Глава 1

Вы не сможете пересечь океан, если у вас не хватит смелости потерять берег из виду.       Шум воды не прекращался. Приятный звук ласкал слух, и казалось, будто вот-вот подует ветерок, освежая мысли и тяжелую после вчерашнего вечера голову. С безмятежной улыбкой Бан Кристофер Чан подошел ближе к берегу, перебирая босыми ногами по теплому песку. Осталось лишь раскинуть руки в стороны, податься грудью к морю и раствориться в моменте свободы. Запрокинув голову, он позволил высокой волне настигнуть его безжалостным ледяным потоком. Лёгкие в одно мгновение заполнились соленой водой, а дышать стало больно. Резкая вибрация будильника заставила Бан Чана вздрогнуть и распахнуть глаза. Шум воды не прекращался. Привстав, чтобы дотянуться до телефона, он схватился за голову, которая в тот же момент болезненно загудела. Будильник продолжал неистовствовать. — Ащщ… Гребанное похмелье. Преодолевая себя, он все же взял телефон с тумбочки и с облегченным выдохом выключил будильник, поднялся с кровати и поплелся в сторону ванной комнаты. Встав перед дверью, он скрестил руки на груди, терпеливо ожидая. Дверь ванной открылась, и из нее повалил пар, а следом появился Феликс в полотенце. Узрев нагого во всей красе Чана, он вскрикнул и закрыл себе глаза ладонью. — Черт, хён! Я же просил тебя надевать хотя бы нижнее белье! — А я просил не чувствовать себя как дома. Пройдя мимо Бан Чана бочком и стараясь не смотреть в его сторону, Феликс дотянулся до оставленной на тумбе расчески и принялся приводить в порядок свои золотистые локоны. — Знаешь ли, мог бы и спасибо сказать. Мы тащили тебя пьяного вдвоем по всему кварталу, а потом и до кровати донесли. Я думаю, что имею полное право после этого пользоваться твоим душем! Бан Чан пожал плечами и огляделся по сторонам, выискивая массивную фигуру второго незваного гостя. Когда в нос ударил запах рамена, не осталось никаких сомнений, что нужно идти на кухню. Всё же натянув по пути нижнее белье и шорты, Бан Чан подошел к Чанбину, который тем временем заботливо накрывал на стол. — А, хён, доброе утро. Как себя чувствуешь? — Хреново, — честно ответил Чан. — Но, думаю, после завтрака будет лучше. — Вчера ты перебрал с выпивкой. Неужели снова переживаешь из-за того дела? — Сегодня отправимся на переговоры в Пусан. Нужно заканчивать с этим произволом и показать всем, кто здесь главный. — Верно говоришь, хён! Решительно кивнув, Бан Чан взял палочки и принялся за завтрак. Острая горячая лапша приятно обожгла нёбо. Он приходил в себя.       Трое стояли на перроне, ожидая прибытия поезда в Пусан. Время 20:30. Прохладный вечерний воздух заставлял Феликса ёжиться и негромко ныть о том, что зря он оделся так легко. Не выдержав этого зрелища, Чанбин накинул на плечи напарника свою кожаную куртку. Бан Чан стоял неподвижно. Выдохнув клубок пара, он ещё раз сверился со временем. В 20:45 они сядут в поезд, отправятся на переговоры и решат все недомолвки с другой мафиозной группировкой. Осталось всего-ничего, как вдруг… — Эй, парень отойди оттуда! Чей-то выкрик в унисон приближающемуся поезду заставил Бан Чана посмотреть на железную дорогу. Сердце пропустило удар. Всё произошло быстрее, чем ему казалось, и только чудо и высокая выносливость помогли Бан Чану преодолеть расстояние за жалкие мгновения. Он бросился прямиком к молодому юноше, который смиренно ждал своей гибели, глядя прямо на стремительно приближающийся поезд. До слуха донеслись крики верных помощников, за столько лет прошедших огонь и воду бок о бок с ним. Они пытались остановить его, Феликс истошно звал по имени, а Чанбину пришлось даже удержать парня, который чуть не бросился за боссом следом. Бан Чан не видел этого и больше не слышал их голоса — было совершенно не до этого. В висках стучало только одно: надо спасти этого гребанного школьника. Бросившись прямо на хрупкое тело, Бан Чан с силой толкнул его в сторону. Перед глазами засияла яркая вспышка света, и он не успел почувствовать боль, когда большая машина настигла его.       