Часть 12 Общий сбор у горы Тунлу объявляется открытым

Канал: Только_Для_Своих. Статус: активный. Пользователь в сети: 0 Пользователь Пэй_Мин присоединился к беседе. Пэй_Мин: Ци Жун, спишь? Администратор Сяо_Цзинь присоединился к беседе. Администратор Сяо_Цзинь меняет имя на Ци_Жун. Ци_Жун: поспишь тут с этой Тунлу... Пэй_Мин: кстати о Тунлу. Ци_Жун: чо? Пэй_Мин: у нас тут... ПРОБЛЕМА. Ци_Жун: проблему зовут "Се Лянь"? Пэй_Мин: да. Ци_Жун: чему я удивляюсь... Ци_Жун: дай угадаю, эта ублюдочная псина тоже с ним. Пэй_Мин: с нами ещё Пэй Су, и какая-то девушка из Баньюэ. Ци_Жун: она не ИЗ Баньюэ, её ЗОВУТ Бань Юэ. Пэй_Мин: а, ой. Ци_Жун: НЕ ВЗДУМАЙ К НЕЙ КЛЕИТЬСЯ!!! ОНА НЕСОВЕРШЕННОЛЕТНЯЯ! Пэй_Мин: делать мне нечего... Пэй_Мин: так, о чём я. Пэй_Мин: а. Ты не в курсе, Его Высочество умеет готовить? Ци_Жун: вряд ли. Ци_Жун: погоди. Пользователь Ци_Жун покинул беседу. Пользователь Ци_Жун присоединился к беседе. Ци_Жун: Циин сказал, что чуть не помер. Ци_Жун: а что? Пэй_Мин: он сейчас что-то варит. Сначала это был фазан в бульоне, но теперь там ещё какие-то листья, картошка, и две скорпионовые змеи. Ци_Жун: ууу... помянем. Пэй_Мин: а ещё оно сиреневое. Ци_Жун: отвернётся- выкинь вместе с посудой. Ци_Жун: кстати, ты чего там забыл? Пэй_Мин: наверное, мозги. Ци_Жун: бывает. Пользователь Се_Лянь присоединился к беседе. Се_Лянь: Привет. Ци_Жун: блять, вспомнишь, и вот оно... Се_Лянь: Я тоже очень тебя люблю. Ци_Жун: брат, иди нахер. Ци_Жун: чё ты в Уюне забыл? Се_Лянь: Где? Ци_Жун: Тунлу часть горного хребта в королевстве Уюн. Се_Лянь: А Медная Печь? Ци_Жун: а это вулкан, который находится в жерле Тунлу. Се_Лянь: Ого. Ци_Жун: и создал её Бабай. Се_Лянь: Ого. Пэй_Мин: кто такой Бабай? Ци_Жун: мы так Безликого называем. Се_Лянь: А ты сейчас где? Ци_Жун: тебя ебать не должно. Се_Лянь: То есть, дома у Лан Цяньцю, ВСЁ ЕЩЁ. Ци_Жун: и чо? Се_Лянь: Я думал, ты тоже сюда отправишься. Се_Лянь: Тебе ведь твоя "непревзойдённость" покоя не даёт. Ци_Жун: это тебе Хуа сказал? Се_Лянь: Да, и что? Ци_Жун: ничего. Пэй_Мин: скучно вы сейчас срётесь, без огонька. Ци_Жун: братюнь, дай ему леща? Се_Лянь: Не дотягиваюсь. Се_Лянь: Мо коленки сейчас используют как подушку. Ци_Жун: сука. Се_Лянь: Плохо, что я свой мешок дома оставил. Два горшка с собой в руках тащить. Пэй_Мин: три. Ци_Жун: зачем столько? Се_Лянь: В двух призраки, в третьем "Упавший феникс". Ци_Жун: даже не хочу знать, что это за дерьмо. Се_Лянь: Вообще-то, это суп. Ци_Жун: схуяли ты вообще таскаешь с собой мешок, я вот в рукавах всё ношу, очень удобно. Зачаровал бы, и ходи себе. И спина болеть не будет. Пэй_Мин: да вы заколебали уже оба. Два брата-акробата, блин. У одного рукава цянкунь, у второго мешок цянкунь. Ощущение, что если вы договоритесь из Китая вынести Китай, никто не заметит ничего. Ци_Жун: пхе. Се_Лянь: Хех. Се_Лянь: *достал из мешка половину Китая* Ци_Жун: *достал из рукава вторую половину Китая* Пэй_Мин: я вас ненавижу. Пользователь Пэй_Мин покинул беседу. Се_Лянь: Злой он сегодня какой-то. Ци_Жун: ну так, небось у него стояк а красивых баб рядом нету. Се_Лянь: ЦИ ЖУН!!! Ци_Жун: или кушать хочет. Ци_Жун: дай ему "Упавшего феникса". Ци_Жун: пускай страдает. Пользователь Линвэнь присоединился к беседе. Линвэнь: Вам что, делать нечего?! Три часа ночи! Дайте поспать!!! Ци_Жун: ой. Се_Лянь: Извините. Администратор Ци_Жун покинул беседу. Пользователь Се_Лянь покинул беседу. Пользователь Линвэнь