3 Экстра — Альтернативная сюжетная ветка: оба героя попадают в другой мир + между ними возникает эмоциональная связь.

Он уже хотел огрызнуться: «Какое тебе вообще дело?», но не успел произнести ни слова. Рука альфы, удерживавшая его за плечо, сменила положение и медленно скользнула ниже. — Эй, ты... Поняв, что тот собирается сделать, Цзян Сыяо в тот же миг широко распахнул глаза. — Молодой господин, пользоваться своим положением, чтобы притеснять других, неправильно. Произнося эти слова, альфа продолжал двигать рукой, и её движения становились всё более подозрительными. Даже если бы Цзян Сыяо был самым недогадливым человеком на свете, теперь он уже понял, что дело неладно. Тут же, повысив голос, он выкрикнул: — Ты с ума сошёл?! Я тоже альфа! Он и представить себе не мог, что, будучи альфой, однажды окажется в таком положении. И ладно бы это сделал кто-то красивый альфа, но нет — перед ним стоял совершенно незнакомый, ничем не примечательный альфа. Для Цзян Сыяо это было просто величайшим унижением. Услышав это, альфа ненадолго замер, затем протянул руку и слегка коснулся его затылка. — Ты сказал, что ты альфа? — Д-да. Конечно. — Тогда почему я не нащупал у тебя железу? Ну и сказал же он... Железа ведь настолько личное, почти интимное место, а он говорит так, будто её можно потрогать в любой момент, стоит только захотеть. Цзян Сыяо неловко ответил: — Потому что я ещё не прошёл дифференциацию... Но это случится уже совсем скоро... — Если ты ещё не прошёл дифференциацию, то разве ты не бета? — Я не бета... Логика в этом, конечно, была, но это ещё не значит, что его можно вот так взять и записать в беты. У него ведь все задатки стать альфой высокого уровня. Те, кому суждено успешно пройти дифференциацию и стать альфами высокого уровня, обычно проявляют эти качества ещё с детства. Поэтому, даже несмотря на то, что он ещё не прошёл дифференциацию, его физические данные уже почти не уступали взрослому альфе. Но он как ни пытался, вырваться из-под контроля этого альфы он не смог. Тот обладал поразительной силой и держал его так крепко, что Цзян Сыяо был полностью обездвижен и не мог даже пошевелиться. Намерения альфы были предельно ясны. Его руки продолжали нарочито скользить по телу Цзян Сыяо, вызывая у того сильнейшее отвращение. Цзян Сыяо уже собирался выругаться, но альфа вдруг заткнул ему рот каким-то комком ткани. Теперь он не только не мог пошевелиться, но даже издать хоть звук было невозможно. Одной рукой альфа без труда удерживал его, полностью лишив возможности сопротивляться. Затем освободил вторую руку, схватил Цзян Сыяо за подбородок и принялся внимательно разглядывать его лицо. От этого взгляда по спине Цзян Сыяо пробежал холодок, ему стало по-настоящему жутко. — Молодой господин Цзян, если вы собираетесь, пользуясь влиянием своей семьи, притеснять других, тогда и я, пользуясь тем, что я альфа, могу кое-что сделать с вами, пока вы ещё не прошли дифференциацию... Вот же ублюдок... Разве это вообще можно сравнивать? Иногда он и правда пользовался влиянием своей семьи и позволял себе лишнее. Но он всегда знал меру. Максимум, срывал на других своё раздражение. А этот ублюдок... стоило только начать, как он сразу решил провернуть с ним такую мерзость. Кто бы мог подумать, что в наше время ещё можно встретить гея, которому нравятся альфы. За всю свою жизнь Цзян Сыяо лишь считаные разы чувствовал себя настолько беспомощным. Вот так оказаться прижатым к двери машины, не имея возможности сопротивляться... В какой-то момент ему даже захотелось расплакаться, но он изо всех сил подавил этот порыв. К счастью, в конце концов альфа не стал доводить свои угрозы до конца. Но он действительно ощупал его с головы до ног, так что Цзян Сыяо перепугался не на шутку. И даже сейчас неприятное, чужеродное ощущение от тех прикосновений всё ещё не проходило. Ощущение, когда тебя прижимают так, что ты не можешь вырваться, оказалось, пожалуй, даже мучительнее, чем если бы его просто избили. Лишь тогда альфа наконец отпустил его, причём с такой неохотой, словно ему не хотелось этого делать. Его взгляд всё ещё задерживался на Цзян Сыяо, будто он даже испытывал сожаление. Опираясь