Вернутся к фанфику

Глава 2

1 июля 2025, 09:10

25 декабря 2037 года

Придя в себя, Ран не сразу понял, где находится, а потому не спешил выдавать себя, держа глаза закрытыми. Привязанный за руки к высокому потолку, он не мог коснуться ногами пола. Босые ступни холодил сквозняк, а затекших рук он почти не чувствовал. На голом животе, судя по ощущениям, расцветал синяк. Место, в котором он оказался, пахло сыростью и неопределенностью. Он не слышал никаких звуков снаружи или из соседних помещений, и это напрягало сильнее всего. Видимо, это помещение обладало звукоизоляцией. Судя по всему, пока что в нем помимо самого демона никого не было и он решился открыть глаза. Интересно, кому и зачем он понадобился до такой степени, что его решились похитить из резеденции, набитой сверху донизу охраной? Ран осмотрелся: обычный пустой кабинет, который когда-то, кажется, был рабочим офисным помещением, ничего примечательного. Вмятины от ножек мебели на дешевой паркетной доске, блики из щелочек, что оставили окнам плотные жалюзи, пляшут по стенам. И он сам в роли демонической люстры… Ран на пробу подтянулся на руках повыше, веревки больно впились в запястья, и тысячи иголок вонзились в занемевшие конечности. А крюк, на котором демон был подвешен будто ощипанная курица, даже не шевельнулся, намертво вплавленный в бетон. Вместо демонического огня из ладоней лишь с шипением пошел пар. Где-то рядом архангел?! Кто смог подавить его силу? Демон вздрогнул, услышав звук ключа, проворачивающегося в замке. Кожа покрылась мурашками — он тут висит полуголый и совсем безоружный, разве что клыки помогут в крайнем случае. В комнату неспешно вошли трое: человек, сверхдемон и архангел. У Рана волоски на всем теле встали дыбом. Он не стал спрашивать, какого черта здесь происходит — боялся, что голос подведет. Но ничего спрашивать не понадобилось, человек начал первым. — Начинайте вы, — он кивнул на Рана. — Мое дело принципиальное, но необязательное. Первым подошел сверхдемон, оглядел пленника со всех сторон, втянул носом воздух. Рану показалось, что он даже увидел проекцию демонических рогов на обритой налысо голове. Сверхдемон выглядел очень спокойным, даже расслабленным. Завел руки за спину и ходил по кругу, рассматривая его, Рана, будто кусок мяса. — Зачем вы притащили меня сюда? — все же решился выкрикнуть сверху вниз Ран, когда тот снова оказался напротив. Даже голос не задрожал. — И ты, великий господин, это ты — предатель?! Если ему суждено вот так бесславно отдать душу здесь, он хотел знать — за что. Архангел удивленно приподнял бровь и посмотрел на него с любопытством, слегка наклонив голову. Сверкающие золотом и будто неживые глаза ослепляли Рана отражающимися в них солнечными лучами. Даже той малостью, которая проникала в комнату. — Не убей его случайно, — голос архангела звучал, будто хор, и эхо его гремело, словно они находились не в комнатушке, а минимум в кафедральном соборе. — Мне тоже нужно знать. Я прошу прощения у твоей бессмертной души, демон. Да отпустят мне этот грех, ибо он совершен во благо. Мы не хотим пытать тебя, но должны узнать правду. С этими словами архангел вытащил из ножен светоносный меч, и Ран на мгновение ослеп от его сияния. А когда вновь открыл глаза, прямо перед ним уже было лицо сверхдемона. Оно было очень похоже на человеческое, но такое жуткое… Ран не смог бы определить, сколько лет этому человеческому сосуду, даже если бы захотел. Шальное воспоминание о недавней поездке с мистером Аггелом промелькнуло в памяти, но так же быстро исчезло, вытесненное страхом. Ран посмотрел вниз, только чтобы не смотреть в эти чёрные, как бездна, глаза, на дне которых красными точками пламенел адский костер вечного огня. Сверхдемон левитировал, плавно раскачиваясь перед Раном, и он смотрел, как к туловищу приближаются когтистые руки, а из торса и ног представшего перед ним чудовища вылезают шипы. До этого дня Ран никогда не видел сверхдемонов и теперь застыл, будто кролик перед удавом. Боль не заставила себя ждать. Сверхдемон сжал его в крепких объятиях, и Ран закричал, срывая голос. Несколько шипов вошли в его тело, без труда разрывая плоть. Горячая кровь потекла отовсюду, и одежда сверхдемона мгновенно прилипла к телу Рана. Полностью обездвиженный, он уткнулся лбом в плечо своего мучителя, будто ища утешения у старого друга. Теперь демону стало предельно ясно, для чего в кабинете установили звукоизоляцию. Этой ночью Ран еще много раз заходился в мученических воплях. Он не молил о пощаде, лишь спрашивал, почему это происходит с ним, во имя чего его пытают будто худшего клятвопреступника. Но троица хранила молчание, ему не собирались ничего объяснять. Когда пришла очередь архангела, Ран едва не лишился чувств от ужаса. Боль от травм, нанесенных