покинул беседу. *** -КАКОГО ТВОЕГО ДЯДЮШКУ ТЫ ТУДА ПОЛЕЗ?! Возмущённый вопль вывел Его Высочество из полумедитативного состояния. Он поднялся, выглянув из-за камней, за которыми они укрылись от внезапно поднявшегося ветра, и увидел, что к ним приближается целый небольшой отряд, возглавляемый демоном в зелёных одеждах (из чего он заключил, что его непутёвый братец всё-таки собрался к Тунлу), а неподалёку потухает остаточное свечение печати сжатия тысячи ли. Се Лянь вышел навстречу. За ним, подпрыгивая то ли от злости, то ли оттого, что сейчас его рост не позволял увидеть всё сразу, поспешил оклемавшийся Хуа Чэн. Посмотреть действительно было на что: помимо самого Ци Жуна, который шёл, ведя за руку мальчика лет девяти, тоже в нарядном ханьфу зелёного цвета, рядом с ним шёл ещё Лан Цяньцю, а немного поодаль- генеральша Сюань Цзи. -О. Нашлась пропажа.- презрительно фыркнул Ци Жун, кивая Цяньцю на выбравшихся из-за обломка скалы царственного брата и, судя по убойной ауре, временно уменьшившегося Хуа.- Говорил же, что этот ублюдок его сюда потащит. Походу, из-за влияния Хуа Чучундры, у моего братца теперь кисель вместо мозгов. Цзы-Цзы, а ну-ка, иди к папке на ручки, пока не потерялся... Бог войны промолчал, но в душе не мог не согласиться. То, как Се Лянь начал вести себя после того, как впервые встретил Собирателя цветов под кровавым дождём, было настолько странным, что их отношения с Ци Жуном, на этом фоне, выглядели абсолютно нормально и естественно. Если было очевидно, что бывший наследный принц Юнань и бывший второй наследный принц Сяньле действительно много чего обсудили и пришли к определённому консенсусу, то чем руководствовался Его Высочество- непонятно. Се Лянь во все глаза смотрел на стоявшего рядом с Лан Цяньцю лазурного демона. Казалось бы, на первый взгляд, ничего не изменилось. Его кузен всё ещё та же вульгарная язва, хоть и держит на руках ребёнка, а Цяньцю всё ещё благороден и наивно верит в идеалы, которые он, по молодости и глупости, вложил в его буйную голову. Но под верхним ханьфу привычного зелёного цвета виднелись белоснежные нижние одежды с красным воротником. Точно такие же, как и у самого Лан Цяньцю. Такие же, какие он ранее видел на Ци Жуне, когда сталкивался с ним в коридорах дворца Наньгун. Его Высочество вспомнил и поведение своего бывшего воспитанника, когда он, последовав за Цяньцю и его подчинённым после окончания пира в честь праздника Середины осени, обнаружил его в руках Ци Жуна, впившегося зубами в чужую шею, и странный визит, который генерал Тайхуа нанёс ему в монастыре Водных каштанов. Се Лянь считал, что Цяньцю поддался глупому порыву. Но ладонь генерала Тайхуа покровительственно возлежала на плече Ци Жуна, а сам он внимательно следил за малейшим изменением настроения Его Высочества наследного принца, в любой момент готовый спрятать за собой лазурное Бедствие и его дитя. Пока Се Лянь хлопал глазами, Хуа Чэну хотелось заорать. Он приложил все усилия, чтобы этот чёртов демон никогда больше не смел показаться ему на глаза, чтобы не смел больше осквернять прекрасный лик гэгэ своей мерзкой зубастой рожей, но жалкое ничтожество посмело воскреснуть!!! И как будто этого мало- после того, как он заставил этого ублюдка во всём признаться, глупый бог войны зачем-то забрал его в Небесную столицу! Собиратель цветов метнул озлобленный взгляд в сидящего на руках лазурного Бедствия Гуцзы. Проклятье. Этот ребёнок! Он