yes im smoking flora flora flora

весенний ветер треплет капюшон легкого серого худи, по центру которого лого красуется узнаваемо; сергей неуверенно с ноги на ногу переступает, затяжку дешевой сигареты делает глубоко, губы обветренные поджимает, задумчиво на экране набирает сообщение. внимание вышедшая с подъезда парочка отвлекает; девчачий смех звонкий и руки сплетенные крепко. улыбка на лицо ползет сама собой, внутри колышется жгучий трепет ожидания от увиденного вперемешку с волнением. предвкушение встречи поглощает, заставляя еще одну сигарету между зубов зажать, а на экране ответное окошко в месседжере вспыхивает: « поднимись ко мне, этаж 7. » майс не докуривает, щелчком пальца откидывает, затушив окурок подошвой белых кроссовок. лифт старый, стикерами с копеечных жвачек обклеенный и маркерами черными исписанный, но впервые не вызывает антипатии, наоборот, мелочи вокруг ярче кажутся, окутывают каждую секунду волшебством незримым что ли. — входи скорее, — дима на пороге квартиры открытие дверей лифта караулит. — мы немного опаздыв… договорить сереже парень не позволяет, втягивая за ворот кофты внутрь дома. поцелуй резкий, жгучий по губам конфетой мятной, а ладони щеки по обе стороны обхватывают, на ощупь мягкие и кремом пахнут. — не переживай, на такси доедем, — старший брюнет отлипает от губ парня, за руку в комнату тащит. — у меня есть кое-что для нас. в груди фейверки от одного вида объекта обожания взрываются, а сердце сильнее колотится. и следовать за ним куда угодно хочется, и младший во всем подражать стремится, будто не верит, что самый популярный парень своей школы с ним вместе и даже ближе, чем могло быть. дима пакетик маленький из дальнего ящика шкафа извлекает, настежь окно открывает. дуновение легкие прозрачные шторы поднимает и по коже холодком бежит, заставляя из мыслей выскользнуть. скрученный блант в руке, кольцо на каждом пальце которой блестит, оказывается. — ты реально хочешь сейчас это сделать? — будет весело, — дима огонь зажигалки щелкает, затяжку хорошую делает и младшему передает. — свидание со вкусом, — подшучивает майс, слегка неуверенно курит, впервые затягиваясь, но вида не подает. — первое свидание должно быть запоминающимся, — кай уже по кнопкам приложения жмет, машину подыскивая. — давай скорее, опоздаем ведь. дмитриев цокает языком и глаза театрально закатывает, будто не он пару минут назад об этом в пороге сказал. в такси парни показывают друг другу сохраненные видео, комментируя каждое незамысловатым «ты» или «мы», в голос угар ловят; сережа плечом ближе упирается, уголки губ на верх ползут, пока машина не останавливается у парковки к кинотеатру. наверное, со стороны они были слишком: слишком нелепо забавными, громко смеясь; слишком искренними и слишком влюбленными. полупустой зал был ожидаем в середине рабочей недели, и парни заняли свои места в последних рядах бордовых бархатных кресел. в полумраке зала, дима смотрел вышедший хоррор так, будто это была комедия; за не банальный выбор совместного фильма отвечал, кстати, тоже он. не сказать, что сережу радовали переодически всплывающие скримеры, но зато в непосредственной близости он был по-настоящему счастлив. на чрезмерно серьезном лице брови хмурит, пытаясь все же сюжет уловить, в то время как на шею плавно чужие губы опускаются, опаляют дыханием, и влажные поцелуи начинают опускаться на разгоряченную пульсом кожу, толпу мурашек по позвоночнику разбудив. дима руку кладет на ногу соседнюю, начиная подниматься нежно от колена выше. незамысловатый сюжет проходит мимо, особенно сейчас, когда чувства друг к другу доверху переполняют. парфюм в нос ударяет сладковато, а младший сглатывает, пытаясь неловко скрыть ответное желание; не выдерживая, чтобы самому не впиться в рот партнера. нижнюю губу зубами оттягивает игриво, взглядом пересекается с ицковым, и в поцелуй глухой стон срывается, когда рука уже вовсю через ткань сжимает возбужденный член. — блять дим, — частое