Ты мой свет

Неожиданная беда Тёплый вечер. Данил и Максим сидели на диване, обнявшись, в их уютной квартире. По телевизору шёл какой-то фильм, но ни один из них не следил за сюжетом. Максим лениво перебирал пальцами волосы Данила, а тот, прикрыв глаза, наслаждался его прикосновениями. — Ты сегодня какой-то тихий, — заметил Данил, приподнимаясь и заглядывая Максу в глаза. — Просто устал, — улыбнулся тот, но его улыбка показалась Данилу натянутой. — Макс… Внезапно лицо парня исказилось от боли, он схватился за живот и согнулся пополам. — Макс?! — Данил мгновенно встревожился, обхватив его за плечи. — Что случилось? — Всё… всё нормально… — попытался отмахнуться Тарасенко, но его голос дрожал. — Ничего не нормально! — Кашин уже набрал номер скорой, сердце бешено колотилось в груди. Больничные будни Острый аппендицит. Операция прошла успешно, но Максим лежал бледный и ослабленный, с закрытыми глазами. Данил не отходил от него ни на шаг, держа за руку и гладя пальцами его костяшки. — Ты меня так напугал… — прошептал он, прижимая губы к ладони Макса. Тот слабо открыл глаза и улыбнулся: — Прости… — Ничего не прости. Ты должен был сказать, что тебе плохо! — Данил нахмурился, но в его голосе не было злости, только забота. — Не хотел тревожить… — Дурак, — Кашин наклонился и нежно поцеловал его в лоб. — Ты для меня важнее всего. Максим потянулся к нему, слабо обняв за шею, и Данил, стараясь не задеть капельницу, аккуратно прилёг рядом, прижимаясь к нему. — Люблю тебя… — прошептал Макс. — Я тоже, — ответил Данил, целуя его в щёку. — Выздоравливай быстрее, ладно? Домашняя забота Через несколько дней Максима выписали, но врач строго-настрого запретил ему любые нагрузки. Данил превратился в самого внимательного сиделка на свете. — Данил, я могу сам поесть, — засмеялся Макс, когда тот принёс ему тарелку супа и сел рядом, явно собираясь кормить его с ложки. — Нет, — Кашин был непреклонен. — Ты ещё слабый. — Я уже почти здоров! — Почти — не считается. Максим сдался и покорно открыл рот, а Данил, довольный, покормил его, после чего нежно вытер губы салфеткой. — Какой ты у меня заботливый, — улыбнулся Тарасенко, гладя его по щеке. — Только для тебя, — прошептал Данил, целуя его в ладонь. Вечером они лежали в обнимку, Максим прижался к груди Данила, слушая его сердцебиение. — Спасибо, что ты есть, — тихо сказал он. Кашин обнял его крепче и поцеловал в макушку. — Всегда. Финал С тех пор Данил стал ещё внимательнее к здоровью Максима, а тот, хоть и ворчал иногда, таял от его заботы. Ведь нет ничего лучше, чем знать, что тебя любят и всегда поддержат.