на капот, Цзян Сыяо медленно выпрямился. Обычно он никогда не забывал обид, но после того, как с ним так обошлись, он настолько растерялся, что на какое-то время совершенно перестал соображать и даже не мог ни о чём другом думать. Сейчас Цзян Сыяо мог думать лишь о том, что этот человек, настоящий псих. Он и правда больше не решался оставаться рядом с ним, боясь снова пережить нечто столь же ужасное. Короче, главное, он ведь сам нормальный человек. Нечего ему связываться с каким-то психом. Если уж столкнулся с таким, лучше не продолжать с ним конфликт и держаться от него как можно дальше. С такими мыслями в голове, едва вырвавшись из захвата, Цзян Сыяо тут же развернулся и бросился бежать. Ему было уже не до мести и прочих разборок. Глядя вслед Цзян Сыяо, который в мгновение ока умчался прочь, альфа и сам невольно улыбнулся. Да разве я сейчас сделал с молодым господином что-то особенное? Не ожидал, что раньше у него была настолько низкая стрессоустойчивость, стоило лишь пару раз к нему прикоснуться, как он сразу испугался и убежал. А ведь ещё был так уверен, что в будущем обязательно станет альфой. Интересно, как бы отреагировал молодой господин, если бы узнал, что в будущем забеременеет и даже благополучно родит ребёнка? ... К следующему дню у Цзян Сыяо уже остался неприятный психологический осадок после случившегося, но он всё равно пересилил себя и вышел на гонку. Однако он и представить не мог, что ливень тоже начнётся совершенно внезапно, без малейшего предупреждения. Цзян Сыяо как раз участвовал во втором утреннем квалификационном заезде. Первые несколько кругов прошли довольно уверенно, а входить в повороты у него получалось заметно стабильнее, чем вчера. Он рассчитывал, что, проехав ещё один круг, сможет улучшить своё утреннее настроение. Но едва начался третий круг, как с неба внезапно обрушился ливень. Это был не тот дождь, что начинается с лёгкой мороси. С неба сразу хлынул настоящий ливень. Плотная пелена дождя скрывала всё вокруг: задние фонари машины впереди превратились в размытые красные пятна, и даже с расстояния меньше двадцати метров их было почти невозможно различить. Трассу очень быстро начало затапливать водой, и он поспешно сбросил скорость. Судья быстро взмахнул жёлтым флагом, а по громкой связи объявили о приостановке гонки. Но уже было поздно: две машины потеряли контроль. Одна по диагонали вылетела в дренажную канаву у обочины, другая закрутилась на повороте и врезалась в ограждение. Цзян Сыяо не стал сразу останавливаться. Он сбросил скорость до минимума и, держась внешней стороны трассы, медленно проехал вперёд немного, решив подождать, пока пройдёт этот ливень, а уже потом разбираться дальше. Но дождь не собирался прекращаться, наоборот, он становился всё сильнее. Ничего не поделаешь, ему пришлось остановиться на относительно ровном участке дороги и больше не ехать вперёд. Так дальше продолжаться не могло. Цзян Сыяо бросил взгляд на телефон. На экране не было сигнала. Он несколько раз подряд попытался поймать сеть, но видел лишь одну и ту же надпись: «Нет сети». Прошло около двадцати минут. Дождь так и не стал слабее, зато небо ещё сильнее потемнело, казалось, будто вечер наступил раньше времени. Цзян Сыяо уже собирался развернуться и поехать обратно, выбрав более длинную дорогу до отеля. Он только завёл двигатель, как впереди раздался глухой удар. Что происходит? Он посмотрел через лобовое стекло и увидел, что впереди, совсем недалеко, участок дороги был смыт сошедшим с горы селевым потоком. — Чёрт... Неожиданно всё обернулось именно так, и Цзян Сыяо снова охватило раздражение. Дорога впереди была завалена щебнем и грязью. Несколько молодых деревьев, вырванных с корнем, лежали поперёк дороги, так что проехать на машине было совершенно невозможно. Нахмурившись, он включил заднюю передачу и немного сдал назад. Но вскоре обнаружил, что дорога, по которой он приехал, тоже перекрыта. В другом месте сошёл оползень, наглухо заблокировав путь. Несколько огромных валунов скатились со склона и полностью перегородили дорогу. Похоже, ему и правда сегодня катастрофически не везло. Цзян Сыяо был вне себя от злости: с силой