забинтованы, он ничего не видел и мог лишь подстраиваться под его движения, становясь на удивление послушным. Будто они вернулись в те времена, когда жили в бедном районе города. Тогда контроль между ними был в руках Хэ Сюэюаня. Раньше он не придавал этому значения: он привык слушаться семьи Цзян и зависеть от молодого господина. И во многом именно время, проведённое в бедном районе, позволило ему испытать это чувство. Он даже не ожидал, что оно окажется таким приятным. Однако разница в их положении была слишком велика. Вернувшись к прежней жизни, он больше не смел позволять себе подобные мечты и был уверен, что после той разлуки уже никогда не увидит молодого господина таким… Снова прийти к этому вместе с молодым господином оказалось совсем непросто. На их пути действительно было немало трудностей. И сейчас нельзя сказать, что они полностью всё преодолели. С молодым господином по-прежнему связано слишком много неопределённостей, поэтому он не мог позволить себе расслабиться. Но как бы там ни было, между ними есть чувства. Пока у них есть эта основа, остаётся лишь надеяться, что дальше всё будет складываться к лучшему. Беспокоясь об их будущем, Хэ Сюэюань и сам немного утратил контроль над собой. У Цзян Сыяо невольно сорвался тихий стон, и он придвинулся к нему чуть ближе. Он начал уговаривать Цзян Сыяо произносить вещи, которые тот в обычной ситуации никогда бы не сказал, а затем с явным удовольствием всё это записывал, чтобы приберечь на будущее... Одна ночь взлётов и падений. Лишь к полудню следующего дня Цзян Сыяо наконец проснулся. Он всегда был человеком, который всё тщательно планировал. Чтобы справляться с большим количеством дел, он даже время сна каждый день выстраивал, никакого слова «поспать подольше» для него просто не существовало. Он ничего не мог видеть, но по тёплому солнцу за окном понял, что уже далеко за утро. Он попытался сесть и потёр виски. Мысли постепенно прояснились, и, осознав, что произошло прошлой ночью с Хэ Сюэюанем, Цзян Сыяо резко помрачнел. Этот ублюдок Хэ Сюэюань опять застал его врасплох и изнасиловал его. Цзян Сыяо долго не мог прийти в себя, это снова оказалось тем, что полностью выходило за рамки его планов. По его изначальному плану, в их отношениях с Хэ Сюэюанем в будущем пассивом должен был быть только сам Хэ Сюэюань. Ведь это было решено уже давным-давно. Хэ Сюэюань и так его «жена»¹, разве не естественно, что именно он должен быть снизу? 1 — Я обычно меняю «жена» на «муж» или «супруг», но тут оставлю, чтобы смысл текста не менялся. Он никогда не считал вторичный пол какой-либо проблемой. Если не брать в расчёт совсем уж выдающихся альф, по своим физическим данным он ничем не уступал обычным альфам. Более того, многие альфы даже не могли с ним сравниться. У Хэ Сюэюаня просто физической силы немного больше. Но во всём остальном именно он куда больше похож на альфу, чем тот. Одни только воспоминания о событиях в бедном районе уже заставляли содрогаться, а Хэ Сюэюань, похоже, ничуть не изменился. Более того, его дурные привычки лишь усилились. От этих мыслей Цзян Сыяо почувствовал, как даже глаза под бинтами болезненно заныли. Но сейчас он всё равно ничего не мог поделать. Хэ Сюэюань был твёрдо намерен как следует ему отомстить, и даже то, что уже произошло, нельзя было назвать вершиной этой мести. Если по-настоящему вывести его из себя, то, чего доброго, даже его вторичный пол может измениться. Вспомнив события тех нескольких дней, Цзян Сыяо вдруг почувствовал, как по спине пробежал холодок. Немного придя в себя, он попытался подняться и вдруг на ощупь понял, что на нём ничего не надето. Он на ощупь обследовал всё вокруг, но своей одежды так и не нашёл. Слепота и правда доставляла массу неудобств, и настроение Цзян Сыяо окончательно испортилось. Именно в этот момент он почувствовал, как кто-то взял его за руку. — Молодой господин, что ты ищешь? — Ты тоже ослеп, что ли? На мне одежды нет, так