совершенно о нём забыл. В его голове совершенно не укладывалось, что такое ничтожество как Ци Жун может не то что заботиться о ребёнке, а стать для него полноценным родителем, и, узнав, что жалкий зелёный гоблин взял на воспитание человеческого детёныша, князь демонов всё ждал, когда Ци Жуну надоест, и он наконец-то сожрёт мальчишку. Но прошёл год, потом ещё один, потом ещё, а он всё так же встречал семейку Ци прогуливающимися то в Призрачном городе, то в окрестностях горы Юйцзюнь, вдвоём, либо же в компании Лань Чан или Сюань Цзи. Заставив Лан Цяньцю уничтожить тело проклятой зелёной твари, он не учёл того, что в его логове, помимо свиты Лазурного Фонаря, находится человеческий ребёнок, всем сердцем привязавшийся к этому ублюдку. Глядя, как доверчиво Гуцзы жмётся к груди Ци Жуна, устроившись в его руках, как птенец в гнезде, в мозгу Хуа Чэна внезапно промелькнула мысль, что тот так старался восстановиться исключительно ради приёмыша, обеспокоенный тем, что случится с мальчишкой, если тот останется в одиночестве. Судьба мальчишки Хуа совершенно не парила. Он успел увести гэгэ до того, как паршивец прочухал, что с его "отцом" чего-то не то, и его бы вполне устроило, чтобы ребёнка загрызли дикие звери или какой-нибудь низкоуровневый демон, пока тот шарахался в лесу. Но тупица Цяньцю замешкался, и, похоже, из жалости забрал тупого Ци Жуна и его тупого пасынка к себе, и вернул ублюдочному демону его немногую силу. Ещё и к Се Ляню приходил зачем-то, небось выспрашивал, знает ли он про мальчишку! Тьфу! Столько проблем из-за какого-то мусора, который достоин лишь того, чтобы попирать его ногами! Очевидно, в голове Се Ляня что-то наконец щёлкнуло, потому что он вдруг ласково взял его за руку, и, с не предвещающим ничего хорошего "Сань Лан, пойдем, поговорим", утянул красного демона обратно за камушек. В следующую секунду окрестности огласились такими воплями, что даже привычный к крикам и ругани Гуцзы прижал ладошки к ушам и заплакал, а Ци Жун инстинктивно присел, укрывая широкими рукавами своё запаниковавшее наказание. На его памяти, царственный брат никогда так не орал. Хотя, на его памяти, он вообще никогда не орал. Это реально было жутко. Се Лянь действительно не на шутку разозлился. Он ещё раньше пытался вывести Сань Лана на разговор, в попытках выяснить, действительно ли у Ци Жуна был пасынок, и куда, в случае бесповоротной гибели кузена, тот предполагал его девать, но князь демонов только отшучивался, утверждая, что "гэгэ не о чем беспокоиться". Он всё ещё был уверен в том, что Ци Жун каким-то образом сумел присесть его бывшему воспитаннику на уши, убедив того помочь ему восстановиться, но теперь в этом деле был замешан невинный ребёнок, с которым, не вмешайся Лан Цяньцю, непременно случилось бы что-то страшное. Видя, что его родные одновременно запаниковали, Цяньцю крепко прижал к себе ребёнка и демона, скрыв их в своих объятиях, и метнул вопросительный взгляд в стоящую рядом Сюань Цзи, к которой, как-то незаметно подобрался Пэй Мин. Оба генерала выразительно пожали плечами. Потом демоница разглядела, кто стоит рядом с ней, и демонстративно отвернулась. Оставив пристыженного князя демонов обдумывать своё поведение, наследный принц вернулся к терпеливо ожидавшим его небожителям и демонам. Лан Цяньцю смотрел на него враждебно, а ребёнок на руках Ци Жуна, выглянув из своего укрытия, глубокомысленно изрёк: -Пиздееец... -Так, мелочь, я кому-то разрешал ругаться?!