Глава 15. Трещина в аккорде

Подготовка к первому совместному концерту после долгого перерыва шла полным ходом. Репетиционная база в центре Москвы встречала их эхом прошлого — обшарпанные стены, пыльные зеркала, стойка с микрофонами. Всё это напоминало им о юности, беззаботной и беспокойной одновременно. Оля сидела у окна, крутя в пальцах свой браслет. Лена стояла у пульта, проверяя уровень звука. — Надо было изменить порядок песен. «Скажи, не молчи» слишком рано идёт, — сказала Лена, не оборачиваясь. — Мы уже утвердили сет. Почему ты всегда всё переделываешь в последний момент? — резко бросила Оля. Лена выпрямилась, медленно повернулась к ней: — Потому что я хочу, чтобы всё было идеально. — А ты думаешь, что без тебя никто с этим не справится? — голос Оли стал колючим. — Ты же всегда знаешь лучше, да? Лена нахмурилась. В её взгляде мелькнуло что-то резкое: — Я просто пытаюсь, чтобы нас не растоптали снова. Чтобы нас не выставили смешными. Извини, что думаю наперёд. — А ты подумала, каково мне? Каждый раз — твои решения, твои слова. А я кто в этом дуэте? — Оля встала, её голос дрожал от напряжения. Лена подошла ближе, но не дотрагивалась: — Ты — моя половина. Но иногда ты будто отстраняешься. Я боюсь, что снова останусь одна на сцене. — Я не отстраняюсь. Я пытаюсь дышать. Пытаюсь не раствориться в тебе. Потому что ты — ураган. И мне страшно снова быть только веточкой в этом ветре. Они замолчали. Воздух между ними был напряжённым, как перед бурей. Лена опустила глаза: — Я не хотела заставить тебя чувствовать себя меньше. — Но ты это сделала. Пауза. Долгая, выматывающая. В репетиционной стало тихо, только скрипнула дверь — кто-то из техников тихо вышел, почувствовав накал. — Может, нам стоит отложить концерт? — прошептала Лена. — Нет. Мы выступим. Мы должны. Но после... поговорим. Серьёзно. Оля развернулась и вышла из зала, оставив Лену стоять одну. В отражении зеркал она увидела себя — уставшую, растерянную, не такую сильную, как казалось минуту назад. Позже Лена сидела одна на полу репетиционного зала. В её руках — старая тетрадь с текстами. Один из куплетов она написала накануне: «Если я стану тенью — обними свет, Если забудешь голос — вспомни наш дуэт…» Слёзы подступали неожиданно. Не от обиды — от страха. От осознания, что любовь — это не просто «мы снова вместе». Это путь, в котором снова можно ошибиться, снова потерять. В это время Оля медленно шла по Тверской. Она надела капюшон, чтобы никто не узнал. Город шумел, машины проносились мимо, а внутри — только пульс. Сильный, беспокойный. Она вспомнила, как Лена пела в ванной вчера утром. Вспомнила, как её пальцы искали свою гитару на ощупь. Как тихо называла её «моя». Всё это было настоящим. А сейчас — зыбким. Оля зашла в круглосуточное кафе на углу. Заказала чай. Достала телефон. Долго смотрела на фото Ленки на экране, потом закрыла и спрятала. Она не знала, как быть. Только знала — им придётся сделать этот шаг. Через боль. Через страх. К тому, что возможно — но не гарантировано. ...Иногда даже самые крепкие аккорды дают трещину. Главное — услышать, где именно, чтобы не сорваться с ритма. Их концерт был уже завтра. На следующий вечер, за кулисами зала Крокус Сити Холл, царила почти осязаемая напряжённость. Команда бегала с наушниками, микрофонами, напоминая пчелиный рой. Но в самом эпицентре — тишина. Лена и Оля стояли по разные стороны кулис, не разговаривая, не глядя друг на друга. Музыка заиграла. Толпа взревела. — Пора, — сказал кто-то из звукорежиссёров. Лена первой вышла на сцену. Свет прожекторов ослепил. Она подошла к микрофону, и её голос зазвучал: — Привет, Москва! Толпа аплодировала, но она слышала только шаги позади. Оля появилась в световом круге, словно медленно возвращалась из темноты прошлого. Их взгляды встретились, и в этот момент что-то дрогнуло. Первая песня — «Дыши» — началась. Лена пела куплет, Оля вступила в припев. Голоса звучали напряжённо, почти отстранённо. Но на второй песне что-то изменилось. В момент, когда Оля на мгновение задержала взгляд на Лене, Лена шагнула ближе. Их плечи почти соприкоснулись. Толпа взревела, почуяв магию. Песня «Скажи, не молчи» прозвучала особенно лично. Они пели как в последний раз. Слова били в сердце. К концу концерта обе вспотевшие, взволнованные, почти без сил. Но они стояли рядом. Когда зал начал скандировать: «Серебро!», Лена взяла Олю за руку. — Спасибо вам... — Лена едва сдерживала дрожь в голосе. — Это был наш первый шаг. И, может быть, не последний. Оля не убрала руку. Она сжала её крепче. И прошептала, не в микрофон: — Спасибо, что не отпустила. Толпа не слышала. Но Лена слышала. И этого было достаточно. Занавес закрылся. Свет погас. Но внутри них зажглось что-то важное — может, не прощение. Но путь к нему.