Бан Кристофер Чан. Выдающийся глава мафиозной группировки. Известный своими принципами морали и вместе с тем безграничной беспощадностью к тем, кто, как ему казалось, этого заслуживает. Его уважали многие, а если не уважали, то начинали рано или поздно. Он имел дело с правительством, даже сотрудничал с местными чиновниками, имел за спиной несчетное количество выгодных сделок, триумфальных побед и годы тренировок, чтобы стать тем, кем является сейчас. Он не хотел, чтобы было по-другому. Его жизнь полностью устраивала его. Рядом всегда были два верных друга, он был холост, свободен, пусть уже не молод, однако довольно счастлив.       Приливная волна ласкала босые ноги. Бан Чан щурился от солнечного света, который бил прямо в лицо. — Господин. Он резко обернулся и увидел перед собой старшеклассника, которого пытался спасти от лап смерти. — Парень… — он пораженно выдохнул. — Ты жив? — Господин, — мальчик смотрел на него с ничего не выражающим лицом. Следом его юные черты исказились неподдельной болью. — Я хочу умереть! ***       Приглушенные звуки больницы заставили прийти в себя. Это явно отличалось от его будильника. Раскрыв глаза, Бан Чан резко поднялся и тут же поморщился от боли в плече. «Кажется, ушиб. Ничего серьезного. Интересно, все ли в порядке с тем парнем?» Он осторожно поднялся с больничной кровати, чтобы проверить собственную целостность. Ничего более не болело, однако чувствовал Чан себя крайне странно. Будто стал немного легче весом, да и в общем не в своей тарелке. Еще и волосы постоянно лезли в глаза. «Волосы? У меня короткие волосы, почему сейчас они такие длинные?» Он сдул темную прядь с носа и огляделся в поисках личных вещей. Рядом были лишь рюкзак и телефон, не принадлежащие ему. Чан подумал, что ничего страшного не произойдет, если он посмотрит на чужом телефоне, который сейчас час. Взяв гаджет в руки, он едва не уронил его на пол, когда пальцы резко ослабели, но смог удержать. «Что?» На него из черного дисплея телефона смотрел мальчишка, которому он спасал жизнь. Бан Чан вскинул брови, и отражение повторило за ним. Он открыл рот, и мальчик в отражении сделал то же самое. — Что за… Ах, да. Это сон. Конечно, я еще сплю. Однако ощущения были слишком реалистичны для сновидения. Бан Чан не помнил, чтобы когда-нибудь попадал в осознанный и столь детальный сон. К тому же, опустив взгляд на себя, он увидел худощавое тело, а не мышцы, над которыми он работал годами. Задрав больничную рубашку, он дотронулся до плоского живота вместо очерченного пресса, а зарыв пальцы в волосы, нащупал густую шевелюру вместо свежей стрижки. — Эй… Эй! Чанбин. Феликс! Кто-нибудь, черт возьми! — Господин Хван, вы очнулись, — приятный женский голос медсестры послышался у приоткрытой двери. — Господин Хван? Бан Чан переспросил с таким искренним удивлением, что медсестра пробежалась взглядом по бумагам, которые держала в руках. — Да, все верно, это палата Хван Хёнджина. Вы не просыпались несколько часов. Как вы себя чувствуете? — Я не Хван Хёнджин. — Вам всё ещё нехорошо? — Что произошло? — он резко сократил расстояние и схватил девушку за плечи, отчего та удивлённо раскрыла глаза. — Срочно, скажи мне, что произошло! — Господин