Вернутся к фанфику
У истоков грядущего
8 мая 2022, 00:00Выдумки
— Дедушка, ты только послушай, — уткнувшись в книгу, Сьюзен восторженно зачитывает вслух. — «Становление режима революционного правления происходило спонтанно, под влиянием действия различных факторов, одним из которых было давление плебса…».
— О чем это ты? Что ты читаешь?
— О, я же не сказала! Это книга о Великой французской революции!
— Что за ересь! Где ты ее взяла?!
— В школе, — надулась Сьюзен, уже предчувствуя продолжение затянувшегося спора о том, как долго она собирается здесь учиться.
— О! Я так и знал, все это ведёт к тому, что ты усвоишь какие-нибудь земные фантазии одного земного периода, не имеющие ничего общего с действительностью!
— Но дедушка!
— Сьюзен, если ты хочешь узнать больше о событиях XVIII или XIX века, тебе совершенно незачем для этого оставаться в XX веке. Мы могли бы отправиться прямо сейчас в прошлое или куда ты захочешь и увидеть всё собственными глазами!
— Но дедушка, ты только представь, как интересно читать эти выдумки, которые рождаются через столетия!
— Интересно? О, нет, девочка моя, не всегда. Подобные, как ты говоришь, выдумки в состоянии погубить Вселенные!
Гардеробная комната
— Барбара, дай мне твой свитер! — снова потребовал Йен, воплощая в жизнь очередной план спасения.
— Что? Опять?! Йен, да сколько можно?! Доктор, думаю, нам срочно нужно в такое место, где я могла бы пополнить свой гардероб!
— Может, тебе, дорогая, ещё и гардеробную комнату здесь устроить?
— А что, хорошая мысль, — лукаво поддержала Вики.
— О, нет! Даже если вы объединитесь, вряд ли когда-нибудь я соглашусь на это! И вообще, не лучше ли вам что-нибудь связать?
— А пряжа?
— Доктор, мне нужен и ваш пиджак тоже.
— Мальчик мой!
— Доктор!
— Боже-Боже… Ну, хорошо, как вернемся в ТАРДИС, отправимся за одеждой. Но о комнате даже не мечтайте!
Вернуться
— Йен, знаешь, пожалуй, я больше не смогу преподавать историю. Как я смогу рассказывать о временах Нерона, представляя, как он гонялся за мной? Или упоминать о «белых пятнах» в истории, вроде исчезнувших кораблей, не вспоминая о далеках?
— Неужели, Барбара, ты полагаешь, что я легко смогу показывать химические эксперименты после того опыта в роли муравьев, когда ты чуть не погибла? Или с азартом спорить, как прежде о законах физики, когда никому не смогу сказать правду и доказать свою правоту?
— Конечно, нет. Но, что же делать, если мы вернемся домой? Стало быть, раз наши представления изменились, для нас нет места в нашем мире?
— Мы сами изменились… Может нам податься в политику? Или переквалифицироваться и стать философами? В крайнем случае, можно стать придворными, — ухмыляясь на каждом слове начал перечислять Йен. — А что? Опыта у нас не занимать. Только мы не сможем о нем опять же никому поведать. Разве что, в лечебнице для таких же… О, да это же ещё одна идея, где устроиться!
— Всё смеешься, сэр Йен, рыцарь Яффы?
Йен шутливо поклонился:
— Без этого не выжить.
— Что ж, тогда нам, наверное, исходя из опыта, стоит подумать и над профессией конюха или какого-нибудь там советника по вопросам выживания в неординарных условиях, в худшем случае, музейного экспоната.
— Как пожелаете, моя леди, подумаем и об этом. Знаешь, после всего, что с нами случилось, сейчас мне кажется, что мы способны совершить, всё что угодно!
— Даже вернуться в школу?
— Даже вернуться.
