Вернутся к фанфику

Кто тут Альфа?

15 июля 2025, 19:15
— Он меня игнорировал весь день. А теперь… — Дазай повторил это, и с пафосом откинулся обратно на подушку, — Вылез из-под кровати, устроился на моей подушке, вытянул лапы и шипит, как демонический чайник. Я, значит, к нему — с теплом, с заботой. А он... — Укусил? – Спросил Чуя устало прикрыв глаза. — Нет. Только морально растоптал. Я теперь не на кровати. Я изгнан. — Значит, у вас с Бонзо дипломатический кризис, — констатировал он. — Бонзо? — Дазай приподнялся. — Ты назвал кота Бонзо? — У него стильная морда. Как у барабанщика 70-х. Один раз скинул с балкона цветочный горшок — и не моргнул даже, а потом кактус хотел покусать. — Кажется, мы нашли твою душевную копию. — Ну хоть не тебя, — пробурчал Чуя. — Хотя вас теперь двое: оба ноете, оба не спите и оба портите мне нервы. — Он хотя бы мурчит, — заметил Дазай. — В отличие от меня. — Скажешь тоже, — Чуя открыл дверь в коридор, с перекрёстно сложенными руками. — Ты ещё тот мурлыка, только вместо "мрр" у тебя "мр... я бесполезен, жизнь — сплошное страдание". — Это уже стиль, — ухмыльнулся Дазай. — Мой фирменный. — Фирменный бред, — фыркнул Чуя, после подошёл ближе и не глядя, кинул в него плед. — Иди обратно на кровать. Я с котом договорюсь. Он признаёт только одного альфу в этом доме. — Тут ещё кто-то живёт, да? – ядовито спросил Дазай. — Я про себя, придурок! Они оба вдруг замерли, когда в проёме появилась круглая морда Бонзо с жёлтыми глазами и ледяным выражением мордочки. Кот оценивающе посмотрел на Дазая, потом на Чую, и… неспешно ушёл на кухню проверять и обнюхивать, что Чуя забыл положить в холодильник. Дазай в изумлении: — Он отступил? — Я же сказал, я — альфа. – Гордо напомнил Чуя. — Одасаку тоже животных любил.. — тихо проговорил Дазай вдруг, взгляд упав вниз. Чуя замер. А потом аккуратно подошёл ближе. — Он не хотел бы, чтобы ты себя убивал. Ни по частям, ни целиком. — Я знаю, — хрипло отозвался Дазай. — Но иногда становился грустно. Чуя кивнул и молча вздохнул. Его рука легла на плечо — мягко, почти незаметно. Не как у командира. Не как у врага. А просто — как у человека, который остался рядом. Из раздумий их вырвало громкое и, судя по тону, глубоко возмущённое «Мяу!» — и на стол, не спрашивая, с достоинством самурая, запрыгнул Бонзо. Он посмотрел на обоих, будто хотел спросить: «Вы там долго будете сопли на пол капать или кто-то, в конце концов нальёт мне молока?» Чуя тяжело выдохнул: — Смотри, как ходит. Как будто он тут хозяин. — А не он? — с искренним удивлением спросил Дазай, наблюдая, как кот с царственным видом переворачивает чашку, стоявшую на краю стола. — Бонзо! Твою ж мать! — Чуя вскочил. — Это была кружка с моего первого выезда с Мори. — Тем более стоило её уничтожить, — заметил Дазай. — Снятие символических травм через кота — терапия. — Ты сейчас будешь символической травмой, Дазай! Кот в ответ не издал ни звука — только зевнул и начал методично мыть лапу, явно демонстрируя, что люди ему не указ. — Он тебя абсолютно не боится, — усмехнулся Дазай. — Это мой кот. У нас с ним отношения на уровне. — Похоже, ты в этих отношениях на правах жильца с просроченной арендой. — Дазай, хочешь снова ночевать на полу? — Уже лежу, — с невозмутимостью философа сказал тот, расправляя плед и устраиваясь рядом с батареей. Чуя тихо фыркнул, прошёл мимо, вытер со стола разлитое молоко и взял кота под живот: — Ну-ка, клыкастый, марш к своим мискам. Бонзо выразительно посмотрел на него, как на глупого ребёнка, которого всё равно придётся спасать от розетки. Затем с достоинством спрыгнул и ушёл в сторону подоконника, устраиваясь на подоконнике над батареей — прямо рядом с Дазаем. — Эй, — сказал тот, повернув голову. — Ты вернулся. Мы теперь друзья? Кот закрыл глаза. Через пару секунд его хвост едва заметно коснулся плеча Дазая. Чуя остановился в дверях, наблюдая эту сцену. Он ничего не сказал, но в груди стало легче. Как будто что-то начало медленно — очень медленно — сдвигаться. Ночь снова была тихой. Только дыхание — одно глубокое, уставшее, второе — неровное, будто человек учится снова жить. Чуя лежал в постели, глядя в потолок. И вдруг тихо произнёс: — Дазай. — М? — отозвался тот из-за стены. — Я не знаю, как это будет. Но… если ты останешься — придётся сражаться. — С кем? — С самим собой, котом, который ворует сосиски и с тем, что мы оба не умеем быть нормальными. Дазай замолчал. Потом мягко, с лёгкой улыбкой: — А если я снова разочаруюсь в жизни? Чуя вздохнул, закатив глаза. — Ты гляди, ранимый какой.. Тогда я тебя снова вытащу и потом прибью! Пауза. — А если я тебя первым вытащу? Чуя аж поперхнулся воздухом. — Ты? Хотя... Ха. Тогда ты официально станешь альфой. — А Бонзо? — Бонзо вне иерархии. Он как бог. Из темноты, около шкафа и собственно места где хранились продукты из раздела "Бакалея" и кошачьего корма раздалось требовательно: — МЯУ! МЯУ! МЯУ!!! Они оба тихо засмеялись, а Чуя пошел кормить пращура тигра. В этой освещенной луной комнате, впервые не было ни одиночества, ни грусти, ни смерти. А только трое живых — пусть и немного поломанных — сердец.

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!