ударил по рулю, изо всех сил пытаясь взять себя в руки, а затем откинулся на спинку сиденья и больше не шевелился. Пока топлива в баке ещё хватало, но неизвестно, на сколько его хватит. Телефон тоже не ловил сеть, а дождь снаружи, казалось, и не думал прекращаться. Цзян Сыяо отвернул голову и посмотрел на дорогу за окном, покрытую жидкой грязью, но так и не смог придумать никакого выхода. По такой дороге выбраться на машине было почти нереально. К тому же связи не было, а значит, он не мог связаться с внешним миром. Никто даже не знал, что он застрял здесь. Оставалось лишь ждать, пока его кто-нибудь найдёт, или надеяться, что после дождя сигнал связи восстановится. Цзян Сыяо попытался открыть дверь машины. Но стоило ему приоткрыть её лишь на небольшую щель, как дождь, гонимый ветром, тут же хлынул внутрь, намочив край сиденья. Он сразу же снова захлопнул дверь. Всё равно ничего уже не поделаешь... Может, попробовать немного поспать? Как раз в этот момент он вдруг почувствовал, как машина слегка просела вниз. Ощущение было не слишком сильным, но, сидя за рулём, он отчётливо почувствовал, будто всю машину снизу что-то притянуло, и она слегка просела влево назад. Он на мгновение замер, затем подождал ещё немного и вдруг почувствовал, что машина снова слегка просела вниз. Нахмурившись, Цзян Сыяо запустил двигатель. Однако машина не сдвинулась ни на сантиметр, наоборот, она ещё немного просела вниз. Он уже собирался попробовать ещё раз, как вдруг машину слегка подтолкнула какая-то сила. Под действием этой силы вся машина медленно, сантиметр за сантиметром, выбралась из грязевой ямы. Наконец она остановилась на относительно ровном участке земли. Цзян Сыяо на мгновение опешил, а затем сразу же повернул голову и посмотрел в зеркало заднего вида. Дождь лил такой плотной стеной, что зеркало заднего вида было сплошь покрыто каплями. Цзян Сыяо смог различить лишь размытый силуэт человека у задней части машины. Тот как раз убирал руку и отступал на полшага назад. Увидев это, Цзян Сыяо уже не обращал внимания на ливень. Он сразу распахнул дверь машины и выскочил наружу. Дождевая вода тут же хлынула ему за воротник. От ледяного холода его невольно передёрнуло. — Что ты делаешь? Голос Цзян Сыяо почти заглушал шум дождя. Тот человек провёл рукой по лицу, стирая с него воду, и спокойно ответил: — Ты остановил машину на слишком рыхлом грунте. Если бы её не вытолкнуть оттуда, её бы просто занесло грязью. Он опустил взгляд на то место, где только что стояла машина Цзян Сыяо. Землю там уже так размыло дождём, что она просела целым участком, а по краям грязь всё ещё продолжала сползать вниз. Проследив за его взглядом, Цзян Сыяо посмотрел в ту сторону, затем обошёл машину сзади и, протянув руку, упёрся ладонью в задний бампер. — Давай вместе. Подтолкнём её и поставим наверх, — сказал он. Альфа лишь молча взглянул на него, ничего не ответил и обошёл машину с другой стороны. Встав у заднего бампера, один слева, другой справа, они воспользовались тем, что колёса ещё могли свободно катиться, и вместе вытолкали автомобиль на более высокий участок дороги. Когда машина наконец остановилась на месте, он и сам успел промокнуть до нитки. Мокрые волосы прилипли ко лбу. Повернув голову к альфе, он крикнул: — Садись в машину. Альфа не стал церемониться и без лишних слов сел в машину. Цзян Сыяо включил печку на максимум, но всё равно продолжал мёрзнуть. Он слегка выпрямил спинку сиденья и, повернув голову, бросил взгляд на человека, сидевшего на переднем пассажирском месте. Помедлив несколько секунд, Цзян Сыяо всё же спросил: — Почему... ты сделал всё это? Он выразился очень расплывчато, не уточняя, о каких именно поступках говорит. Но, должно быть, собеседник и без пояснений прекрасно понимал, что он имеет в виду. Цзян Сыяо продолжил: — Ты же альфа. Не кажется, что вести себя так со мной довольно странно? Я не люблю альф. И вообще, у меня уже есть супруг. Так что больше даже не думай ничего такого. Выслушав его, альфа на мгновение замолчал, а затем спокойно сказал: — Не переживай. У меня есть ребёнок. Услышав эти слова, Цзян Сыяо на мгновение опешил. — У тебя есть ребёнок? — Да. Цзян Сыяо