Вернутся к фанфику
XXII. „Ich hasse alles an dir, Landa“
22 декабря 2025, 23:45Пока в затхлом, пропахшем кровью и порохом фермерском доме заключался немыслимый альянс, в двухстах километрах к северу царила совершенно иная реальность.
Париж. Улица Риволи. Кафе «De la Paix». 5 или 6 утра.
За столиком у витрины, залитым мягким утренним светом, сидел оберштурмбаннфюрер Дитер Хельстром. Его черный мундир гестапо был безупречен — каждый шов, каждый серебряный кант сияли, словно только что от портного. Перед ним стояла изящная фарфоровая чашка с дымящимся кофе и белая тарелочка с идеальным круассаном. Он отламывал от него маленькие кусочки, медленно пережевывал, и наблюдал за жизнью парижской улицы. Взгляд падал на картину благополучия, власти и спокойствия.
Но спокойствие это было обманчивым. Внутри Дитера Хельстрома бушевало нечто холодное, едкое, которое не могла смыть даже самая ароматная и дорогая арабика. Причина была не только в провале Йозефа — о нем он еще не знал, но предчувствовал что-то неладное из-за отсутствия звонка. Нет, корень зла был глубже и личнее.
Чистая, простая, старая как мир зависть, но доведенная в его случае до клинической остроты.
Его взгляд, холодный и острый, уставился куда-то в пространство, но видел не парижан, а другое лицо: улыбающееся, самодовольное, увенчанное фуражкой оберста S.D. Ганс Ланда.
«Штандартенфюрер, — мысленно выплюнул Дитер. — Оберст. В сорок с чем-то лет. А я — майор. В тридцать два».
Подавно он считал себя лучше, умнее, жестче. Он был архитектором страха, настоящим мастером боли, который умел выдалбливать добывать истину из самого немого камня. Его «нетрадиционные методы» конечно были не садизмом (как он сам себе уверенно внушал), а высоким искусством, служением Рейху на самом темном, самом необходимом фронте. А что такое Ланда? Собеседник. Интеллектуал. Лис, который охотится и доводил до нервного тика словами, а не клещами и иглами. Всего-то шарлатан.
И самое обидное — этот шарлатан понравился рейхсминистру. Самому Йозефу Геббельсу! Именно по его инициативе Ланду перевели из S.S. в Службу безопасности S.D, поближе к партийной верхушке, в сферу, где ценились не грубая сила, а изощренность, языки, анализ. Дитер следил за этим продвижением с бешеной, зеленой тоской. Ему казалось, что это его место. Что его преданность, его результаты заслуживали большего, чем пыльные подвалы на Принц-Альбрехт-штрассе.
А Ланда? Ланда улыбался, шутил, свободно говорил на пяти языках и получал доступ в кабинеты, куда Дитеру вход был заказан без специального, унизительного вызова. Геббельс, как известно, благоволил к ярким, неординарным личностям, к тем, кто мог блеснуть эрудицией. К молодым карьеристам из Гестапо с репутацией мясников он относился с холодным пренебрежением.
Мысль о том, что этот стареющий позер.. да, в сорок пять, а может и больше Ланда казался Дитеру почти стариком, занял его потенциальное место в лучах расположения власти, была невыносима. Фредерик Цоллер, тот юный снайпер-герой, был другое дело — он был простым солдатиком, временной игрушкой пропаганды. Он не составлял конкуренции в мире интриг.
«Отпуск, — с горькой усмешкой подумал Дитер, отпивая кофе. — Заслужил, видимо. „Устал“ от светских бесед и изысканных обедов. А я здесь, и мне некогда отдыхать! Рейх держится на таких, как я! На тех, кто делает грязную работу!».
Именно поэтому приказ наемникам об «устранении» Ланды во время его «отпуска» он отдал с таким сладостным чувством правоты. Это была не просто ликвидация потенциального болтуна.. хотя и это тоже. Это восстановление справедливости. Срезание выскочки, занявшего чужое место под солнцем. Убирание помехи на его, Дитера, пути к признанию, которое, как он свято верил, должно было вот-вот прийти. Ну и что, что Ланда выше званием? Это не его место! Он на него не заслужил.
Хеллстром достал серебряный портсигар, вытащил ментоловую сигарету и закурил, выпуская струйку дыма на безупречную скатерть. Внешне — хладнокровный палач, наслаждающийся ранним парижским утром. Внутри — уязвленный, ревнивый карьерист, затаивший злобу на того, кто посмел быть обласканным тем, кого он сам жаждал впечатлить, но вынужден был улыбаться.
Он не знал, что его «помеха» не только выжила, но и втянула в свою орбиту самых опасных людей, которые когда-либо мечтали его найти. И что его спокойный кофе-брейк в ближайшее время сменится самой настоящей и самой личной местью, где он из офицера превратится в простого загнанного, смертного человека.
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!