человеком или демоном была ничем в сравнении с болью от развоплощения светоносным мечом. Как только клинок коснулся демонической плоти, Ран перестал слышать собственные крики и рыдания. Все слилось в единый водоворот страданий. Время от времени его выкидывало из небытия. И тогда один из троих вновь принимался за дело. Иногда его оставляли на некоторое время просто истекать кровью, прерываясь на обсуждение происходящего. — Мог он оказаться неправ, и этот парень — обычный демон? — вопрошал человек. — Мог, — отвечал ему хор ангельских голосов. — Но посмотри, эта душа все еще жива. — Мог, — вторил хору загробный бас. — Но посмотри, демонические раны не затягиваются. Ран, хоть и через раз, но все еще дышал. Он висел и думал, почему, растерзанный демоническими когтями и дважды пораженный светоносным мечом, все еще жив. Травмы, нанесенные кожаным мешком, демон даже не принимал в расчет. Сколько прошло времени, он не знал. Темнота то накатывала волнами, то выкидывала его обратно в пучину боли. Когда демон в очередной раз пришел в себя после пытки, то услышал, наконец, вердикт. — Кажется, твой господин все же ошибся, Реджин, — ангельский хор теперь резал ухо, звучал диссонансом. Очевидно, архангел был недоволен. — Посмотри, он умирает. — Чертов мелкий демон, — человек плюнул в неподвижного Рана. — Жалкая душонка! Я разочарован, господа, не меньше вашего. Но мои люди были уверены… — Неважно, — прервал его нытье сверхдемон. — Можно больше не тратить здесь время. До свидания. В следующий раз Ран пришел в себя в тишине и полной темноте. Впрочем, облегчение было недолгим. Дверь с грохотом распахнулась, впуская свет из коридора. Сатана и все его приспешники, неужели снова? Но, вопреки ожиданиям, демон услышал знакомые голоса своих сослуживцев, которые поначалу от удивления даже принял за галлюцинации. — О, нет, мы опоздали! — Нет, он жив. Найдите свет, мне нужен свет! — Ты сможешь разрезать веревку? — Подсоби, я встану на тебя… Треск, резкий рывок, и Ран почти отдал душу Сатане, упав в чьи-то руки. Застонал бессильно. — Я же говорил, он жив! Помоги, посади вот так, — очень знакомый голос, чей же он? — Дай сюда аптечку. — Господи! — девичий ангельский голосок, полный ужаса. — Взгляни вот сюда! — Да, здесь и на спине еще одна, — снова вернулся знакомый мужской голос. — Не мешай, лучше возьми его за руку, отдай силы. — Демону?! — Молчи и делай, что говорю. Ран почувствовал, как его безвольную руку подняли с пола и как его ладонь сжали маленькие женские прохладные ладошки. Через них немедленно потекла живая сила, не давшая демону снова захлебнуться в пучине подкатывающей дурноты. — Прижми здесь, — скомандовал тот самый знакомый мужской голос. — И держи так. Что-то сильно надавило на источник жгучей боли в боку, и Ран взвился, взвыл от боли. — Да больно же! — прохрипел он, силясь отстраниться, но держали его крепко. — Бесы проклятые… за что? Чья-то ладонь легла на его мокрый лоб, отвела налипшие волосы. — Потерпи, все будет хорошо, — произнес еще один смутно знакомый женский голос. И действительно, стало немного легче. Настолько, что Ран даже смог разлепить веки. Сперва поплывшая мутными пятнами картинка все же сложилась в склонившегося над ним ангела. — Фим, ты? — не веря глазам, прошептал Ран. — Я, — мягко улыбнулся ему тот. — Нас много здесь. Ты только держись, ладно? Не закрывай глаза. Ран обвел взглядом комнату и лишь теперь заметил остальных присутствующих. На помощь ему примчался с десяток демонов и несколько ангелов. С развернутой на коленях аптечкой перед ним сидел Серафим. Он умудрялся одновременно раздавать указания помогавшим ему ангелам и демонам и накладывать повязки. Ангельские руки в латексных перчатках были залиты кровью, но не только ей. Опустив взгляд ниже, Ран взглянул на свое израненное тело. В боку зияла глубокая рана от светоносного меча, и оттуда, дымясь, истекала темная материя. Точно такая же боль обжигала и его спину в районе поясницы. Он умирает, и это никак не исправить — еще ни один демон не выжил после серьезной раны, нанесенной ангельским клинком. Но, видимо, приказано было доставить его еще живым обратно. — Ты его понесешь, — приказал Серафим кому-то за его спиной. Только теперь Ран понял, что его голова лежала на чьем-то плече, а крепкая рука держала демона поперек груди, не давая окончательно сползти на пол. Ран не мог развернуться и посмотреть, кто же это был, но запах жареных крылышек от застрявших в бороде крошек фритюра выдал Бегемофа с головой. — Теперь переворачивай на живот, — скомандовал ангел. — Спиной ко мне. Ран хотел было сказать Серафиму, что таких телодвижений он уже не переживет, но Бегемоф послушно принялся укладывать Рана, как приказано, и боль победила, демон окончательно провалился в темноту.