Хван, успокойтесь. Присядьте. Вас привезли прямиком с перрона. Всё это время вы были без сознания. — Разве меня одного привезли в больницу? — Тот мужчина… — она неловко потупила взгляд. — Он… Умер. В груди всё резко похолодело. — Умер? Кто умер? Как он выглядит? — Мужчину раздавил поезд, его отвезли в морг. При всем желании я не смогу описать его внешность. Он был для вас кем-то близким? «Ты даже не представляешь насколько!» Бан Чан встряхнул головой. Не мог ведь он действительно умереть? Возможно, кто-то ещё попал под поезд и именно о нем шла речь — ему было удобно думать именно так, хоть он и понимал, как мала вероятность этого. Мысль на грани отчаяния немного успокаивала. Медсестра собиралась осмотреть его, однако Бан Чан решительно отказался от осмотра и заявил, что уходит. Девушка возразила, ведь сейчас ему нельзя было выписываться, однако слушать ее он не собирался. Сидеть сложа руки, когда вокруг творится такое — это однозначно не в его характере. Переодевшись и захватив с собой телефон и рюкзак, он сбежал из больницы. Только оказавшись на улице и перейдя дорогу на другую сторону, он застыл на месте. Что теперь? Где найти самого себя? «Для начала нужно найти Феликса и Чанбина. Я им всё объясню, и мы вместе решим, как быть». Уверенно кивнув своим мыслям, Бан Чан направился домой, где с большой вероятностью мог найти своих приятелей. Кто же знал, что только завидев крышу собственного дома, он первым делом получит удар в живот. Издав хриплый короткий крик, он упал и скорчился от боли. «Ащщ, это тело такое слабое! Как же больно…» Подняв голову, он столкнулся с холодным взглядом Феликса. По телу пробежали мурашки. Когда солнечный Феликс становился таким, это всегда было не к добру для его врагов. — Полегче, это же ребёнок, — Чанбин помог Чану подняться на ноги, однако следом грубо схватил его за ворот рубашки, чтобы он не посмел вырваться и убежать. — Эй, ты. Как у тебя совести хватает бродить по территории господина Бан Чана? — О чем ты, нахрен, говоришь? — Бан Чан раздражённо дернулся, но не смог вырваться из стальной хватки. — Говори уважительно, сопляк! — Из-за тебя. Из-за тебя он умер, — хрипло произнёс Феликс за его спиной. — Если бы тебе не взбрело в голову броситься под поезд, он бы не превратился в кровавое месиво. Ты должен попросить у него прощения на похоронах! «Похороны». Это слово ощущалось как мел, скребущий по доске. Таким же образом у него заскребли на душе кошки. Чан почувствовал, как всё тело затрясло от возмущения. — Я не умер! Я здесь, прямо перед вами, чёртовы ублюдки! — прокричал он сердито. Он замер в изумлении, получив в ответ обжигающую пощёчину. — Вот именно. Ты жив, благодаря нашему хёну! Ты должен раскаиваться до конца своих дней, глупец! «Вот же чччеееррртт!»       В голове было пусто. Сердце больше не заходилось от возмущения, а лишь сжималось от тупой боли, когда Бан Чан сидел на полу и глядел на свою фотографию, обставленную вокруг венками. Его имя, дата рождения и дата смерти. Он прожил всего сорок лет. С фотографии на него смотрел гордый, довольный собой зрелый мужчина в костюме. Смотреть на это было невыносимо. — Я… Умер. ***       Время неумолимо шло. Бан Чан сидел в парке на скамейке и думал, глядя в пустоту. Ноющий от голода желудок указывал на то, что действовать стоило незамедлительно. Пришлось перестать думать о похоронах и позаботиться о нынешнем теле. Порывшись в рюкзаке, Чан не нашёл ничего съестного, но в последний момент обратил внимание на потрепанную тетрадку с однотонной коричневой обложкой. Он вынул её из рюкзака и наугад открыл страницу. Брови медленно поползли на лоб.