- мигом возмутился демон, слегка встряхивая мальчика.- А?? Се Ляню очень захотелось протереть глаза. Чтобы главный сквернослов на деревне Ци Жун распекал ребёнка за брань, такое даже звучит абсурдно! Да что там, сам факт того, что лазурный демон, который, на минуточку, людоед, нянчится с обыкновенным человеческим ребёнком, был абсурднее некуда! Но, тем не менее, это было так. Не зная, как начать разговор, он обратился к Лан Цяньцю, который всё так же продолжал придерживать Ци Жуна за плечи: -Что вы здесь делаете, да ещё с ребёнком? Принца живо интересовал этот вопрос. Нет, что в Уюне забыли его непутёвый брат и генеральша Сюань Цзи, это понятно, а Цяньцю-то тут зачем? Что за нелепая группа поддержки такая? Генерал Тайхуа неопределённо хмыкнул. Он сам не шибко понимал, что они здесь забыли (особенно, учитывая то, что его А-Жун и так уже Непревзойдённый, без всяких оговорок, и диплом о высшем образовании Тунлу ему больше не нужна), но когда демон, вдруг ворвался в его кабинет с воплем "ну что, любимый муж, попрёшься со своим долбанутым муженьком в романтическое путешествие?! Сраный вулкан в долбанном древнем королевстве! Милый и кайфовый! Ебучие камни, долбанные крысы, говённый ветер в ветвях! Закаты, восходы, и прочая хрень!" не увидел лазеек для себя отказаться, и, прихватив в качестве няньки Сюань Цзи, которая маялась со скуки и не знала, куда себя девать, они переместились в Уюн. -О, теперь мы вспомнили про ребёнка!- мигом вскинулся Ци Жун, одаривая царственного брата презрительной усмешкой.- А когда твой ублюдочный пёс избивал меня и науськивал А-Цю, чтобы лишний раз не замарать руки, ты об этом не задумывался! И когда ты чуть не выбил из меня дух после праздника Середины осени, тоже! Тайхуа хмыкнул, и ласково чмокнул рассерженное Бедствие в растрёпанную макушку. -А-Жун, успокойся, не надо так нервничать. Ци Жун выразительно фыркнул, сдувая со лба чёлку, но послушно затих, и обронил: -Ничё не хочешь мне сказать? Се Лянь вновь почувствовал себя глупо, и поспешил отвести взгляд, чтобы не встречаться глазами с мрачно смотрящим на него кузеном. А-Жун и А-Цю? Эти двое, которые, дай им возможность тогда, в логове Лазурного Фонаря, друг друга бы на лоскуты порвали? Да что между ними произошло?! Самое смешное, что в сети духовного общения разговаривать с Ци Жуном было гораздо проще, возможно, потому, что он не видел его лица. Даже узнав, кто скрывается под личиной Сяо-эра, Его Высочество не испытывал таких трудностей в общении, даже когда демон откровенно посылал его куда подальше. Сейчас же у него в голове разве что сверчки не пиликали. Не дождавшись ответной реакции, Ци Жун чутко дёрнул ушами, и посмотрел куда-то за спину Се Ляню. -Темнеет. Надо найти где переждать ночь, пошли. Пока задумчивый Се Лянь следовал за младшим братом и своим бывшим воспитанником, а за ним, умоляя гэгэ понять и простить, торопился мини-Хуа, позади них разыгрывалась молчаливая драма. Генерал Пэй Мин, которого Ци Жун заслуженно обзывал то "блудливым псом", то "небесным жеребцом-осеменителем"- по настроению- всячески избегал Сюань Цзи, когда её только привели в Небесную столицу, считая, что рано или поздно женщина перебесится, и вообще, он занят. Именно он предложил Фэн Синю отправить свою бывшую пассию в заточение. Но потом, заглядывая к генералу Наньяну по другим делам, он с удивлением узнал, что демоница, во-первых, перестала страдать по