26 декабря 2037 года

Тихий щебет и пение птиц вперемешку с далеким шумом города медленно проникали в разум. Запахи и ощущения возвращались, медленно вытягивая из небытия: аромат свежего постельного белья, листья цветущего растения на подоконнике, чистый пушистый ковер, воздух из приоткрытого окна… Мирное пробуждение прервали воспоминания о жестокой боли и пережитых пытках, и Рана подбросило на кровати. Он рывком сел, дыша словно загнанная лошадь. Огляделся по сторонам, готовый бежать в любую сторону от обезумевших ангелов и демонов. Хотя вряд ли он смог бы это сделать. По мере того, как адреналин остаточного страха покидал тело, Ран осознавал, что даже не смог бы подняться с кровати. Ослабел не только его несчастный сосуд, но и тяжело пораженная в нескольких местах внутренняя сущность. И если с первым как-то справлялась капельница у его постели, то о дальнейшей судьбе своей внутренней сущности он мог лишь гадать. Откровенно говоря, Ран из прошлой ночи помнил мало и не понимал, почему до сих пор жив. Он запомнил страшную морду сверхдемона, надменный взгляд холодных золотых глаз архангела, потную вонь грязного мешка с костями и боль, боль, много боли… Опомнившись, Ран отбросил одеяло и осмотрел свой живот. Обычные синяки и ссадины. На месте смертельной раны от светоносного клинка на боку теперь был лишь большой квадратный пластырь. Потрогал пальцами на пробу — даже не болит. Что за ангельщина? Демон в ярости сжал кулаки и грязно выругался — за что, за что с ним так поступили? Чем он так провинился перед небесами, что его решили похитить и казнить столь мучительным образом? А если совершил что-то ужасное с точки зрения адских вельмож, то где суд и следствие? Его мучители даже не были похожи на великих судей или чистильщиков, которых Ран видел в новостях. Первым делом, как только встанет на ноги, он подаст жалобу в департамент по правам демонов. Как только встанет на ноги… Что же с ним произошло? Мысль прервал звук открывающейся двери. В комнату, казалось, проникло еще больше света. — Я почувствовал, что ты пришел в себя, — произнес ангел, нерешительно зависнув на пороге. — Могу я войти? — Входи, Фим, — прохрипел Ран и неприятно удивился звуку собственного голоса. Разумеется, столько вопить. Ангел понятливо подал ему стакан воды с прикроватного столика. — Попей, — Серафим присел на край кровати и подождал, пока демон сделает несколько глотков. — Где мы находимся? Я не помню эту комнату. — Это одна из новых явочных квартир для мистера Аггела. Этажом ниже расположен медицинский центр, там хорошие врачи. Они приходили к тебе. Ран кивнул, хотя ответ ангела почти ничего не объяснял. Каким-то образом его спасли, привезли сюда и исцелили несовместимые с жизнью раны. — Почему ты не на службе? — Сейчас просто моя очередь, — уклончиво ответил Серафим, отводя взгляд. — Говори, в чем дело, Фим, — потребовал демон. — Я ни черта не понимаю. Пробить оборону ангела оказалось как всегда легко, он совершенно не умел врать, и достаточно было лишь задать прямой вопрос, чтобы получить правдивый ответ. — Меня отправили к тебе все объяснить, — сознался ангел, низко опустив голову. Несколько светлых прядей упали на его лицо. — Я самый старший по рангу, поэтому я здесь. — Ну? — у демона от нетерпения разом зачесались под повязками все раны одновременно. — Охотились действительно на тебя, — выдал, наконец, Серафим, нервно теребя край одеяла руками в белых кожаных перчатках. Одет он был так, будто только что вернулся с боевого задания или только собирался на него: светлый брючный костюм, белый плащ, под которым можно было спрятать пистолет и светоносные кинжалы, и белые перчатки — ангелы были теми еще чистоплюями. — Нас всех, ангелов и демонов, созвали на экстренные советы сегодня ночью. — Чего? — Ран отпрянул, пытаясь осмыслить сказанное сослуживцем. — Из-за меня? — Да, — губы ангела подрагивали, он закусил губу, все так же не поднимая взгляд. — Коринф, прости, мне так жаль. Мы долго совещались и… мы почти уверены, что ты не чистокровный демон. Вернее, почти совсем не демон. — Что ты несешь, Фим? — Ран не смог сдержать нервного смешка. — Объяснись. Серафим, наконец, поднял голову, глаза у него были на мокром