уmри

.

.

.

̶Х̶А̶Н̶ ̶Д̶Ж̶И̶С̶О̶Н̶ ненавижу тебя

Я хочу см#рти

Просто дайте мне уйти

Я больше

НЕ М🚫ГУ

Зачем ты делаешь это? Хватит избивать меня. Зачем ты избиваешь меня?

Мrазь и ублюд⭕к

Не бей меня больше.

Пожалуйста, просто дай мне уйти

Первое, что бросалось в глаза, это странный вид написанного. Какие-то буквы были замазаны, какие-то обведены, а что-то зачеркнуто или испорчено влажными каплями слез. Что уж говорить о контексте — Бан Чану стало не по себе. Он видел множество ужасов жизни, но ему ещё не приходилось сталкиваться так близко с психологически травмированным ребёнком, которого, судя по всему, травили в школе.

Ян Ч##ин, не изб#гай ме##

Чонин, я хо## ###жить.

Следующая страница была более краткой по содержанию и вся в разводах от слез. Многие буквы размазались, и было трудно понять с первого раза, о чем шла речь. «Его били в школе и с ним не хотели дружить. Почему он не рассказал об этом родителям?» Вспомнив о родителях, Бан Чан понял, что должен был пойти домой. Однако он не знал, где находится дом этого парня. Он достал телефон из кармана и посмотрел на экран блокировки. — Ну и как тебя разблокировать? Он ткнул в экран, и на нем высветилась надпись: «приложите палец к экрану, чтобы просканировать отпечаток». Выгнув бровь, он задержал палец, и нарисованный отпечаток загорелся зелёным светом. Доступ к телефону был открыт. — Хм. Какие нынче технологии. Первым делом он открыл список контактов, который оказался довольно скудным. Он нашёл контакт с подписью «мама» и нажал на кнопку вызова. Первый гудок, второй. Третий. Мать Хёнджина не отвечала. Вздохнув, Бан Чан нажал наугад. На экране высветилось имя «О Юн Ши». — Слушаю…? — из динамика телефона раздался растерянный девичий голос. «Скорее всего одноклассница» — Эм… Юн Ши. Ты бы не могла… Кхм… Проводить меня до дома? — Что? — Пожалуйста, просто дойди со мной до моего дома. Это всё, о чем я прошу. «Если она записана у него в контактах, значит они могут знать друг друга довольно хорошо. Есть большая вероятность, что она знает, где живёт Хван Хёнджин». — Ну… Ладно? — Я куплю тебе токпокки за это позже. — Я не люблю токпокки… — Значит куплю то, что ты любишь! — Нет, нет, ничего не надо! Я сейчас приду. Боже… — Юн Ши… Мы с тобой… Друзья? Чан спрашивал осторожно, стараясь не выглядеть слишком странно и при этом выпытывая нужную для себя информацию. Девушка посмотрела на него бесстрастно и моргнула. — Ты просто мой двоюродный брат.       Юн Ши, его, как оказалось, двоюродная сестра, проводила его до дома. Дом встретил его скромной обстановкой и гробовой тишиной. Решив, что его мать ещё не вернулась с работы, Бан Чан начал исследовать место, в котором ему предстояло жить черт знает сколько времени. В одной из комнат он наткнулся на безвольно лежащее на кровати тело и застыл на месте. Зрелая женщина растянулась на кровати и крепко спала, даже не потрудившись снять обувь. В комнате стоял запах перегара, а на полу было несколько бутылок из-под соджу. Нахмурившись, Чан подошёл ближе и потряс женщину за плечо. В ответ он услышал недовольное мычание. — Мама. — Мх… Иди к черту! Хмыкнув, Бан Чан скрестил руки на груди и покачал головой. «Хороша мамуля, ничего не скажешь». Оставив пьяную мать, он наконец зашёл в комнату Хёнджина. Казалось, будто в ней прошла атомная война. — Ну и бардак… Цокнув языком, Бан Чан сделал мысленную пометку прибраться здесь позже, сел за стол и отодвинул весь хлам в одну сторону, чтобы освободить себе немного места. Он достал из рюкзака тетрадь, которая оказалась личным дневником Хван Хёнджина, и открыл ее на пустой странице. На столе оказалось на удивление легко найти ручку. Щелкнув по ней, Бан Чан задумался. «Итак… Что мы имеем?»

Моё тело мертво. Тело Х живое. Моя душа жива. Душа Х (?)

Х подвергается насилию и некому его защитить.

Хан Джисон. Ян Чонин. О Юн Ши. Мать Х.

Пройдясь глазами по написанному, он продолжил с большим энтузиазмом.

1. Выяснить, где душа Х.

2. Помочь этому парню жить нормальной жизнью, а именно:

2.1. Найти Ян Чонина и попробовать поговорить с ним.

2.2. Прекратить побои Хан Джисона.

2.3. Выяснить, почему мать пьёт и пресечь главную проблему.

Пока он писал, несколько прядей волос падали на лицо снова и снова, а он каждый раз заправлял их за ухо. Тихо выругавшись, он добавил.

3. Сделать этому парню нормальную стрижку!!!