его персоне, во-вторых, вполне неплохо проводит время в обществе своего начальника и его сына, и, в-третьих, совершенно не обращает на него внимание. Тут-то бы генералу Мингуану радоваться, но собственническая и эгоистичная натура избалованного женским вниманием небожителя мигом подняла голову (образно) и разожгла давно позабытые чувства к воинственной деве Сюань с новой силой. Как так? Чтоб его, такого всего распрекрасного, и игнорировать? Ну и что, что он напрочь позабыл о Сюань Цзи, и она ему такая нахрен не сдалась? Всё равно нельзя! Он не разрешал, вотъ. Сама призрачная генеральша, хоть и сохраняла равнодушный и неприступный вид, внутри откровенно злорадствовала. Его Превосходительство уже не в первый раз пытался вправить ей мозги, и втолковать своей бестолковой подчинённой, что незачем так цепляться за того, кто даже не понимает, кто жжёт его храмы, и причём тут похищенные невесты. Ладно Се Лянь, тот хоть в курсе, по чьей вине страдает, но Пэй Мин-то не в курсе! Смысл играть на цине перед коровой, если это не даёт необходимых результатов. Упёртая и из-за своей посмертной одержимости, обезумевшая от любви к ненаглядному Пэю, демоница упрямилась, не желая признавать очевидное, и успокоилась лишь тогда, когда вживую убедилась, что больше ему не интересна. И вот тогда слова князя демонов наконец-то упали в благодатную почву. Помимо этого, Сюань Цзи была всерьёз озабочена душевными метаниями Ци Жуна, который был убеждён в том, что приютивший их с Гуцзы бог войны делает это лишь потому, что чувствует вину за то, что едва не лишил семьи маленького беззащитного ребёнка. Ей самой было очевидно, что глупый мальчишка с нелепым помпончиком в причёске, который, то краснея, то бледнея, довольно неуклюже ухаживает её начальником, питает к лазурному демону искренние чувства, и даже немного завидовала. Она ещё не один раз обдумывала своё положение, и, в итоге, решила, что достойна большего, чем не пропускающий ни одной юбки обожествлённый бабник, вследствие чего её наконец попустило, и женщина сумела избавиться от своей болезненной одержимости генералом Пэем. Технически, она должна была отправиться на перерождение, так как именно её гипертрофированная любовь и ревность к возлюбленному держала демоницу в мире живых. Но были ещё Ци Жун и Гуцзы. В них, со временем, Сюань Цзи обрела не просто могущественного покровителя, у которого был приёмный сын, но хороших друзей, которые, в случае чего, не раздумывая, кинутся к ней на помощь. Бывшая генеральша Юйши не собиралась бросать тех, кто стали ей как родные. *** -Ну, и он валяется и скулит, а я стою, как оплёванный. И знаешь, так противно стало. Нет, ну то есть, жизнь этого алкаша важнее, чем жизнь ребёнка? Да такого даже жрать не хочется. Что мне ещё оставалось делать? Мелкий трясётся весь, думает, я ему прям щас голову откушу, а остальные стоят и СМОТРЯТ. Ци Жун отхлебнул чаю и расслабленно опустил уши, поуютней устраиваясь под боком А-Цю и глядя куда-то перед собой. Сидящий рядом Се Лянь молчал, переваривая услышанное. -Я думал, ты ненавидишь детей.- наконец выдавил он, кося глазом на надувшегося Собирателя цветов. Князь демонов, уже принявший свой обычный облик, сидел в сторонке, надувшись, как хомяк, и выглядел оскорблённым до глубины души. Вся его самоуверенность временно опустилась куда-то в Бездну и забилась под камушек. -Кто сказал, что я ненавижу детей.