месте. Будто ему нужно было сообщить нечто ужасное. Он и говорил ужасное, только Ран не собирался в это верить. Нельзя просто так прожить демоном всю жизнь, чтить императивы и закон, следить за соблюдением канонов, а потом перестать быть уважаемой проклятой душой, просто потому что тебя изловили какие-то гопники из подворотни. — Объяснись немедленно, — дрожа от гнева, потребовал он снова. — Пойми, — ангел протянул руку и накрыл его ладонь своей. Ран попытался вырвать руку обратно, но стальной ангельский захват не позволил. — Мы и сами до конца не знаем. Но посмотри же на себя. Тебя не убивали вчера… — Ха! Не убивали, а на что еще это похоже?! — сквозь зубы прорычал Ран. От слабости и обиды у него уже почти не было сил сдерживать дьявольский гнев. — Нам кажется, они хотели проверить, умрешь ты или нет, — вбил еще один гвоздь в крышку гроба его самообладания ангел. — Но тебя не убили дьявольские клинки, не убил светоносный меч. Похитители бросили тебя умирать лишь потому, что ты потерял очень много крови и материи и был настолько близок к смерти, что они не сочли нужным возиться дальше и просто ушли. Они не догадались… — Нет, — Ран замотал головой. К нему вмиг вернулось ледяное спокойствие, встав стеной между его душой и всей той дурью, которую нес этот ангел. Его довольно близкий товарищ, как он думал, и жестоко ошибся. Среди таких, как он, товарищей нет и быть не может. Заклятые враги тысячелетиями, они лишь терпели друг друга ради общего дела, связанные общим человеком, которому служили смертным телом и бессмертной душой. И так легко оказалось привыкнуть. — Ты ангел, Коринф, — тихо произнес Серафим. — В тебе есть что-то демоническое, вне всякого сомнения, но… — Пошел вон, — перебил его Ран. — Достаточно. — Прости, — казалось, ангел искренне расстроен тем, какую новость был вынужден сообщить. — Ради твоей собственной безопасности, пожалуйста, до выяснения всех обстоятельств останься здесь. Что? Его теперь хотят заточить здесь, свои же. — Я сказал, прочь! — вызверился демон. — Я пойду, куда захочу! Дьявольский огонь взорвался в руках, отбирая последние силы, и Ран отбросил ангела с кровати на пол. Тот едва успел выставить руки в жесте защиты и отбить внезапную атаку. Теперь рукава его плаща дымились, подпаленные демоническим огнем. Вот почему его отправили переговорщиком — знали, что, раненый, он не сможет серьезно навредить ангелу первого уровня. — Я ухожу, — тут же выкрикнул Серафим, не поднимаясь с пола, лишь выставив руки ладонями вперед. — Я ухожу, Ран. Он быстро поднялся и, отряхиваясь на ходу, направился к двери, но на выходе все же обернулся. — Пожалуйста, будь благоразумен, — попросил ангел, глядя на Рана с таким сочувствием, что от исходящих от него волн жалости демону становилось тошно. — Здесь сейчас для тебя самое безопасное место. Ран тяжело и неровно дышал, глядя исподлобья на того, кого считал своим союзником. Сил не осталось даже на то, чтобы послать его ко всем чертям. Но ангел больше ничего не сказал, тихо закрыв за собой дверь. *** Следующую часть дня Ран провел в полнейшем раздрае. Беспокойные мысли не давали спать, непроходящая слабость — встать. Он все прокручивал и прокручивал в голове прошлую ночь, будучи не в силах отделаться от ощущения, что его жизнь изменилась и больше никогда не станет прежней. И дело было даже не в том, что его похитили, пытали, едва не убили и обозвали ангелом. Ран мог бы дать руку на отсечение, что нечто большее в эту ночь посетило его и вторглось в душу. Он помнил растекающееся от живота по всему телу тепло и неопределимое обволакивающее чувство, напоминавшее ему детские сладкие мгновения в объятиях приемной матери. Две черные фигуры стояли у его смертного одра и тихо спорили о чем-то. А затем… вторая фигура исчезла и что-то произошло. Что-то произошло, и он не умер. Ран засыпал и просыпался. Кто-то, пока он спал, принес ему еду — какую-то мерзкую кашу на воде и теплый чай. Видимо, он действительно был очень плох, раз теперь его кормят будто немощного старика. То и дело демон прислушивался, не идет ли кто. Подумать только, всего несколько страшных часов превратили его в дерганого невротика. Когда весь этот кошмар кончится, после