что, разумеется, я ищу одежду, — раздражённо ответил Цзян Сыяо. Хэ Сюэюань пропустил его слова мимо ушей. — Тебе сейчас неудобно из-за глаз. Давай я помогу тебе одеться. Если подумать, в этом была доля правды, ему и правда сейчас было неудобно. Однако он ничего не ответил. Хэ Сюэюань тем временем спокойно поднял одежду и помог ему одеться. — Молодой господин, руки. Услышав это, Цзян Сыяо протянул руки, и Хэ Сюэюань помог ему надеть одежду. Закончив надевать на него одежду, Хэ Сюэюань снова встал перед ним и, опустив голову, начал застёгивать пуговицы. Когда ему застегнули пуговицы, Хэ Сюэюань, похоже, уже собирался помочь надеть и брюки. Цзян Сыяо поспешно его остановил: — Ладно, хватит. Штаны я сам надену. — Ничего страшного, я сразу помогу тебе всё надеть, так будет удобнее. — Сюэюань, ты что, специально меня выводишь? Только тогда Хэ Сюэюань отпустил его и передал ему штаны. Цзян Сыяо слегка отстранился, на ощупь застегнул молнию и затем встал с кровати. Увидев, что Цзян Сыяо выглядит вполне нормально, Хэ Сюэюань спросил: — Молодой господин, ты хорошо себя чувствуешь? — С чего бы мне быть не в порядке? — Ничего, я просто спросил. Пойдём поедим. Когда они сели за стол, Хэ Сюэюань, как и раньше в бедном районе, положил ему еду в миску и протянул ложку. Ощущая его внимательную заботу, Цзян Сыяо вдруг задумался, не слишком ли грубо он говорил с ним раньше. Он и сам не хотел срываться на Хэ Сюэюане. Но после того, что произошло ночью, настроение у него было действительно паршивым, и он немного не смог сдержать эмоции. — Молодой господин, это из столовой, может быть, не очень вкусно. Цзян Сыяо и сам это понимал. На самом деле у него не было аппетита, и он для вида зачерпнул пару ложек. Вкус и правда оказался весьма посредственным. Впрочем, поесть он всё-таки мог, после того, как прошлой ночью так вымотался, ему действительно нужно было немного восполнить силы. И во время еды Цзян Сыяо решился всё же сказать: — Сюэюань, давай в будущем постараемся как можно меньше делать это. — Меньше чего? — Ну, то, что было ночью. Цзян Сыяо и так уже чувствовал себя достаточно неловко и не хотел говорить про это слишком прямо. — Вот как? Но, молодой господин, прошлой ночью вы говорили совсем другое. Прошлой ночью он был не в том состоянии, чтобы ясно соображать, откуда ему помнить, что он вообще говорил? Цзян Сыяо уже собирался возразить, но Хэ Сюэюань достал телефон и включил ту самую запись. — Молодой господин… вам ведь это нравится, да? — Мм… нравится. От этих слов Цзян Сыяо мгновенно опешил. Это… это же разве не голоса Хэ Сюэюаня и его самого? Хэ Сюэюань действительно это записал! Когда он вообще это говорил? Он совершенно этого не помнил. Наверняка всё это было сказано под полным влиянием Хэ Сюэюаня. Да и в таком состоянии любые слова вообще нельзя воспринимать всерьёз. Ещё недавно Цзян Сыяо немного чувствовал вину за то, что был резок с Хэ Сюэюанем, но, услышав запись, и это чувство вины тут же испарилось. В записи на самом деле было не так много слов, в тот момент они оба были сосредоточены. Но фоновый звук записался очень чётко: приглушённые шлепки двух тел и тяжёлое дыхание не прекращались. Слушая это, можно было легко вообразить всю ту сцену. А затем он осознал ещё одну вещь. За столом говорили только он и Хэ Сюэюань, хотя по идее там был и ребёнок, просто он не мог ни слышать, ни говорить, поэтому его как будто не существовало. Хэ Сюэюань ведь не станет пользоваться тем, что ребёнок ничего не слышит, и прямо при нём включать такое… правда?.. Если вспомнить о бесконечных животных поступках Хэ Сюэюаня, то неудивительно, что он способен и на подобное. Цзян Сыяо тут же раздражённо сказал: — Немедленно удали эту запись. Хэ Сюэюань и не записывал слишком долго. Услышав это, он выключил запись. — Молодой господин, я просто хотел оставить это на память. — «На память»? Это вообще стоит сохранять как что-то памятное? Подумав, что ребёнок может быть рядом, Цзян