Глава 3

Раны, полученные людьми, лечатся людьми.

Минхо, ты был хорошим

Пока не связался с Ханом

Зачем ты подружился с ним?

«Ян Чонин». Так было написано на бейдже на пиджаке юноши, который помог ему встать. Отряхнувшись, Чан молча принял протянутую бутылку с водой. «Этот парень. Он не хотел дружить с Хёнджином, а теперь помогает ему? С чего бы это?» — Сильно ушибся? — в голосе Ян Чонина было искреннее беспокойство. Однако Чан окинул его подозрительным взглядом. — Порядок. Жить буду. — Я могу проводить тебя до кабинета медсестры. — Я сказал, что я в порядке. А вот ты, кажется, не очень. Что тебе нужно от Хёнджина? Ходить вокруг да около не хотелось. Это было не в характере решительного босса мафии. Чонин опешил от такого вопроса, и его глаза в растерянности забегали. — Что? О чем ты… — Полагаю, что раньше ты ему не помогал. Ты избегал этого парня. А теперь вдруг оказываешься рядом и мило улыбаешься. Что тебе надо? — Ты… говоришь о себе в третьем лице? Бан Чан скрестил руки на груди и уставился на него, терпеливо ожидая ответ. «Моей задачей было поговорить с ним и выяснить обстоятельства, а не подружиться, так что церемониться с мальчишкой я не собираюсь». Рассматривая требовательное выражение лица Чана, Чонин вздохнул и опустил плечи. — Я проследил за тобой, — признался он. — Как только ты зашел в класс, я заметил, что с тобой что-то не так. И я говорю не о волосах. Я пошел за тобой и увидел, как ты общался с Ханом и Минхо, а потом дрался с ними. Хёнджин… Ты боялся их больше смерти. Ты… Будто совсем не ты. И сейчас тоже, — он обвел в воздухе рукой силуэт Чана: уверенная осанка, широко расставленные ноги, гордо поднятый подбородок. Это был далеко не тихий школьник, над которым издевались не один год. — Думаю, что я имею полное право полюбопытствовать. — Я просто понял, что мне надоело быть грушей для битья, и решил изменить свою жизнь, — без тени колебаний выдал Бан Чан, но Чонин тут же уверенно мотнул головой. — Так не бывает. Люди не могут поменяться так просто за выходные. В тебе все другое. И походка, и манера говорить, кажется, что и смотришь на людей ты немного иначе. — Слушай. Ян Чонин. Я не хочу это обсуждать, ясно? Тебе стоило вмешаться, когда Хёнджину было это необходимо, а сейчас, будь добр, просто не мешай. «Дружбы с ним не выйдет», — твердо решил Чан, заглядывая в лицо напротив. Эти внимательные глаза с лисьим прищуром ему не нравились. Сделав шаг в сторону школы, Бан Чан хотел было закончить разговор, но ему пришлось остановиться, когда Чонин поспешно схватил его запястье. — Хёнджин! — Ну что еще? — Почему… — его глаза продолжали сканировать и анализировать. Чан едва ли не почувствовал себя голым под таким испытывающим взором. — Почему ты ничего не делал раньше? Ты мог хотя бы сказать учителю и… — А ты? — резко выдернув руку, Чан подошел к нему почти вплотную, отчего юноша машинально попятился назад и врезался спиной в пыльную стену. Воспользовавшись случаем, Чан оперся руками о стену с обеих сторон, не выпуская его из ловушки. Он был намерен выпытать все здесь и сейчас. — Почему ты ничего не делал?

Чонин, не смотри на меня. Не смотри, когда они бьют меня. Я не хочу,

чтобы ты видел меня таким

— Почему, черт возьми, ты просто наблюдал со стороны, а когда Хёнджин молил о помощи, то избегал его? От напряжения Чонин почти не моргал. Тяжело дыша, смотрел на Чана во все глаза, словно онемел. Сердце Чонина стучало совсем рядом с его собственным. Бан Чан, очевидно, давил на него, нарушая личные границы подобным образом. — Я… — Тебе это было не очень выгодно, ведь так? «Как там он писал в своем дневнике? Ах да…» — «Лучший ученик и главный красавчик класса». Все девчонки без ума от неприступного и таинственного умника, который, к тому же, довольно обаятелен и умеет быть дружелюбным, когда это необходимо. И твой отец, кажется, имеет влияние на эту школу. Но что бы произошло, если бы такой идеальный мальчик начал бы вести дружбу с тихим неудачником с плохой репутацией? «Если они смеются над Хёнджином, то и надо мной будут смеяться» — так ты думал? — Это совсем не… — Тогда, я спрашиваю снова, почему ты стал одним из тех, кто не мешал хулиганам делать из Хван Хёнджина изгоя?! Бан Чан не любил обижать слабых. И не проходил мимо, когда видел, как слабых обижали другие. Поэтому его злил тот факт, что Чонин, имея вес слова среди одноклассников и некоторую власть родителя за спиной, ничего не предпринимал и принял Хёнджина за пустое место вместе с остальными. Он пролистал весь дневник Хёнджина, и ему стало больно. Брошенный всеми ребенок хотел покончить с жизнью после того, как никто не услышал его молчаливый крик.

