Часть 4

Му Цин не вернулся на следующий день. Он держался! Целые двое суток! Но на третий день… он снова оказался в резиденции Хуа Чэна. И, конечно же, этот идиот был готов. — О, смотри-ка, ты снова тут, — ухмыльнулся Хуа Чэн, облокачиваясь о дверной косяк. — Что, соскучился? Му Цин скрипнул зубами. — Не воображай. — Конечно, конечно. Ты просто снова случайно шёл мимо, и чисто случайно оказался прямо перед моей дверью. Му Цин пригрозил кулаком. — Ты замолкнешь или мне тебя придётся заткнуть? Хуа Чэн радостно хлопнул в ладоши. — О, так ты грубый? Это неожиданно… Хотя знаешь… мне нравится. Му Цин глубоко вдохнул, посчитал до десяти, выдохнул. — Я. Приду. Тебя. Убить. — Ну, если ты хотел ролевые игры, мог бы просто сказать. Му Цин закашлялся. — КАКИЕ, К ЧЁРТУ, РОЛЕВЫЕ ИГРЫ?! — Ну, раз ты уже пришёл, можешь хотя бы сделать это страстно… Му Цин почувствовал, как его лицо пылает. — ХУА ЧЭН!!! Тот расхохотался и жестом пригласил его внутрь. — Ладно, ладно, заходи. Сегодня у меня есть кое-что особенное. Му Цин заподозрил неладное, но всё равно зашёл. И сразу же пожалел. Потому что на столе стояла ваза с красными розами. Му Цин напрягся. — Что это? — Цветы, — невинно ответил Хуа Чэн. — Я вижу, что цветы. Зачем они здесь? Хуа Чэн пожал плечами. — Просто ты постоянно приходишь, вот я и подумал, что надо сделать атмосферу более… романтичной. Му Цин замер. А потом покраснел. — …Ты прикалываешься? — Конечно, — честно признался Хуа Чэн. Му Цин замахнулся на него. — Я ТЕБЯ УБЬЮ!!! — О, это уже вторая угроза за сегодня. Может, ты и правда так сильно на меня запал? Му Цин заорал. И разнёс вазу к чёртовой матери. ПРОКЛЯТЫЙ ХУА ЧЭН!!!

***

Му Цин не мог больше терпеть. Это было выше его сил. Ему нужно было выговориться. Он нуждался в человеке, который выслушает, пожалеет и скажет: «Да, Хуа Чэн — мерзавец, я тебя понимаю». Так что он отправился жаловаться первому, кто попался под руку. — Тебе нужно срочно прекратить его видеть, — серьёзно сказал Лин Лин. Му Цин замер. — Что? — Ты одержим. — Я НЕ ОДЕРЖИМ!!! Лин Лин вздохнул, откладывая кисть. — Послушай, Му Цин, за последние два часа ты уже пять раз сказал имя Хуа Чэна. — …И что? — А ещё ты покраснел семь раз. Му Цин подавился чаем. — Я НЕ КРАСНЕЛ!!! — Ой, только не надо, я всё видел. Му Цин схватился за голову. — ТЫ МНЕ ПОМОГАТЬ СОБИРАЕШЬСЯ ИЛИ НЕТ?! Лин Лин задумчиво посмотрел на него. — Ладно. Я помогу. Му Цин надеялся на что-то разумное. Но вместо этого Лин Лин с самым серьёзным выражением лица сказал: — Просто признай, что тебе нравится Хуа Чэн. Му Цин чуть не перевернул стол. — ЧТО?! — Ну, ты либо признаёшь, что влюбился, либо признаёшь, что тебе просто нравится, когда он тебя дразнит. Му Цин не знал, что хуже. Но одно он знал точно: Он больше никогда не будет жаловаться Лин Лину НИКОГДА.