- отозвался лазурный демон, грозно цыкнув на попытавшуюся подобраться к их стоянке крысу-падальщика.- Детей я люблю. А этого пса паршивого- ненавижу. Полчаса назад они остановились у какой-то расщелины, из которой тянуло не жаром, а холодом и сыростью. Наследный принц всё ещё был сердит на Сань Лана из-за того, что он умолчал о том, что у Ци Жуна РЕАЛЬНО есть приёмный сын (и мысленно вздрагивал от того, что бы сейчас было с бедняжкой, не задержись тогда Лан Цяньцю в пещере), и игнорировал его попытки обратить на себя внимание, хотя демон, кажется, пытался рассказать ему что-то о том, где они сейчас находятся, и где лучше остановиться отдохнуть. Технически, он мог бы не следовать за Ци Жуном- объявив о том, что им нужно поискать место для ночлега, кузен спустил своего пасынка на землю (мальчик тут же схватил Сюань Цзи за руку, и что-то оживлённо защебетал), подцепил генерала Тайхуа под руку, и потянул его куда-то в деревья, не обращая внимания на оставшихся у каменной насыпи Хуа Чэна, Пэй Мина и царственного брата, но Се Лянь, почему-то, решил последовать за ним. Сань Лан не раз презрительно отзывался о Ци Жуне, утверждая, что более тупую, самовлюблённую и жалкую тварь ещё поискать надо, но из потока насмешек Его Высочество вычленил одну, как ему показалось, важную вещь: очень болезненно реагирующий на то, что его приравняли к Непревзойдённым только для количества, лазурный демон раз за разом заявлял права на ранг, и, в отличие от остальных Бедствий, уже не единожды находится в окрестностях Тунлу. Генерал Хуа, при всех его достоинствах, особыми познаниями о здешней местности похвастаться не мог. Замерев перед провалом, Ци Жун выдохнул несколько крупных зелёных огоньков, и бесстрашно полез внутрь. Остальные последовали за ним, и вот теперь они сидят в подземном городе, в одном из уцелевших домов, среди пепельных статуй, в ожидании, когда снаружи стихнет пепельная буря. Несмотря на то, что сейчас они были в безопасности, у наследного принца немного дёргались глаза, и дело было даже не в том, что им пришлось пережить, по пути к горе. Алое и лазурное Бедствия затеяли скандал. Устав от бесконечного нытья за своей спиной (вероятно, паршивому псу крепко попало от его "гэгэ"), Ци Жун развернулся, намереваясь рявкнуть на доставучего сородича, чтобы тот захлопнул калитку хотя бы на полчаса, а потом застыл, неотрывно глядя на злобно оскалившегося демона. -Ах ты... Се Лянь даже ахнуть не успел, как его кузен отпустил руку Цяньцю, и, широко шагнув к Сань Лану, за шиворот поднял его в воздух. -Ну теперь всё поняяятно...- голос лазурного демона звучал ласково, но лицо исказилось так, что принцу стало жутко.- Воооот оно чего... Всё теперь понятно... -Что тебе понятно?!- рявкнул Хуа Чэн, болтаясь в нескольких чжанах над землёй.- Живо поставь меня! -Что, псина, страшно? А? Ну, чё ты мне сейчас сделаешь? Не нравится? Привык мучить тех, кто слабее, и думаешь, что на тебя управы не найдётся? -ЦИ ЖУН!!!- схватившись за голову, Се Лянь поспешил на выручку своему Сань Лану. -Тыц-тыц-тыц...- Ци Жун огляделся, а потом понёс опешившего от такого Собирателя цветов к дымящейся неподалёку расщелине с раскалённой лавой.- Иди в кастрюльку. Смотри, какая удобная, это мини-ванночка. -Ци Жун, сейчас же отпусти его!- он коротко оглянулся на Се Ляня, и скривил рот в презрительной усмешке. Они уже были у расщелины, и вырывающийся красный демон висел над ней, отчаянно дрыгая ногами. -А-Жун, держи себя в руках!