Первые безумцы
— Доктор, посмотрите, у них получилось! — радостно щебетала Вики, указывая на счастливые сияющие лица Барбары и Йена.
Изображение с Земли быстро исчезло. Доктор не мог заставить себя посмотреть на них. Он и не представлял раньше, как два, казалось бы, обычных землянина, могут превратить любое путешествие в нечто большее — целый водоворот новых впечатлений.
Они были любопытны — хоть он и ругал их за это, но, скорее, делал это по привычке, ведь они нагло вторглись в его жизнь, не спросив разрешения! Они не были лишены недостатков, могли проявлять невиданное упрямство, нетерпение, выражать досадный скептицизм или быть излишне импульсивны и эмоциональны, но всегда собирались перед лицом опасности. Они делали всё, что в их силах и даже больше, если это требовалось ради спасения других. Они вместе меняли миры, изменяли жизнь на других планетах.
И вот теперь их нет. Как и Сьюзен, они ушли. Он даже не смог сказать им, кем они стали для него. Может, он и сам осознал это только сейчас? Но они живы. Они не сгинули вместе с ним. Пусть же они будут счастливы! Он не будет вмешиваться. Неужели когда-нибудь он научиться расставаться со спутниками без сожалений? Без горечи от невосполнимой потери? Без комка в горле? Без крика, рвущегося наружу?
Его первые люди! Звучит так, словно они всего лишь экземпляры его растущей коллекции… В любом случае они первые — первые суетливые безумцы, которые пошли за ним: поначалу с большим недоверием, пытаясь разгадать загадку, которую им подбросила Сьюзен, но бросившись во все это с головой, как обычно поступал и он сам. Они сами нашли его, словно повторяя его собственный путь во Вселенной, но при этом обнаружили в себе достаточно сил, чтобы покинуть его. Быть может, ему стоит поступить также? Вернуться домой?..
— Доктор!
— О, Вики, ты ещё здесь?
— Где же мне быть? Доктор, мы же в космосе. С вами всё хорошо?
— Со мной всегда все хорошо, моя девочка.
— Ну, тогда куда же мы отправимся дальше?
— О, ты всё ещё хочешь странствовать с бедным одиноким стариком, подвергать свою жизнь опасности?
— Доктор, что это на вас нашло? Конечно, я хочу путешествовать! Я еще так мало видела! А в мире столько всего! Куда вы туда и я!
— О, знаешь, моя дорогая, твой боевой настрой очень впечатляет.
— Тогда вперед? Или назад?
Доктор на мгновения замешкался.
— А почему бы и нам не побывать в старой доброй Англии?
— Вы хотите отправиться за ними?
— Нет, ну что ты, может, всего лишь на пару тройку столетий раньше…
Быть может, зря он так критиковал Сьюзен за её любовь к Земле? Похоже, и его она притягивала, как магнит, словно стала вторым домом — домом его первых инопланетных спутников, домом для Сьюзен, а значит, и его домом, куда всегда хотелось вернуться.
Здоровье
— Хммм… Додо, почему ты все время чешешься?
— Ох, по-моему меня кто-то укусил… Хотя… Доктор, может, у меня аллергия?
— О, Боже, что ещё ты вздумала подхватить?
— Ничего! Да у меня и времени-то не было на это.
— Для такого, юная леди, время всегда найдется. Ах, Стивен, мальчик мой, напомни мне в следующий раз, перед тем, как брать кого-то в нашу компанию, проверять состояние здоровья. Если мы будем попутно лечить всё население, с которым будет общаться этот ребенок, далеко мы не улетим.
У истоков традиции
— Должен признать, эти полицейские весьма забавные ребята, — заявил Доктор после короткого пребывания в Англии впервые в Рождество. — Даже я развлёкся.
— Доктор, а почему бы нам тогда не продолжить традицию? — предложил Стивен.
— Какую же?
— Посещать Землю в Рождество!
— О, мальчик мой, ты уже забыл этот сумасшедший дом?