массажиста необходимо будет посетить человеческого психотерапевта. К вечеру Ран набрался сил настолько, что смог подняться с кровати и сходить отлить. Вымыл руки, глянул на себя в зеркало и отшатнулся — на него смотрел изможденный молодой человек с измятым подушкой бледным лицом. Взъерошенные со сна волосы стояли дыбом на одной стороне. Таким демоном разве что детей в парках аттракционов пугать… Около часа ушло на то, чтобы привести себя в относительный порядок: вымыться, побриться и одеться. Одежду он нашел на стуле возле окна, когда проковылял обратно в комнату. Успел влезть в брюки, когда на прикроватном столике завибрировал телефон. Внутри все похолодело. Мистер Аггел! Он ведь прогулял работу… «Где тебя черти носят, Калимерис? Зайди ко мне. Комната 72.» Ран с силой потер лицо, прижал кулаки к векам, изо всех сил стараясь соображать побыстрее. Мистер Аггел здесь, в этом же комплексе? Чего ради его притащили сюда? Черт, как же много проблем из-за одной идиотской ночи. Его просили разобраться со сверхъестественными проблемами, а не накинуть их еще больше. Выходные кончились, у мистера Аггела наверняка море поручений, важные встречи и совещания, а одного из ведущих телохранителей унесло хрен знает куда. По коридору он шел как мог быстро, мысленно распекая себя за слабость, рубашка на спине уже намокла и капля пота стекала по виску на шею. Найдя, наконец, комнату с номером 72, демон остановился перед ней, переводя дыхание. Вытер лицо платком и только тогда постучался. — Входите, — послышалось изнутри. Ран подобрался, стараясь взять себя в руки. Он — хороший телохранитель, он верой и правдой служил по договору. Его силой оторвали от служения долгу, в этом нет его вины. Демон выпрямил спину и шагнул внутрь. К его удивлению, мистер Аггел никуда не спешил и не собирался. На столе вместо стопок бумаг стояла кружка кофе и тарелка с бутербродом. Комната была не рабочим кабинетом, а обычным номером по типу гостиничного, подобная той, в которой весь день провалялся он сам. А сам босс был одет не в привычный костюм-тройку стоимостью в несколько коттеджей и автомобиль на сдачу, а в белую футболку и спортивные серые штаны. Вся правая рука от самой кромки ткани и до запястья была забита «рукавом» татуировки с какими-то библейскими мотивами. Ран понял, что стоит и молча таращится на начальника, как идиот. — Добрый вечер, сэр! — наконец опомнившись, поспешил поздороваться Ран. — Сегодня без галстуков, Коринф, — сдержанно улыбнулся мистер Аггел. — Проходи, садись. Демон осмотрелся и понял, что из сидячих мест здесь только стул прямо рядом с начальником у стола и небольшой диван у стены рядом с окном. И в обоих местах Ран бы ощущал себя максимально некомфортно. — Я постою, сэр, — чуть тише произнес он. — Без проблем, — мистер Аггел отхлебнул кофе и аккуратно поставил кружку обратно. — Правильно ли я понимаю, Коринф, что ты не вышел на работу вчера, потому что… был похищен архангелом и сверхдемоном? Ран прикрыл глаза, чувствуя, как от шеи на лицо распространяется жар. Это даже звучало безобразно глупо. — Все верно, сэр, — выдавил он. — Правильно понимаю, что на твои поиски была отправлена дюжина сотрудников, в их числе демон и ангел первых уровней? — мистер Аггел вопросительно приподнял брови. — Вместо того, чтобы охранять периметр, контролировать подходы к зданию… — Да, сэр, — Ран был готов провалиться на месте от стыда из-за того, что доставил столько неудобств. Но оправдываться он не собирался. Мистер Аггел помолчал пару минут, по истечение которых Ран был уже готов услышать его решение о расторжении договора. В этом случае демон с позором будет отослан в лимб ожидать следующего человека. — Ты ничего не хочешь мне сказать? — вместо этого спросил начальник. — Ради всего святого, Коринф! Почему я должен все вытягивать из тебя клещами? — мистер Аггел поднялся с места. — Раздевайся. Ран подумал, что ослышался. — Ч-что, сэр? — Раздевайся, — чуть медленнее произнес Аггел, будто разговаривал с умственно отсталым, и сделал еще один шаг к нему навстречу. — Сними рубашку. Демон инстинктивно отступил на шаг назад. Теперь даже босиком, в футболке и спортивных штанах, этот человек казался Рану опасным, фигура — монолитной и вовсе не пропускающей материю ни в душу, ни обратно. — Сэр, — Ран старался сохранять тон ровным, а дыхание — спокойным. — Я знаю, люди подвержены искушениям порой довольно диким, но это не значит, что… — Хватит, — мистер Аггел, казалось, готов был рассмеяться и опустил голову, скрывая улыбку. — Ты меня не понял. А когда он вновь поднял глаза на демона, вместо серого льда в них бушевало пламя пожаров и отражалось оно в холодном слепящем золоте. Ран в ужасе вскрикнул, ноги моментально стали ватными, он машинально сделал еще один шаг назад и уперся спиной в винтажное трюмо. Зазвенели, ударившись о зеркало, ключи от номера, висевшие на акцентном бра. На пол упала пачка сигарет, а время будто замедлилось. Демон смотрел в глаза тому, о ком слышал лишь страшные сказки. — Утренняя Звезда, — прошептал он, но не поверил сам себе. Тот, кто стоял перед Раном, поджал губы, кивнул каким-то своим мыслям, усмехнувшись. — Не бойся, — попросил он неожиданно мягким голосом, и демон услышал то самое многоголосое эхо, которое так хорошо запомнил. — Я не сделаю ничего плохого. Ран почувствовал, как его тело начал сотрясать смех. Или это были сухие рыдания, он не знал, и не мог поверить в происходящее. — Просто не мешай мне, — продолжал Люцифер, расстегивая пуговицы на его рубашке. — Я быстро отпущу тебя. Горячие пальцы коснулись его кожи, только тогда Ран очнулся и рванулся прочь, но моментально был остановлен сильной рукой, забитой библейскими картинами. Его же собственные запястья оказались крепко связаны рубашкой, руки против воли поднялись вверх. Нет, нет! На этот раз он точно погибнет под пытками, так и не узнав, в чем виноват. Ран обессиленно смежил веки. Голова гудела, будто в нее засунули груду раскаленных камней. Разум отказывался понимать происходящее, лезли дурные и неуместно потешные для текущей ситуации мысли. Похоже, он готовился стать первым в мире демоном, который потерял смертное тело из-за инфаркта. Ладони мистера Аггела… ладони Люцифера осторожно прикоснулись к животу, почти невесомо исследуя поверхность кожи. Сорвали пластырь, и Ран не смог перебороть любопытство, он открыл зажмуренные глаза и неуверенно опустил взгляд вниз, где вместо едва закрывшейся смертельной раны была ровная полоска розовой кожи. Взгляд великого падшего ангела был устремлен туда же, и смотрел он с каким-то восторгом или даже… благоговением. Ощупывал там, где должны были быть следы от проколов демоническими клинками, но и они зажили, словно нанесенные обычным человеческим оружием. — Повернись, — приказал Люцифер, но Ран будто превратился в столб, ноги задеревенели. От ужаса ли, от удивления или усталости — он не знал. Тогда Утренняя Звезда взял его за плечо и развернул сам, и демон увидел себя в зеркале — напуганного, потного и красного выше груди. Зажмурился и отвернулся, стиснув зубы. Он не хотел, не хотел видеть эту сюрреалистическую композицию. — Нагнись, — приказало эхо, но Ран, теряющий связь с реальностью, уже не мог сделать ничего, полностью потеряв контроль над собственным телом и чувствами. — Да что ж такое, — негодующе вздохнул Аггел. Разве могла эта ситуация стать еще более неловкой? Оказывается, могла. Руки демона, все еще связанные, но затекшие и оттого безвольные, упали вниз. На шею легла тяжелая ладонь и, легко преодолев сопротивление, заставила Рана наклониться вперед. Он немедленно потерял равновесие и ударился локтями о столешницу. Опустил голову, плечи его затряслись. — Спокойно, спокойно, — все та же горячая ладонь погладила его по спине, сорвала пластырь с того места, где должна была быть вторая страшная рана от светоносного клинка. — Поразительно! Это невероятно… это… Ран старался дышать глубоко, силясь унять внутреннюю дрожь. Он не слушал, что говорит за его спиной Люцифер, демону было уже плевать на все — пускай пытает, пусть убивает, лишь бы весь этот кошмар поскорее закончился. Да, с ним и впрямь не делали ничего плохого в буквальном смысле, но душа беспокойно металась среди осколков личных границ, стремясь найти выход. — Ран, — позвал голос нежно, и в хоре инициативу перехватили сопрано. — Позволь мне прикоснуться к твоей душе. Позволь проверить и найти ответ. Демон