- следом за Се Лянем поспешил Лан Цяньцю. Если его бывший наставник пёкся исключительно о Хуа Чэне, то бог войны справедливо опасался, что если его нервный муж, который ещё не до конца разобрался, как контролировать свою новую силу, впадёт в ярость, то плохо будет всем. -Ну какая же прелесть.- лазурный демон высунул кончик языка, и одарил царственного брата ехидной улыбкой.- Что ж ты за меня так не беспокоился. Что тогда, что сейчас- жизнь этой безродной шавки тебе важнее? Чем он тебя так зацепил? А? Хуа, чем ты его так зацепил, не пойму, хоть тресни. Зря я тогда тебя пожалел. Надо было тебя в мешке сразу в реку сбросить, стольких проблем можно было бы избежать... -Э, это не призыв к действию!- он тряхнул забарахтавшегося с новой силой мини-Хуа, отчего тот едва не вывалился из своего камзола и не улетел в дыру раньше времени.- Пинать Фэн Синя будешь, ему не впервой! -Отпусти его.- Се Лянь ощутил, как внутри него вскипает ярость: сейчас он не мог даже призвать Жое, потому что одно неверное движение- и в лаву пизданутся оба.- Ци Жун, СЕЙЧАС ЖЕ поставь Сань Лана на землю. -Когда ты его хотел в реку сбросить?- добавил запыхавшийся Лан Цяньцю. -Да не собирался я!- Ци Жун ещё раз тряхнул Хуа Чэна, а потом швырнул его на землю, под ноги царственного брата.- Так, прокатил его слегка за своей колесницей... в мешочке... Ну, отпинал перед этим чутка... А нехер было фестиваль срывать, и братика своими грязными ручонками пачкать! Прав был советник Мэй, поистине несчастливая звезда, тьфу! Кто ж знал, что этот оборвыш сдохнет, а потом станет озабоченным демоном, помешанном на моём дорогом братце, и начнёт мне мстить? Комета фигова. На этом моменте Се Лянь замер. Некоторое время он переводил взгляд с Сань Лана, который кое-как поднялся на ноги, и теперь сидел, вытирая пыльное лицо, на кузена, что-то активно обдумывая, а потом хлопнул по лбу ладонью, хотя, ему хотелось залепить себе чем-нибудь потяжелее. Он живо вспомнил, как поймал во время фестиваля поклонения Небесам маленького бродяжку, и что за этим последовало. Только сейчас он обратил внимание на то, что, если представить на лице маленького Хуа Чэна бинты, он будет очень похож на того ребёнка. Принца охватило смятение. Он провёл много дней в обществе внезапно помолодевшего Собирателя цветов, и ничего не понял, а Ци Жун вот так сразу сообразил. Одновременно с этим, он вспомнил, как однажды, во время их очередной перебранки по духовной сети, кузен сказал, что демоны очень остро ощущают свои предсмертные переживания, и то, что его самого, например, из-за этого восемьсот лет мотает от "ненавижу эту тварь" и "за брата и двор стреляю в упор", нифига не прикольно. Ещё немного покопавшись в памяти, он припомнил, что маленький Хунхун-эр был в буквальном смысле одержим его божественной персоной (по правде говоря, он сам в этом виноват, надо было, прежде чем говорить, сначала подумать). Нетрудно догадаться, ВО ЧТО могло превратиться столь ревностное обожание после смерти. Генеральша Сюань Цзи просто ярчайший пример. От этих мыслей Его Высочество пробрала дрожь. -Что, допёрло наконец?- наблюдая ошарашенную рожу старшего братика, Ци Жун почему-то ощутил давящую усталость, и поспешил укрыться в объятиях любимого мужа.- Вот и живи теперь с этим. А-Цю, пойдём, надоели они мне все. Некоторое время Се Лянь тупо смотрел в спину уходящих бога и демона, а потом, поспешно подхватив Сань Лана на руки, поспешил следом за ними.