мысленно ещё раз прокрутил в голове только что сказанную фразу. Он сказал, что у него есть ребёнок. Значит, скорее всего, он замужем. Значит, всё то, что он делал со мной… было лишь для того, чтобы вывести меня из себя и вызвать отвращение. Цзян Сыяо больше ничего не сказал. Он решил поберечь силы, говорить как можно меньше и дождаться, пока закончится дождь, а уже потом думать, что делать дальше. Он прикрыл глаза и немного посидел так, как вдруг услышал звук чего-то, упавшего на землю. Открыв глаза, он увидел, что на земле лежит упавший кошелёк. У него в машине ничего подобного не было. Неужели его выронил сидевший рядом альфа? Цзян Сыяо поднял кошелёк и уже собирался разбудить альфу, чтобы вернуть его, но тут заметил, что тот, сидевший рядом, уже крепко спит. Они оба промокли до нитки, так что кошелёк, естественно, тоже весь промок. Когда Цзян Сыяо взял его в руки, с него буквально стекала вода. Решив раскрыть кошелёк и немного просушить его на воздухе, он вдруг заметил вложенную внутрь фотографию. Увидев фотографию, он по-настоящему опешил. Оказалось, что на фотографии был не кто иной, как он сам. Цзян Сыяо на мгновение не поверил своим глазам. Он даже специально включил свет, чтобы получше рассмотреть фотографию. Но сколько ни всматривался, на ней всё равно был он сам. Только выглядел он немного старше нынешнего себя, а весь его облик казался куда более зрелым. И это было ещё не всё. Рядом с ним на фотографии стоял маленький мальчик, поразительно похожий на него внешне. Казалось, будто это его собственный сын. Судя по всему, этот кошелёк принадлежал альфе. Наличных в нём почти не было, только несколько ключей, пропуск и другие подобные мелочи. Кроме них внутри лежала лишь эта фотография. Но почему у альфы вообще оказалась его фотография? Если предположить, что он был тайно влюблён в меня ещё до нашей встречи, то раздобыть мою фотографию вполне мог. Но эту фотографию я вообще не помню. И этого ребёнка тоже я никогда раньше его не видел. Что, чёрт возьми, здесь вообще происходит? Чем больше Цзян Сыяо размышлял, тем более странным ему всё казалось. Он поднял взгляд на сидевшего рядом альфу и вдруг заметил на линии его подбородка едва различимый след. На свету он слегка отливал белым, словно старый шрам. Он не был уверен, правильно ли всё понял, поэтому вынужден был действовать осторожнее: слегка повернулся боком и снова немного приблизился. След действительно был. Он очень тонкий и почти незаметный, настолько что без такого близкого расстояния его было бы вообще невозможно разглядеть. Увидев это, Цзян Сыяо вдруг что-то понял. Он тут же протянул руку и коснулся той линии, и она мгновенно чуть приподнялась, обнажив тонкую полоску настоящего цвета кожи под ней. Цзян Сыяо резко застыл. Он теперь почти был уверен, что этот человек всё время носил перед ним маску. И тогда он, проведя рукой по краю, резко сорвал её. Возможно, из-за того, что маска долго промокала под дождём, она так легко поддалась и была сорвана. Но когда она слетела, лицо этого человека оказалось ещё более шокирующим, чем на фотографии, которую он видел. Это... Это же... Сюэюань? Цзян Сыяо широко распахнул глаза и тут же протянул руку, чтобы потрогать его лицо. Если ту фотографию ещё можно было бы назвать отфотошопленной, то как тогда объяснить внешность этого человека прямо перед ним? Он немного усилил хватку, и этого человека удалось привести в чувство. Когда тот открыл глаза, было видно, что он ещё не успел прийти в себя, но, заметив маску в его руках, мгновенно полностью очнулся. — Молодой господин, ты… Услышав, что этот человек инстинктивно заговорил голосом, немного отличающимся от обычного, словно он забыл его приглушить, Цзян Сыяо почувствовал, что теперь окончательно убедился. Этот человек и есть Хэ Сюэюань. Если не считать остального, он столько лет был с Сюэюанем бок о бок, день и ночь. Он знал это лицо до мельчайших деталей, перепутать его было просто невозможно. Да и голос звучал очень похоже. Но и странностей тоже было немало. Прежде всего, пол и возраст этого человека: как ни посмотри, они совершенно не совпадали с Сюэюанем. Единственное совпадение, это лицо: оно было