— А что, может, мы когда-нибудь и в самом деле снимемся в фильме? — поддержала идею Сара, хотя после некоторой заминки предупредила. — Только больше никакого Востока, шейхов, гарема и всякого такого…
Между тем в старом сарае по-прежнему искали исчезнувших на глазах путешественников, а в шатре шейха зазвучали иные требования:
— Я увезу тебя на верблюде, — с небывалым жаром повторял актер: в отличие от капризной красавицы, теперь его не в чем было упрекнуть, он строго следовал роли. — Мы скроемся в пустыне…
— Плевать на верблюда! Хочу коробку!
— Какую коробку, о, свет очей моих, царица ночи?
— Хочу в полицейскую будку!
Быть спутником
— …А я ей говорю о том, что она только что открыла закон физики, вот какая умница… Доктор! Доктор, вы вообще слушаете? — Стивен нахмурился.
— Да, мой мальчик.
— Доктор!
— Я в порядке, Стивен, не сейчас…
«Она хотела спасти жизни…». «Она не понимала, не могла понять…». «Спасти жизни всех других жителей Солнечной системы…». «Я должен навсегда запомнить её, как одну из дочерей богов…».
Яркие воспоминания носятся в голове, не давая покоя. Первая человеческая жертва — Катарина, можно сказать, его новая спутница. «Доктор, я знаю, с вами мне ничто не грозит». Она верила ему! Она безоговорочно верила ему как богу!
С самого начала Доктор пытался убедить себя в том, что она сама решилась погибнуть — принести эту жертву во имя других. Но способна ли она, бедная девочка, была осознать, во имя чего погибнет и погибнет ли вообще? Быть может, она просто совершила роковую ошибку, открыв не ту дверь?
Неужели он взваливает на людей слишком много? Может ли он обещать безопасность тем, кто будет рядом с ним? Быть спутником Доктора — значит, всегда уметь «открывать нужную дверь», иначе нельзя. Рисковать всем, в отличие от него, не имея шансов на новую жизнь…
— Доктор!
— Да, Стивен! Вперед, нам нужно идти дальше! — загоняя мысли в самый дальний уголок, он вновь суетится вокруг панели, дергает без необходимости бесполезные рычажки, нажимает горящие без нужды кнопки — видно и ТАРДИС отчего-то не по себе.
— Доктор, где это мы?
— Так-так, похоже на Францию, не так ли, мой дорогой? Возможно, мне только кажется, но ТАРДИС словно тянет сюда, когда она чем-то недовольна или расстроена…
Земляне
— Доктор, как вы можете осуждать нашу цивилизацию из-за кучки каких-то жалких дикарей?
Очередная «высокоразвитая» цивилизация оказалась сборищем моральных чудовищ. И теперь их правитель, к ужасу Доктора, искренне недоумевал, отчего чужаки не принимают их образ жизни, построенный на костях других.
— Вы, что и вправду сердитесь из-за этих варваров?
— Эти варвары — такие же люди, как и вы! — резко ответил Доктор.
Память услужливо вернула путешественника во времени в прошлое: должно быть, еще какое-то время назад и сам он был не лучше? «Это всего лишь варвары, дикари! Нам не зачем здесь останавливаться! Не стоит им помогать…». Но Барбара и Йен все равно не послушали его: для них любое живое существо было достойно внимания и поддержки. Да, они многому научили его. Значит и он сможет обратить других.
Теплая волна, словно это были крепкие ободряющие объятья его первых спутников-землян, на которые он так скупо отвечал, прошла по телу. Барбара и Йен, Вики, Стивен, Катарина, Сара, Додо, Бен и Полли — каждый из них навсегда останется с ним в его поступках, решениях, словах.
Земляне — до чего неразумные, непоследовательные, но при этом искренние, верные, смелые, отзывчивые — самые лучшие во всех вселенных…
400
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!