крепче сжал кулаки, ногти больно впились в ладони. Да делай ты что хочешь и будь проклят, мифический падший ангел! Ответом на проклятье стала волна скорби и какой-то детской обиды, которую Ран никак не ожидал ощутить. Руки Утренней Звезды обхватили его за бока, и демон задрожал, ощутив, как в него вливается бурлящая и такая сладкая дьявольская энергия. Поначалу было даже немного щекотно, живительный поток восстанавливал силы и наполнял таким количеством энергии, которое демон и не мечтал получить за всю жизнь. Но затем она переполнила его существо и перелилась через край, вытесняя на поверхность души неровный золотой свет. Ран дернулся вперед, в бессилии царапая ногтями столешницу, но его крепко удерживали на месте. На поверхность черной пучины демонской души излился бурный поток яркого света, забил источником из самой глубины. Ран распахнул глаза, открывая рот в немом крике. Его поглощала благодать, и противостоять ей было невозможно. Все самое прекрасное в мире — закаты и рассветы, праздничные салюты и первой поцелуй, объятия родных и волшебные снегопады, все смешалось и поднялось стрелой из солнечного водоворота, а затем ударило демону в грудь, погрузив в настоящую эйфорию. И, когда душа оказалась заполнена до краев, блаженство хлынуло внутрь сосуда. Ран издал хриплый стон, один, второй. Не в силах замолчать, он задыхался в руках Утренней Звезды, готовый лишиться чувств. — Хватит! — не выдержал демон. — Хватит, пожалуйста. Остановись! Люцифер моментально отнял ладони и отпустил его. Ноги Рана подкосились и он сполз на пол, цепляясь за злосчастный комод. Он был мокрый, как мышь, тело била неконтролируемая дрожь, и было настолько плохо, что почти хорошо. Сгорбившись, Ран поднял глаза на начальника, догадываясь, что выглядит словно побитая собака. Но демон ничего не мог с собой поделать, — перед ним во плоти стояла древняя хтонь, клятвопреступник, сильнейший из ангелов. Падший ангел. Сам же Утренняя Звезда стоял, не двигаясь, и рассматривал собственные ладони, которые все еще светились золотом. Лицо его кривилось, будто от боли, и от души волнами исходила смертная тоска и горькая печаль. Ран пошевелился, намереваясь отползти, но Люцифер вдруг отмер и посмотрел на Рана, словно увидел впервые. — Прости, что напугал тебя, — произнес он. — Я хотел проверить, есть ли в тебе ангельское начало. — И ч-что? — просипел демон, боясь услышать ответ. — Очевидно, есть, — заключил Люцифер. — И оно сильнее, чем я мог предположить. Ран покачал головой, невидящим взглядом уставившись в одну точку на полу. А потом у него закружилась голова, и демон откинулся на спину. Очнулся оттого, что Люцифер приподнял ему голову и поднес к губам стакан воды. Когда демон напился, тот развязал ему руки. Плеснул остатки воды из стакана себе на ладони и обтер ему лицо. — Я вызову тебе врача, — Аггел поднялся на ноги. — Бренное тело не предназначено для подобных фокусов. — Нет! — собрав последние силы, запротестовал Ран. — Не нужно. Еще не хватало, чтобы у министра обороны на полу раздетым увидели его телохранителя. Сатана и все его приспешники, какой позор! — Откуда это во мне? — задал Ран вопрос потолку. — Откуда мне знать? — ответил ему Люцифер. — Я ангел, а не пророк. Ран обессиленно закрыл глаза. Нужно было встать, но сил не осталось совсем. Он просто лежал, поразительно остро ощущая бьющий в глаза сквозь смеженные веки свет от люстры и ворс ковра, впивающийся в тело. Тень упала на демона, избавляя от назойливого искусственного освещения. Ран открыл глаза, чтобы увидеть, как Люцифер склонился над ним и обтер его грудь и шею влажным полотенцем. — Еще во времена великого мора я помогал выхаживать раненых, — зачем-то сказал Утренняя Заря. — правда, потом сам умер. Вставай. — Не могу, — честно ответил Ран. Последовал тяжелый вздох. Аггел сжал его запястье и потянул на себя, перекинул руку Рана через свое плечо, перехватил поудобнее и потащил к кровати. Неужели реально извращенец? Из груди против воли толчками начал вырываться смех. — Господи, — прокомментировал Люцифер, укладывая демона на кровать. — Успокойся и спи, Калимерис. Завтра решим, что с тобой делать. Ран и вправду заснул, едва голова коснулась подушки.