биение сердца кровь к щекам гонит. смущаясь и не желая останавливаться одновременно, младший на ухо тихо постанывать начинает, но крепкая ладонь рот пережимает. — будь тише, — голос кая ниже становится, по всем фибрам души вибрирует, а взгляд неотрывно глаза напротив сверлит немигающе, пока вторая свободная рука сжимает соски под футболкой майса, по ребрам выпирающим пальцем ходит и по пряжке отбивая ногтями. выгибаясь и под прикосновениями плавясь, сережа дышит чаще, контроль над телом теряя. желание вырваться из этого плена кресел и остаться наедине, где никто не помешает — все, что крутилось в мозгу. — пойдем, — слюняво отрываясь от обшаривания чужого рта, ицков тянет за рукав парня на выход. хрупкое тело в кафель холодный вжатым оказывается под гулкое эхо капающей воды, а поцелуи становятся настойчивее, желаннее и раскрепощеннее. мир за пределами обшарпанной двери перестал существовать. кинозал с его фальшивыми эмоциями, с чужими жизнями на экране, казался далекой, неважной реальностью. — ты не представляешь, как долго я хотел увидеть твое лицо таким, — пальцами дима черные волосы возлюбленного перебирает, а румянец на щеках заводит еще сильнее. захлопывая кабинку туалета, по-хозяйски хватая за ягодицы, дима продолжает зубами закусывать ключицы выпирающие, а сережа бедрами навстречу поддается, упираясь в пах партнера трется сквозь одежду. сердце колотится возбуждено, когда звук расстегивающегося ремня до слуха доносится звоном металла; дима спешно пряжку тянет на себя, управиться ловко хочет с джинсами майса. сережа выдыхает громко, когда штаны вниз стягиваются рывком, а кай на колени падает следом, зубами впиваясь в кожу на ляшках, до ссадин красных кусает и сквозь белье головку пальцами массирует. младший рукой затыкает собственный рот, когда звук открывшейся двери доносится со входа в уборную, но диму это, казалось, ничуть не смутило и он активнее продолжил ласкать парня, наблюдая за реакцией и стягивая трусы вниз. ицков был одновременно и нежностью, и бурей, заставляя реальность размыться, раствориться в моменте, оставляя только неистовое желание владеть друг другом, пока горячие ладони скользят по напряженным мышцам и обжигают следами на коже. сережа закусывает ладонь в немом стоне, когда влажный рот обхватывает возбужденную плоть, слюняво двигаясь по всей длине. рукой майс впивается в копну черных рваных прядей волос, создавая ритмичные движения. — ди-и-ма, — шепот по слуху разрядными молниями бьет, пока младший вперед поддается неуклюже, дрожит едва заметно. ицков бедра руками сжимает до синяков, ртом умело и ловко до упора принимая член, который в горло упирается; рвотный рефлекс подавляет, на пятки оседает и не останавливается скользить языком. дмитриев дрожит и всхлипами давится, ощущая себя на грани, пока дима мокро и старательно ртом трахает. — ради твоего взгляда я готов каждый день на колени вставать, — негромко, кай ниткой слюны от члена отрывается, светлыми глазами снизу вверх смотрит. елозящего на коленях парня становится крайне мало, хотелось ощутить его всем телом, дышать им и во взгляде утопать без остатка. позволить ему делать все, что захочется и когда захочется. губы пересохли, а воздух вокруг становится густым и вязким, в уши пульсация долбит от осознания того, что в любой момент их могут застукать и прервать. последние пару движений рукой заставляют зажмуриться и вжаться спиной в холодную стену, прогибаясь в пояснице. опираясь локтями, сергей отдышаться хочет и взглянуть решается в лицо ухмыляющееся и облизывающее липкие пальцы. — хочешь вернуться в зал? — кай с колен поднимается, постучав по ноге, словно отряхивая штаны. дмитриев отрицательно качает головой, притянув за ворот к себе до одури и звона в ушах полюбившую физиономию. улица встретила их свежим ночным воздухом. — куда? не важно, главное — вместе. дима очертил большим пальцем контур пухлых губ, а впереди их ждала целая ночь, наполненная чувствами и желанием быть рядом.