очень похоже. Стоило закрыть это лицо, и как ни смотри, перед ним стоял бы типичный альфа. Тем временем Хэ Сюэюань успокоился и забрал кошелёк из рук Цзян Сыяо. — Ты всё видел? — спросил Хэ Сюэюань. Раз уж всё зашло так далеко, он уже не мог придумать убедительного объяснения, чтобы отделаться от Цзян Сыяо. Поэтому решил больше не притворяться. Цзян Сыяо пребывал в замешательстве. Он совершенно не понимал, откуда вообще взялся этот человек, и на мгновение просто застыл на месте. Хэ Сюэюань без лишних слов протянул ему фотографию, которую держал в руке. — Это моя семья, мой любимый человек и ребёнок. На обороте указана дата. Услышав это, Цзян Сыяо окончательно опешил. Тот назвал этого человека своим любимым... Но сейчас ведь человеком, которого Хэ Сюэюань мог назвать своим любимым, был только... Для Цзян Сыяо это оказалось слишком сильным потрясением. Следуя словам Хэ Сюэюаня, он перевернул фотографию и посмотрел на дату, напечатанную на обороте. Бегло прикинув, он с изумлением понял, что снимок был сделан... десять лет спустя. Подожди... Десять лет спустя? Неужели этот человек перенёсся сюда из будущего? Да это уже слишком странно... Как ни посмотри, в такое невозможно поверить. Хэ Сюэюань, однако, лишь невозмутимо посмотрел на него и произнёс: — Молодой господин, всё именно так, как вы подумали. Я прибыл из будущего. — Нет, ты... — Это фотография, которую я сделал десять лет спустя. На ней ты и ребёнок. Цзян Сыяо с трудом переваривал услышанное. Наконец он выдавил из себя: — Я понял... Но почему... ты оказался альфой? Даже если допустить, что всё действительно сложилось настолько невероятным образом и Хэ Сюэюань правда пришёл к нему из будущего, всё равно это не сходилось. Его вторичный пол не совпадал. — Мм... Дифференциацию вторичного пола невозможно контролировать. Так что даже мне трудно это объяснить. Цзян Сыяо считал, что мысль о том, что в будущем Хэ Сюэюань станет альфой, выглядит ещё невероятнее, чем то, что сам Хэ Сюэюань перенёсся сюда из будущего, десять лет спустя. Да и если хорошенько подумать, это ещё меньше укладывалось в голове. Если бы Хэ Сюэюань оказался омегой, у них двоих вполне могло бы что-то получиться. Но, как назло, он оказался альфой. Он был абсолютно уверен в своей ориентации. Полюбить альфу для него было совершенно невозможно. И физиологически, и психологически он испытывал к альфам сильное неприятие и отторжение. Тогда почему он сам в будущем оказался в отношениях с Хэ Сюэюанем? Неужели будущий он действительно настолько сильно любит Хэ Сюэюаня? Хэ Сюэюань прекрасно понимал, что именно с этим Цзян Сыяо тяжелее всего смириться, поэтому решил сказать всё прямо, указав на самый болезненный и унизительный момент. — Молодой господин, посмотрите на нашего ребёнка. Правда, он очень милый? Цзян Сыяо сейчас было совсем не до того, чтобы смотреть на ребёнка. Он уже хотел отвернуть голову, но Хэ Сюэюань тут же удержал его, не дав этого сделать. — Я знаю, о чём ты сейчас думаешь. Ты считаешь, что не можешь быть вместе с альфой. Ведь так? Именно так он и думал. Но в то же время Цзян Сыяо уловил, что в голосе Хэ Сюэюаня было что-то странное, поэтому на мгновение промолчал. Глядя на ребёнка на фотографии, он невольно задумался и уже начал смотреть на ситуацию немного иначе. Неужели в будущем я буду вместе с Хэ Сюэюанем потому, что он забеременеет от меня? А ребёнок ещё и окажется альфой высокого уровня... Выходит, мы поженимся из-за ребёнка? Если так подумать… а ведь это и правда вполне возможно… Но, к его неожиданности, он ещё не успел ничего сказать, как Хэ Сюэюань уже положил руку ему на живот, слегка прижав её. — Молодой господин, тебе ведь любопытно, как мы стали вместе? Я могу показать тебе это наглядно. — Ты... что именно собираешься показать?.. — голос Цзян Сыяо невольно охрип. — Показать, как появился наш ребёнок. Цзян Сыяо ещё не успел осознать, что происходит, как Хэ Сюэюань протянул руку и откинул спинку сиденья. В следующую секунду он уже прижал Цзян Сыяо, нависая над ним. Он так долго и терпеливо возился с молодым господином, а в итоге тот ещё и полдня ему не верил... Пожалуй, он вполне заслужил небольшое вознаграждение.