Острота чувств

Даже собравшись с духом, чтобы продолжать за столь короткое время ставший ей ненавистным диалог, Одри не могла поверить, что Фелония не шутит. Сама концепция нахождения человека в преисподние звучит дико и нелепо. Да и как такое возможно? Демоницу ведь изгнали из ада и поэтому она заточена на земле. Множество фактов гласили, что оценщицу пытаются запутать, сбить с толку. А может быть, над ней просто издевается все агентство. Но за что?   С этими мыслями Одри продолжала таращиться на гостью, ожидая более подробного объяснения столь несуразной мысли. Однако, демоница не спешила больше ничего рассказывать. Казалось, мысль покинуть этот мир вместе с человеком ей не кажется даже самую малость странной. - И что все это значит? - решила все же спросить Одри, осознав, что Фелония не заговорит первая. - Уже пришла в себя? Минуту назад ты витала где-то в облаках, - невозмутимо отрезала девушка. - И так, слушай внимательно. Микаэлю, по твоей просьбе, удалось договориться с нужными личностями, чтобы меня пустили в преисподнюю для встречи с моей семьей. Если встреча пройдет гладко, мы сможем попросить их о помощи в борьбе над зверем. - Во-первых, звучит сомнительно. Ты ведь уже давно ни с кем из тех демонов, или как вы их называете, не виделась по их же инициативе, и вдруг они так легко согласились принять тебя обратно. Но еще более непонятно, зачем тебе я? - со вздохом произнесла явно выбитая из колеи оценщица. - А ты примечательная, столько вопросов.. - Ага, - растерянно ответила Одри, лицо которой обрело легкий румянец из-за смущения, ведь последняя реплика ее собеседницы прозвучала почти как комплимент. - Так ты объяснишь мне все по порядку? Какой был смысл звать меня, если ты мне ничего не рассказываешь как полагается? Какие-то детские игры, честное слово, - с толикой раздражения закончила свою мысль девушка.   Фелония отвела взгляд в сторону и вздохнула, однако, ни вздох, ни взгляд не были показателями злости. Они скорее указывали на ее растерянность, чего Одри никак не могла понять, ведь тема разговора не является неудобной или табуированной. Тем не менее она дала собеседнице время, чтобы собраться с мыслями, не нагнетая еще больше. И уже спустя пять минут Фелония направилась в сторону сада Астреи, жестом руки приглашая оценщицу следовать за ней. Во избежание разногласий девушка поднялась с дивана, отложила журнал в сторону и зашагала в сад. - Извини, - начала свой рассказ демоница. - Не хотела заставлять тебя нервничать. Дело в том, что мне очень сложно говорить об этом, потому что я лишь вчера вечером узнала, что нам предстоит этот диалог. Все произошло настолько быстро..- заметив легкий одобрительный кивок головы Одри, демоница продолжила. - Как ты уже знаешь, по твоей просьбе Микаэль смог добиться для меня разрешения вернуться домой, но не все так просто. Стражи врат ада выставили одно единственно условие, соблюдая которое я смогу попасть в иной мир. В условии сказано, что я должна привести с собой человека, ради которого готова пожертвовать жизнью, так как это будет означать, что мое холодное сердце наконец растаяло, соответственно, я стала более уязвимой, сговорчивой и смогу покаяться в своих грехах. Естественно, никто меня не попросит умереть за тебя, но для них важно осознавать наличие козыря в рукаве, который в непредвиденной ситуации позволит меня контролировать. И кое-то еще. Отвечая на твой вопрос, почему они так легко согласились, скажу до безумия простую вещь - стражи ответственны лишь за охрану врат, а отказались от меня совершенно другие демоны. Я даже не уверена, что моя семья согласится на обычный разговор. - Давай не будем печалиться раньше времени, - выпалила Одри, заметив изменения в голосе демоницы, а так же боль, застывшую на ее лице. - Лучше объясни мне вот что. Как так вышло, что именно я являюсь нужным тебе человеком? Почему ты готова пожертвовать собой ради меня? И пока ты не успела дать ответа, могу предположить, что ночь нашего поцелуя на судне все же нечто значила для тебя. - Нет, Одри, не заставляй меня говорить о столь нелепой вещи как чувства, присущие людям,- попыталась отмахнуться демоница. - Было бы забавно, если бы чувствовать могли только люди, вот только ни меня, ни себя ты не проведешь этой нелепицей. Я прекрасно знаю, что вы тоже можете испытывать эмоции, вы можете злиться, завидовать, радоваться и, - последовала короткая пауза, - любить. - Я ведь попросила, не веди себя как влюбленная дурочка. Мы уже обсуждали тему наших отношений и решили ее больше не поднимать. Я не могу быть с тобой и на то есть уйма причин, которые я назову еще раз, если вдруг ты забыла, но учти, больше повторять не стану. Во-первых, я демон, а демонам запрещено вступать в интимную близость с людьми, так как это повлечет за собой последствия. Говорят, бессмертный, нарушивший данную заповедь, лишается памяти и крыльев, и пусть я не знаю наверняка, действительно ли потеряю часть себя или случится что-то другое, зачем лишний раз грешить судьбу? Во-вторых, я ужасный демон с ужасным прошлым. Мои руки по локоть в крови, потому что я беспощадно убивала как людей, так и других демонов. Мне нет прощения ни на земле, ни в аду. Пойми же, Одри, я тебе не пара, - прозвучал голос, пропитанный мольбой и болью.   