***

И проснулся под конец ночи, укрытый обволакивающим теплом пухлого одеяла. Душа была пуста, то есть — совершенно пуста. Только бесконечность и звезды, он видел такое лишь один раз — между воплощениями. Бездна, такая прохладная и родная, исчезла. Он теперь бездомный? Слезы текли, катились по вискам на подушку. Ран сверлил взглядом потолок, по которому не спеша скользила дорожка лунного света. Ему пора взять себя в руки и идти. Хотя бы выйти из этой комнаты. Стараясь не шуметь, демон сел и свесил ноги с постели, поелозил босыми ступнями по ковру, осматриваясь. Люцифер мирно спал на диване, заложив руку за голову. Или делал вид, что спит — кто его знает? Диван был слишком коротким и длинные ноги ему пришлось закинуть на подлокотник. Ран поднялся с кровати, найдя взглядом свою рубашку, лежавшую на стуле. Аккуратно сложенная, она оказалась безнадежно мятой, но он все равно ее нацепил только чтобы ощутить себя хоть немного в безопасности. Хотя, конечно, в повседневной жизни он никогда не доводил вещи до столь вонючего и неприглядного состояния. — Я могу защищать тебя, — от тихого голоса Утренней Звезды Ран едва не подпрыгнул, обернулся. Люцифер теперь сидел на диване, сонный и помятый, и вовсе не напоминающий того холодного и собранного чиновника, к которому демон привык. — Присягни мне, и никто больше не посмеет даже чихнуть в твою сторону. — Что? — он решил бы, что ослышался, но в комнате было настолько тихо, что даже муха бы не пролетела незамеченной. — Нет. Никогда. Не в этой жизни и не в другой я не присягну тому, кто был изгнан с позором из родного дома, кто тысячелетиями нарушал обет, я… — Понятно, — прервал его тираду Люцифер. — Умойся и иди к себе, уже скоро рассвет. Ран поперхнулся. — Что, вот так просто? — недоверчиво спросил он. — А чего ты ждал? — Аггел повернулся к нему, почесав подбородок. — Иди уже, у меня в десять совещание. И вызови Бегги, он мне нужен. — Хорошо, — произнес Ран, пятясь спиной к двери. Выйдя из комнаты, он рвано вдохнул, будто все это время находился под водой. В глазах на мгновение потемнело, и демон оперся ладонью о стену, переводя дух. Его никто не держал, по крайней мере, в стенах номера, но нужно было отправиться обратно и привести себя в порядок. Идя по коридору, Ран услышал приглушенные голоса и смех. Испытывая любопытство, обычно ему не свойственное, демон решил добраться до своего номера в обход, чтобы проверить источник звуков. Обнаружилась небольшая компания ангелов, которые, охраняя лифт, весело болтали, то и дело переходя с шепота на смех. — Посмотрите, — один из ангелов второго уровня указал в его сторону, — Идет наш герой мужеложец. Ангелы сдержанно запрыскали от смеха и заохали, прикрывая рты руками. — Совсем страх потерял, Леви? — ледяным тоном спросил Ран, остановившись напротив. — Я лишь осуждаю грех, Калимерис, — с кривой усмешкой ответил ангел, сунув руки в карманы белоснежных брюк. — Ладно человек, он грешен — помолится. Но, демон, твои стоны были слаще меда. Не стыдно пользовать того, кому служишь? В два шага оказавшись рядом, Ран схватил наглеца за грудки и припечатал к стене. — Еще одно слово, — прошипел демон. — И я сожгу тебя, даже пепла не останется. Тот ничего не ответил, только разом вспотел и схватил его за запястья, пялясь Рану прямо в глаза, будто увидел в них разом всех святых. — Остынь, Коринф! — вмешался один из приятелей Леви, оттаскивая демона от сородича. — Он пошутил, не будь таким злыднем. Смирив гнев, Ран отпустил ангела, напоследок еще раз приложив того об стену, Леви съехал по стене и шлепнулся на задницу, остальные бросились его поднимать. Ран развернулся и пошел к себе в номер, не видя смысла в разговорах с блаженными полудурками. — Такой нервный стал после пыток, — услышал демон шепот за спиной и замедлил шаг. — Даром, что первого уровня. — Я видел только что… клянусь, я видел золотой свет! — А в штаны ты от страха не наложил? Нужно держаться от него подальше, а то вдруг крыша поехала. — Это уже тянет на профнепригодность… Сдавленно зарычав, Ран быстрым шагом добрался, наконец, до своего номера и с грохотом захлопнул за собой дверь. На ходу принялся срывать с себя рубашку, остановился у окна, нервно расчесывая кисть. Запястья неистово зудели, натертые до красноты грубыми веревками. Возможно, зря он отказался от предложения. Но в груди неспокойно громыхало сердце, и сбившееся дыхание слишком медленно находило привычный ритм, напоминая о недавно пережитом смертном ужасе. Нет, лучше умереть, чем покуситься на запретное. Он все сделал правильно.

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!