П#м#ги м##

по##лу#ста

Перед глазами была пелена гнева, переходящего в ярость, однако Бан Чан сморгнул наваждение, заметив проблеск слез в чужих глазах. Толкнув его в грудь, Чонин убежал и даже не обернулся. Бан Чан посмотрел ему вслед задумчиво. — Я переборщил?       В классе было тихо. Урок корейского давался Чану полегче, поэтому он почти не волновался, однако не отвлекаться от задач не получалось. Взгляд то и дело косил в сторону пустого места, где должен был быть Ян Чонин. До слуха доносился шёпот одноклассниц. — Где же он? Он никогда не опаздывает… — Может что-то случилось? — Я надеялась списать у него… — Ащщ, серьезно? Ты совсем не волнуешься за него! Их голоса тут же стихли, когда учитель посмотрел в их сторону. Бан Чан откинулся на спинку стула и выдохнул, небрежно бросив ручку на парту. Он обвел класс глазами. В такой же манере он осматривал своих людей на общем собрании. Кто-то усердно занимался, кто-то клевал носом или пытался шептаться дальше. Обернувшись на задние парты, он увидел Минхо, который грыз карандаш и, как ни странно, корпел над заданием. Хан Джисона в классе не было. Бан Чан почти не удивился этому. — Смотри, вот он, — подруги толкали друг друга локтями и вытягивали шеи в сторону двери. Бан Чан покосился туда же. Чонин выглядел как обычно, за исключением одной детали. Бесстрастно отчитавшись перед учителем о делах старосты класса, он занял свое место и взял ручку. Левая кисть руки была перевязана бинтом. Бан Чан прищурился и постарался напрячь слух, когда одна из болтливых девочек привстала, чтобы наклониться к уху Чонина. — Что случилось? — Все хорошо. Просто уронил на себя книги в библиотеке и поранился, — спокойно ответил Чонин. — Ох, ты должен быть осторожнее! После неясно какого по счету замечания, две девушки наконец замолкли до конца урока. «Что-то здесь нечисто».       Он подловил Чонина у выхода сразу после окончания учебного дня. — Эй, парень, кхм, то есть Чонин, — Чан преградил ему дорогу. Это выглядело довольно угрожающе, и Чонин ожидаемо напрягся и даже попятился назад, однако Бан Чан поднял руки, показывая, что пришел с миром. — Послушай, я знаю, что, наверное, слегка перегнул палку… Но не веди себя так, будто я собираюсь тебя прикончить. Извини, ладно? Опустив глаза, Чонин вздохнул и покачал головой. — Ты не должен извиняться. Ты имеешь полное право злиться на меня. Я все понимаю. — Вообще, я пришёл не за этим… У меня к тебе есть небольшая просьба. Сходи со мной кое-куда. — Что? Сейчас? Но сейчас я… Эй, ты что…! Не успев толком сформулировать мысли, Чонин почувствовал, как его тянут за руку куда-то в сторону. Лицо Хёнджина выглядело серьезным. Он проследил за его взглядом и увидел в нескольких метрах от них Хана и Минхо. Было неудивительно, что тот так спешил, однако Чонин еще раз ненастойчиво попытался сказать о своих делах, но не был услышан. — Нам стоит поговорить в другом месте, пока эти придурки не заметили меня снова, — процедил Бан Чан, затаскивая парня за угол. Длинные пальцы так жестко стискивали ладонь Чонина, что ему стало слегка не по себе. В конце концов, они расположились в библиотеке. В такое место, как казалось Чану, хулиганы не сунутся, и, в любом случае, именно сюда он изначально и планировал прийти. — Чонин-а… — А…? — Стань моим репетитором. Они сели за стол друг напротив друга. Чонин непонимающе моргал. — По какому предмету? — По всем. — Что?! — Ладно, для начала по математике. И снова эти внимательные глаза. Бан Чан стиснул зубы от легкого раздражения. «Что он пытается найти в моем лице? Формулу?» — Ты был довольно неплох в математике, если мне не изменяет память. «Черт». — Если ты просто не хочешь иметь со мной дело — так и скажи, — Бан Чан решил использовать мудрость «лучшая защита — это нападение». — Видимо, я был прав. Ты не хочешь даже разговаривать с таким как я, не так ли? — Нет, это вовсе не так! Но сейчас ты… — Я тебе куплю поесть. Нет, заплачу. Дважды куплю поесть. Выполню одно твое желание! О последнем предложении Бан Чан пожалел сразу, как оно вылетело из его уст, особенно когда глаза Чонина загорелись интересом. — Ладно. Я позанимаюсь с тобой, а ты выполнишь одно мое желание. — Уговор. — Что ж, тогда мое желание такое — расскажи мне, кто ты такой на самом деле. — Я? — Бан Чан невозмутимо фыркнул. Ни один мускул на лице не дрогнул — его пытали люди и поопаснее, чем дотошный школьник. — Хван Хёнджин, твой одноклассник и просто милый парень. — Но ты не… — Я выполнил твое желание, теперь открывай учебник. — Ты не выполнил его! Выпалив это, Чонин вскочил на ноги, но потом тут же притих и сел обратно, не только вспомнив, где находится, но еще и встретившись взглядом с Чаном. Таким суровым Хван Хёнджина он никогда не видел. — Парень. Можешь считать, что я поехал головой. Попал под гипноз. Это магия. Сверхъестественное. Начитался аффирмаций. Думай как угодно, все равно я останусь Хван Хёнджином. Посмотри на меня. Как я могу быть другим человеком? «Этот пацан слишком умный». Чонин пристыженно поджал губы. Вероятно, слова возымели на него правильный эффект. Чан не думал, что тот поверил бы, скажи он ему действительно правдивую причину, которая неплохо вписывалась во всю ту ложь, которую он наговорил. — Давай возьмем парочку пособий с полки. — Только снова не урони на себя книги. От этих слов, Чонин, который уже потянул руки к нужной полке, чуть было не споткнулся и не напоролся прямиком на шкаф. Он поспешно закивал, неловко отворачивая голову, и вынул стопку книг. «Нервничает. Значит, он и вправду солгал про падение книг. Что ж, как два лжеца, мы друг друга стоим». «Не хватает соджу и чипсов». Голова шла кругом от терминов, бесконечно льющихся из уст Ян Чонина, лучшего ученика класса. Чан честно пытался вникать, но пока что получалось не так хорошо, как ему хотелось. Ошибка за ошибкой, смятые тесты стремительно заполняли урну. «Чертово образование. За все прожитые годы мне ни разу не пригодились эти умения, так зачем же нужно учить все это?» — Хёнджин, ты меня слушаешь? — А? А… Да. — Я говорю, что значение переменной… Хван Хёнджин, — он утомленно вздохнул, глядя на Чана, который, кажется, был на грани того, чтобы задремать. Его голова уже покоилась на поверхности стола, а веки стремительно слипались. — Кажется, с тебя сегодня хватит. И ты все еще должен мне желание. — Как скажешь. Сил спорить совсем не было, поэтому Бан Чан решил смириться, хоть и было слегка страшно от того, что еще мог придумать в качестве более выгодного желания такой непредсказуемый человек, как Чонин. — Ты не идешь? — спросил Чонин, когда закончил складывать свою канцелярию в рюкзак и увидел, что Чан не сдвинулся с места. — Иди. Я останусь в библиотеке еще ненадолго. — Ладно. Тогда… Пока. — Бывай. Посмотрев на растерянное выражение лица школьника, Бан Чан подумал, что ему придется менять и свой лексикон. Когда библиотека опустела, звенящая тишина окутала пространство. Чан размеренно выдохнул и открыл дневник Хёнджина на странице, где сам вел записи, а потом взял ручку. Он посмотрел на список задумчиво и начал смело вносить коррективы.

