Вернутся к фанфику

За дверью и связь Грима с Гарри

22 августа 2026, 22:56
За дверью не оказалось ни сокровищ, ни древнего чудовища. Там была ночь. Не обычная ночь за окном, а живая, глубокая и беззвёздная. Она клубилась за каменным проёмом, словно густой дым, и в её центре мерцала тонкая серебряная нить. Нить тянулась прямо к Гарри. Мальчик почувствовал резкую боль в шраме и невольно прижал Грима к груди. Щенок заскулил, а затем положил лапу ему на руку. Серебряная нить дрогнула. И разделилась надвое. Один конец коснулся сердца Гарри, второй — ошейника Грима. — Это связь, — прошептал Эридан. — Не просто связь, — сказал Шандор. — Клятва. — Но я ничего не клялся! — Клятвы бывают разными. Некоторые заключаются словами. Некоторые — кровью. А некоторые возникают в момент, когда один человек спасает другого. Гарри посмотрел на щенка. — Я его спас? — Пока ещё нет, — ответил Том из зеркала. — Но он уже спас тебя. — Когда? Грим тихо зарычал на открытую дверь. В его янтарных глазах отражалась не тьма, а вспышки — одна за другой. Гарри увидел Дурслей. Увидел серый чулан под лестницей. Увидел себя маленьким, испуганным и одиноким. А затем — огромную тень, склонившуюся над ним. Она протягивала руку к его шраму. Между ними бросился чёрный щенок. Он был совсем крошечным, но рычал так, будто защищал целый мир. Тень ударила его, и на груди Грима появилась белая отметина в форме молнии. Гарри резко вдохнул. — Он был там. — Да, — сказал Том. — Грим пришёл к тебе раньше, чем ты смог его увидеть. — Но как? Шандор перевёл взгляд на дверь. — Грим — не совсем собака. Его порода исчезла много столетий назад. Это гримм — страж границы между жизнью и смертью. Такие существа чувствуют тех, чья душа уже однажды коснулась смерти. — Поэтому он нашёл Гарри? — спросил Эридан. — Поэтому он выбрал Гарри, — ответил Том. — Между ними есть общая метка. Гарри пережил смертельное проклятие, а Грим принял его часть на себя. Мальчик посмотрел на белую отметину на груди щенка. — Значит, это из-за меня? Грим поднял голову и ткнулся носом ему в подбородок. Внутри Гарри прозвучал тихий, тёплый голос: «Не из-за тебя. Ради тебя». Гарри замер. — Он разговаривает? — Не словами, — объяснил Том. — Он передаёт чувства. Ты слышишь его потому, что ваша связь уже стала двусторонней. — А он слышит меня? — Всё, что ты чувствуешь. Гарри крепче прижал Грима к себе. — Тогда он знает, что я его не брошу. Щенок лизнул его в щёку и довольно завилял хвостом. В глубине прохода что-то зашевелилось. Тьма отступила, и на другой стороне показалась круглая зала. В центре стоял каменный постамент, а на нём лежал небольшой хрустальный шар. Внутри шара плавала капля алого света. Дамблдор заговорил снова, но теперь его голос звучал раздражённо: — Не прикасайся к нему, Гарри. Ты даже не представляешь, что случится. — Зато вы представляете, — сказал Гарри. — Поэтому так хотите, чтобы я не узнал. Том усмехнулся. — Наконец-то ты начал задавать правильные вопросы. Шандор внимательно посмотрел на шар. — Это якорь. — Чей? — спросил Эридан. — Гарри. Все замолчали. — Дамблдор не просто следил за ним, — продолжил Шандор. — Он привязал часть его магии к этому месту. Пока якорь существует, он может находить Гарри, чувствовать его страх и влиять на его силу. Гарри посмотрел на алую каплю. Она пульсировала в такт его сердцу. — Как его уничтожить? — Никак, — ответил Шандор. — Его можно только вернуть владельцу. — Мне? — Тебе. Гарри сделал шаг к постаменту. Грим спрыгнул с его рук и встал рядом, прижавшись боком к его ноге. Серебряная нить между ними засветилась ярче. — Один ты не справишься, — сказал Том. — Поэтому Грим должен пойти с тобой. — А вы? — Мы будем держать дверь открытой. — А если Дамблдор нападёт? — Тогда он столкнётся не с тобой, а со всей семьёй Дракулов. Эридан поднял палочку. — И со мной. Игнатус тяжело вздохнул, но тоже достал оружие. — И со мной, раз уж вы всё равно не оставите меня наверху. Гарри улыбнулся. Затем он протянул руку к хрустальному шару. В тот же миг Грим укусил себя за лапу, и капля крови упала на каменный пол. Алый свет сорвался с постамента и устремился к щенку. Между Гримом и Гарри вспыхнула молния, соединившая их сердца. Гарри закричал. Грим зарычал. А за дверью раздался яростный голос Дамблдора: — Нет! Хрустальный шар раскололся. Из него вырвался поток света и вошёл прямо в шрам Гарри. Боль была такой сильной, что мир вокруг него исчез. Но сквозь боль он чувствовал Грима. Тепло. Страх. Верность. И твёрдую уверенность: рядом с ним больше никто не останется один. Когда Гарри открыл глаза, на его шраме больше не было старой молнии. Теперь там проступил новый знак — маленькая чёрная лапа, перечёркнутая серебряной линией. А Грим, прижавшись к его ноге, впервые залаял человеческим голосом: — Вместе.

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!