Сыяо непроизвольно понизил голос: — Ребёнок же здесь… ты при нём уже слишком перегибаешь… Услышав его слова, Хэ Сюэюань на мгновение опешил, а затем спокойно ответил: — Ничего страшного, он всё равно ничего не слышит. И ведь действительно так… да у него вообще совесть есть? То пользуется тем, что он не видит, то тем, что у ребёнка не слышит… Увидев, что выражение лица Цзян Сыяо изменилось, Хэ Сюэюань поспешно добавил: — Молодой господин, ребёнок ушёл в школу, его здесь нет. Не волнуйтесь. Услышав, что ребёнка здесь нет, Цзян Сыяо немного успокоился, но то, что Хэ Сюэюань вообще посмел это записывать, всё равно оставалось серьёзной проблемой, это было уже слишком беспринципно. Как раз в тот момент, когда он собирался что-то сказать, Хэ Сюэюань вдруг произнёс: — Молодой господин… кажется, что-то случилось. — Что? Цзян Сыяо не слишком ему доверял и решил, что тот просто пытается перевести разговор на другую тему. Хэ Сюэюань с серьёзным видом смотрел на пост, который появился на экране телефона, там как раз шла речь о Цзян Сыяо. Цзян Сыяо как влиятельный глава семьи Цзян часто появлялся в новостных заголовках, но обычно это были финансовые рубрики. Однако сегодня… это оказались сплетни и развлекательные новости. Заголовок поста был понятен с первого взгляда: в нём утверждалось, что с вторичным полом Цзян Сыяо есть сомнения и что он, возможно, вовсе не альфа. Внутри приводились лишь расплывчатые и неубедительные доказательства, изложенные без какой-либо уверенности. В общем, как только эта новость вышла, она тут же вызвала волну интереса. Как уже отмечал Шэнь Цзиньюнь, Цзян Сыяо был тем самым «идеальным альфой», за которого мечтали выйти замуж омеги. Его происхождение из высшего круга не нуждалось в пояснениях, а собственные качества также были безупречны. Среди множества выдающихся альф он неизменно выделялся. Для такого влиятельного человека наличие каких-то сплетен, вполне обычное дело. Но как вообще кому-то пришло в голову сомневаться в его вторичном поле? Пользователи сети тоже не поверили этому посту и в комментариях начали выдвигать разные теории, считая такую точку зрения слишком абсурдной. Про его внешность, которая и так очевидна, можно даже не говорить, его социальный круг сам говорит обо всём. Чем выше поднимаешься по социальному статусу, тем строже отношение к вторичному полу. В масштабах всей империи бет немало, они даже являются её основой, но в высшем обществе их доля заметно меньше. В высших кругах обычно преобладают союзы альфы и омеги, и при таком сочетании вероятность рождения беты невелика. А даже если такие дети и появляются, в обществе, где главенствуют альфы и омеги, они всё равно оказываются в тени. В такой влиятельной семье, как семья Цзян, глава неизменно выбирается из лучших представителей поколения после строгого отбора. Разве возможно, чтобы бета занял такую позицию? Этот аргумент действительно звучал убедительно, и в комментариях мнение тоже быстро стало единодушным, пост посчитали обычным хайпом. Хэ Сюэюань быстро посмотрел и в целом в сети пока всё спокойно, никакого негатива нет. Но Цзян Сыяо ведь столько времени считался альфой и всё было нормально, почему вдруг кто-то выложил такой пост? — Да что в конце концов случилось? — снова спросил Цзян Сыяо. — Всё нормально, просто появился пост, связанный с тобой. Постов о нём и так было слишком много, так что... Цзян Сыяо не стал заострять на этом внимание и перевёл разговор: — Сюэюань, а насчёт нашей помолвки… что ты планируешь делать? Услышав, что молодой господин всё ещё готов обсуждать с ним это, Хэ Сюэюань немного успокоился. — Давайте обсудим это после того, как решим проблемы. — Решить твои проблемы в военном ведомстве? — Да. Раз уж об этом зашла речь, Цзян Сыяо на самом деле стало немного любопытно: — А что ты обычно делаешь в военном ведомстве? — В основном тренировки и всё в таком духе… Молодой господин, раз уж вы здесь, могу показать вам всё вокруг.