Выслушав душераздирающий монолог своей возлюбленной, оценщица сочла лучшим решением не отвечать сгоряча, а обдумать каждое свое слово, так как она была на грани срыва. Девушка искренне поражалась упрямости демоницы, так наигранно пытавшейся оттолкнуть человека, которого любит с невообразимой мощью. Одри ни на секунду не засомневалась в искренности романтических чувств Фелонии и ей в этом никакой помощи не оказала квалификация психиатра, так как любой бы заметил, как загораются глаза демоницы при виде той, которую она так отчаянно отвергает.   Прошло не более десяти минут гнетущего молчания и неспешной прогулки по саду, как оценщица решила, что она готова ответить. Тщательно взвесив все за и против весьма резкого заявления, Одри пришла к выводу, что не стоит ссориться с демоницей и правильнее всего будет прекратить добиваться взаимности, растоптав свои чувства и разбив свое сердце вдребезги. Однако, размышляя о словах, которые стоило бы сказать, девушка внезапно осознала, что отстраненно слышит собственный голос, выпаливающий несколько жестких фраз в сторону возлюбленной.   Лишь закончив кричать, Одри, с трудом вспоминая сказанное, прокрутила в голове свои слова: ,,Ты просто не готова взять на себя ответственность. Если бы ты хотела быть со мной, а не только воспользоваться в своих собственных целях, ты бы узнала нужные подробности о связи бессмертных с людьми, услышала бы, что я готова рискнуть и начать встречаться с убийцей, но ты ничего из этого не делаешь. Тебе плевать".   И вновь воцарилась давящая тишина, только в этот раз оценщица не вела себя подобно серой мышке, боящейся кого бы то ни было разгневать, напротив, она с вызовом смотрела прямо в глаза демонице, удивленной столь резкой сменой поведения собеседницы. - Ты не шутишь, говоря о готовности рисковать? Неужели, ты в самом деле сможешь принять в свои объятия хладнокровного демона? Или ты настолько глупа, что не понимаешь, на что идешь? - А я выгляжу как человек, которому смешно или хоть чуточку весело в сложившейся ситуации? - вопросом на вопрос ответила все такая же разгневанная оценщица, проговаривая каждое слово очень медленно и четко, дабы подчеркнуть свою серьезность и осознанность.   Лишь слепой был бы не в силах узреть, как внутренние сомнения терзали Фелонию. Каждая новая мысль, пришедшая ей в голову, на безупречном лице вырисовывала морщинку. - И вновь ты оказалась права, - виновато прошептала демоница, поднимая белый флаг. - Признаюсь, я действительно влюблена в тебя, но так же я вынуждена признаться и в том, что боюсь. Невероятно боюсь потерять как тебя, так и память о тебе, боюсь, что, нарушив этот закон, навсегда лишусь возможности любить. И поэтому лучше я буду наблюдать за тобой издалека, лелея искорку нежных чувств внутри, чем потеряю самое дорогое. - Я не позволю тебе страдать, имея возможность изменить ход игры. Вместе мы справимся не только с собственными переживаниями, но и с каждым, кто встанет у нас на пути. Доверься мне, Фел, - смягчившись произнесла девушка. - Пусть это задание станет для нас обеих толчком к свободе чувств. Мы выполним необходимое при этом не забывая друг о друге.   Идя по тропинке сада, Фелония замедлялась слушая оценщицу, а когда та закончила, и вовсе остановилась, медленно взяв ее ладони в свои. - Не знаю, как ты это делаешь, но у тебя прекрасно получается вселять надежду. Вплоть до того, что я впервые в жизни поступлюсь своим принципам и доверюсь человеку. Возможно, твой свет затмит мою тьму, оставляя лишь блеклую тень позади. - Звучит так, словно втайне от меня ты по ночам сочиняешь драматичные стихи, - расхохоталась девушка, высвобождая скованные руки и бросаясь в теплые объятия демоницы и озаряя ее широкой улыбкой.   Постояв так еще немного, девушки, заговорив в один голос, единогласно решили, что пора заняться работой, а обсуждение отношений может и подождать, так как, не выполнив задание вовремя, можно и выговор получить. - Фел, честно говоря, я переживаю, потому что понятия не имею, что нас ждет. Все эти миры, демоны, силы для меня открылись совсем недавно, - в голосе оценщицы послышались нотки извинений. - Ты извиняешься? Одри, не думай об этом, ты не обязана быть сильной, отважной или бесстрашной. Твои переживания при столь запутанных обстоятельствах очень даже к месту, но я тебе расскажу о всех известных мне самой деталях уже совсем скоро. Только, прошу, давай уже наконец-то покинем это неприятное место, - последнюю реплику демоница произнесла, окинув взглядом ту часть здания Астреи, которая виднелась из сада, слегка скривившись. - Конечно, Фел, - невероятно ласковым тоном согласилась девушка.