1. Выяснить, где душа Х.

2. Помочь этому парню жить нормальной жизнью, а именно:

2.1. ̶Н̶а̶й̶т̶и̶ ̶Я̶н̶ ̶Ч̶о̶н̶и̶н̶а̶ ̶и̶ ̶п̶о̶п̶р̶о̶б̶о̶в̶а̶т̶ь̶ ̶п̶о̶г̶о̶в̶о̶р̶и̶т̶ь̶ ̶с̶ ̶н̶и̶м̶.̶

2.2. Прекратить побои Хан Джисона.

2.3. Выяснить, почему мать пьёт и пресечь главную проблему.

3. ̶С̶д̶е̶л̶а̶т̶ь̶ ̶э̶т̶о̶м̶у̶ ̶п̶а̶р̶н̶ю̶ ̶н̶о̶р̶м̶а̶л̶ь̶н̶у̶ю̶ ̶с̶т̶р̶и̶ж̶к̶у̶! ̶! ̶! ̶

4. Выяснить, можно ли доверять Ян Чонину. Друг? Враг?

5. Усердно учиться.

Падение на асфальт до сих давало о себе знать. Возможно, именно поэтому было так трудно на чем-либо сосредоточиться как следует. За все время, сколько он был в теле Хёнджина, его били уже два раза. И в оба раза страдал живот. «Мне что, защищать брюхо как кошка?» С тяжелым вздохом он решительно вписал еще один пункт.

6. Натренировать тело этого парня.